Толстяк резко обернулся и вздрогнул.

"Наконец-то добрались," — подумал я, еле сдерживая слезы.

Внутри здания было темно, оно все было окутано мглой, здесь царила зловещая атмосфера. Я не предполагал, что терем семьи Чжан столь огромен.

И где же люди? Копившееся в моем сердце напряжение вырвалось с криком: "Чжан Цилин!"

Мой голос отразился от стен пещеры эхом. Я крикнул еще и еще раз, и это эхо заполнило все пространство вокруг.

Мой зов было невозможно не услышать. Если они живы, то должны услышать меня.

Я подождал, пока эхо затихнет. В пещере воцарилась леденящая тишина.

Задыхаясь от волнения, я оглядывался и ждал ответа.

Я ждал долго, очень долго, но эта холодная мрачная тишина так и не была нарушена. Меня охватило беспокойство, казалось, я погрузился в свой самый страшный кошмар.

Что если они действительно погибли?

Этот вопрос я категорически отказывался задавать даже сам себе. Но теперь он бился гонгом в моей голове, и я не мог игнорировать собственное сознание.

Ни звука, ни отголоска звуков не было, лишь ужасающая тишина, словно мы здесь были первыми, кто нарушил тысячелетний покой, и наш крик не может разбудить даже спящую здесь нечисть.

"Пошли, — Толстяк ободряюще похлопал меня по плечу. — Жив он или мертв, ты должен увидеть это своими глазами. Разве не так поступил бы твой дядя?"

Я закурил, сделал всего три затяжки, выбросил сигарету и сказал: "Пошли!"

Дверь древнего терема семьи Чжан казалась светло-серой. Дотронувшись до нее, я понял, что это пыль. Дверное полотно было ветхим, бумага, которой его оклеили, давно сгнила. Сквозь щели видно, что внутри темно, как в смоляной бочке.

Я взглянул на зарешеченные окна: типичное здание династии Цин, это действительно Янши Лэй.

"Нам сюда," — сказал Толстяк. А я в это время подметил, что в на некоторых оконных стеклах пыль стерта. Но Толстяк на это не обратил внимания, подошел к двери, толкнул ее. Створки сразу распахнулись.

Послышался резкий скрип дверных петель, легкий поток воздуха открывшейся двери взметнул пыль, покрывавшую пол.

Мы с Толстяком отступили на шаг и прикрыли лицо, ожидая, пока пыль осядет.

Переглянувшись со мной, Толстяк сделал приглашающий жест, предлагая мне войти первым. Я опустил голову и пробормотал: "Разве не ты всегда бежал впереди всех?"

Он ответил: "Даю тебе шанс быть первым. Если не можешь это сделать, то я сделаю."

Я вздохнул: "Ну тогда добро пожаловать." И шагнул к двери.

Внутри была тьма кромешная. Я включил фонарь и увидел огромный зал с четырьмя колоннами посередине.

Здесь никого, но на полу в центре было разбросано оборудование.

Подойдя, я убедился, что Молчун был здесь. Среди прочих вещей нашелся его рюкзак, покрытый толстым слоем белой пыли. Толстяк осматривал потолочные балки: это точно архитектура династии Цин, много деревянных декоративных элементов с ажурными узорами. И все вокруг, с какого ракурса не посмотри, было светло-серым от пыли.

"Зачем тут столько свободного места?" Толстяк присел на корточки и попытался открыть мешок, там оказалась еда. Белая пыль на мешке взметнулась в воздух, и мне стало тревожно, поэтому я быстро оттащил Толстяка в сторону.

Он хотел было возмутиться, но прикусил язык, взглянув на свои руки, которые быстро покрывались болезненной краснотой.

"Это не пыль, а высохшая щелочь, — догадался он. — Наш изуродованный приятель не врал. Кажется, младший брат с остальными побросали вещи сразу, столкнувшись со щелочью. Иначе рюкзаки не были бы покрыты таким густым слоем порошка."

"Вещи здесь остались. А люди где?" — задумался я, надеясь, что их не растворило щелочью. Если это так, то тут остались бы хоть какие-то следы.

Я чувствовал, что здесь есть какое-то несоответствие, но не мог сообразить, в чем загвоздка. Толстяк предложил сначала заняться моими ранами. Здесь повсюду щелочной порошок. Если он попадет на открытую рану, проблем не оберешься.

В суматохе я позабыл, что меня покусали ручейники. Ранки уже не кровоточили, но если их не обработать, и без щелочи может начаться воспаление.

Перевязав руки, я посмотрел на часы Толстяка. Он спросил, не стоит ли нам разделиться для поисков. Идея неплохая, но я ее отверг. Кто знает, что за ловушки скрыты в тереме. По отдельности больше шансов погибнуть, тогда все будет кончено, и наши старания окажутся напрасными.

Толстяк включил свой фонарь и стал обыскивать вещи, осторожно счищая едкую пыль. Снаряжения было много. Осмотрев и пересчитав все, он сказал: "Нет средств индивидуальной защиты и фонарей. Наверно, они пошли на разведку налегке, оставив тяжелые вещи здесь."

В центре потолка зияла огромная дыра, наверно, появившаяся в результате обрушения или каких-то повреждений. Форма ее была неправильной, края неровные. На полу под ней валялись обломки дерева, похожие на куски ваты из-за плотно облепившего их белого порошка. Осветив дыру, я увидел, что потолок верхнего этажа тоже поврежден.

На первом этаже больше искать было нечего, и мы собрались пойти наверх. По правилам фэн-шуй, которые использовали архитекторы семьи Лэй, лучшее место для лестницы должно быть в отдалении, у восточной стены. Хотя, в таком большом помещении лестницы могут быть и возле остальных стен, иначе слишком много ходить придется.

Мы несколько раз обыскали зал, но не смогли найти ни одной лестницы, ведущей наверх. Толстяк пробормотал: "Может быть, эту лестницу пристроили снаружи? Ведь иногда делают наружную лестницу, которая окружает все здание по спирали."

И нафига тут наружная лестница? Наблюдать унылый пейзаж, состоящий из серых стен пещеры? Выйдя наружу, я понял, что архитектор Лэй думал так же, как и я, и наружную лестницу не сделал, ибо любоваться тут не на что.

Да чтоб меня собаки страшные съели, эти Чжаны все подобны Симэнь Чуйсюэ(1), и вместо того, чтобы ходить по лестницам, поддергивая штанины, просто летают по воздуху?

Вернувшись в терем, Толстяк отправился искать веревку в брошенных вещах, но не нашел и сказал: "Может быть, здесь вообще нет лестниц, и они забрали веревку, чтобы подняться наверх."

"Тогда здесь должно быть место, откуда они забрались наверх, используя веревку," — подумал я. Обыскивать помещение было трудно: повсюду сухая едкая щелочь, а у нас даже респираторов нет. Стоит лишь слегка задеть белый налет на полу, как он взлетает вверх, и приходится задерживать дыхание, чтобы не вдохнуть. Но даже если не дышать, этого порошка достаточно, чтобы просто ослепнуть, так что приходилось еще и зажмуриваться, ожидая, пока пыль со щелочью осядет.

Как раз в тот момент, когда я застыл, зажмурившись, вдруг вспомнил рассказ Цветочка об особенностях местного фэн-шуй. Древний терем семьи Чжан расположен в том месте, где неблагоприятный фэн-шуй уничтожает кости и кровь предков. Так называемый дворец императорского дракона(2) предназначен для долговременной циркуляции ци, а древний терем семьи Чжан — наоборот, поглощает ци драконьих вен и уничтожает ее.

Кажется, я слышал раньше, что, убрав лестницы, можно добиться определенного эффекта фэн-шуй(3).

Но интерьерный демонтаж лестниц не означает их полное отсутствие. В фэн-шуй главное, чтобы лестница не была видна в неположенном месте, но она может быть скрытой. Значит, здесь есть путь на второй этаж.

Продолжая искать, я обратил внимание на колонны. Там были вырезаны цилини с телами, больше напоминающими драконов(4). У нескольких цилиней головы сильно выступали в сторону.

Толстяк смахнул с них пыль и отбежал в сторону, чтобы переждать. Когда белый порошок осел на пол, я, прикрывая лицо воротником, полез наверх.

Ну конечно, лестница спрятана здесь. Шагая по головам цилиней, мы быстро добрались до вершины колонны. Но проход на второй этаж был закрыт. Я пытался приподнять доски, но мне это не удалось.

"Заклинило," — заявил Толстяк. Я толкнул посильнее, и сверху посыпался едкий порошок. Толстяк тут же спрыгнул вниз и отбежал, но успел вдохнуть ядовитую пыль, и теперь надрывно кашлял, выплевывая кровь.

"Здесь нельзя оставаться долго. Даже если щелочь не льется сверху, надышимся, и легкие изнутри разъест," — сказал он, отдышавшись. Говоря это, он задел ногой голову одного из цилиней, раздался щелчок, голова чуть-чуть сдвинулась. А затем сверху опустилась лестница.

Мы с Толстяком переглянулись и осторожно поднялись наверх. Луч света, скользя по стенам, выхватывал бесчисленное количество полок. Их были сотни, расположенные друг над другом, подобно верхним, средним и нижним полкам в купе поезда. Только здесь рядов было больше.

Но меня обеспокоило содержимое полок: на всех них лежали железные статуи.

Примечания переводчика

(1) Симэнь Чуйсюэ — герой "Легенды о Лу Сяофэне" и одноименного фильма. Человек, ставший богом меча без меча. Долгое время культивировал всю ци и преуспел до такой степени, что мог обходиться в бою без меча, используя вместо него ци. Освоив такую практику ци, смог летать.

(2) Дворец императорского дракона или Драконья башня — термин фэн-шуй. Это относится к внешнему виду горы, в двух словах, гора должна быть высокая и прямолинейная. Го Пу описывал благоприятную гору так: "Контур горы изгибается и выходит обратно на себя виток за витком, как спираль, припав подобно дракону к земле и выжидая, хватая и удерживая ци. Направление склонов выдвигается вперед, затем назад и спускается глубоко. Тогда, сближаясь, инь и ян сливаются и смешиваются. Местность, где земля расположена высоко, а вода глубока и окружена растительностью, считается благородной..."

(3) "Убрав лестницы, можно добиться определенного эффекта фэн-шуй." Для проектировки лестниц в фэн-шуй есть четкие правила: расположение на западе, юге, юго-западе или в направлении с востока на запад/юг. Часто лестницы построены не по правилам, и исправить циркуляцию ци в доме/гробнице, можно, лишь демонтировав их. Например, в жилом доме недопустимы лестницы в центре (так называемый "быстрый путь на небо") и винтовые лестницы, искажающие поток ци, направляя его сверху вниз. Особенно опасны винтовые лестницы, направленные к потолку под прямым углом, так называемая "отравленная стрела".

(4) "Цилини с телами, больше напоминающими драконов". Телосложение цилиня и китайского дракона отличается: цилинь более коренастый и короткий, дракон — длинный, похож на змею.