Внезапно возникло ощущение полёта, нет, скорее падения. Резко проснувшись, я сгруппировался, готовясь к удару.

— Гррр! — я не понял, во что я врезался, но от удара заболело всё тело и вышибло воздух из лёгких. Я инстинктивно перевернулся и опёрся на руку, пытаясь подняться.

— А-а-ай! — руку тут же пронзила острая боль.

Ой! Больно! В самом деле больно! Что за… Что происходит? Я поднял голову, но света было немного, и всё, что удалось заметить – это приближающуюся подошву ботинка.

— Уф! – пинок в лицо потряс меня настолько, что я едва осознавал боль. Никогда раньше на меня так не нападали. Самое большее, я лишь дрался на кулаках в детстве, как все нормальные люди.

Мне конец, если не дам сдачи. А я не хочу умирать.

Одновременно с этой мыслью раздался голос, от которого мороз пошёл по коже.

— Только попробуй сопротивляться, и ты покойник. — На голову навалилось что-то тяжёлое – видимо, хозяин голоса наступил на неё. — Что человек забыл в таком месте? — Голос звучал, как женский.

Я не знал, что ей ответить. Может, сказать, что я заблудился?

— Почему молчишь? Отвечай!

— Не знаю. Я просто заблудился. — Мне было трудно говорить из-за хлещущей из носа крови.

— Тьфу. О, дух жизни!

Бледно-зелёный огонёк рассеял мрак, усмирив мою боль. Даже пробитая насквозь рука перестала кровоточить. Ссадины и шишки никуда не делись, но самочувствие определённо улучшилось. Это что, какое-то волшебство?

— Теперь ты достаточно здоров, чтобы говорить. Итак? — её голос был всё таким же холодным, и ногу с головы она по-прежнему не убирала.

Подождите, её голос? Мы можем общаться?

— Я сам не знаю, что произошло. Всё, что я знаю, — это то, что я внезапно очутился на границе леса и пустыни, и всё, что у меня было при себе – это моя одежда. Я понятия не имею, где нахожусь! Я зашёл в лес лишь для того, чтобы выжить, в поисках воды и пищи, вот и всё. Я жёг сырые дрова в надежде, что кто-то найдёт меня. Другими словами, я один и в отчаянии. — Я отбросил сомнения, понимала ли она меня, и просто вывалил всё, как есть. Рассказывая, я лихорадочно искал выход из сложившейся ситуации. Вот бы отвлечь её хоть на секунду… Но скорее всего, это было нереально.

Чувствовалось, что незнакомка привычна к дракам, а возможно, даже и сражениям. Она могла использовать магию и вооружена чем-то острым, проткнувшим мою руку. Если бы она хотела меня убить, без сомнений, она бы сразу это сделала. Можно было пока не готовиться к худшему.

— Ты действительно хочешь, чтобы я поверила в эту брехню? — раздался раздражённый ответ.

— Это правда. Можешь мне не верить, если не хочешь. Продолжай верить только в то, что удобно, игнорируя правду, затыкая уши и по-дурацки нападая на меня.

— Мне не очень нравится твой длинный язык.

— И в этом мы похожи, как две капли воды! Мне тоже не нравится, с какой варварской жестокостью ты… Ай-яй-яй!

Со сдержанным рычанием она усилила давление на мою голову.

Она мне череп раздавит. Раздавит! Мои мозги выплеснутся наружу! Но надо быть сильным. Она мне совсем не нравится. Даже уничтожив меня физически, она не сможет сломить мой дух! Это что, одна из тех ситуаций, где я должен сказать: «Да убей уже меня, наконец!»? Она собирается напасть? Как в тех додзинси, которые я читал? Я не фанат дабкона, а тем более, нонкона!

[ПП: Додзинси – независимые журналы и манга, выпускающиеся методом «самиздата»; дабкон и нонкон – эротические жанры, где согласие одного из партнёров на половой контакт под сомнением или отсутствует]

— Неужели человек, именно человек, только что назвал меня жестоким варваром? — спросила женщина.

— Да я даже понятия не имею, что ты из себя представляешь! Но слишком однобоко считать всех людей одинаковыми. С другой стороны, я совершенно не знаю, насколько дики и жестоки местные люди, но не приравнивай меня к ним! Я появился здесь только позавчера!

Вряд ли я назвал бы людей кроткими и разумными созданиями, но откуда мне было знать, какие отношения связывают эту женщину с людьми этого мира? Кроме того, похоже, та, чья нога сейчас стоит на моей голове, — не человек. Особенно если судить по тому, как она произносит это слово — «человек». Словно таракана съела. Она эльфийка, или зверолюдка, или кто-то ещё? Неужели люди здесь настолько ужасны, что заслужили такое отношение? Если так, то вряд ли этот мир можно назвать прогрессивным в технологическом и культурном плане.

Пару мгновений помолчав, женщина спросила:

— Кто ты, чёрт тебя дери, такой?

Я ещё раз на мгновение задумался о её намерениях, прежде чем ответить.

— Меня зовут Шибата Косукэ. Шибата – это фамилия, а Косукэ – имя. Мне двадцать четыре года, хотя здесь мой возраст может быть другим, потому что я не знаю, сколько дней в вашем году. В любом случае, у себя дома я уже четыре года как считаюсь взрослым. Думаю, мир, откуда я родом, очень далеко отсюда. У нас нет большой планеты на небе, а Луна намного меньше.

— Слышал ли ты когда-либо слово «Адол»?

— Адол? Что это? Какое-то имя? — Единственный Адол, которого я знаю, — рыжий авантюрист из известной RPG.

— Что если я скажу, что именно существо по имени Адол было тем, благодаря которому ты оказался здесь?

— Что, серьёзно? Адол, да? Да чёрта с два. Кстати, как долго ты планируешь держать так ногу?

— Интересно, как быстро ты отбросишь копыта после таких речей о творце своей судьбы? — Женщина слегка усмехнулась, прежде чем убрать изящную ножку с моей головы.

Я потряс головой и стряхнул грязь с лица и волос, прежде чем взглянуть на нападавшую.

— Вот это да! Ты же прекрасная тёмная эльфийка! Бх-х! — за это я снова получил пинок в лицо. За что?!

— За каждый раз, что ты назовёшь меня тёмным эльфом из-за цвета моей кожи, ты будешь получать ещё. И не смей об этом забывать.

— Предупреждение помогло бы гораздо лучше тумаков, ты, дикарка.

Видимо, она сдержала удар, потому что на этот раз кровь из носа не пошла, но закрыв глаза, я всё же видел пляшущие звёздочки. Если у меня случится кровоизлияние в мозг, я стану призраком и не дам тебе покоя, сукин ты сын! Хоть, конечно, она и не сын.

Я потёр нос, вставая, и ещё раз взглянул на женщину. Она была хорошенькой, это факт. Такой красоты, какую можно увидеть разве что по телевизору. Её тёмно-коричневая кожа была безупречна, а светлые волосы — не белые, а скорее серебристые, — сияли даже в тусклом свете. На ней было что-то вроде обтягивающего кожаного комбинезона, и её грудь так и рвалась наружу. Богиня. Её пропорции вызвали бы неконтролируемое слюноотделение у любого мужика, если он не слепой.

— И куда ты уставился? — спросила она.

— На сиськи, само собой. А что?

— В выражениях не стесняешься, да? А что, мне нравится, — ухмыльнулась она.

Да, она была потрясающей красоткой, но мне не нравилось, как она улыбалась и смотрела на меня. Это был взгляд женщины, явно уже имевшей за плечами нескольких покойников, и в улыбке не было ни капли веселья, как бы мне не хотелось.

— Итак, я хотел бы сказать кое-что, — рискнул я.

— Да? Ну валяй.

— Мне очень больно, а лекарств нет. От боли я могу потерять сознание, поэтому не могла бы ты исцелить меня заклинанием, которое использовала раньше? В конце концов, это ты на меня напала ни с того ни с сего, так что могу ли я попросить хотя бы о такой мелочи?

— Хм. Ну, в этом что-то есть, но я всё ещё не верю, что ты не шестёрка Святого Королевства.

— О, вот как? Тогда продолжим знакомство.

Не обращая внимания на боль, я отвязал гамак от дерева. Одна из растяжек была безжалостно разрезана, но сложив его в инвентарь, я понял, что смогу его починить, используя имевшиеся материалы. Я запустил процесс починки и оглянулся на незнакомку, с любопытством наблюдавшую за мной. Чёрт, наверное, не стоило вот так сходу раскрывать свои карты.

— Интересный фокус. Как ты заставил его исчезнуть? — спросила она.

— Мне обязательно отвечать?

— Если хочешь доказать свою невиновность.

— Скажу, как есть. Посмотрим правде в глаза – мы друг другу не доверяем.

Сомнений не было — эта женщина была опасна. Наверняка она затеяла все эти разговоры, лишь будучи уверенной, что могла убить меня в любой момент. На её поясе висела какая-то гигантская штука, похожая на нож, и я не знал, какую ещё магическую ерунду она могла припрятать. Я бы не удивился, окажись она опытным бойцом. Какими бы на первый взгляд непрактичными ни были её доспехи, в плане защиты они явно выигрывали у моих толстовки и штанов.

— Ну что, обменяемся тщательно отредактированной личной информацией? — спросил я и уселся на землю, скрестив ноги.

— Ну давай. — Она прислонилась к дереву и бросила на меня любопытный взгляд.

Что ж, она хотя бы была готова к диалогу. Возможно, она понимала больше, чем я думал.

Разговор перескакивал с одной темы на другую, включая названия наших миров, географию, международные отношения, религию, мифы, планету, висевшую над головой, культуру, кухню, моду, военное дело, политику. Я узнал, что название этого мира – или самой планеты – Лис. Огромная планета в небе называлась Омикл, Луна – Ланикл, а солнце – Сикл. Мы находились на краю леса, известного как Чернолесье, раскинувшегося на крайнем юге континента Пенс.

Обширная пустыня, простиравшаяся за лесом, называлась Великими пустошами Омитт, и пересечь её можно было дней за десять. Если бы я пошёл туда вместо леса, я бы точно подох, как собака! Кроме того, под её поверхностью обитали всевозможные насекомоподобные монстры, и даже опытным путешественникам было трудно пересечь её в одиночку.

Что касается ситуации в мире в целом… В настоящее время континент был охвачен войной. Святое Королевство, сторонники превосходства людей, и Империя, состоявшая из множества различных наций и рас, боролись за контроль над плодородными землями центрального Пенса. В результате этого притеснения нелюдей в Святом Королевстве усилились, что привело к веренице восстаний и мятежей по всему миру. Империя в ответ аннексировала провинции, расположенные близ границ Святого Королевства, что спровоцировало масштабное восстание рабов. У обеих стран были свои внутренние проблемы, которые оставались незамеченными по мере продолжения борьбы. В мире наступили смутные времена.

Чернолесье располагалось как раз между Великими пустошами Омитт и владениями Святого Королевства.

В этом лесу всегда жили эльфы, и поэтому сюда, пробираясь через пустоши, начали стекаться беженцы других рас, гонимые Святым Королевством. Святое Королевство было в курсе их маршрутов и конечной точки, поэтому как местные жители, так и беженцы опасались, что за ними вскоре вышлют армию.

— А они точно на это пойдут? Я не вижу большого смысла в том, чтобы перейти эти пустоши лишь для того, чтобы вторгнуться в лес, — заметил я.

— Мы, эльфы – ценный товар для людей. Только представь – красивые рабыни, которые не стареют, плюс чудесное эльфийское чрево.

В результате соития между человеком и эльфийкой рождались дети с высоким магическим потенциалом. По крайней мере, по человеческим меркам. Представители человеческой знати заводили потомство от других рас, чтобы поддерживать родословную с более могущественными магическими силами, нежели у крестьян.

Причина, конечно, так себе, но я, по крайней мере, понимаю, зачем людям эльфы-рабы. Уфф.

— Что ж, я, пожалуй, верю, что ты человек не из этого мира, — сказала девушка.

— Здорово, спасибо. Теперь вылечи меня.

Она приблизилась и залечила мои раны. В теле разлилась приятная теплота, словно я погрузился в горячий источник. О-о-о, какое приятное чувство.

— Хм, похоже, ты очень понравился духу, — задумчиво пробормотала она.

— Правда? А я не очень уверен.

Вокруг меня летал зелёный огонёк. Это и есть тот дух жизни, о котором она говорила? Может, мои магические силы тоже наконец пробудятся? Ух ты, я могу стать магом? Использующим силу духов?

— Но я совсем не ощущаю в тебе магии. У тебя нет к ней никаких способностей, — сказала мне девушка.

— Эх, такая перспектива пропала.

Чёрт, не разрушай мои надежды!

— Ну что ж, пойдём? — сказала она.

— Куда?

— В мою деревню. Но если ты предпочитаешь, чтобы тебя прикончил другой эльф или зверолюд, можешь оставаться.

— Позвольте составить вам компанию, миледи? — тут же ответил я. Меня не прельщала перспектива быть убитым во сне.

— Убить его!

— Убить его!

— Убить его!

— Сжечь его! Пусть сгорит!

— Смерть людям!

— Убить его! Смерть!

С вами любимец публики Косукэ. Когда мы добрались до деревни незнакомки, мои преданные фанаты устроили мне бурные овации.

Другими словами, я был в ужасе. Впервые я столкнулся с такой откровенной злобой и ненавистью. Все они требовали мою голову с кровожадным блеском в глазах. Мои ноги дрожали от страха. Я бы не удивился, если бы обмочился. И, похоже, ждать этого оставалось недолго.

В толпе я заметил мужчину со звериными ушами, чьё тело было покрыто шрамами. Рядом с ним стояла женщина с крыльями вместо рук. Существо неопределённого пола с головой ящерицы. Женщина, чьё тело вниз от талии переходило в змеиное. Они были похожи на людей, но всё же ими не являлись. Никто пока не переходил от словесных угроз и оскорблений к побиванию камнями, но я предчувствовал, что это было лишь до поры.

Сердце бешено колотилось. В глазах потемнело. В горле пересохло. Когда я успел так нагрешить, чтобы заслужить всё это?

После пригласительного жеста девушки я последовал за ней к деревенским воротам. Она перекинулась парой слов с эльфом-мужчиной, стоявшим на страже у входа, а затем оставила меня с ним, а сама ушла вперёд. Едва она скрылась, эльф тут же втащил меня в ворота и пинком отправил прямо в центр деревенской площади.

Перед глазами стоял колючий взгляд стражника, провожавший меня. Он не видел во мне человека, что, в общем-то было логично. В конце концов, он был эльфом.

Мысли путались. Неужели эта банда забьёт меня насмерть? Чем я это заслужил? Да уж, не стоило мне идти за ней.

Вокруг стала собираться толпа, вооружённая палками и камнями. Если уж мне и суждено здесь умереть, подумал я, я не хочу мучиться. Пусть всё закончится быстро. Однако, люди в толпе кажется, не будут столь любезны и захотят продлить удовольствие. Если меня ждёт лишь смерть, я непременно постараюсь дать сдачи!

У меня в инвентаре хранилось некоторое количество заранее изготовленных глинобитных блоков для строительства. Может быть, мне удастся раскидать их повсюду, чтобы сбить нападавших с толку, и они не смогут так быстро через них прорваться.

Меня охватило бешенство. Какого чёрта здесь творится? Меня обвинили в том, к чему я не имел никакого отношения, и я категорически отказываюсь быть забитым до смерти. Давайте, подходите!

— Что вы творите?!

Налетел мощный порыв ветра, словно ударной волной отшвырнувший назад и меня, и моих обидчиков.

Я катился по земле, пока кто-то не наступил мне на спину. Я узнал эту благородную ножку, а затем услышал голос девушки, которая меня привела.

— Я нашла это в лесу. Кто разрешил вам причинять ему вред?

— Ой-ёй-ёй-ёй! — простонал я, когда её крепкий кожаный ботинок впился мне в спину. Мне хотелось попросить её быть со мной понежнее, но говорить членораздельно было несколько затруднительно.

— Это моя собственность, и только я имею право её мучить! Всем понятно?

Толпа затихла, услышав её заявление — обсуждать было нечего. Мне показалось, что я поймал пару сочувственных взглядов. Погодите-ка, вы же только что собирались меня убить! Почему вы так на меня смотрите? Неужели с ней меня ждёт что-то похуже смерти? Отвечайте же!

— Тьфу. Нейт – просто урод. Не могу поверить, что он пошёл на такую подлость. — Видимо, она имела ввиду привратника, который меня сюда притащил. Кажется, они друг с другом не ладили. — Ну да ладно. Главное, что я успела раньше, чем ты пострадал. Поднимайся, мы уходим.

Она снова дала мне пинка. Чёрт, больно!

— Эй, я не заслуживаю такого отношения! — простонал я.

— А, да. И надень это. — Она протянула мне кожаный ошейник.

Что, прошу прощения? Мне надеть это? Это то, о чём я подумал? Типа ошейник раба, или что-то подобное?

— Если не наденешь, то снова окажешься в ситуации, от которой я тебя только что спасла. Или ты хочешь проверить, успею ли я в следующий раз?

Мгновение подумав, я чертыхнулся.

Нельзя приготовить яичницу, не разбив яиц, как гласит народная мудрость. Я мог бы просто сунуть эту дурацкую штуку в инвентарь, верно? Всё не так плохо, нужно было лишь надеть этот идиотский аксессуар. Я очень надеялся, что он не был проклят.

И всё же меня будоражила перспектива стать рабом такой сногсшибательной эльфийки. Или нет? Я всё же не мазохист какой-нибудь, честное слово!

— Хи-хи. А тебе идёт, — сказала она.

— Не больно-то радуйся. Ты же не собираешься посадить меня на цепь?

— Домашним собачкам для прогулок нужны поводок и ошейник, так ведь? Я должна быть уверена, что, пока мы гуляем, ты будешь рядом.

— Я тебе это припомню…

Итак, эльфийка пристегнула к моему ошейнику поводок, и мы зашагали через всю деревню. Из плюсов – благодаря этому я как следует запомнил её планировку. Она делилась на пять секторов. В самом отдалении находилась площадка, на которой возводили какое-то основательное на вид сооружение, а внутри были кварталы, в которых проживало не-эльфийское население. Следом за ней располагалась площадь, служившая своего рода нейтральной зоной. Далее росли странного вида волшебные сады, за которыми ухаживали эльфы, а рядом с ними высилась защитная стена, сплетённая из живых деревьев, внутри которой разместились эльфийские мастерские и жилища.

Девушка упомянула, что не-эльфы были беженцами, скрывавшимися здесь от войны. Я так и понял. Разномастные здания не следовали какому-то единому архитектурному стилю и выглядели довольно запущенными.

Больше всего во время экскурсии меня поразили волшебные сады. Они были многоуровневыми, словно многоэтажная парковка, и напоминали гигантскую гидропонную установку, залитую волшебным светом. Я никогда раньше не видел и не слышал о гидропонных установках такого масштаба. В каком-то смысле, здешние эльфы могли бы посрамить Японию в плане сельского хозяйства.

Мне не удалось заглянуть внутрь мастерских, так что я понятия не имел, как они выглядят изнутри. То же самое касалось и домов эльфов. Не знаю, что строилось в новом районе на дальнем краю деревни, но здания выглядели весьма прочными.

— Узри же мой дом! — объявила эльфийка.

— Ух ты.

Это был величественный дом в эльфийском стиле. Видев остальную часть деревни, я мог с уверенностью сказать, что он был намного красивее прочих. Это был бревенчатый дом, казавшийся живым, если позволите так выразиться. Словно кто-то уговорил живые деревья срастись и переплестись между собой, подобно внутренней деревенской стене. И под «величественным» я подразумевал, что он был просто огромен.

Она провела меня внутрь, и меня обдало ароматом. Он был нежным и в каком-то смысле освежающим. Я назвал бы его ароматом леса. Я сделал глубокий вдох и почувствовал, как жизнь возвращается в моё тело.

— Это такая твоя фирменная шутка — начать принюхиваться, как только зашёл к девушке домой? — спросила она.

— О чём ты только думаешь? Здесь просто приятно пахнет, понятно? Наверное, какими-то благовониями?

— Нет, ничем подобным я не пользовалась.

Цепочка звякнула, когда она втянула меня внутрь. Эльфийка провела меня в комнату, напоминавшую гостиную, где было много мебели, похожей на ротанговую. Она выпустила поводок из руки и ушла в дальнюю часть комнаты, так что я опустился на диван. Я прикидывал, сколько ещё мне придётся носить этот ошейник с цепочкой.

— Он не снимается. Но поводок дома можешь отстёгивать, — разрешила она.

— Благодарю, госпожа. Довольна?

— Хотелось бы, чтобы ты был более милым.

Я отстегнул цепочку и спрятал её в инвентарь. Мне было интересно, появились ли от этого в моём списке новые рецепты, так что я листал меню, когда девушка вернулась, держа в руках две деревянные чашки, над которыми клубился пар.

— Никогда не проси мужчину быть милым, — возразил я.

— Но лучше же быть милым, чем нет. Это порадует твою госпожу.

— Как будто мне не плевать… Но я подумаю.

— Хи-хи. Отлично. А ты ведёшь себя спокойнее, чем я ожидала.

— Любой дурак догадается, когда это настолько очевидно.

Я прекрасно понимал цель этого маскарада с надеванием ошейника и поводка, и последующей прогулки по всей деревне — она хотела продемонстрировать всем, что я принадлежу ей, и, если бы кто-то решил хоть пальцем меня тронуть, ему бы сильно не поздоровилось.

Жить спокойной жизнью простого обывателя в этой деревне было бы для меня невыполнимой задачей, раз эльфы и беженцы считали людей врагами. Если бы я поселился здесь без какой-либо охраны, я бы пропал без вести к следующему же утру. Меня бы убили и зарыли под покровом ночи, либо скормили какому-нибудь чудищу. И всем было бы наплевать, что я пропал. Это даже не вызвало бы интереса. Если бы кто-то заметил моё отсутствие, то, наверное, сказал бы: «А, да, этот парень раньше здесь жил. Наверное, ушёл, потому что ему здесь не понравилось». Вот и всё.

А если бы я просто ушёл из деревни и поселился в одиночестве? Это тоже не было выходом. Рано или поздно я наткнулся бы на кого-то из деревенских, и весьма вероятно, меня бы сразу же попытались убить.

Даже если бы я победил, жители отправились бы на поиски пропавшего. А как только они обнаружили бы труп, мои перспективы тут же стали бы весьма печальны. Выживать в одиночку и без того было бы слишком сложно. Я бы наверняка вскоре умер собачьей смертью.

Тогда, может, лучше просто уйти из леса? Ответ очевиден: нет. Выжить в одиночку в этих пустошах я бы не смог. У меня не было ни еды, ни воды, ни снаряжения, ни технологий, ни информации. В итоге я бы либо потерял сознание и умер, либо был бы разорван чудовищами.

Если подумать, моё нынешнее положение было на самом деле следствием невероятной удачи, если не божественной милости. Не заинтересуйся эта женщина мной, скорее всего, она бы меня уже прикончила. Чудо, что она меня нашла. Чудо, что она решила меня выслушать. Чудо, что у неё был авторитет в этой деревне. Чудо, что она прибежала на помощь, когда меня едва не убили. Вся эта цепочка совпадений сама по себе была чудом.

— Ты о чём-то задумался? — спросила девушка.

— Да так. Чудо, что я тебя встретил, и я очень благодарен тебе.

— Ой, да ты, оказывается, умеешь говорить приятные вещи! Но возможно, так будет не всегда.

— Неважно. Подумаю об этом позже.

И это была правда. Я понятия не имел, какие цели она преследует, но тем не менее я был всё ещё жив, хотя шансов убить меня у неё было предостаточно. Видимо, по какой-то причине я был ей нужен. Конечно, шансы на то, что в итоге она меня выгонит, сохранялись, и поэтому мне нужно было подготовиться как можно лучше, чтобы продолжать жить, какие бы испытания ни готовило будущее.

— Я был бы признателен, если бы мы обходились без намёков. Давай общаться проще, — предложил я ей.

— Согласна, тем более, что теперь мы будем жить вместе. Хм, с чего же начнём?

— Как насчёт твоего имени? Я всё ещё его не знаю.

Услышав это, девушка бросила на меня изумлённый взгляд, а затем расхохоталась. Ха. Значит, она умеет не только сверлить взглядом. Всё это время на её лице было такое угрожающее выражение, что смех застал меня врасплох.

— Ух ты! Ты совершенно прав! Прости, пожалуйста. Почти все здесь знают моё имя, и я совершенно забыла, что нужно представиться. — От смеха на её глазах выступили слёзы. Она была настолько красива, что я потерял дар речи. — Меня зовут Сильфиэль, я одна из защитников Чернолесья. Люди прозвали меня Ведьмой Чернолесья.

— Сильфиэль… Какое красивое имя. — В моих словах не было лести. В этом имени чувствовалась аура «чистой и хрупкой девы». Совсем не похоже на «эльфийку-убийцу с роскошным телом».

— Что у тебя с лицом? — спросила она.

— Честно говоря, в этом имени есть что-то такое доброе, невинное.

— Хм. Ну, когда-то так и было. И хотя я всё ещё невинна, доброй бы я себя сейчас не назвала. Эй, что это за взгляд? Хочешь проверить?

— Я бы соврал, если бы сказал «нет», но учитывая возможные последствия, пожалуй, не буду. — Я был уверен, что за подобные поползновения она мигом свернёт мне шею.

— Скукота. А тебя мне как называть?

— Пожалуйста, зови меня Косукэ. Не возражаешь, если я буду звать тебя Сильфи? Или всё же, «госпожой»?

— Наедине можешь звать меня Сильфи, но на публике «госпожа» будет лучше.

— Звучит логично. Тогда я обязательно буду называть тебя госпожой.

Сильфи состроила странную гримаску, увидев, как легко я согласился.

— Что с тобой? У тебя совсем нет гордости?

— Конечно, есть. Наше знакомство вышло ужасным, но я бы всё равно рано или поздно погиб, если бы не появилась ты. Я не знаю твоих намерений, но это не изменит того факта, что ты спасла мою жизнь. Мне просто интересно, какое положение ты здесь занимаешь, учитывая, что ты смогла защитить меня, и всё такое.

Сильфи на мгновение замолчала, а затем сказала с мягкой улыбкой:

— Понятно. Это достойно восхищения.

Эй, хватит. Ты пытаешься смутить меня этим взглядом, да? В последнее время я не встречался с девушками, и кроме того, пришлось многое пережить со всеми этими «попытками выжить в одиночку». Дай мне подумать.

— Итак, ты расскажешь, почему решила меня защитить? — спросил я.

— Да просто так, если честно. Просто ты интересный.

— Ага, ну да.

— Знаю, неожиданно, но так и есть. Мне просто любопытно побольше узнать о тебе, о твоём положении, о твоих знаниях и способностях. Я чувствовала, что просто не смогу бросить тебя одного.

— Понятно. Значит, такие, как я, здесь редкость? Люди, пришедшие из иного мира?

— Да? С чего ты взял? — усмехнулась Сильфи, выгнув бровь.

Да, вот это уже Сильфи, к которой я привык.

— Потому что в моём мире мы рассказываем такие истории для развлечения. Выдумки, конечно. Но есть и легенды с похожим сюжетом.

Если подумать, история Урасимы Таро в какой-то степени была историей о путешествии в другой мир. С какой-то точки зрения, легенды о Момотаро и Кинтаро были о людях из другого мира, переродившихся в Японии. А ещё были истории и о других людях, «унесённых» в другой мир.

[ПП: Урасима Таро, Момотаро, Кинтаро – герои японского фольклора]

— Хм, понятно. Оказывается, и я слышала подобные рассказы. В Святом Королевстве рассказывают, что Адол, царь богов, направил учеников из Мира Богов. И в Империи тоже есть подобные легенды. У эльфов есть истории о людях, заблудившихся после путешествия через Мир Духов. Говорят, что такие люди появляются на границе леса.

— Вот как? — Я ведь сам, придя в этот мир, оказался на опушке леса. — И что рассказывают об этих заблудившихся людях?

— Что они появляются, когда людям леса грозит опасность, и что они приведут этих людей к процветанию. Честно говоря, я не уверена, что ты действительно на такое способен.

— Да, пожалуйста, не требуй от меня слишком многого. — Я был обычным геймером-задротом, а не полководцем, учёным или политиком.

— Но ведь какая-то странная сила у тебя всё же есть? Я была бы рада послушать.

— Ну, это моя палочка-выручалочка, понимаешь? — заявил я с важным видом, лихорадочно прикидывая, стоит ли рассказать ей всё или только самый минимум? Ничего не рассказать тоже нельзя. Нужно доказать ей свою ценность. Плюс, если не буду сотрудничать, я могу остаться без защиты. А без этого выживание, можно сказать, подойдёт к концу.

Я взглянул на неё. Сильфи улыбалась от уха до уха. Будь неладна эта соблазнительная чертовка.

— Дай мне немного подумать перед тем, как всё рассказать, — сказал я.

— А? Ты решил ослушаться приказа? Кусаешь руку, что тебя кормит?

— Ну что ты! Я благодарен и очень обязан тебе. Но я всё ещё почти ничего не знаю ни о тебе, ни о твоём образе мышления, ни о твоих намерениях. Мои сила и знания могут быть опасны, в зависимости от того, как их использовать. Кроме того, я не уверен, насколько сильно мне стоит вмешиваться в дела этого мира, если учесть, что я пришёл из другого места. Принимая во внимание всё это, я просто не могу полностью тебе доверять.

— Опять одна болтовня. Жаль, что нельзя просто тебя заткнуть.

— Можно попробовать заткнуть меня твоими губами.

— Идея мне нравится, позже попробуем, — Сильфи очаровательно улыбнулась, а я невольно сглотнул.

Я ничего не мог с собой поделать. Она была абсолютно в моём вкусе.

— В твоих словах есть зерно истины. Похвально, что ты ведёшь себя настолько разумно. Но ты же наверняка можешь рассказать мне хоть что-нибудь? — настаивала Сильфи.

— Да, само собой. Давай покажу, на что я способен. — Я извлёк из инвентаря цепочку, копьё, топор, гамак и ещё несколько мелочей и продемонстрировал ей. — У меня есть нечто, что называется «инвентарь». Что-то вроде личного склада. Я могу хранить в нём оружие, материалы, еду, воду и даже большие и тяжёлые вещи. Но я ещё не проверял его объём и ограничения по весу. Вот эту способность я приобрёл, попав в ваш мир. Я пользуюсь ей лишь третий день.

— Ишь ты, удобно. — Янтарные глаза Сильфи опасно засверкали.

Перестань так на меня таращиться, это вредит твоей красоте, подумал я, в то время как Сильфи взяла моё каменное копьё.

— Хм. Оно грубое, но достаточно острое, чтобы завалить зверя. Сам сделал? — спросила Сильфи. Я замялся.

— Эм-м. Ну да. — Уф.

— О, значит, и топор этот сделал тоже ты? Непросто было, наверное.

Я снова смутился.

— Ну… да.

Когда мы впервые говорили о жизни в мире, откуда я родом, я немного рассказал о полезных инструментах, которыми мы пользовались, и о том, как я жил в комфорте и спокойствии. Мог ли человек, выросший в таких условиях, всего за три дня без инструментов создать такое прекрасное копьё лишь из найденных палок и камней? Тут и думать нечего, ответ – «нет».

— Хе-хе. Ладно, пожалуй, закончим допрос. Будь осторожнее, — сказала Сильфи.

— Спасибо, — сухо поблагодарил я.

Безрассудство. Она видела меня насквозь. Нужно было показать ей камни и траву! Боже, что я за идиот! Не знаю, что она успела понять, но наверняка догадалась, что у меня есть способность создавать эти штуки без усилий.

— Из тебя получится отличная рабочая лошадка. Уже одно это делает тебя чрезвычайно полезным. Видишь ли, довольно хлопотно таскать домой крупную добычу с охоты.

— О, дичь? Не знаю, насколько я буду в этом полезен.

— И что бы это значило?

— Ну, я убил одну из этих тварей, полу-волка, полу-ящерицу… лизафа, кажется? Я не складывал его в инвентарь целиком, так что пока не знаю, возможно ли это. Одна из особенностей инвентаря в том, что я могу собирать с трупа ингредиенты. Я забрал с лизафа мясо, кости и шкуру, а как только сложил их в инвентарь, туша исчезла. Осталась только лужа крови.

— А, так вот что это было.

Сильфи обнаружила бардак, который я оставил после схватки. Может, так она меня и выследила? Я бы не слишком удивился. В конце концов, я был лишь любителем, пытающимся замести следы, такого опытного следопыта я бы вряд ли обманул.

— Что ты с него получил? Покажи! — потребовала она.

— Без проблем, но я же не могу разбрасывать мясо по всему дому, плюс, если держать его в руках, оно может испортиться.

— Разумно. Подожди секунду.

Я проводил взглядом Сильфи, которая пошла за тарелкой или чем-то подобным, чтобы сложить на неё мясо. Конечно, у меня в инвентаре уже была большая тарелка из дерева, изготовленная мной ранее, но я не собирался демонстрировать эльфийке слишком многое, даже если казалось, что играть в секреты поздно.

— Клади сюда.

— Да, конечно. — Я стал выкладывать мясо лизафа на большую деревянную тарелку, которую принесла Сильфи. По моим прикидкам, получилось около четырёх килограммов.

— Это всё?

— Ну, кое-что я съел, но это всё, что осталось. А вот кости и шкура, которые мне удалось добыть. — Я умолчал, что часть костей и сухожилий потратил на изготовление композитного лука. В конце концов, это был мой козырь.

— Хм. Так ты не забрал никаких его органов? Полагаю, количество мяса с лихвой компенсирует это. Из какой это части тела?

— Без понятия. Знаю лишь, что это мясо лизафа.

На самом деле, я не обратил внимания, что, собирая лут с лизафа, я забил инвентарь порционными кусками мяса по полкилограмма каждый. Я съел два, следовательно, получалось, что в общем я получил с туши лизафа пять килограммов. Что интересно, все куски выглядели одинаково. Они видоизменились автоматически? Внешне это напоминало вырезку.

— Ну, определённо, это можно съесть, что ещё сказать. Попробуем вечером? — спросила Сильфи.

— Конечно, почему нет? Сколько приготовим?

— Пары хватит. Кстати, это точно все кости и шкура, что ты получил? — Она явно знала, что этого было мало для одного лизафа.

Она была весьма сообразительной.

— Признаюсь, я кое-что использовал. Но для чего – пока секрет.

— Что ж, ладно. Просто предупреждаю – завтра мы идём на охоту.

— Так точно, мэм! Кстати, ты голодна? Лично я – зверски. — Мы пришли сюда, не позавтракав. Я не знал, который час, но вытаскивать смартфон перед Сильфи было бы чересчур. По моим прикидкам, было около полудня. Чай утолил жажду, но ничего не смог поделать с моим пустым желудком.

— Тогда давай поедим. Вперёд, — небрежно скомандовала Сильфи, удобно располагаясь на ротанговом диванчике.

Я это предвидел. В конце концов, я был её жалким рабом. Совершенно очевидно, что ни одна хозяйка не будет готовить для своего раба.

— Не соблаговолит ли госпожа рассказать ничтожному рабу, как пользоваться вашей посудой и приправами?

— Пожалуй, придётся. Но дважды повторять не буду. — Вздохнув, моя добрая благородная хозяйка встала с дивана.

Большое спасибо.

Мы стояли на кухне, и она рассказывала мне о приправах этого мира. Соль я узнал сразу, но не сумел опознать другие. Она довольно хорошо разбиралась в них, поэтому дала мне попробовать некоторые. Я узнал те, что напоминали перец, паприку, горчицу, корицу, чеснок и имбирь. Об остальных я понятия не имел. Сахара у неё не было, но было что-то вроде мёда. Оно было сладким и сиропообразным, но совсем не напоминало то, что делают пчёлы. Может быть, нектар? И ещё у неё не было таких приправ, как соевый соус и мисо. Ну, это как раз было неудивительно.

— Какие у вас основные блюда? — спросил я.

— То, что можно замесить и запечь, — ответила Сильфи, указав на что-то вроде большой сумки с лямками.

Она приказала мне открыть её и заглянуть. Внутри был какой-то порошок, видимо, что-то вроде муки.

— Что ж, посмотрим, что мне удастся из этого приготовить. — Я принялся нарезать мясо лизафа, посыпая его солью и обмазывая мёдом. Раз уж оно было похоже на куриное, мне показалось, что сладко-солёная приправа подошла бы как нельзя лучше. Я мелко порубил зубчик чеснока и добавил его к маринаду.

Я оставил мясо мариноваться и перешёл к овощам. Выбор у Сильфи был богат, но я не представлял, как употреблять в пищу многие из них. Здесь были корнеплоды, листовая зелень, нечто напоминающее капусту и необычные фрукты — от выбора разбежались глаза.

— Что из этого можно есть сырым? — спросил я.

— Вон то круглое — называется каббай, а также это, толстое чёрное — это дикон. — Сильфи ткнула пальцем в ярко-красный кочан, похожий на капустный, и чёрный корнеплод, напоминавший редьку.

Ладно, будем считать, что это краснокочанная капуста. Я располовинил каббай кухонным ножом, вырезал кочерыжку, отрезал кусочек и попробовал. Да, это просто капуста, только красного цвета.

Здесь были ещё какие-то фиолетовые луковицы, которые я тоже попробовал. Обычный красный лук, может, слегка более солёный. И он фиолетовый даже внутри. Это тоже пригодится. Я мелко нарубил лук и каббай.

Дикон оставим на другой раз.

— А теперь вопрос на миллион: что это такое? Явно какая-то мука. — я не знал, была ли она пшеничной или кукурузной, но был уверен, что, если смешать её с водой и приготовить, она затвердеет.

Я попробовал замесить её с водой из кувшина. Хм, не очень липкая. Ну да ладно.

Я взглянул на Сильфи и обнаружил, что она почему-то смотрит на меня с ухмылкой. Она пила что-то прямо из фарфоровой бутылки. Не говорите мне, что у неё есть алкоголь. Эх, меня бы сейчас на место моей хозяйки.

— Хочу предупредить, что я никогда раньше не готовил из таких ингредиентов. Пожалуйста, не сердись, если на вкус будет не очень.

— Об этом мы подумаем позже. — Она продолжала ухмыляться.

Учитывая количество овощей и приправ, я был уверен, что она чувствовала себя на кухне, как рыба в воде, однако она и пальцем не пошевелила, чтобы помочь. Ну и прекрасно! Просто прекрасно! Мне плевать, что в итоге получится!

Сильфи развела огонь в кухонной плите, но регулировать температуру оказалось непросто. Я старался не переборщить с дровами, чтобы не получить пылающий вулкан, поэтому действовал с осторожностью. Сперва я добавил на разогретую сковороду немного муки с водой. Да, она напоминает пшеничную. Вероятно, это она и есть. Я добавил ещё немного, и жидкое тесто пропеклось ровно так, как я и рассчитывал.

— Тебе не кажется, что ты слишком часто пробуешь?

— Я же тебе говорил, что понятия не имею, каково это на вкус! — отвечая на её ворчание, я готовил промариновавшееся мясо.

Я нарезал его кубиками и обжарил. Попробовав, ещё немного посолил. Вкус был, конечно, неидеален, но для первого раза сойдёт. Я добавил в сковороду ещё воды и приправ, получив что-то вроде соуса, и разложил блюдо по тарелкам.

Затем я замесил тесто и испёк простенькие лепёшки. Я пёк и пёк, и приготовил в итоге шесть штук, которые сразу выложил на отдельную большую тарелку, и подал на стол вместе с нарезанными овощами и мясом.

— Хм, а как это едят? — спросила Сильфи.

— А вот так. — Я положил на лепёшку немного овощей и мяса, сдобрил их соусом, свернул и протянул ей. Дамы и господа, перед вами тако из лизафа. То есть, буррито. — Просто кусай.

— Хм. — Сильфи сделала, как я сказал, откусила большой кусок буррито, и, слегка прожевав, проглотила. — А неплохо.

— Здорово. Можно мне тоже взять?

— Да.

Получив разрешение госпожи, я сделал буррито для себя. Хрустящий каббай и фиолетовый лук были приятной текстуры. Маринованное мясо лизафа тоже получилось неплохо. Думаю, стоит добавить ещё приправ. Я принёс с кухни паприку и горчицу. Сильфи тоже решила приправить свою порцию — видимо, и ей показалось, что вкус слабоват.

— Думаю, вышло неплохо. А для первой попытки даже хорошо, — отметил я.

— Да, совсем недурно. Давай завернём их в листья и возьмём с собой, чтобы перекусить позже.

— Думаю, если приготовить утром, а съесть в обед, всё будет нормально. Но если позже, боюсь, еда может испортиться.

— Верно. А если положить её в твой инвентарь?

— Не могу сказать точно. Наверное, можно проверить, портится ли еда в инвентаре. Надо было оставить кусок сырого мяса и понаблюдать.

—Ага. Ну, остальное может продержаться несколько дней, если засолить.

Пока мы болтали о моём инвентаре, я упаковывал буррито для Сильфи. В конце концов, я был её рабом. Это было самое малое, что я мог для неё сделать, раз уж она позволила мне остаться.

— Что ж, обед был неплохим. Мне надо ненадолго выйти по делам, а ты оставайся здесь. Думаю, о правилах напоминать не надо, ты же не ребёнок?

— Да, не беспокойся. Всё будет в порядке.

Сильфи показала мне, где ванная, так что с этим проблем не было. Я понятия не имел, по каким делам она собралась отлучиться, но раз она сказала, что завтра мы идём на охоту, вряд ли она решила заняться организацией моей торжественной казни.

Раз уж я оставался один, я решил провести это время, изучая содержимое инвентаря и меню производства. Такая передышка была очень кстати.

— Веди себя хорошо, — с этими словами Сильфи удалилась.

Я немного передохнул, переваривая всю нахлынувшую информацию, и приступил к работе.

— С помощью этого я лучше всего смогу выяснить, как течёт время в моём инвентаре. — я запалил трут от углей, тлевших в кухонной плите, и положил его в инвентарь. Над ним появилось название «Горящий трут». Я немного подождал, а затем проверил его. «Горящий трут» совсем не изменился.

Я подождал ещё чуть-чуть и извлёк его, держа над плитой. Он выглядел точно так же, как в тот момент, когда я зажёг его, однако тут же догорел.

— Хм-м. Из этого, пожалуй, никаких выводов не сделать.

Было весьма вероятно, что время останавливалось для вещей, помещённых в мой инвентарь. Я проклял это место, как паршивую видеоигру, когда впервые оказался здесь в одной одежде, но только теперь я с облегчением осознал, что благодаря свойствам моего инвентаря, я играл на минимальной сложности.

Я зажёг ещё несколько кусков трута и закинул в инвентарь. Теперь не придётся беспокоиться о розжиге костров. Прощай, моя верная «зажигалка». И всё же, я оставил её в инвентаре — на всякий случай. Лучше иметь и не нуждаться, чем нуждаться и не иметь.

Я закончил изучать инвентарь и начал копаться в меню производства. К сожалению, толком ничего нового там не появилось. Ну, то есть, появилось кое-что, что можно было бы смастерить из костей, клыков и шкуры лизафа, но у меня было такое чувство, что эти предметы оказались бы не лучше каменных, так что я просто пропустил их. Однако я всё же решил изготовить несколько стрел из клыков. Боеприпасов много не бывает. Будь у меня железо, я мог бы вместо этого сделать железные наконечники… Но они могли понадобиться мне на завтрашней охоте, так что пусть будут.

Композитный лук – это на данный момент мой туз в рукаве, так что, пожалуй, стоит сделать обычный, который можно показать Сильфи. Жаль, что здесь нельзя попрактиковаться в стрельбе — если я наделаю дыр в стенах, Сильфи меня прибьёт. Буквально.

Заняться больше нечем… Посмотрим, где здесь можно переночевать. Если такого места не найдётся, обустрою его сам. Уж гамак-то она мне разрешит повесить?

Я принялся исследовать дом Сильфи. Мне не хотелось вторгаться в её личное пространство, поэтому я лишь мельком заглянул в комнаты, кроме гостиной и ванной. Я не был каким-то чудаком, которому нравилось шнырять по комнате девушки и рыться в её одежде и нижнем белье.

Дом Сильфи был велик, но разобраться в его планировке было несложно. Сразу за гостиной находилась спальня Сильфи. Рядом с ней была кладовая для повседневных вещей. Гостиная также соединялась с коридором, ведущим в ванную, а далее расположился приличных размеров сад. Земля была плотно утрамбована, так что он скорее походил на спортивную площадку. Там же стоял какой-то сарайчик, запертый на замок.

— Хм, где же мне спать? — Я, наверное, мог бы повесить гамак где-нибудь под крышей, например, в кухне-гостиной. Другой вариант — запертый сарай в саду. В любом случае, я, скорее всего, расположусь где-нибудь в помещении. Мне понадобится стойка для гамака. — Я почти уверен, что видел её в меню производства.

Я использовал остатки древесины, чтобы изготовить её и установить гамак.

— А что, неплохо. — Я развесил гамак в саду и попробовал улечься. Было довольно удобно. С тех пор, как я вешал гамак на дереве, я добавил в конструкцию деревянные распорки в ногах и изголовье, и теперь я мог лежать в нём ровно и спать с большим комфортом. Желая сохранить более компактный походный гамак, который за счёт меньших габаритов лучше бы скрывал меня от хищников, я изготовил ещё один.

Изготовление гамака заняло некоторое время. Закончив, я заглянул в каждый уголок сада. Камни и траву можно было использовать в производстве, поэтому я тщательно их собирал. Даже самые маленькие камешки можно было пустить на изготовление стрел, если их было достаточно много, а из травы можно было делать верёвки и гамаки, так что она тоже была не лишней.

Покончив с этим, я открыл меню и занялся производством промежуточных материалов. Например, для создания гамака нужна трава, из которой я сделаю травяные волокна, из волокон – верёвку, а из нескольких верёвок получался уже гамак. В этом примере волокна и верёвки как раз и были промежуточными материалами.

Я уселся в гамак, установленный в саду, и принялся за создание промежуточных материалов в меню, чтобы сэкономить время в будущем.

К тому же, существовала вероятность, что появятся новые рецепты, если я увеличу свой запас промежуточных материалов. Я сидел молча, создавая гравий и каменные лезвия из камней, песок из гравия и многое другое.

— Хм, добавилось не так уж много, — проворчал я, мастеря подушку из ткани и хлопка, полученных из волокон.

Я подозревал, что мне не хватало какого-то ключевого инструмента, либо мне нужны были другие материалы, так как новые рецепты просто не появлялись.

— Да уж, обидно, — буркнул я, вертя в руках созданное мной метательное оружие – болу. Оно состояло из трёх верёвок и камней, привязанных к их концам. Его нужно было раскрутить как следует и бросить в кого-нибудь, чтобы поймать. Само собой, и получить удар такой штукой было бы чрезвычайно неприятно.

Я никогда раньше не пользовался ничем подобным, поэтому не мог судить о его эффективности, но наверняка это было лучше, чем просто швыряться камнями. Лучше иметь, чем не иметь.

Я извлёк все свои охотничьи принадлежности, и пока я их осматривал, вернулась Сильфи. Она оглядела гамак и весь мой примитивный арсенал, разложенный на земле, и ухмыльнулась.

— Какой богатый выбор. А пользоваться умеешь?

— Если ты хочешь знать, могу ли я с их помощью кого-нибудь убить, то да. Я совершенно точно проткнул того лизафа каменным копьём, а топором разбил его башку. Лук я ещё не испытывал, но стрелы достаточно прочные, чтобы воткнуться в дерево. Что касается того, могу ли я использовать его эффективно, скажу честно — не уверен. Я лишь обычный человек, который ни разу ни с кем не дрался, не говоря уже о том, чтобы учиться владеть оружием.

— Понятно. У тебя тут есть и кое-что необычное.

—Да. Это называется бола. — Похоже, она заинтересовалась, так что я объяснил принцип работы. Идея ей, очевидно, понравилась, потому что она попросила такое оружие для себя. У меня ещё хватало материалов для изготовления, и я мог запланировать производство ещё одного экземпляра, пока она не смотрела, так что я предложил ей уже созданное. У меня было ощущение, что она справилась бы с ним гораздо лучше меня.

— Полагаю, ты можешь сделать всё, что угодно? — спросила она со своей фирменной ухмылкой.

Каковы бы ни были её намерения, пожалуй, лучше было не лгать. Я пока ещё боялся выкладывать ей всё, не зная, что она собиралась со мной сделать. С другой стороны, если я расскажу ей всё, и она поймёт, что я могу быть полезен, мне, вероятно, не придётся опасаться за свою жизнь. Решиться было нелегко.

— Да, но я не могу создать что-то из ничего. Для этого нужны материалы. — ответил я.

— Вижу, что у тебя есть только каменное оружие. А из металла сможешь, как думаешь?

— Не знаю. Как я уже говорил, я здесь всего пару дней и не до конца изучил свои способности. — неопределённо ответил я, пока в голове метались мысли. Она определённо знает, что инвентарём мои способности не ограничиваются. Если судить по её вопросам, в этом нет никаких сомнений. Попытка скрыть это лишь усилит её подозрения.

К тому же, я практически гарантированно останусь на попечении Сильфи. Раз она так мной заинтересовалась, следовало подогревать этот её интерес как можно дольше. Ей, наверное, нравились необычные вещи, или, может быть, она просто изголодалась по развлечениям. В таком случае, мне следовало продолжать удовлетворять это желание.

— Однако… — я замолчал.

— Однако?

— Я хотел бы выяснить, могу ли я создавать изделия из металла. Но для проверки у меня нет материалов. Точнее, мне нужны железная руда и топливо.

— Хм, материалы, говоришь? — Она на мгновение задумалась, приставив тонкий пальчик к подбородку. Её любопытство вспыхнуло с новой силой. — Где взять руду, я знаю, а вот с топливом вряд ли помогу. Обычные дрова ведь для плавки железа не годятся, так?

— Не знаю. Насколько мне известно, это невозможно, но, если использовать мою силу, может сработать. Но, вообще говоря, мне понадобится кокс, полученный из переработанного угля, или, по крайней мере, древесный уголь. В любом случае, я не узнаю, что именно, пока не попробую.

— Хм. Значит, прямо сейчас ты попробовать не можешь?

— Мог бы, будь у меня руда. Или хотя бы железный лом.

— Тогда у меня для тебя кое-что есть. — Сильфи улыбнулась, но совсем не радостной улыбкой. Она меня пугала!

Сильфи пошла прямо к запертому сараю. Щёлкнув ключом, она распахнула дверь.

Я рефлекторно поморщился от запаха.

— Господи, что это за вонь?

— Это мои военные трофеи. — Сильфи с ухмылкой посторонилась, и я заглянул внутрь.

Внутри лежала груда ржавых мечей, доспехов и щитов, на первый взгляд, совершенно непригодных для использования. Значит, этот запах…

— Эй, эти доспехи что, были в крови? И этот меч, и шлем тоже.

— Ха-ха. Ну, чистить их было бы очень неприятно, понимаешь?

И доспехи, и шлемы явно были сделаны не для Сильфи. Не нужно было быть гением, чтобы понять, что она имела ввиду под «военными трофеями».

— Предлагаешь использовать их? Они выглядят так, словно прокляты, или что-то в этом духе, — сказал я.

— О, ты сразу определил их достоинства! Говорят, доспехи мертвецов действительно обладают такой силой.

— Правда? Какой ужас.

— Но переплавить их можно без проблем. Любое пустяковое проклятие исчезнет, когда они потеряют начальную форму и очистятся в огне.

— Ты уверена? — Ухмылка на лице Сильфи доверия не внушала. Однако, у меня не было магических сил или фантастических навыков — например, видеть проклятия, как любят притворяться восьмиклассники, — так что у меня не было выбора. — Пожалуй, я попробую, но мне совсем не хочется трогать их.

— Всё будет нормально, если их не надевать. Только поосторожнее с оружием.

— И что ты мне предлагаешь?

— Воспользуйся своей силой, чтобы спрятать их. Так тебе не придётся их трогать, верно?

— Ты бесподобна!

По её совету я собрал всё ржавое оружие и доспехи, разбросанные по сараю, в инвентарь. Удивительно, но мне лишь нужно было подойти поближе, чтобы подобрать их. Я открыл инвентарь, чтобы оценить добычу.

Ржавый меч х4

Ржавое копьё х3

Ржавый кинжал х6

Ржавый тесак х2

Ржавый щит х2

Ржавый шлем х2

Ржавая броня х2

Ржавые поножи х5

Ржавые перчатки х5

Проклятый ржавый меч х1

Проклятое ржавое копьё х2

Проклятый ржавый шлем х3

Проклятая ржавая броня х3

— Мать вашу! Некоторые из них действительно прокляты?! — меня настиг запоздалый страх.

— Хм. Наверное, иногда мне всё же следует устраивать здесь уборку.

— Ты ведёшь себя так, словно тут всего лишь пыльно? Это же серьёзно!

— Да ничего особенного. В любом случае, давай уже, попробуй сделать металлическое оружие!

— А? Ну ладно, попробую.

Я выбрал на заднем дворе уголок, казавшийся достаточно свободным от всего, что могло бы воспламениться, и установил небольшой горн, извлечённый из инвентаря. Брови Сильфи слегка дёрнулись, вероятно, от удивления при внезапном её появлении.

— Что ты только что сделал?

— Эт сложно объя… Ладно, ладно, расскажу! Это работает немного не так, как с оружием, которое мы держим в руках, типа каменного копья, но я умею легко устанавливать предметы, например, этот горн, прямиком из инвентаря. Помнишь тот мой гамак на дереве? С ним я делал то же самое, как и с тем, что поставил вон там. Думаю, я назову их «размещаемыми объектами».

Такие вещи, как копья или топоры, которые можно было держать в руке, назывались просто «предметами». В то же время, горн, гамаки, глинобитные строительные блоки, которые я ещё не размещал, относились к другой категории. Однако я подозревал, что рано или поздно наткнусь на что-то, не входящее ни в одну из этих двух.

— Хм. Понятно. Продолжай, — подбодрила меня Сильфи.

— Сию секунду!

Я открыл меню производства горна и изучил список того, что можно было изготовить. Во-первых, для её работы требовалось топливо. Здесь бы сгодилось многое из хранившегося в инвентаре: собранные мной куски дерева, волокна, верёвки, гамак. Однако, здесь также имелся таймер, определявший, сколько времени будет гореть огонь, и поскольку это зависело от материала или предмета, древесина показалась мне наиболее эффективной на данный момент.

Однако в горне нельзя было плавить железо, используя в качестве топлива дрова. Можно попробовать получить древесный уголь, если загрузить дерево в слот продукции, и затем попробовать расплавить железо уже с ним.

— По крайней мере, я так думаю. — Я рассказал Сильфи о том, что придумал, глядя на языки пламени, пляшущие в горне. Я рассудил, что нет ничего страшного в том, что она узнает, учитывая, что я единственный мог видеть меню производства. Таким образом, лишь я знал, что могу создать, и сколько времени на это нужно.

Другими словами, я не очень ясно представлял себе, что именно смогу сделать, сколько материалов и времени потребуется, поскольку я планировал прикарманить часть материалов прямо у неё под носом. И всё же, приходилось соблюдать осторожность с количеством — я не хотел, чтобы она сочла меня бесполезным.

— Так, значит, топливо – наше главное препятствие. Что ж, если оно нам нужно, сможем добыть его в лесу, — сказала Сильфи.

— Может, удастся собрать хоть немного во время завтрашней охоты? Я бы хотел ещё и руды набрать, если получится.

— Я слышала, что её можно найти в ручьях в глубине леса. Думаю, мы бы смогли зайти так далеко, тем более, что с твоей силой можно будет унести с собой много всего.

— Транспортировку оставь мне. — За время нашего разговора уголь был создан. Я запустил производство как раз перед его началом. — Уголь готов, давай посмотрим, смогу ли я с его помощью переплавить железо.

— Ага, давай.

Я вынул из слота топлива дрова и положил на их место уголь. Свет и жар от горна усилились.

— Кажется, пламя довольно горячее, — заметила Сильфи.

— Сейчас проверим, что из этого можно использовать.

Я опасался начинать с одной из проклятых вещей, да и оружие было пока мало-мальски пригодным, так что для первого опыта я выбрал обычную ржавую броню.

— Должна сказать, всё выглядит слишком просто. Я думала, выплавка железа требует большого опыта.

— Просто это я особенный. — Я и правда был особенным. Металлургия действительно была тяжёлой работой.

В первую очередь, невозможно было бы создать что-то приемлемое с таким дрянным горном. Нужен был горн, устойчивый к высоким температурам, а он, в свою очередь, требовал огнеупорных кирпичей, способных выдержать такой жар. Кроме того, древесный уголь не мог дать достаточной температуры, чтобы расплавить куски железа или даже железный песок. Сначала было необходимо избавиться от примесей, таких, как сера. Процесс включал в себя множество операций.

Моё меню производства полностью игнорировало подобные проблемы. Оно помогало мне стабильно создавать предметы в обмен лишь на топливо, материалы и время.

— И благодаря этому… Трам-пам-пам! Я создал железный слиток!

— Я не поняла, но неплохо… Так ведь?

— Думаю, превращать бесполезный железный хлам в пригодные к использованию новенькие железные слитки — это действительно очень неплохо. — Если я правильно помню, в моём мире, чтобы получить качественное железо из лома, требовалась высококлассная электрическая плавильня. Просто невероятно, что удалось выжать так много из этой маленького паршивого горна.

— Верно. Превращать мусор во что-то полезное — замечательное достижение. Но ведь это не всё, так?

— Конечно, нет. — Я забрал слиток у Сильфи и создал ещё несколько.

— Ура! Я создал молот и наковальню!

— Верно, это основные инструменты кузнеца.

— Ага. Теперь я смогу создавать что угодно, используя их и горн.

Я установил наковальню рядом с горном, взял молот и открыл меню производства наковальни. С его помощью я мог создавать стальное снаряжение, используя в качестве материалов слитки железа.

— Значит, ты не собираешься ковать железо? — спросила Сильфи.

— Нет. Я бы не смог, даже если бы очень постарался.

— Слабак.

— Не спешите с выводами, прекрасная леди. Уверен, ты передумаешь, когда увидишь это. — у меня в руке появился только что созданный стальной нож.

Её скучающий взгляд моментально сменился улыбкой. Боже, что это была за улыбка! Вот бы она появлялась на её лице как можно чаще. Ну почему нужно постоянно ходить с этой кривой усмешкой, когда есть такая альтернатива?

— М-м-м, неплохо, — пробормотала Сильфи, внимательно разглядывая лезвие и пробуя его ногтем. Будучи законченным дилетантом, я понятия не имел, что она делает.

Видишь? Я полезен! Так что накорми меня поскорее, гав-гав! Я лишь твой пёс, а ты моя хозяйка, и чтобы порадовать тебя, я покажу, какой я талантливый пёс. Гордость? Да псу под хвост эту гордость. Ой, это я же теперь пёс. Ха-ха-ха.

— Правда? Вот видишь! Я могу сделать что угодно! Наверное.

— Ха-ха-ха. Ты выглядишь таким отчаявшимся.

— Потому что я не хочу умирать!

Проще говоря, эта деревня была вражеской территорией. Если бы я сделал хоть шаг за порог этого дома, я бы не удивился, если бы меня избили и закопали. Хотя Сильфи и демонстрировала меня куче людей как свою собственность. Так что, может быть, всё получится, если я попробую? Возможно. Но если бы я лишился защиты Сильфи, моя песенка была бы спета.

— Я заберу это. Использую, чтобы убедить этих тупоголовых старых маразматиков.

— Как скажешь.

Пусть забирает. Я был уверен, что смогу сделать ещё один до того, как топливо кончится. Однако, дров почти не осталось, а ведь я думал, что у меня большой запас. Завтра придётся собрать их как можно больше.

Я продолжал трудиться, пока не прогорел весь древесный уголь. Я наделал ещё железных слитков, которые затем пустил на производство инструментов. Я выбрал стальной нож и топорик.

Топоры — очень нужная вещь. Я слышал, что их использовали примерно с 600 г. до н.э., и спустя века их форма почти не изменилась. Практически один и тот же инструмент изобрели одновременно по всему миру, и он до сих пор в ходу. Другими словами, это был идеальный инструмент.

Он был прочным, надёжным и универсальным как для работы, так и для боя. В отличие от меча, копья и лука специально учиться пользоваться топором не было необходимости. Просто поднимаешь, опускаешь – бац, готово.

— Итак, я закончил! Это я сделал для завтрашнего похода.

— Топор? Отлично. — Сильфи сделала несколько взмахов.

Эй, ну хватит. Страшно же.

— Сделай для меня такой же из дров и руды, которые мы найдём завтра. Понял? — Она не попыталась сразу забрать его себе. Госпожа щедра.

— Так точно, мэм. — Я заметил, что с появлением у меня этого топора время производства изделий из дерева сократилось. — Да ладно?

Никогда бы не подумал, что благодаря топору получу такое преимущество. Может, если у меня будет больше инструментов, время производства других предметов также сократится? Было бы неплохо наделать их как можно больше.

Я израсходовал весь уголь, так что пришла пора собрать горн и гамак и вернуться в дом. Здорово, что горн можно было просто доставать и убирать обратно. В некоторых играх пришлось бы его разрушать специальным инструментом.

В итоге для изготовления двух ножей и топора я переплавил комплект доспехов и два шлема. Кроме того, я сделал два десятка железных наконечников для стрел и три железных слитка. Я настроил меню на производство стальных стрел с использованием этих наконечников, после чего решил, что более чем готов к завтрашнему дню.

— Думаю, это всё на сегодня. Уголь у меня тоже кончился.

— Вот как? Тогда давай отдохнём. Я и сама порядком устала после сегодняшнего. — Сильфи наблюдала за мной, скрестив руки на груди, после чего развернулась и зашагала к дому.

Как это объяснить? Её движения такие проворные, она совсем не открывается. Перехитрить такую будет сложно, размышлял я, следуя за ней.

Закончив с металлургией, мы с Сильфи вернулись в дом. Судя по положению солнца, вечерело. Небо ещё не окрасилось в красные тона, но свет, казалось, постепенно угасал.

В доме царил лёгкий полумрак, поскольку окон было мало, но он не казался таинственным или зловещим. Видимо, окружение казалось таким томным, потому что я был выжат, как лимон.

— Кстати, где тут можно разместиться? Могу ли я установить гамак где-нибудь в этой комнате? — спросил я, едва мы зашли внутрь.

Сильфи тут же уселась на один из ротанговых диванов и откинулась назад, словно хвастаясь своим подтянутым телом. Боже мой, какие бы высшие силы там ни были, они просто сошли с ума, создавая эту женщину.

— Я не против, но ты можешь спать со мной, если хочешь. — Сильфи одарила меня соблазнительной улыбкой и кокетливым взглядом.

— Правда, могу? Звучит заманчиво. — Мне было страшно принять это предложение за чистую монету. Ну, то есть, она ведь могла свернуть мне шею голыми руками. — Думаю, сегодня я пас, потому что, честно говоря, я тебя боюсь. Но я с радостью соглашусь, как только мы узнаем друг друга получше.

— Боишься? Что это значит? — Она обиженно надула губки.

О, так ты умеешь дуться? От этого ты выглядишь гораздо милее.

— Потому что я всё ещё тебя не знаю. Сперва я думал, что ты просто жестока, но, когда мы заговорили друг с другом, я понял, насколько ты рассудительна. Ты решила помочь мне, и я до сих пор не могу в это поверить. Похоже, ты занимаешь довольно высокое положение в деревне, и могу сказать, что ты не боишься применить силу, учитывая, ну, знаешь, все те сувениры в сарае. Но насколько я смог разглядеть, в тебе есть и другая, непорочная сторона. Не знаю. Я просто тебя не понимаю. Так что да, мне страшно прыгать к тебе в постель. — Я решил не сдерживаться и выложить ей всё, что я чувствовал. Со стороны могло выглядеть, словно я её поддразниваю, но как по мне, я просто решил сам контролировать свою жизнь.

Сильфи выслушала мою тираду в гробовом молчании.

Она была очень неглупой — эльфийкой? Тёмной эльфийкой? — поэтому я понимал, что пытаться обмануть её бесполезно. Я и без того не особенно хорошо умел связно выражать свои мысли. Я решил, что более правильным будет открыто сказать о своих чувствах.

— Но, хоть я и не знаю тебя, я хочу узнать. Конечно, мы познакомимся гораздо ближе, если будем спать вместе, но, может, сначала поговорим? Я, само собой, не буду возражать, если мы станем парочкой. Честно говоря, в глубине души я рад до одури, и некая часть меня никак не может успокоиться, — продолжил я.

— То есть, ты долго и убедительно рассказываешь, как тебе страшно, но в конце концов, всё равно хочешь секса?

— Говорят, что «не съесть то, что перед тобой, — это позор для мужчины», и так оно и есть, понимаешь?

— А? Что бы это значило? — Сильфи склонила голову к плечу.

Да, да. Вот такое выражение мне нравится. Ещё раз присмотревшись к ней, я понял, что она больше, чем хорошенькая — она просто милашка.

— Это поговорка с моей родины. Она означает, что отвергать ухаживания женщины – позор для мужчины.

— А у нас говорят: «Когда печь приходит к тесту, пора печь пироги».

— Наверное, в каждой стране каждого мира есть поговорка со схожим смыслом, — рассмеялся я. В конце концов, люди — это люди, и где бы они ни жили, их занятия и темы для разговоров не слишком-то отличались.

— Ну что ж, давай поговорим. Из дел на сегодня осталось лишь поужинать и пойти спать. Можем не торопиться.

— Звучит здорово. Раз уж мы коснулись этой темы, что если я расскажу о целомудрии и романтических обычаях своего мира?

Сильфи снова нацепила на лицо эту ухмылку. Ей, похоже, было интересно послушать о другом мире, независимо от темы. Я затронул весьма деликатный вопрос, но, похоже, она ничуть не смутилась.

— Мне нравится. Я поняла про целомудрие, но что ты имеешь ввиду под обычаями?

— А? Ну, знаешь, все эти негласные правила, касающиеся влюблённости, увлечения, ухаживаний и всего такого. Разве у эльфов не так?

Но Сильфи лишь недоуменно посмотрела на меня. Стоп, что? Разве в этом мире нет понятия романтической любви? Этого же не может быть, верно?

— Я знаю слово «любовь», и, наверное, понимаю его в общем смысле. Но я никогда раньше никого не любила и вообще не понимаю, что ты имеешь в виду под «влюблённостью».

— Э-э-э… Это непросто. Это как… один из первых шагов к тому, чтобы полюбить кого-то. Когда ты не можешь перестать думать о ком-то противоположного пола — а может быть, и твоего пола — и не можешь сосредоточиться ни на чём другом.

— Разве это не просто желание переспать?

— Не могу поверить, что ты говоришь об этом так прямо! Словно какой-нибудь воинствующий фанатик платонической любви перед тем, как врезать по голове! Ладно, похоже, это будет слишком сложно объяснить, так почему бы тебе вместо этого не рассказать мне о любви и целомудрии в этом мире? Возможно, я смогу рассказать больше о своём, узнав побольше о вас.

— Ладно. Хорошо. — И Сильфи стала рассказывать мне о взаимоотношениях мужчин и женщин в этом мире.

Если вкратце, здесь практиковалось многожёнство. Поскольку многие мужчины занимались опасной работой, их уровень смертности был чрезвычайно высок, и жёны в итоге оставались одни. Другими словами, было много вдов, и их зачастую принимали в семьи вторыми или третьими жёнами. Более того, поскольку в этом мире не было особых развлечений, кроме горизонтального танго, неудивительно, что семьи были большими.

От женщин ожидали верности в первом браке, но на вдов смотрели гораздо проще. Большинство женщин не хранили верность своим мужьям после их смерти, и вступать в повторный брак для них было обычным делом. Очевидно, мужчины, обеспечивавшие многих вдов, были уважаемы в обществе.

— Хм… Это как-то… Нет, это совершенно не похоже на то, как всё устроено в моём мире, — сказал я.

— Ты говорил, что у вас принято оставаться в браке с одним партнёром на всю жизнь. Здесь даже правители и знать больше так не делают.

В ответ я смог лишь издать стон. Конечно, в чужой монастырь со своим уставом не ходят, но учитывая то, как я был воспитан, принять такое было довольно тяжело.

— Раз ты так говоришь, я обязан спросить… Разве ты ещё не невинна? Не нужно ли тебе хранить себя? — Я сам не знал, подразумевал ли я под «невинностью» девственность или то, что она ещё не была замужем, но это слово показалось мне наиболее подходящим.

— Разве мужчине и женщине нужна причина, чтобы хотеть друг друга?

— Да. Потому что мы не животные.

— Я бы сказала, разница между нами и животными невелика, — ухмыльнулась Сильфи.

— На философском уровне разница определённо есть! Неважно, забудь, о чём я спрашивал! Давай сменим тему!

Я чувствовал, что она медленно загоняет меня в угол. Я нутром чуял опасность, нужно было бежать! Но бежать было некуда. Я оказался в ловушке и решил перевести разговор на более нейтральную тему. У меня оставался лишь этот способ сопротивления.

— Ну, раз так… Тогда давай поговорим о других странах. Думаю, эта тема напрямую тебя касается, не находишь?

— Н-ну, пожалуй, соглашусь. Ты рассказывала вкратце, но хотелось бы побольше подробностей.

— Хорошо. Я уже упоминала, что Святое Королевство и Империя воюют, так?

— Да. Ты говорила, что Святым Королевством правила раса людей, а в Империи жили все остальные. И рассказывала, что они воюют за плодородные земли на границе, и как обе страны борются с мятежами, затягивая войну.

— В целом, ты прав. Сначала поговорим о Святом Королевстве. — и она в двух словах рассказала мне о нём.

Если коротко, это было теократическое государство. Они верили в единственного истинного бога Адола, даровавшего святому королю право на царствование. В их глазах человекоподобные были созданы для услужения людям, поэтому с ними, естественно, обращались, как с рабами. Согласно их вероучению, люди были высшей расой.

— По их словам, мы, не чистокровные люди, — лишь слуги, созданные богом, чтобы угождать им.

— Какой бред. С чего они это взяли?

— Люди могут иметь детей от любых человекоподобных. Однако, человекоподобные могут зачать ребёнка лишь с представителем своего вида. Следовательно, люди — прародители всех человекоподобных. Или, если взглянуть с другой стороны, боги создали человекоподобных после людей, поэтому люди настаивают, что человекоподобные появились лишь для служения им.

— Хм-м. Это логично, но, в то же время, не очень…

Из её объяснений у меня сложилось впечатление, что всё должно быть наоборот. Скорее, человекоподобные были эволюционировавшей формой людей.

От мифа о сотворении людей и человекоподобных веяло научной фантастикой. Словно людей использовали как основу для создания человекоподобных с улучшенными генами. Если то, что утверждали люди, было правдой, то, похоже, этот Адол должен был обладать технологией генной инженерии.

— А что за место такое — Империя? — спросил я.

— Империя? Ну, о ней я многого рассказать не смогу. Она находится очень далеко. До спорных земель Империи и Святого Королевства пешком добираться месяца три.

— Да, далековато.

Я слышал, что комфортным шагом человек может пройти тридцать километров в день. Если идти ежедневно на протяжении трёх месяцев, получится девятьсот километров в месяц, так что те земли лежали без малого в трёх тысячах километров от нас… Такое даже представить было сложно, но похоже, это было очень далеко.

— Возможно, это лишь слухи, но поговаривают, что страной правит император, доверивший управление провинциями своим подчинённым. Работорговля там процветает, и они часто торгуют с жителями восточных и северных районов Пенса. Среди рабов можно найти как людей, так и человекоподобных — раса не имеет значения.

— Полагаю, что уж эти-то ребята уже не заявляют о превосходстве одной расы над другими?

— Угу. Если верить тому, что я слышала, они не делают различий между людьми и человекоподобными. Однако, там для всего нужны деньги и власть. По слухам, они не очень хорошо обращаются с рабами, отсюда и постоянные восстания.

— Хотелось бы, чтобы с ними обращались лучше. Доброе отношение было бы экономически более выгодным.

— Угу. Ты совершенно прав.

— Да, я бы так и сказал. — Такая ситуация была бы беспроигрышной для обеих сторон.

— От всех этих разговоров мне захотелось пить, — сказала Сильфи, подойдя к шкафу у плиты и доставая две фарфоровые бутылочки. Одну она протянула мне. Я слегка встряхнул её и услышал, как внутри плещется какая-то жидкость.

— Это медовуха. Угощайся, — подбодрила Сильфи, отпивая прямо из горлышка.

Я вытащил пробку и последовал её примеру.

— Это алкоголь? Крепким не пахнет.

Напиток был сладким! Я думал, что он будет напоминать по вкусу мёд, но здесь не было его густой, насыщенной сладости — он был совершенно другим. Определённо, не фруктовым. Аромат освежал, словно цветочный нектар. Лишь глотнув, я почувствовал его крепость, алкоголя в нём было наверняка побольше, чем, скажем, в пиве.

— А она довольно крепкая. Мне хватит бутылки, чтобы свалиться, — сказал я.

— Боже, эти любители. Эта штука – практически вода.

— Ты что, какой-то увабами?

Время пояснений! Увабами были существами с лужёной печенью, вообще не беспокоившимися о количестве выпитого. Будьте осторожнее с теми, кто подливает вам в стакан ещё и ещё, потому что сами чувствуют себя нормально!

— Эта штука слишком сладкая и крепкая для меня. Пожалуй, разбавлю её водой.

— Серьёзно?

Если так и дальше пойдёт, я не смогу продолжать пить. Я налил напиток в деревянный стакан собственного производства и разбавил двумя частями воды из пластиковой бутылки — такое соотношение показалось мне идеальным.

— Это что, фляга? — спросила Сильфи.

— Да, она из материала, который часто используется в моём мире. Не очень прочный, но довольно долговечный.

Её можно было легко пробить ножом, зато она не могла разбиться от падения. С этой точки зрения, пластиковые бутылки были невероятно удобны. Правда, нужно будет придумать, как её утилизировать, когда она опустеет.

— Хм, какой странный материал. Мягкий, но прочный, и прозрачный. Как вы их делаете?

— Я точно не знаю, но кажется, изначально их делали из нефти. Такое масло, которое бьёт из-под земли.

— Эту посуду можно сделать из масла? Не могу представить, как, — Сильфи улыбалась, вертя в руках бутылку. Её определённо распирало от любопытства.

— У меня их много. Хочешь, я сложу их где-нибудь? Они смогут храниться долго, если держать их в тени и не открывать.

— Правда? Вода в бутылках обычно портится за три дня.

— Я простерилизовал их, так что уверен, год они простоят. Однако, после вскрытия они долго не хранятся.

— Воду можно спокойно пить так долго? Какая невероятная технология. — По какой-то причине, она была под сильным впечатлением.

Но она ведь рассказывала, что путь пешком через пустоши занимает десять дней. Если подумать, вода, которую можно хранить так долго в местах, где её практически нет, становилась величайшей ценностью.

— Итак, на чём мы остановились? Ах да, Империя. Это единственные две страны на этом континенте? — спросил я.

— Вообще-то нет. Эти две — самые крупные и сильные, но есть также бесчисленное множество государств поменьше. Некоторые малые и средние страны достаточно сильны, чтобы этим двум приходилось держать ухо востро. Стоит уточнить, что земли по ту сторону пустошей принадлежат не Святому Королевству, а их вассалу — королевству Меринард.

— Что это за страна?

— Королевство, основанное семьёй эльфов, покинувших Чернолесье. Их не устраивала жизнь в лесу, поэтому они перешли пустоши, нашли место, чтобы обосноваться, смешались с людьми и зверолюдами, вот так и сформировалось королевство.

— Значит, изначально оно было эльфийским государством?

— До того, как Святое Королевство окрепло и превратило его в своего вассала, в нём, как и в Империи, обрели пристанище многие расы. Хотя королевство было небольшим, там были плодородные поля и шахты, где добывалась соль и железная руда высшего качества. Процветала торговля. Особенно, когда установились хорошие отношения с эльфами Чернолесья. — Сильфи рассказывала всё это с грустным видом. Я подумал, не была ли она сама родом из тех мест. — Уже около двадцати лет прошло с тех пор, как Меринард стал вассалом Святого Королевства. Три года назад поднялся мятеж, но Святое Королевство направило войска на его подавление. Все не-эльфийские жители этой деревни — выжившие в зачистке Меринарда.

— В самом деле? Что ж, это объясняет, почему они так… враждебны к людям.

— Ага. Внесу ясность: не то чтобы в Меринарде совсем не было людей. Многие люди сражались на их стороне во время того мятежа.

— Правда? Но здесь я — единственный человек, верно?

— Так и есть. Я слышала, что люди и человекоподобные разделились, скрываясь от преследования. Человекоподобные бежали в другие страны, а сочувствующие им люди укрылись в королевстве Меринард или проникли в земли Святого Королевства. Для людей это не так сложно, как ты понимаешь.

Могло ли это быть правдой? Неужели они могли полностью разделиться, и ни один из людей не пришёл в лес лишь по этой причине?

— Понимаю твои сомнения, но это правда. Их жилища сожгли, и им безо всякой подготовки пришлось бежать через Великие пустоши Омитт, что было практически самоубийством. Множество мужчин погибло. У них практически не было ни еды, ни воды, и гизмы нападали днём и ночью.

Теперь, когда она об этом рассказала, я припомнил, что большинство беженцев составляли женщины и дети. Всё встало на свои места.

— Полагаю, гизмы — это название монстров, которые водятся в пустошах?

— Верно. Они прячутся стаями под землёй и нападают на всё, что шевелится. Ночью они выползают наверх и рыщут в поисках добычи. Они быстрые, выносливые и сильные. И опасные. Святое Королевство не проявило милосердия к восставшим человекоподобным, так что другого способа выжить, кроме как бежать в Великие пустоши Омитт, у них не было.

Видимо, это и стало решающим фактором для разделения группы. Я мог понять, почему они не хотели соваться в такое опасное место.

— Теперь я всё понял, — сказал я Сильфи.

— Отлично. А теперь займись ужином.

— Что? Хочешь, чтобы я опять готовил?

— Ну не госпоже же заниматься этим, в самом деле?

— Чёрт… Ну, только не жалуйся, если не выйдет.

На ужин я сварил овощной суп с засоленным мясом лизафа, поджарил стейк из лизафа без соли и со специями, испёк лепёшки из неведомой муки и нарубил салат.

— Слишком обычно. Ты что, разленился? — пожаловалась Сильфи.

— Слушай, я же не повар! Я могу кое-что приготовить, но не жди от меня деликатесов! К тому же, я всё ещё не знаком с этими ингредиентами, так что вряд ли сейчас у меня выйдет что-то лучше! — Я сердито посмотрел на Сильфи, поедая фрукты и овощной салат.

Так, а это, похожее на зелёный помидор, на вкус как самый обычный спелый. Можно приготовить какой-нибудь соус.

— Ну хорошо. Не торопись, осваивайся, — сказала она.

— Так ты и дальше будешь заставлять меня готовить?

— Ещё спрашиваешь! В конце концов, ты — мой раб, а я — твоя госпожа. Мне пришлось обставить всё таким образом, так что смирись. Если хочешь что-то изменить, хорошенько потрудись! — Сильфи ухмыльнулась, нацепив зелёный помидор на двузубую вилку.

— Р-р-р-р…

Я вспомнил, что до сих пор не выяснил, почему Сильфи так настойчиво пыталась затащить меня в койку. Эх, надо было спросить, пока была возможность! Но думаю, эта возможность не была последней. На самом деле, я мог бы спросить в любой момент.

Ладно. Сделаем это.

— Кстати, почему ты… предложила мне это раньше?

— Хм, хороший вопрос. Сам подумай, — ответила она с раздражающей ухмылкой.

Нет, серьёзно. Судя по тому, как здесь всё устроено, уверен, это создало бы Сильфи серьёзные проблемы. Так почему же она ухмыляется?

— Я спрашиваю, потому что не знаю, — ответил я.

— Ты очень глубоко заблуждаешься, решив, что я отвечу на любой твой вопрос.

— Никто, кроме тебя, не знает, что у тебя на уме. Я спрашивал серьёзно. — Я невольно нахмурился.

Сильфи не дрогнула, лишь глотнула ещё медовухи с неизменным выражением лица. Кажется, она не собиралась отвечать.

— Я сделала это из эгоизма и любопытства. Ну, ещё инстинкт. Я не особо задумывалась, — наконец сказала она.

— Инстинкт?

— Разве ты не испытываешь желания при виде женщины в твоём вкусе? Вот об этом я и говорю. Никаких причин.

Я совершенно её не понимал. Я не был красавчиком, но и уродом тоже не был. Такой, среднестатистический. Не жирный, но и не мускулистый, рост чуть выше среднего, и никаких выдающихся черт.

— Погоди. Ты хочешь сказать, что моя внешность в твоём вкусе?

— Не только.

— Вот теперь я действительно ничегошеньки не понимаю.

Наши отношения перешли от стадии «хищник-жертва» к стадии «страж-подопечный», не считая ошейника. Это был гигантский скачок от её нападения на меня во сне и напряжённой беседы затем до нашей экскурсии по деревне и моего небольшого шоу с железными слитками. Всё, что мы делали друг для друга до этого момента, слилось воедино, и теперь, когда по воле судьбы мы были одни у неё дома, я всё ещё не мог понять, насколько серьёзно она к этому относится.

Всё в порядке? Мне действительно позволено? Но речь же идёт о Сильфи. Моей госпоже, способной убить меня одним мизинцем, будь на то её желание. Нормально ли приставать к ней? Она же не сломает меня пополам? Я не был ни в чём уверен. Категорически не был. Сильфи тоже была в моём вкусе, из-за чего я ещё больше терялся. Она была прекрасной темнокожей эльфийкой с роскошным бюстом. Как тут удержаться?

Я всё думал и думал, но не мог найти ответа. Лучше не зацикливаться. Мучиться из-за этого – пустая трата времени и умственных ресурсов.

Наверное, я был бы рад, даже если бы она разорвала меня пополам. Кто не рискует, тот не пьёт шампанского. Перестать мыслить рационально? Меня вполне устраивало!

— До сих пор ничего не понимаю, но отступить сейчас было бы стыдно. — Если подумать, у меня не было причин для волнений. Моя идеальная женщина сама делала мне недвусмысленные намёки. Именно она решала, жить мне или умереть, как физически, так и с высоты её положения. А это означало, что я должен был просто приложить все усилия, чтобы понравиться ей, при этом получая как можно больше удовольствия.

— Совершенно верно. А я уже записала тебя в слабаки, — сказала Сильфи.

— Слышать такое от девушки я хотел бы в самую последнюю очередь. — Я глотнул медовухи прямо из бутылки и вытер губы. Резкий, но сладкий запах алкоголя, смешавшийся с освежающим ароматом, ударил мне в нос.

— Как это обычно происходит у вас, эльфов?

— Откуда мне знать? Я же девственница.

— Понял. Сделаю, как принято у меня на родине. — Я приобнял Сильфи за спину и под колени и поднял, как невесту.

— Хи-хи. Что дальше?

— Отнесу тебя прямо в постель, конечно же. Как самый опытный из присутствующих, я возьму инициативу на себя.

— Жду с нетерпением. Но будь со мной понежнее. Хоть я и привычна к боли, но всё же ты у меня первый.

— Постараюсь изо всех сил. — Мой опыт был не таким уж богатым, но я собирался призвать на помощь его весь, без остатка.