Глава 5

«Уровень симпатии…»

Мне вдруг пришла в голову мысль, что система, возможно, сломалась. Это вполне разумное подозрение. Система явно отличалась от той, которую я знала раньше. Обычно она не уведомляла о повышении уровня симпатии всего на 0,1%, а уж тем более уровень симпатии Халлоуэя нельзя повысить даже на 0,001%.

Никому и никогда не удавалось добиться от Халлоуэя даже единичного процента симпатии. Поэтому все считали, что последний босс — персонаж, которого невозможно покорить. Именно поэтому значение этих 0,1% было весьма велико. Если правильно это использовать…

«Погоди!.. В игре существует не только три стандартные концовки!»

Только сейчас я вспомнила об этом. Концовка, которая есть в любой игре — скрытая концовка! Я напрягла память и вспомнила немногочисленную информацию, касающуюся скрытой концовки. Создатель вроде говорил, что это концовка, связанная с Халлоуэем… Наверное.

Кстати говоря, сам создатель тоже вызывал массу вопросов. Сложность игры была настолько адской, что казалось, будто ее специально сделали непроходимой. Несмотря на жалобы игроков, разработчики не понижали сложность и не давали нормальных подсказок. Никакие гайды не помогали.

Окна выбора, которые появлялись, каждый раз были разными, и сюжет резко менялся в зависимости от выбора. От этого возникало жуткое ощущение, будто общаешься не с игрой, а с живым человеком. Некоторым даже нравилось, говорили, что так реалистичнее. Но даже эти люди вскоре начинали ругаться, раздражаться и требовать от разработчиков хоть каких-нибудь подсказок. Однако те продолжали молчать.

Игроки жаловались, что это похоже на разговор со стеной, и чуть ли не получали расстройство контроля гнева. Игроков было немного, но обзоры и отзывы все же появлялись, и люди делились опытом. Но ни в одном из отзывов я никогда не видела, чтобы кто-то смог повысить уровень симпатии Халлоуэя.

Если бы такое произошло, наверняка поднялась бы шумиха. А раз была тишина, значит, такого точно не происходило. Тогда получается, я — первый игрок, которому удалось повысить симпатию последнего босса. И мне стоит этому радоваться?

…Нет, радоваться нечему. 0,1% — это слишком мало. Сколько же времени уйдет, чтобы поднять симпатию до нормального уровня? Наверняка просто случайность. Возможно, больше она вообще не повысится. Так что лучше просто игнорировать. К тому же моя цель — выбраться отсюда, а не получить скрытую концовку с боссом.

Пока я молчала, Халлоуэй осторожно потянул меня за рукав и тревожно заглянул в лицо:

— Сестрица, вам нехорошо?

— Может, мне стоит немного отдохнуть…

Я машинально крепко обняла теплого Халлоуэя. Разве демоны всегда были такими теплыми? Почувствовав тепло, я расслабилась и невольно прижалась к нему. Но тут же вздрогнула. Я сейчас обнимаю финального босса… Если бы кто-то увидел, наверняка схватился бы за сердце, но мне все равно.

Как только спадет температура, сделаю вид, что ничего не было. Он такой теплый, что невозможно отпустить… Прямо как карманная грелка в зимние морозы. Конечно, важно, что передо мной сейчас последний босс, но в первую очередь важнее выжить. А ради выживания я готова использовать даже финального босса.

— Тогда…

Не успел Халлоуэй договорить, как дверь перед нами резко распахнулась, и вышла Моран. Так значит, комната Моран была здесь? Я не знала, где находятся комнаты остальных, поэтому удивленно распахнула глаза. Моран, судя по всему, тоже не ожидала увидеть меня перед дверью и удивленно спросила:

— Эвелин? Что вы тут делаете?

Первая мысль, пришедшая мне в голову, была: «Отлично!» Теперь не придется специально ее искать, чтобы выполнить побочный квест. Я тут же начала актерскую игру и, притворившись, что вот-вот расплачусь, выпалила Моран всю ситуацию:

— Моран, б-беда случилась!

Девушка растерянно заморгала, явно не понимая, что происходит.

— Что? Какая беда… Нет, подождите. Ваше лицо слишком красное!

То-то я чувствовала, что голова раскалывается. Видимо, температура уже успела подняться. Я замотала головой и закричала:

— Сейчас дело не в этом! Мы не можем выйти из этого о-отеля!

Я выпустила Халлоуэя из объятий и протянула руки к Моран. Она взяла меня за руки и присела, чтобы быть со мной на одном уровне. Девушка осторожно убрала прилипшие ко лбу влажные от пота пряди волос и попыталась меня успокоить.

— Эвелин, о чем вы говорите? Давайте вы успокоитесь и спокойно объясните все по порядку.

— Дверь наружу не открывается!

Я продолжала изображать панику и едва не плакала. Моран явно хотела сказать что-то еще, но в итоге просто посмотрела на меня с сочувствием и замолчала.

— Эм, Эвелин, наверное, вам сейчас нехорошо…

На ее лице было написано, что я совершенно не понимаю, что происходит. Мне хотелось сказать, что это она ничего не понимает, но я сдержалась.

— Если не верите, попробуйте сами открыть! Я серьезно!

Я начала кричать так громко, что остальные, видимо находившиеся в соседних комнатах, начали выходить наружу и подходить к нам. Клета, увидев мое состояние, попытался накинуть на меня свое пальто, но я отказалась. Он забрал пальто обратно и мягко спросил:

— Эвелин, что опять случилось?

Опять?!

Но он прав, возразить нечего, так что я раздраженно повысила голос:

— Говорю же, дверь не открывается!

— Какая дверь?

— Главная дверь отеля!

Я говорила совершенно серьезно, но, похоже, никто не воспринял мои слова всерьез. Да, неудивительно. После всего, что я тут натворила… Наверное, считают меня хрупкой и слабой, неспособной открыть дверь и думающей, что если я не могу, то и другие не смогут. Наверное, они еще меньше верили мне из-за того, что я кричала.

На этот раз я перестала кричать и заговорила серьезным, спокойным голосом:

— Просто пойдите и проверьте сами, открывается дверь или нет.

Я посмотрела на них с искренней серьезностью.

Глядя на меня, Синтия раздраженно цокнула языком:

— Если дверь не открывается, разве нельзя просто разбить окно?

Синтия возразила, и я с серьезным видом указала взглядом на окно. Это означало: «Попробуй разбить». Синтия слегка нахмурилась в ответ. Стоявший рядом Вернер вздохнул и направился к окну. Его лицо ясно говорило, что он прекрасно понимает: пока не проверит, я не успокоюсь, и поэтому решил смиренно исполнить мое требование. Вернер с силой ударил рукоятью меча по окну. И…

Тук!

Рукоять меча просто отскочила от прозрачной преграды. В этот момент лица всех присутствующих окаменели. Повисла тяжелая тишина, никто не решался пошевелиться.

— …

— С-сэр Вернер! П-попробуйте еще раз! — дрожа, произнес Альхульф.

Вернер снова ударил по окну. Однако меч по-прежнему отскакивал от невидимой преграды. Клета тоже было потянулся к мечу, но тут же застыл на месте.

— …Аура заблокирована.

Вернер, не веря своим словам, проверил еще раз, но никакой энергии не ощущалось.

— Черт! — в конце концов Вернер в ярости топнул ногой.

Этот отель — владение демонов, и здесь нельзя использовать ни магию, ни ауру, вообще ничего. Именно поэтому люди беспомощно гибли от рук демонов. Хотя, даже если бы силы и работали, никто не мог гарантировать победу над демонами.

— Нужно спуститься вниз и проверить! — сжимая дрожащие руки, закричала Моран, и все поспешно направились в холл.

Клета, уже собиравшийся последовать за ними, остановился, заметив, что мы с Халлоуэем не двигаемся с места. Я махнула рукой, показывая ему, чтобы он шел.

— Иди. Я останусь с Халлоуэем. Проверь сам.

Я не лгала. От моих слов зрачки Клеты слегка дрогнули. Он явно не доверял мне, но после короткого колебания глубоко вздохнул.

— Я скоро вернусь, так что оставайся здесь.

— Хватит командовать, просто иди уже! Где мне быть — мое дело.

Несмотря на мое раздраженное замечание, лицо Клеты почему-то выглядело довольным. Совсем непонятно. Все поспешно спустились на первый этаж, и в коридоре остались только я с Халлоуэем. Мы бессмысленно обменялись взглядами. Я упрямо уставилась на него, не желая уступать.

— Сестрица, у тебя глаза покраснели.

Черт. Я тихонько закрыла глаза. Даже в игре в гляделки проиграла. Моя попытка выиграть хоть в чем-то так быстро и жалко провалилась. Именно в этот момент, спустя всего несколько минут, снизу донесся испуганный вопль Альхульфа:

— А-а-а! С-сильнее тяните! Не может быть, чтобы мы не могли выйти!

Он кричал так громко, что я отчетливо слышала его даже на верхнем этаже. И одновременно с этим появилось окно успешного выполнения задания.

[Побочное задание «Мы здесь заперты!» успешно выполнено!]

[Вы получили «Универсальное лекарство, которое мгновенно исцелит вас от любого недуга!»]

В тот же миг в моем рту появилось лекарство. Я спокойно проглотила его.

[Полное исцеление наступит примерно через два часа.]

Словно подстраиваясь под данное время, мое самочувствие быстро улучшалось. Легкий озноб начал проходить, а головная боль заметно ослабла. Теперь я могла свободно двигаться без каких-либо проблем. Убедившись в этом, я отодвинулась от Халлоуэя. Когда я отстранилась, Халлоуэй с недоумением поднял на меня глаза. На миловидном лице отражалось множество вопросов.

— Что такое? Вы же сказали, вам холодно.

— Мне уже лучше. Благодаря тебе, Халлоуэй.

Я небрежно поблагодарила его и встала.

— Вы куда-то идете?

— Угу.

Я, конечно, бесполезна, но те ребята еще бесполезнее. Я хотя бы знаю эту игру, поэтому, вероятно, проживу дольше и смогу найти выход. Отель огромный, и на поиски уйдет много времени, но, судя по наличию побочных заданий и предметов, которые мне дают по обстоятельствам, ситуация не такая уж безнадежная.

К тому же, если останусь с группой Клеты, то снова появится окно выбора, и я опять начну нести какую-то чушь вроде «ч-что такое желудочный сок». Я не настолько глупа. Мне совершенно не хочется становиться персонажем, который постоянно доставляет проблемы окружающим из-за идиотских вариантов выбора. Если так пойдет дальше, я сама от раздражения помру.

— Я могу пойти с вами?

Ты что, с ума сошел? Конечно, я не сказала вслух и собиралась вежливо отказать, но тут же появилось окно выбора.

[Халлоуэй смотрит на вас с надеждой.]

[➤Что вы должны сказать в такой ситуации?

1. С какой стати тебе идти со мной?

((⊙_⊙)？)

2. Ты оставайся здесь и ходи с этими придурками.

(（＾∀＾●）)

3. Сыграем в камень-ножницы-бумага. Если я выиграю, иду одна.

(=￣ω￣=)]

…Что не так с выборами Эвелин? Это баг или они изначально такие дурацкие?!

Нормального варианта не было. Ладно, хотя бы камень-ножницы-бумага выглядит более-менее приемлемо. Я выбрала третий вариант и, сделав такое же дурацкое выражение лица, как в эмодзи, сжала кулак.

— Сыграем в камень-ножницы-бумага. Если я выиграю, иду одна.

— Не хочу.

…А? Он сказал «не хочу»?