— Помню лишь, что я хозяин этого поместья. Что сегодня здесь должен был состояться бал, что я сам его устроил и заснул прямо посреди подготовки… Всё остальное исчезло. Скажи, мы были знакомы?

Синтия замерла, будто среди тумана вдруг мелькнул луч света. Это было похоже на знак что сюжет наконец начинает разворачиваться в её пользу.

Она быстро собралась и произнесла как можно мягче:

— Я тоже думала, что всё это странно. Но вы и правда ничего не помните? Совсем ничего?

Пусть не помнит. Ради всего святого, пусть не помнит ничего.

Она беззвучно взывала ко всем известным ей богам. Герцог опустил взгляд, задумчиво сжав губы. Серебряные пряди волос упали ему на плечи, сверкнув в свете свечей. Он помолчал несколько мгновений, а затем тихо произнёс:

— Ничего. Совсем.

Прозвучал системный звон и перед глазами Синтии всплыло сообщение:

 [Что вы выберите?]

> [1. Вы и правда ничего не помните? Неужели забыли, кто я?]

> [2. Мы возлюбленные. Мы должны были пожениться.]

> [3. Мы заклятые враги. Я пришла, чтобы убить вас.]

Система, ты моё проклятие.

Она выбрала первый вариант. Второй казался слишком прямолинейным, лучше позволить ему самому произнести эти слова, тогда это прозвучит естественнее. А третий даже рассматривать не стоило.

Её голос дрогнул и прервался:

— Вы и правда ничего не помните? Неужели забыли, кто я?

— Не помню. Потому и спрашиваю.

Система снова показала тот же набор вариантов. Синтия нахмурилась и снова выбрала первый пункт.

— Вы и правда ничего не помните? Неужели забыли, кто я?

— Я же сказал, не помню.

На экране вновь появился знакомый список. С каждым повторением раздражение Синтии усиливалось. Не раздумывая, она снова выбрала первую строку.

— Вы и правда ничего не помните? Неужели забыли, кто я?

— Сколько можно? Я сказал, не помню.

Экран мигнул и в четвертый раз выдал тот же выбор.

Ты издеваешься, да?

Синтия сдалась и наконец выбрала второй вариант.

— Мы возлюбленные. Мы должны были пожениться.

— Значит…

— Да. Я ваша невеста.

— Невеста… значит.

Его голос приобрёл более мягкие интонации, а во взгляде появилась настороженность. На его лице читалась легкая растерянность, но не было и тени враждебности. Этого оказалось достаточно. Синтия ощутила, как груз спадает с плеч, и в сердце затеплился слабый, но тёплый огонёк надежды.

Вот так. Всё идёт как надо.

На её губах дрогнула почти уловимая улыбка. Сюжет действительно начал разворачиваться в её пользу.

Главный антагонист потерял память и теперь считал её своей невестой. Разве можно было желать большего?

Только бы теперь не появился ещё один злодей, ради которого нас заставят объединиться. Прошу, без этого.

Если этот человек станет ее союзником, шансы выжить возрастают в разы. Ведь в игре именно он был самой непредсказуемой и опасной силой.

Синтия решила закрепить успех, пока ситуация складывалась в её пользу..

— Хотела бы объяснить, что с вами случилось, но и сама не знаю. Мы не виделись столько лет, что я уже думала, вы забыли обо мне. Вы ведь давно не покидали поместье.

— Не покидал?

— Совсем. Вы вдруг замкнулись, перестали принимать гостей. Я долго не решалась вас беспокоить. А сегодня… просто не удержалась. И, кажется, позволила себе лишнее, поцеловав вас при встрече. Простите.

Она провела рукой по глазам, делая вид, что смахивает слезы, и украдкой взглянула на герцога. Его лицо оставалось задумчивым и непроницаемым, словно он пытался пробиться сквозь туман воспоминаний в поисках чего-то давно забытого.

— К тому же… наша семья столько лет защищала вашу честь. Вы, вероятно, не знаете, но после вашего исчезновения ходило множество грязных слухов. Мы всё это время пытались их заглушить. А я… я оставалась невестой, которую будто бросили.

— Были и такие слухи?

— Ещё какие. Вы не появлялись на балах, не писали писем. Говорили, что вы сошли с ума, что заперли себя с трупами. И только наша семья отстаивала ваше имя. Я защищала вас. Всегда. А теперь нахожу вас таким… и вы меня не помните.

Она притворно сдержала рыдание, прекрасно осознавая всю искусственность этой сцены. Но если он действительно потерял память, эта ложь могла стать её спасением.

Однако если воспоминания когда-нибудь вернутся к нему, её ждёт неминуемая смерть.

Но герцог отреагировал неожиданно спокойно. Немного помолчал, затем произнес:

— Значит, так всё было. И что же теперь мне делать? У меня нет ни воспоминаний, ни власти, чтобы отплатить за твою преданность.

Вот так просто?

Синтия даже растерялась. Всё оказалось легче, чем она ожидала. Но именно поэтому следовало действовать осторожно.

Она выпрямилась и сказала твердо:

— Вы ведь хотите вернуть память, правда?

— Думаю, да.

— Тогда доверьтесь мне. Я помогу вам вспомнить. А вы… защитите меня. Вместе мы найдем ответы на то, что тут произошло. Согласны?

Герцог молча смотрел ей прямо в глаза. Его зрачки сверкнули, словно отражая пламя свечи. Затем он медленно кивнул.

— Хорошо. Я защищу тебя. А ты вернешь мне память. Это честно.

Снова раздался звон.

[Герцог Винкастелл хочет принять персонажа «Сиа Овель» в качестве союзника.]

 [Принять?]

 [Да / %$#@^]

Что за глюк опять?

Выбор выглядел испорченным, но Синтия всё равно нажала «Да».

Звуки растворились в тишине, а вместе с ними ушло и чувство тревоги.

В этот момент она вдруг вспомнила его настоящее имя.

Сегленинде. Вот как тебя на самом деле зовут.