1. Игра окончена 

— Ты действительно хочешь моей помощи?

Голос Сегленинде прозвучал прозвучал низко, почти раздраженно, но его пальцы скользнули по её шее мягко, как дыхание. В его глазах, цвета крови, зарождалось непонятное чувство — то ли жажда, то ли запретное блаженство. 

Он, чей нрав сулил лишь грубость и колкость, сейчас двигался с тревожной, почти пугающей нежностью. Будто в нём боролись две сущности, и одна из них с удивлением открывала для себя что-то забытое. Мимолетная симпатия? Или просто сбой в системе, подменив презрение на его противоположность?

Что бы это ни было - это неважно. Синтия тянулась к нему, как к глотку воздуха на дне бездны.

— Прошу… помоги мне… Пожалуйста. 

— Ты сама этого захотела, — тихо ответил он.

Он наклонился ниже, его руки охватили её плечи притягивая к себе. От одного прикосновения его рук по коже побежали мурашки, а внутренняя часть бёдер непроизвольно сжалась. И где-то в глубине, в самой гуще плоти, зародилась ноющая, пульсирующая боль.

— Так же, как ты делала только что? Если ты моя невеста, мы наверняка уже доходили до этого...

Этого нельзя допустить. — последние проблески разума пытались удержать её, но тело уже не слушалось. Мысль о стыде, которая нахлынет потом тонула в огне, пожирающем её изнутри. Система жестоко забрала весь её стыд, оставив лишь голую, животную потребность.

Ей было мало. Сама, будто во сне, она раздвинула бедра, обнажив трепещущую, влажную плоть. Лоно, сочащееся соком, жалобно пульсировало под его тяжёлым взглядом. Его кадык дрогнул. Глаза, цвета выдержанного вина, потемнели от внезапной волны желания.

Он резко двинулся вперед, прижав двумя пальцами вздыбленный, болезненно чувствительный бугорок.

— Мммх...! А, ха-а.

Зажав твёрдый кусочек плоти между двумя пальцами, он начал водить по нему кругами. Сначала медленно, почти мучительно, но постепенно ускоряясь, заставляя её бедра непроизвольно дрожать.

— Становится так влажно. И пахнет сладко. Она всегда такая?

— Кхы-аа, ммм-х...

— Не знал, что в человеческом теле может быть такой нектар... Или это только твоя особенность?

Даже потеряв память он понимал, что она не принадлежала этому миру. Но Синтия, словно завороженная, лишь прижалась к нему крепче, впиваясь пальцами в его кожу. Мышцы его предплечий напряглись, и на без того мощных кистях проступили вены.

Розовая плоть покорно поддавалась его пальцам, выплескивая новые потоки влаги залив пол. Внезапно он изменив тактику и накрыв клитор всей ладонью, начал яростно тереть, вверх-вниз, до хруста в костяшках. Из её горла вырвался сдавленный крик, а тело вздрогнуло в мощном спазме. Хлынувший поток был немым свидетельством её наслаждения.

— Ты здесь... прекрасна. Нежная, как лепесток, а этот бугорок твёрдый, словно жемчужина. Совсем не то, что у меня. Интересно.

В его голосе звучало неподдельное, почти детское восхищение. И это невинное замечание заставило её шею пылать от стыда.

Её поясница, не выдержав больше, выгнулась назад и обнаженная спина коснулась пола, как вдруг новое, иное ощущение ворвалось в разомкнутую влажную плоть. Он раздвинул нежные складки в стороны и ввёл один крупный, с четкими суставами палец.

Столкнувшись с полностью обнажённым, твёрдым бугорком, он принялся водить по нему большим пальцем, яростно растирая, пока брызги не полетели во все стороны. Синтия, не в силах вынести это, извиваясь испустила крик, похожий на вопль.

Он медленно проникал вглубь, растягивая её одним, затем двумя пальцами. Его движения были больше похожи на проявление любопытства, чем на осознанные ласки, и Синтия испытывала невыносимые муки.

Мучительное удовольствие смешивалось с болью. Её нутро самопроизвольно сжималось, цепко удерживая пальцы, будто боясь их выпустить, и она чувствовала каждый миллиметр, каждый шероховатый участок его кожи.

Ему, похоже, нравилось это ощущение. Некоторое время он не двигался, лишь поглаживал изнутри, ощупывая теплые, податливые стенки, обхватывающие его. Он то слегка растирал, то нежно надавливал, а потом, словно удовлетворив любопытство, внезапно рванул глубоко внутрь.

— А-аа, мхм...!

Она рефлекторно попыталась сомкнуть ноги, но он лишь сильнее раздвинул их своим коленом.

Не прекращая движения, он усердно работал двумя пальцами, входя и выходя, с хлюпающими звуками, пронзая и растягивая вход. Она уже не могла говорить, лишь рыдала и дрожала под ним, а он ни на мгновение не останавливался ни на секунду. 

— Хв-хватит...! Мммх, а! Пр-прекрати..те!

— Но твое тело говорит обратное... Оно источает ещё больше нектара.

Он склонился над дрожащей Синтией, и в его голосе впервые прозвучала непривычная мягкость, будто он не говорил, а успокаивал её шёпотом. Длинные серебряные волосы рассыпались по её плечам как холодный шелк.

— Можно мне попробовать тебя? Сиа. Дай мне утолить жажду.

— КХхы!

В этот миг её тело выгнулось в немой судороге, и новая волна наслаждения накрыла его руку липким соком.

Но это лишь раззадорило его. Его пальцы двигались с удвоенной силой, грубо проникая в её внутренности, только что пережившие пик. Длинные пальцы сладко давили, поглаживали и быстро тревожили нежную плоть. Он уже понял, чем сильнее, тем больше влаги она источает. 

Чтобы найти то место, где она всё чувствовала острее, он указательным пальцем рванул глубоко вовнутрь и с силой надавив продолжил одновременно ласкать клитор, сжимая и растирая выступающий бугорок с такой скоростью, что невозможно было сохранить рассудок.

— М-ММХ-Х-Х... А-АХ-ххааа

Синтия снова закричала, издав стон, похожий на вопль, и выгнула спину. Её взгляд, затуманенный и безвольный утонул в розоватом дымке, клубящемся на потолке подобно туману, а в голове проносились воспоминания о том, как же она дошла до такой жизни. 

Может, проблема была в самой этой игре?

Да. Игра. Та самая, где смерть выглядела слишком реально

***

«Гробница белой розы».

Сюжет этой игры с классическим названием был до безобразия прост.

Главная героиня, случайно получив приглашение на прием в дом знатного аристократа, оказывается запертой в особняке. С этого момента началось её выживание: нужно было искать подсказки, объединяться с другими, избегать слуг и монстров, бежать от таинственного злодея, скрывающегося в тени. 

Честно говоря, ожидать от этой игры глубокой истории было бы наивно.

Однако, несмотря на простоту сюжета, она была печально известна даже среди заядлых геймеров. Условия прохождения были слишком запутанными, ловушки непредсказуемыми, а найти подсказки было почти что нереально.

Игра поражала своей откровенной жестокостью. Несмотря на пиксельную графику, сцены гибели были выписаны с пугающей дотошностью, словно в них вложили память о настоящей агонии. Тела разрывались, кровь казалась густой и вязкой, а экран заполнял звон, похожий на крик. Некоторые говорили, что именно за это игру и любили: за её откровенность, за то, что она не прятала смерть за цензурой, а показывала её медленно, жестоко и до ужаса реалистично.

Благодаря этому «Гробница белой розы» какое-то время пользовалась бешеной популярностью, но вскоре обнаружилась серьёзная проблема.

Прямо перед самой развязкой, в момент, когда до побега из особняка оставался шаг, экран внезапно темнел, и игра попросту вылетала.

Разработчики не спешили исправлять баг и фактически бросили игру на произвол судьбы. Из-за этого популярность «Гробницы белой розы» постепенно угасла, и в какой-то момент о её существовании и вовсе забыли.

Но однажды без всякого предупреждения вышло обновление.

Говорили, что починили баг с концовкой и прочие ошибки, а также сильно упростили сложность поиска ловушек и подсказок. Разработчики разместили это сообщение на игровом форуме и открыли набор бета-тестеров, и Синтия, не задумываясь отправила заявку.

Не из любопытства. Не из ностальгии. Просто потому, что игры были её способом дышать.

Сиа, единственная дочь в семье Шин, была самой заурядной офисной работницей с экстравагантным именем. Рабочие дни проходили в одинаковом ритме и лишь по вечерам она позволяла себе падение в вымышленные миры, где страх очищал лучше сна.

После начала карьеры времени стало меньше, и каждая новая игра выбиралась как лекарство. Выбор игры превратился в ритуал где если ошибешься, то несколько часов будут потрачены впустую. А в худшем случае столкнёшься с очередным багом.