Ранним весенним солнечным днем Эвелин, Исла и Бьянка направились в город Аннет.

«Мама, посмотри туда!»

Эвелин предупредила Бьянку:

«Биби, опасно так высовываться из окна».

«О, да».

Бьянка, показав язык, спокойно села.

Эвелин, которая строго посмотрела на нее, словно говоря: «Не вставай со своего места», внезапно отвернулась к окну.

Деревья были покрыты свежей листвой, а вдалеке на полях начали работать фермеры.

Сквозь приоткрытое окно кареты весенний ветерок ласкал щеки Эвелин.

«Мам, мы сегодня зайдем в детский сад?»

«Если ты хочешь, мы можем это сделать».

«Тогда я хочу!»

У Бьянки, которая была взволнована, засияли глаза.

Как только Эвелин сказала, что они собираются поехать в Аннет, Бьянка обрадовалась и решила взять с собой красивые канцелярские принадлежности и угощения, которые понравятся детям.

Все это были подарки для ее друзей.

«Будет ли здорово подарить эти подарки детям?»

«Конечно». Услышав обеспокоенный голос Бьянки, Эвелин пару раз погладила девочку по голове.

От нежного прикосновения матери она улыбнулась.

«Я с нетерпением жду встречи со своими друзьями».

«Твои друзья тоже очень скучали по тебе, Биби».

Тем временем Эвелин почувствовала боль в глазах.

Исла пристально посмотрел на нее. 

«...Ис, у меня что-то на лице?», - смущенно спросила Эвелин, без причины проведя рукой по щеке.

Исла покачал головой и улыбнулся:

«Просто ты и Биби... мне нравится находиться рядом с вами в этой карете».

«Мне тоже».

Эвелин улыбнулась вместе с Ислой.

«Это ощущается так ново для меня».

«Есть ли какая-то причина, по которой ты так себя чувствуешь?»

«Я никогда не думала, что смогу так быстро вернуться в Аннет, уехав на остров».

Она вспомнила, что не смогла даже избавиться от своего дома и магазина, уехав в столицу, будто убегая, вместе с Бьянкой.

В тот момент, когда она глотала слезы, готовые хлынуть из глаз, она думала, что больше никогда не встретит Ислу.

И вот...

Теперь он со мной.

Подумав так, Эвелин слабо улыбнулась.

Исла тихо произнес:

«Эви, ты однажды сказала, что родной город твоей покойной матери был Аннет».

«О, так и было».

Эвелин пару раз моргнула.

Я сказал это почти восемь лет назад. Я не знала, что Исла до сих пор помнит мои слова, сказанные вскользь.

«А еще о том, что “Сенский” лес рядом с Аннет очень красив».

«...Да, я так сказала».

Эвелин едва заметно кивнула головой.

Успокаивающий голос Ислы ласкал ее слух: «Знаешь что, Эви?»

«Что?»

«Ты говорила мне о «будущем»... Это было в тот последний раз».

При этих словах тыквенные глаза мелко затряслись.

«Если можно, я бы хотела когда-нибудь сходить с тобой в лес».

Эвелин тоже помнила.

Она всегда говорила о «настоящем», но в тот раз она сказала о «будущем с Ислой».

Возможно, прошло какое-то время, и после она узнала, что беременна Бьянкой.

«И вот о чем я думал, как только открыл глаза с самого утра».

«...Ис».

«Ты, Биби, я, мы втроем должны... должны отправиться в “Сенский лес”».

Вот почему Исла попросил ее неожиданно поехать в Аннет.

Щеки Эвелин покраснели.

«Это ведь и родной город Биби. Было бы здорово провести там немного времени вместе с тобой».

«Спасибо тебе, Ис».

В ответ на её застенчивую улыбку, Исла улыбнулся еще сильнее.

Карета быстро въехала в город Аннет.

Первым местом, куда они отправились, был дом, где жили Эвелин и Бьянка.

На лице Бьянки появилась широкая улыбка, когда вдалеке показался небольшой домик.

«Ух ты, это мой дом!»

Взволнованная Бьянка опередила своих родителей.

Удивленная, Эвелин последовала за ней и сделала несколько шагов.

«Биби, если ты так побежишь, то упадёшь!»

«Скорее, здесь цветут цветы!» 

…Цветут цветы? Эвелин помолчала.

Это был дом, за которым никто не ухаживал все это время.

Что она имеете в виду, говоря "цветут цветы"?

Эвелин осторожно вошла в дом.

Цветы и небольшие клумбы, которые она сама выращивала, разбрасывая семена, были такими же, какими она их помнила.

Двор был чистым, на клумбе цвели разноцветные анютины глазки.

Бьянка присела на корточки перед клумбой и с улыбкой посмотрела на них.

«Мы посадили их вместе, не так ли?»

«...Мы так и сделали».

Эвелин слегка кивнула, подавляя свое эмоциональное настроение.

Должно быть, кто-то присматривал за домом, чтобы не было проблем, если бы они вдвоем решили вернуться в любой момент.

Эвелин невольно оглянулась и увидела, что Исла улыбается.

«Мы только что вернулись, и если бы за домом никто должным образом не ухаживал... разве это было бы не печально?»

«Конечно…»

«Поэтому раз в месяц я отправлял кого-нибудь прибраться в доме. Это было не так уж сложно».

Исла слегка пожал плечами.

От этой нежности Эвелин почему-то почувствовала, что задыхается.

Как раз вовремя к ним подбежала Бьянка.

«Пойдем измерим мой рост».

«Твой рост?»

«Да, давай я проверю, насколько выросла в столице».

Дернув Эвелин за юбку, Бьянка широко улыбнулась.

Исла и Эвелин бок о бок последовали за Бьянкой. Она обошла дом и направилась к тому месту, где ранее измеряла свой рост и отмечала его на белой стене, встала к стене и прижалась спиной.

Исла достал ручку.

«О, Биби, ты так выросла».

«Правда?»

«Да, посмотри на это. Ты так сильно выросла, не так ли?»

Исла погладил Бьянку по голове, указывая на белую стену.

Бьянка прищурилась и посмотрела на то место, где был отмечен ее рост.

Она выросла на два пальца с тех пор, как уехала из дома.

«...И это все на сколько я выросла?»

Бьянка очень хотела стать немного выше и расправила плечи.

Увидев этот милый взгляд, Эвелин и Исла расхохотались.

«Ты все еще растешь».

«Но...»

«Я хочу, чтобы Бьянка росла чуть медленнее», - в тот момент произнес ласково Исла, - «Так я смогу носить Биби на руках очень долго».

«...Хм».

Бьянка, которая долго думала над этими словами, широко раскрыла объятия для Ислы:

«Тогда обними меня».

«Дааа».

Исла прижал Бьянку к себе.

Она обняла отца за шею.

Город Аннет очень мало изменился по сравнению с прежними временами. Семья из трёх человек, медленно прогуливаясь по улице, направилась в кофейню в которой работала Эвелин.

Глядя на плотно закрытые двери, Исла задал вопрос:

«Почему бы нам не открыть здесь филиал кофейни?»

«...Это хорошая идея».

Эвелин слегка кивнула.

После семья зашла в детский сад, который раньше посещала Бьянка.

Она встретила своих друзей, поздоровалась с ними и передала все подарки.

Бьянка, которая пожала плечами, увидев лица своих довольных друзей, была очень милой.

Следующим местом, куда они отправились, было кладбище в Аннетт.

Трое людей, купивших цветы в цветочном магазине, остановились перед недавно установленным памятником.

На надгробии было высечено имя «Сильвиет Мартинис» и год рождения.

Эвелин посмотрела на могильный камень.

Разговор из далекого прошлого, который был похоронен глубоко в ее сердце, потому что реальность была непростой, ярко вспомнился ей.

«Я хочу перезахоронить свою маму в родном городе, если смогу».

«Свою маму... что ты имеешь в виду?»

«Пока моя мама не умерла, она очень скучала по своему родному городу».

И этот момент Исла крепче сжал руку Эвелин.

«Эви».

«...Ис».

Эвелин позвала его сдавленным голосом.

Именно благодаря помощи Ислы могила её матери была перенесена в Аннет.

«Большое тебе спасибо».

Услышав шёпот Эвелин, Исла слегка покачал головой.

«Я бы предпочёл поблагодарить мать Эви». 

«Hо...»

«Благодаря твоей матери я смог познакомиться с тобой».

Тыквенные глазки мелко затряслись.

С лёгкой улыбкой он поклонился могиле и произнес спокойным голосом: «Приятно познакомиться, меня зовут Исла Нейдхарт. Хотя вам, возможно, покажется этого недостаточно, но я сделаю всё возможное, чтобы она была счастлива».

Но потом, осторожно разминая его руку, Эвелин покачала головой:

«Не говори так».

«Как?»

«Что ты недостаточно делаешь, я ведь даже не пытаюсь делать всё возможное».

Сделав неожиданное замечание, Исла все еще смотрел на Эвелин.

На её изящном изогнутом лице сияла безупречная улыбка.

«Ис, это нормально, если ты не стараешься изо всех сил».

«Эви».

«Потому что я все равно...»

Она не могла понять, как скрыть это всепоглощающее чувство.

Эвелин намеренно опустила взгляд и посмотрела на белое надгробие своей матери.

«...Потому что я так счастлива».

Шепот был сладок, как мед.

Эвелин положила букет, который держала в руках, на надгробие.

Это были не обычные цветы, которые возлагают на могилы, а яркие, похожие на букет для невесты.

Все цветы напоминали полевые из “Сенского” леса, по которым ее мать так скучала всю свою жизнь.

«Мама», - Эвелин присела на корточки и погладила надгробие, - «То, что я только что сказала... Ты все слышала?». Всхлып, всхлып.

В отличие от весеннего бриза, аромат свежих цветов ощущался не так ярко.

Эвелин наслаждалась ветром, который развевал ее волосы.

«Что ж, я очень счастлива», - с уверенностью сказала Эвелин.

Шум ветра, ласкающий ее уши, был похож на теплую мамину улыбку.

«Так что тебе стоит перестать беспокоиться обо мне... упокойся с миром».

Запечатлев эти слова, Эвелин приподнялась.

И как раз к ней подошла Бьянка.

Над крестообразным надгробием она повесила цветочную корону.

Затем склонила голову:

«Большое спасибо за то, что ты родила мою маму, которую я люблю больше всего на свете».

«...Биби».

Эвелин позвала Бьянку дрожащим голосом.

Она, стоявшая рядом с матерью, продолжила ясным голосом:

«Я ухожу с мамой и папой».

Эвелин обняла Бьянку.

Обняв свою мать за шею, Бьянка оставила прощальные слова:

«До свидания, бабушка».

Через некоторое время все трое покинули кладбище.

Надгробие, усыпанное яркими цветами, больше не выглядело одиноким.

***

Прошел один год. И местом, в котором собралась семья из трех человек, было “Сенским” лесом.

Он, залитый золотистым светом, был прекрасен, словно искусно вырезанный из золота.

Бьянка пошевелила ногами, сказав, что хочет посмотреть на цветы, растущие группами недалеко отсюда.

«Биби, не заходи слишком далеко!»

Когда Эвелин тревожно повысила голос, Исла проглотив сухую слюну, произнес:

«Эви».

«Хм?»

Глаза Эвелин слегка расширились, когда она небрежно оглянулась на него.

Это было потому, что он, уже взяв её за руку, надел кольцо ей на палец.

Как будто он заранее знал размер, оно идеально ей подошло.

Это было красивое кольцо с янтарными бриллиантами, которые напоминали цвет глаз Эвелин.

«...Ах».

Глядя на блестящее кольцо, Эвелин потеряла дар речи, что было редкостью для нее.

Исла наблюдал за реакцией Эвелин со слегка взволнованным выражением на лице.

«Несмотря на то, что мы были полны решимости пожениться...»

«Мы, Ис?»

«Кажется, я никогда не просил тебя выйти за меня замуж».

Исла, подняв её руку, поцеловал безымянный палец.

В её ушах, онемевших от напряжения, раздался дружелюбный голос:

«Эви, ты выйдешь за меня замуж?»

«…»

«Я буду верен тебе вечно».

От этого простого предложения янтарные глаза наполнились слезами. Она бы сказала «да», но не смогла сразу ответить и просто зашевелила губами.

В тот момент, когда он подарил это кольцо... ей показалось, что она вот-вот расплачется.

«Никогда...», - Эвелин дрожащим голосом открыла рот, - «Я не отдам тебе это кольцо».

«Это означает...»

«Что ж, будучи твоей женой... я так рада».

В ответ на слова Эвелин напряженный Исла наконец расслабился.

Черные глаза ярко светились радостью.

К этому моменту Бьянка, вернувшаяся с охапкой полевых цветов, расширила глаза:

«Мама, почему ты плачешь? Что?»

Взглянув на кольцо на пальце Эвелин, Бьянка удивилась:

«Это кольцо, это оно!»

«Вот это?»

Эвелин склонила голову набок.

Бьянка закричала взволнованным голосом:

«Кольцо, которое ты показал мне, когда отправил птенца обратно в гнездо к его матери!»

«Да, всё верно. Ты хорошо это помнишь», - Исла ответил с гордым выражением на лице. 

«Я тебе тоже однажды говорила».

«А?»

«Я видела кольцо с драгоценными камнями, которые были похожи на цвет твоих глаз».

«О, это...» Только тогда Эвелин вспомнила, что произошло. Незадолго до воссоединения с Ислой, Бьянка решила познакомить ее с ним и подарить печенье, в качестве благодарности.

Значит...

«Ты уже давно приготовил это кольцо».

Спустя очень долгое время, так же как это кольцо оказалось на её пальце, она прошла долгий-долгий путь и снова была рядом со своими любимыми.

Я никогда больше не стану отказываться от этого счастья.

Глядя на своего любимого мужа и дочь, Эвелин широко улыбнулась, вытирая слёзы.

Это был совершенно прекрасный день.