Тада Банри шел пешком.

В сопровождении Янагисавы Мицуо он шел по пешеходной дорожке.

Мигает светофор, они вдвоем суетятся вокруг, как собаки, игриво смеясь: "Берегись!- Беги, беги!- когда они перешли на бег. У каждого из них в руках были пластиковые пакеты из супермаркета, и они тяжело раскачивались.

"...Подождите..."

Как по мне,

"...Подожди меня, Банри..."

Больше никаких слов не прозвучало.

Не до конца закончив переход, когда загорелся красный свет, я присел на корточки посреди дороги. Машины тронулись, проезжая одна за другой. Не успел я даже поднять голову, как меня переехали и прострелили насквозь. Никто даже не ударил меня по тормозам.

А потом я уже не могла кричать. Голос, который кричит: "Пожалуйста, остановитесь!", "Пожалуйста, помогите мне!- не хотел выходить.

Очевидно. Потому что я мертв.

Банри шел впереди, даже не оглядываясь на меня. Хотя я крикнул "подожди", он меня не услышал. Он даже не заметил этого.

Даже если есть вещи, которые должны быть сказаны, этот голос не достигает никого, и нет человека в этом мире, который знает, что я здесь.

Сколько бы я ни плакала и ни кричала: "я здесь!- никто не замечает.

Я никогда раньше не испытывал такого одиночества. Я понял, что это благословение. Я намеревался полностью отдаться ему. Я думал, что спокойно приму эту судьбу, сопротивляясь ее приближению, но это было бесполезно. Я присматривал за Тада Банри. По-своему я даже представлял себе, что даже по прошествии десятилетий, пока в свое время не умрет Банри, я все равно буду этим заниматься.

Но в тот момент, когда Линда заплакала, я все понял. В комнате Банри Линда смеялась, но в глубине души плакала. Я не понимал этого, потому что я призрак. Я всегда внимательно прислушиваюсь к голосу Линды. Так что я понял.

Я дал обещание. Если бы Линда заплакала, я бы непременно прибежал. Поэтому в тот раз я подумал: "жаль, что я не могу быть рядом с ней.- Я всегда выполняю свои обещания. Мне нужна была сила, чтобы приблизиться к плачущей Линде. Протянуть к ней руку, поговорить с ней. Снова и снова пытаться дотронуться этими пальцами до ее плеч, спины, волос.

И тут я, наконец, понял это.

Я больше никогда не смогу прикоснуться к Линде.

Этот голос никогда больше не достигнет ее.

Не было никакого смысла быть призраком рядом с ней, само его существование было неизвестно с самого начала, и, кроме того, Линда полностью отказалась от меня.

Попробуем в другой раз...

"...Банри... пожалуйста подождите..."

Никто меня больше не понимает. Почему я должен проходить через все это так спокойно? Это не нормально. Не может быть, чтобы все было хорошо. С тех пор как я умер, мой ум, кажется, стал странным: плач, крик, ярость. Цепляясь за Банри, кусая его, крича тебе, кто живет, чтобы что-то сделать. Сделай что-нибудь с этим мной. И все же ничего не меняется. Никто меня не замечает.

Я думала, что боюсь исчезнуть.

Но теперь я боюсь того, что никогда не кончится.

Он задавался вопросом, Сможет ли он принять это, если все останется так навсегда. Если этому нет конца. Если я должен продолжать существовать вечно, то только таким, какой я есть сейчас, не имея ничего общего с жизнью и смертью, навсегда. Если мои родители умрут, и Банри, и Линда, и все остальные, кого я когда-либо знал, умрут, и этому не будет конца.

"...Эй ты, погоди!"

Вытирая рукой слезы, выступившие на щеках, я в отчаянии поднялась. Догоняя ушедшую Банри, я громко закричала и побежала, пошатываясь. До сих пор я очень старался. Но я не хочу, чтобы меня оставляли в стороне. Я не хочу оставаться одна в таком месте.

Пока я бежал, меня осенило. Банри жила на год с лишним дальше меня.

* * *

Перед входом в квартиру стояла высокая фигура, легко узнаваемая издали,

- Извини, два измерения, ты меня ждал!?"

Когда Банри и Мицуо подбежали к нему, он повернулся к ним.

- Хм, ты опоздал! Я так долго ждал!"

Его лицо вдруг стало похожим на распухшую жабу. Он изогнулся в талии. Каким бы двумерным ни был его закадычный приятель, когда он был отвратителен, он был отвратителен. Они автоматически обменялись безмолвными взглядами, и он попытался пройти мимо, как будто был чужаком, но ... ,

"Разве это не было назначено на 6 часов!? Прошло уже пятнадцать минут!"

Из тени этой высокой фигуры внезапно и тем же тоном,

-Если вы собирались пойти за покупками для нас, то могли бы, по крайней мере, встретиться с нами в супермаркете!"

Появилось красивое белое лицо.

"...Ты, должно быть, шутишь. На самом деле я вовсе не сержусь. Если я вижу лицо Тада-Куна, то 15 минут или час не имеют значения. Просто имея возможность встретиться с ним, я х-а-п-п-И."

Сделав четыре шага, она приблизилась к Банри, вцепившись в его левую руку, как обезьянка. Это, конечно же, была Кага Коуко, которую он не помнил, как звал. Бормоча "Хм!?- он посмотрел ей в лицо. Отвечая "Уфу!- Коуко наклонила голову и снова посмотрела ему в глаза.

Два измерения сделали четыре шага с голубиными лапками и тоже прильнули к Мицуо,

-Имея возможность встретиться с Яной-Ссан, я тоже х-а-п-п-И."

Отказывая ему всем, что у него было: "Кии!- он истерически встряхнулся, чтобы его отпустили. Это "КИИ", возможно, было" КИИ " отвращения.

Сюрприз! Глаза Коко сверкали, но нет, он действительно был удивлен. Банри подумал, что он вызвал на эту встречу только два измерения, чтобы подбодрить Янагисаву Мицуо @ my place.- Он даже послал сообщение Коуко, чтобы она не беспокоилась об этом.

- Ч - почему? Почему Кага-Сан здесь?"

И все же, разве она не пришла совершенно другой? Даже прическа у нее была не такая, как в полдень. Поверх необычной блузки без рукавов землистого оттенка на ней было надето большое ожерелье, брюки до колен, а челка ее длинных волос была заколота бисерной лентой. Как яркая лимонно-желтая игрушка, маленькая сумочка спокойно висела у нее на спине, и, еще больше обнажая свои красивые ноги, она носила гладиаторские высокие каблуки, которые могли бы забить их до смерти, будь они овцами.

-Ты счастлива, не так ли? Разве ты не скажешь, что счастлива?"

Одетая со вкусом для домашней выпивки, Коко всем своим весом повисла на левой руке Банри, заискивающе глядя на него.

-А, ну конечно..."

-Я счастлива, я счастлива! Я очень счастлива, что могу видеть Кага-Сан!"

"Хм... услышав это, я тоже счастлив..."

Она восторженно потерлась своим круглым лбом о плечо Банри, как очень милое животное. Она была прекрасна, но это было то, а это-это. Немного отстраняюсь,

- Нет, серьезно, зачем ты пришел...?"

На повторный вопрос Банри Коуко ответил: "прекрати, что ты говоришь?- немного обижен. Только ее брови поползли вверх,

-Разве ты не понимаешь? Разве я не твоя девушка? Разве я не могу навестить тебя, если захочу? Разве это не очевидно?"

- Правильно!? Повернувшись, Коуко посмотрел на два измерения. Двумерный слегка пожал плечами и рассмеялся. - Эй, это просто здравый смысл, - она повернулась к Банри.

-Хотя я думал, что даже Тада-кун понимает это, если раньше он этого не знал, то теперь знает. Когда я захочу увидеть его, я пойду к нему. Потому что я твоя девушка, это естественно. Будьте готовы, 365 дней, 24 часа в сутки. Хорошо? Ладно, ладно? Понятно? Ты ведь понимаешь, правда?"

- Достаточно хорошо."

Она не позволила ему больше ничего сказать. И она решительно прижала указательный палец к губам Банри. Сделав это, Коуко усмехнулся и приблизил ее лицо еще ближе к своему.,

- Вообще-то я торчу здесь с пяти часов. Я подумал, не пора ли мне уже домой. Затем появились два измерения, и когда я окликнул его, он рассказал мне о вечеринке с выпивкой. Разве не было уже решено, что я буду заниматься такими вещами? Я имею в виду, я хочу услышать, почему я не должен. ...Почему ты мне не позвонила?"

Ее лицо внезапно стало серьезным.

Она перекрестно допрашивала его, но ее Палец все еще сжимал его губы. Банри не в силах даже попытаться ответить, Мицуо поднял руку в ответ.

-Разве это не решено?? Потому что сегодняшняя встреча должна была поднять мне настроение! Это потому, что я не собиралась веселиться с тобой там!"

-Я не спрашивал твоего мнения."

Не обращая внимания на подобные замечания, Коуко фыркнул и неподвижно уставился на Банри, словно она смеялась над ним.

- Привет, Тада-кун. ..Нет, "пароль Тада". Ответ? И кто я такой?"

"...- Тиффани Кага..."

- Отозвался Банри.

Между прочим, "два измерения" было "килобайт Сато" - это составляло три названия их пакта.

Эти трое связали себя простой клятвой: "если кто-нибудь из нас пойдет на пьянку, мы все непременно придем". Если кто-то из них нарушит свою клятву, то потеряет что-то важное.

-Так оно и есть, не правда ли? Так что, согласно нашей клятве, я имею полное право участвовать в этой пьянке... нет, это мой долг. Разве это не так? Так оно и есть, не правда ли? Итак, человек, которого здесь быть не должно..."

Приняв позу манекенщицы, Коко указала на Мицуо и слегка выпятила подбородок,

- Мицуо. Rentre chez toi."

- Холодно спросила она у всех остальных. Щелк, из области висков Мицуо донесся звук чего-то ломающегося,

"..."

Все еще молча, он снял сапоги, готовый ударить ими Коуко. - Держись, держись! Банри заслонила Коко своей спиной, но Коко сняла свои гладиаторы и размахивала ими.,

-Твои Красные Крылья ни за что не побьют моего Джимми Чу!"

-Ты что, ничего не скажешь о том дерьме, в которое эти подошвы вляпались на прошлой неделе??"

- Ерунда какая-то! У меня тут шпильки есть!"

- Иди-от, иди-от! Отвергнутая женщина!"

- Дерьмо-Шагающий человек!"

-Ты даже пользуешься блестящей желтой сумкой, как в детском саду! Вы пытаетесь выглядеть мило!?"

- Ха!? Что ты такое говоришь!? Разве это не Селин!? Ах, вот оно что? Неужели твоя голова так сильно болит от того, что тебя так сильно бросили, что ты даже не знаешь, ЧТО ТАКОЕ Селин!? Мицуо, ты такой жалкий!"

-А кто этот жалкий,чернослив??"

- Бесплатная завивка! Дешевые растворы для химической завивки убивают ваши волосы у корней!"

- Задница подбородком!"

- Ты готова сказать "прощай" своим волосам на веки вечные?"

Банри застрял там, на улице, в середине неприличной обувной битвы, разворачивающейся между двумя друзьями детства: закрывая с левой стороны дерьмо, а с правой шпильки. И то и другое пугало примерно в одинаковой степени.

- ИИК! Два измерения, пожалуйста, сделайте что-нибудь! Два Измерения!"

- Э-э, подожди. Телефон."

Но два измерения, конечно, жили в другом измерении, игнорируя все, играя со своим айфоном,

-Что-то идет по телефону!? В самом деле, растащите этих людей!"

- Я имею в виду... хотя это Ока-тян. Входящий звонок. Мне ответить? Должен ли я отвечать?"

Услышав его голос, сапог выпал из руки Мицуо. Коко тоже остановился и обменялся взглядами с Банри.

"...О. - Она повесила трубку."

Некоторое время никто ничего не говорил, и на несколько секунд воцарилось хрупкое молчание. Из всех времен сейчас, в такое время, как это, телефон звонит с Ока чинами---

Коуко, видя, что Мицуо теряет боевой дух, небрежно схватила Банри, пока та надевала свои гладиаторы, но Мицуо стоял как идиот, все еще без обуви на одной ноге.

-Э, э, э, что...? Иначе говоря...? Два измерения достаточно близки к чинами, чтобы она поделилась своим номером телефона? А? Что? Как же так? А-в какой момент...? Нет, я не хочу сказать, что меня это так уж волнует... Я не... нет..."

И он продолжал бормотать:

Не может быть, чтобы это была печаль. Два измерения, запихивая свой айфон в карман с немного нетерпеливым видом,

-Нет, вовсе нет! Она сказала, что в этом нет ничего особенного! На днях мы вдвоем просто убивали время, и вот тогда-то мы и обменялись номерами телефонов! Вот и все! Я имею в виду, что это был первый раз, когда она позвонила мне!"

Банри взглянула на него. Тот случай "убить время", должно быть, произошел, когда Банри сбежала от Линды.

А пока им предстояло получить объяснение того, как два измерения и китайцы "внезапно сблизились".- Ему показалось, что объяснение прозвучало очень надуманно, но он пропустил его мимо ушей, не проведя специального расследования этих двух случаев.

Конечно, это было бы странно, не так ли? С его нынешним зрением Банри все понимал заново. Однако объяснять это будет ужасно долго.

"...Хаха. Ha. ...Смеяться."

Мицуо положил руку на плечо Коуко. -Не трогай меня так легко, - сказал Коуко, быстро отмахиваясь от него.,

-Неужели ты не хочешь посмеяться над моим смущением? Все нормально. Давай, смейся. Смеяться надо мной... все в порядке, все, что ты хочешь, насытись моей неуклюжестью..."

Увидев Мицуо таким, каким он был, измученным и заставившим себя жалобно рассмеяться, на ее лице появилось печальное выражение. Обернувшись, словно встревоженная, она посмотрела в глаза Банри. -Что же нам делать?- эти глаза спрашивали его.

Если бы вы взглянули на это лицо ... вернее, он знал это с самого начала. Судя по тому, что она говорила, Коко определенно беспокоилась о Мицуо. Недовольная сообщением Банри, она, без сомнения, пришла посмотреть на состояние Мицуо собственными глазами. Но так как она не могла прийти в квартиру Мицуо, то на какое-то время попыталась зайти к Банри.

Поскольку Банри это прекрасно понимал, у него не было другого выбора, кроме как говорить за Коуко, которая не умела говорить за себя.

- Да ладно тебе... Яна-Ссан. Кага-Сан очень беспокоилась о тебе. Мне нечего было сказать такому человеку."

--- Даже несмотря на то, что она моя девушка! Который беспокоился только о парне! Это раздражает! Это расстраивает! В конце концов, разве там не осталось никакого будущего?? О чем ты только думаешь!? Только потому, что Ока-тян бросила его и теперь он один!? Если это так, то я, Я, Я ... .. аррррр! Сейчас я отброшу эти мысли в сторону.

-Неужели это так?"

"...В частности, я,"

В частности, только потому, что я беспокоился о тебе, не пойми меня неправильно! Хм! По какой-то причине за спиной Коуко два измерения использовали шаблон, чтобы добавить саундтрек для всего этого, но на данный момент она проигнорировала его.

- Ка-га-Сан"

"..."

Банри вежливо спросила, не согласится ли она выслушать меня еще раз...- Да, - кротко кивнул Коко. Она вдруг превратилась в робкую маленькую девочку, наполовину спрятавшуюся за плечом Банри. Увидев Коко в таком состоянии, Мицуо тоже вздохнул. Он вздохнул, глядя так, как будто его дыхание и энергия покидали его, почти как если бы это были его щеки, которые обиделись.

-Кага-Сан, если ты хочешь принять участие в сегодняшней вечеринке, то, пожалуйста, не дерись со своими ботинками. Не будете ли вы любезны принять участие красиво, развлекаясь ради Яны-Ссан? Если вы можете, то это нормально для вас, чтобы быть с нами."

"...Понял"

-И ты тоже, Яна-Ссан. Ты хорошо с этим справляешься?"

"...Да."

Коротко ответив, Мицуо шагнул в сторону, ближе к двум измерениям. - Извини, что надоел тебе, - пробормотал он так тихо, что даже Банри не расслышала. Два измерения тихо рассмеялись и направились к комнате Банри.

Банри небрежно держала Коко за руку, когда Мицуо и два измерения вошли вперед, как обычные гости. Ему казалось, что он действительно может привыкнуть к этому. Он был убежден, что такие чувства приходят к нему потому, что он верит в Кага-Сан. Потому что он верил, что она была добра к Мицуо не из-за давней привязанности. Словно обхватив ее тонкие пальцы, они шли плечом к плечу. Но Коуко, стряхивая эту руку, отпустил ее.,

"..."

Свист...

Притворившись, что ничего не замечает, и по-прежнему ничего не говоря, он взял ее руку назад так быстро, как только мог, глубоко переплел их пальцы, до того места, где их ладони были склеены вместе. Они всегда смеялись вместе, когда держались за руки, называя это "вакуумным захватом" и "доказательством супер-любви-голубки".- По какой-то причине в таких случаях они предпочитали говорить старым голосом Дораэмона. Коуко старалась изо всех сил, но не могла сравниться с запомнившимся "голосомНобуйо", и Банри хихикнула. Словно не желая повышать голос, Коко опустила глаза и просто рассмеялась.

- Эй вы, ребята, разве вы не очень близки!? Вы должны принять во внимание разбитое сердце Яны-Ссан!"

Замеченные двумя измерениями в лифте, они быстро разошлись, как будто их разняли ударом карате.

-Все в порядке, все в порядке..."

Мицуо стоял один у стены, пытаясь удержать левую руку правой, как будто она была упакована в вакуум.

-Я большой специалист по одиночеству... смотри, даже вот так..."

-У меня есть для вас удивительная новость, Кага-Сан."

- Что такое?"

Сняв своих гладиаторов в прихожей, Коко, просившая назад, внезапно стала на четыре дюйма короче. Она надела шлепанцы с великолепным узором из розовых роз, специально для нее. Из Олимпийского-980 иен.

- Хотя я только что узнала и о своем соседе. Это был дом НАНА-сэмпай."

- Эх!?"

Конечно, ни у кого из парней не было ничего похожего на тапочки, даже у главы дома Банри. Мицуо направился прямиком к холодильнику со словами:"и два измерения пошли прямо к оборудованию, сказав:" я одолжу ванную!- Все они были босиком, если не считать носков.

-Она была тем странным человеком на днях. Помнишь? Мы вошли в лифт и стали гадать, кто же этот человек в черном. Это была Нана-сэмпай."

-Ты что, шутишь?? Это был кто-то совершенно другой!"

С выражением полного удивления на лице коуко она посмотрела на стену позади кухни. Так что, похоже, этот человек жил по другую сторону той стены.

- Это был действительно большой сюрприз. Но, похоже, НАНА-сэмпай уже давно поняла, что по соседству с ней живет новый студент того же университета. Так что, похоже, на этот раз она пригласила нас на концерт в прямом эфире..."

- Ба, Банри~~~..."

Поскольку ванная комната была отделена от них только дверью, горестный голос двух измерений прозвучал действительно болезненно.

- Немного фоновой музыки, пожалуйста.~~~.."

Услышав это, Банри схватила пульт от телевизора и нажала кнопку включения. Он немного увеличил громкость. Это было правилом в маленькой квартире, когда посетители пользовались ванной.

Комната была такой же, какой он оставил ее, когда уходил из-за телефонного звонка Коуко.

Пол, по которому Линда ходила в носках, оконное стекло, к которому она прижималась лбом. Ковер, на котором сидела Линда. Все было так же тихо, как и в тот момент, когда Банри плакала у Линды на глазах.

Фотография Банри и Линды все еще лежала на столе, где он ее оставил. Он лежал лицом вниз, и никто его еще не видел. Банри небрежно схватил ее и вместо того, чтобы положить на Книжную Полку, поставил на середину дешевых полок.

Затем, чтобы проветрить оба окна, он широко распахнул их. Коуко ничего не замечал, странно уставившись на стену, примыкающую к соседней квартире.

- Интересно, "НАНА-сэмпай" произнесла ее фамилию?"

- Кто знает? Она не повесила табличку с именем. Но мы установили, что она из Вараби."

И-И-и-и... странно серьезно кивнув, Коуко пошел отнести пластиковый пакет с продуктами, который два измерения оставили на полу, на кухню. Поспешно протянув руку, Банри подняла тяжелый мешок.

- Это гарнир, который два измерения купили в его родном городе. Он сказал, что это крокеты, менчи и картофельный салат. Если бы я знал, что у нас будет вечеринка с выпивкой, я бы тоже кое-что купил."

- Ну-ну. Ничего себе, он еще теплый. Более того, он очень хорошо пахнет... опасно, что аура избыточного веса выцарапывает себе путь наружу."

- Тада-кун,что вы купили?"

- Ну, мы купили саке, несколько закусок и несколько гарниров. Салат из макарон, карааге, (вау!) майонез и некоторые небесные жареные продукты... и что потом? Эй, Яна-Ссан!"

Мицуо вытащил голову из холодильника,

- Выбор соленых огурцов, сосисок и жареного риса. Да, и еще потому, что Коуко тоже входит в число главных героев..."

Хотя он и отвечал, Коко сказал: "другими словами, Ты знал."

"Отличный. Никаких овощей вообще. Я все время чувствую себя овощем, но ничего не вижу."

- А? Конечно, есть овощи. Картофельный салат, макаронный салат, соленые огурцы. Я имею в виду, Банри, может быть, ты возьмешь немного этого, как Аджипон, на некоторое время? А так все не сходится. Разве ты не хочешь остудить саке?"

Мицуо вытащил несколько контейнеров с приправами и запихнул банки сакэ в открывшееся пространство. Банри подняла единственный пакет, оставшийся на кухне.,

-Хотя в тот момент я думал, что эта область-моя работа. Даже ты не должен быть здесь."

Коуко бросил быстрый взгляд на содержимое.

Они купили банки виски "шочу хайбол", коктейли, а также пиво, имбирный эль, безалкогольные коктейли и напитки, похожие на пиво.

- О боже..."

-На днях я просто разозлился. Может, они просто поторопятся? Там был хороший запас чая и тому подобного."

Коко пожала плечами, выглядя немного скучающей, ее убийственно милые глаза поднялись вверх.

"...Но совсем немного-это нормально, верно? Только один глоток. Только первая чашка. ...Только один может. Разве я не могу? Ради Мицуо? Послушайте, разве самое главное на вечеринке-это живая атмосфера??"

Она приклеилась к Банри.

- Кроме того, даже если я не напиваюсь, я из тех людей, которые могут быстро возбудиться, если в этом есть необходимость."

-Я не~!"

- Если оставить это в стороне, был ли тот разговор о "заднем подбородке" на самом деле?"

Очень даже. Он уже собирался сесть рядом с ней и потереть пальцем ее прелестный заостренный подбородок, но тут же приготовился бежать. Легко усевшись на свой любимый табурет, она сказала: "У всех подбородок раздвоен. Потому что именно там соединяются левая и правая стороны челюсти, - и показала щеки. Банри рассмеялся и снял с кухонной полки все стаканы, какие у него были.

- Ха... наконец-то! Это было здорово!"

Из ванной с беззаботным выражением лица вышел двумерный, протирая очки краем одежды.

-Ну что ж! Кстати о дьяволе, я получил сообщение от ока-тян! Содержимое имело отношение к Яне-Ссан! Мои испражнения находятся в отличном состоянии!"

Гордый собой, он устроился на кровати Банри. Он с энтузиазмом повернулся к Мицуо.

- Ч - что за вид!?"

-Ты хочешь знать, Яна-Сан?"

-Я хочу знать!"

"Он был умеренно влажным, имел большой объем и все же в некотором роде ароматным."

"Не то. Я хочу знать, что написано в тексте!"

- Ты удивляешься."

Он снова надел очки. Игнорируя вопрос Коко: "два измерения посылают сообщения из ванной...?- с сомнением в голосе и странным выражением на лице . ,

- Последний звонок я сделал потому, что беспокоился за Яну.'"

С ужасным фальцетом (вероятно, он пытался подражать голосу чинами) он начал читать текст сообщения. Только благодаря этому голосу Банри, Коуко и Мицуо укоренились там и сейчас.,

- Вы видели Яну сегодня днем? Несмотря на то, что мы вместе ходим на третий урок, он не пришел на лекцию, и хотя я отметила список посещений для него, я была обеспокоена тем, что, возможно, у него были какие-то проблемы или что-то еще. Извини, это все, что я хотел спросить. При нынешнем положении вещей с Яной связаться трудно. Увидимся позже!- Здесь три отпечатка рук. ...Похоже, так оно и есть."

- Прости Ока-тян, я сделал твое сообщение достоянием общественности, - два измерения посмотрел в пространство и сложил руки вместе.

Мицуо, по-видимому, глубоко погрузившись в свои мысли, остановился. Банри небрежно закрыла открытую дверцу холодильника.

- О боже..."

- Сказал Коуко.

-Она зашла так далеко, что позвала его, нет, она болталась здесь ради Мицуо. Ультразвук зашел так далеко, что отметил список посещений для него. Она бросила его, но потом сделала для него что-то хорошее."

Это дьявольский трюк, не так ли? Идеальный. Сказав это, сидя на табурете и по-прежнему болтая ногами, она смотрела на Мицуо, не двигаясь, ее глаза были немного злыми.

- Естественно, ты собираешься игнорировать ее, верно?"

"..."

- Разговаривать с ней, встречаться с ней-разве это уже не бесполезно? Если это так, то вы просто игнорируете такие вещи. Ты вечно игнорируешь ее,не имея с ней ничего общего. Разве это не так?"

- М, это я...!"

Мицуо расправил плечи и повернулся к бледному лицу Коуко, но его вынужденное выражение выглядело только подавленным. Вдыхая, слегка задыхаясь, расчесывая волосы вверх,

"Я, ...м, е..."

Кто знает, куда делась энергия, которую он получил, сражаясь с Коко ранее? Лицо у него было совсем как у нервного ребенка. А так он что-то бормотал и заикался.

Увидев его в таком состоянии, Куко в конце концов тяжело вздохнул. А потом, поднявшись с табурета и сказав "одолжи мне", она выхватила айфон из рук двумерного. Приложив кончик пальца к уху, она проигнорировала вопрос Банри: "какого черта?"

"...Привет, это я. Поскольку два измерения и Мицуо пришли к Тада-Куну выпить, ты тоже идешь. Хотя я и не хотела, чтобы ты приходил, ради Мицуо я неохотно зову тебя, Мицуо чувствует себя подавленным и скулит! ...Ха!? Что значит-заткнись! Вопросы не допускаются! Да!? Я не знаю, так что просто заткнись и слушай! Адрес, ..."

Ответный звонок раздался со скоростью молнии. Конечно, настолько высокомерная, что она могла бы проникнуть в небеса,

-Если ты не придешь, это прекрасно! Но я не думаю, что Мицуо это понравится! Хм!"

Возьми это! - Она повесила трубку. Возвращение iPhone в два измерения с улыбкой и благодарностью,

- Боже мой, как ты можешь быть таким беспокойным?"

Она повернула к Мицуо лицо бессердечного друга детства. Банри убежала на кухню, явно недовольная происходящим,

-И ага~В конце концов я стал милым ради Мицуо~. Перезаряжать~"

Фу... Наклонив голову, как лебедь, она прижалась щекой к плечу Банри. - О, все в порядке, - Банри машинально погладила ее по спине.

"...Ну, это... что ты там делал, звонил чинами!?"

Наконец, с кровеносными сосудами в голове, готовыми лопнуть, и ярко горящими глазами, Мицуо подошел ближе, шаркая на коленях и брызгая слюной, крича на Коко. Коуко, совсем как домашняя кошка, отрывается от Банри,

- Успокойся, ты устраиваешь сцену. Ты кажешься мне соседским занудой. Кроме того, сосед-это кто-то, кого мы знаем. Примите это во внимание. Что бы вы предпочли, чтобы я сделал? Когда вы сказали "Я, Я", я не совсем понял, что вы хотели сказать. У меня нет свободного времени, чтобы слоняться вокруг и расшифровывать твои крики, даже жизнь не так длинна для этого. То же самое верно и для Тада-Куна. И даже в двух измерениях. Придет ультразвук или нет-это хороший вопрос, но пока я звонил. Если ты хочешь домой, почему бы тебе этого не сделать?"

Мицуо слушал все это с ужасным выражением на лице. Словно застыв в коленопреклоненной позе, он не двигался и даже не дышал.

Небрежно, но решительно потянув его за край одежды, Банри заговорил:

-Как сказала Кага-Сан, ты тоже можешь вернуться. Вы можете вернуться к тому, чтобы проводить свои дни неловко, убивая время. Или ты можешь остаться здесь и попытаться все исправить."

"..."

Мицуо медленно перевел взгляд на лицо Банри. Он решал, стоит ли ему делать то, что говорит Банри.

-Кага-Сан ведет себя несколько грубо, но, может быть, назовем это "сильным лекарством"? Вы можете спросить: "ты будешь жить или умрешь?'"

В какой-то момент ему в голову пришла странная мысль. Он понял, что недавно видел, как кто-то давал такое сильное лекарство. Ради Мицуо Коко быстро позвонил чинами. Ради Линды НАНА-сэмпай сделала ложный телефонный звонок Банри. Эти двое были совершенно разными, но все же,

А потом и сам, ну, неважно.

-Не кажется ли вам, что я остаюсь здесь ради Яны-Ссан?"

Хотя он не мог использовать сильное лекарство, как с этими двумя, тогда он мог, по крайней мере, давать осторожные дозы чего-то вроде фитотерапии. Поскольку он так думал, то попытался сказать это так, будто был счастлив.

Мицуо, выглядевший очень смущенным, посмотрел на Банри, но вскоре перевел дух и встал. Сказав" Подожди", Банри быстро встала и попыталась последовать за ним, но Мицуо не повернулся к двери.

Он стоял на кухне и грубо мыл руки, как будто сердился. Затем оборачиваюсь,

"...Эти сосиски, их можно варить?"

* * *

Примерно в половине восьмого ему позвонили и заплаканным голосом сказали: "Банри, иди сюда."

-Вы свернули с главной улицы в зоомагазин? Ах вот оно что, ты повернулся кругом. Мы находимся точно в противоположном направлении от станции. Наверное, там есть круглосуточный магазин? Вы понимаете? Я сейчас выйду к тебе, так что просто подожди."

Как только он повесил трубку,

-Это только что был чинами...? Она сделала это близко отсюда?"

- Мицуо почти дрожал, когда он спросил его. Отвечаю "Да"! Банри сунул мобильник и ключ от квартиры в карман и встал.

Решив остаться здесь, Мицуо явно все еще нервничал. Он почти не притрагивался к гарнирам и уже некоторое время пил только саке. Пьяно расслабленный, он был бледнее обычного. Похоже, это было вызвано скорее стрессом, чем алкоголем.

Это было отсюда до следующей вещи, но даже Банри не мог спасти положение. Он не сможет сделать это сам.

-Похоже, Ока-тян заблудилась. Я должен пойти и привести ее обратно. И пока я здесь, есть ли что-нибудь, что я должен забрать?"

"Сакэ... еще саке - саке-саке, - сказал Мицуо. - Углеводы! Наполнители желудка!- сказал два измерения. - Ну, если ультразвук будет шуметь, тогда упаковочная лента и немного веревки, - сказала коуко, глядя поверх стола.

-Кага-Сан, пойдем вместе."

-Я ухожу!"

Когда он потянулся к ней, она сразу же улыбнулась. Вскочив на ноги и перекинув через плечо свою маленькую сумку, она последовала за Банри к двери.

- Хо-хо, держись! Банри! Что же мне делать?? Что мне делать с этим ужасным, ужасным напряжением? Как я справлюсь с ожиданием!?"

-С тобой все будет в порядке, если ты не будешь есть картофельный салат."

- Картофельный салат!? Два измерения только что закончили есть все это!"

- У...?"

Двумерный оглянулся на Мицуо, его рот был набит остатками картофельного салата.

- Ш - ш, давай я тебе покажу...?"

-Ничего страшного! Ах, ты не должен показывать мне свой рот изнутри, идиот! Аан, АА~Н! Теперь нет больше картофельного салата, и я не знаю, что мне делать!"

Вычеркните то, что было сказано раньше. Как и следовало ожидать, он уже достаточно напился. Он перекатился по ковру на спину, яростно метаясь, как черепаха в припадке гнева, и начал таранить головой задницу двумерного.

С ошеломленным выражением лица Коко сняла гладиаторы, которые только что надела.

-Кажется, он уже умирает. Подожди минутку, Тада-кун."

Интересно, что она собирается делать дальше?,

- Мицуо. Поскольку я не могу просто смотреть на большее горе, я специально одолжу тебе это."

Из собственных волос, тщательно распутав их вручную, она извлекла сверкающую, усыпанную стразами ленту.

- Сила ленты для волос невероятна. Это само по себе щелкает выключателем. В волне силы все ваше тело переходит в режим Гого. Слабак вскакивает и превращается в самое сильное свое "я". Красивая и жесткая, я превращаюсь в свое совершенное "я". Но проколотые серьги были бы довольно трудными, не так ли? Если у вас есть такая возможность, то и ожерелье тоже. Надевать слишком много вещей бездумно, без стиля и без подготовки-это нехорошо. Это все, что вам нужно иметь в виду."

Она благоговейно держала его в руках, словно королевскую тиару. Потом присела на корточки и протянула руку к упавшему другу детства,

- Ладно? В тот момент, когда вы наденете его, вы станете совершенными. Ты не будешь чем-то страшным. И вот, в этот вечер, кто будет красивее и жестче всех остальных? Мицуо будет там."

Она воткнула его в его пышную бесплатную завивку, как будто хотела убрать волосы со лба.

- М, это я...?"

- Да, для тебя. ...Смотрите! Это тебе идет! Не так ли??"

-Тебе идет! Так и есть!- Банри и два измерения тоже аплодировали в унисон с Коуко. Сверкающая лента для волос приподняла его челку, как у молодой девушки или, возможно, как у какого-нибудь парня в безвкусной манере из прошлых дней. Мицуо все еще тупо смотрел в изумлении, его белый лоб гладко блестел.

- Я Тоже... идеально?"

Приложив руку к груди, он попытался изобразить на лице сияющее выражение.

Увидев это, Банри и Коуко рассмеялись и вышли из комнаты. Провожая их взмахом руки, два измерения крикнули :" Берегись!"

Спустившись на лифте на первый этаж, они вдвоем распахнули тяжелую дверь. Выходим в следующее мгновение,

- Ух ты!"

- Голос Банри автоматически повысился.

Вечер на открытом воздухе был удивительно теплым и влажным, обжигающе влажным. Как будто влага спускалась на них, было совершенно безветренно. Было не так уж жарко, но в любом случае влажность была ужасно высокой. Казалось, если он будет стоять неподвижно, капли воды прилипнут к нему.

- Что это за ужасное липкое ощущение?.. больно дышать!"

- Сейчас уже сезон дождей. Разве в ближайшие дни не будет дождя? Но мне полезно бывать в таких местах, потому что у меня сухая кожа. А теперь, где же будет сверхзвуковая скорость?"

-Она сказала, что будет стоять у зоомагазина в Санкусе . ...Ничего себе, сейчас даже не лето. Если сейчас здесь так сыро,то как же тогда будет в Токио? Мне не нравится, когда я так сильно потею."

- Лето здесь ужасное, до такой степени, что это действительно опасно для жизни. Но мы пройдем через это. С большим фраппучино."

- А еще лучше пойдем к морю. Или бассейн."

Или река, о которой он, конечно, не мог сказать. Очень даже. Как он собирается говорить о том, чтобы играть небрежно в том месте, где он чуть не умер? Хотя он и не мог этого вспомнить. Коуко улыбнулся открыто и невинно.

-Ни в коем случае, я просто хочу уйти! К морю с Тада-Куном! Это или бассейн! Что же нам делать, это будет так весело! Пусть скоро станет жарко!"

Коко комично посмотрел на небо, словно отдавая ему приказы, и Банри рассмеялась.

-Я имею в виду, с какой стати ультразвуку находиться в таком месте? Зоомагазин находится не только на другой стороне станции. Неужели она не может посмотреть на карте?"

Они вышли под уличные фонари. Высокие каблуки Коко застучали, цок-цок.

В округе было полно людей, которые приходили и уходили. Дамы в костюмах, выглядевшие так, словно они возвращались с работы, женщины с сумками, которые они купили, родители с детьми тоже, и были дети, которые все еще бродили вокруг в своей школьной форме. Они продолжили путь к вокзалу, а когда вошли в торговый район, людей вокруг становилось все больше и больше.

-Вы думаете, она плохо расслышала, когда вы дали ей адрес? Но Ока-тян хорошо слышала тех людей, которых она пригласила на вечеринку."

Сказав:" Я не плохой", он пожал плечами и, взяв Коко за руку, они пошли так, словно врезались в поток людей. Пока они шли так, держась за руки, Банри вспомнила слова Мицуо.

Хотя для меня чинами- "единственный", для чинами я просто "один из них".- Парень, о котором не стоит беспокоиться. Медленно, нерешительно.

"...Что-то для парня, не стоящего того, чтобы беспокоиться о том, что его специально вызвали, внезапно, и он не появился."

Банри так и думал, и все же.

- Разве она вышла бы ради кого-нибудь? Она милосердная душа. "Ультразвук", похоже, не любит его таким образом. Это больше похоже на любовь к человечеству. Вроде как " экология, любовь и мир!'"

Слегка посмеиваясь над манерой Коко говорить, он искоса взглянул на нее. Из-за каблуков они почти не отличались друг от друга ростом и находились практически на одной прямой видимости. Когда они говорили о чинами, она всегда казалась надутой-прелестная женщина с раздраженным взглядом.

- Хотя я так не думаю, - возразила Банри. Что касается меня, то я думаю, что, поскольку Ока-тян, как и следовало ожидать, испытывает к Яне-Ссан какие-то особые чувства, она уделяет ей много внимания. Даже бросив его вот так, в тот раз. Кроме того, ради кого она будет беречь свои силы?"

- Может быть, она делает это со своей таинственной жизненной силой. Говорят, ультразвук не так уж и силен. Она, кажется, в 500 миллионов раз сильнее меня! Но делать такие вещи ради других людей для меня, конечно, невозможно. Мои руки заняты только тем, что я люблю тебя."

-Это правда?"

- Правда, правда, абсолютная правда."

-И несмотря на все это, ты был добр к Яне-Ссан. Ты даже увенчал его своей животворящей лентой из Гого-предмета."

При этих словах, произнесенных в шутливой манере, Коко выпалил:- и повернулась к Банри, широко раскрыв глаза.

-Но это не то, что ты сказал, Тада-кун! Ты сказал: "Хорошо быть милым с Яной-ссаном, чтобы он остался на вечеринке!'"

Конечно, он помнил об этом. Но он сказал это не так уж серьезно. ...Ну, может быть, немного нюансов, немного серьезности, но все же. Во всяком случае, удивление на лице Коуко было восхитительным,

- Может быть, это заставило меня немного ревновать."

Что он хотел этим сказать?

"Eh, eh, eh! Ни за что, ни за что! Не может быть, чтобы ты ревновал! Это никогда не входило в мои намерения!"

- Но сердце мужчины-сложная штука... даже когда его голова понимает,его чувства легко могут быть..."

- Тада-кун~!"

"Мое сердце... был ранен..."

- Извини, извини, я же сказала, Прости!"

Коуко старалась идти быстро и, отчаянно цепляясь за руку Банри, моргала длинными ресницами и смотрела на него снизу вверх.

-Если ты простишь меня, я сделаю все, что угодно~!"

-Ну что ж, тогда позвольте мне проверить ваш подбородок."

Она послушно выпятила подбородок. Когда он дотронулся до нее самой широкой частью большого пальца, изящно заостренный подбородок Коко действительно отчетливо разделился.

"Тпру... он действительно расколот...!"

-Ты закончил с этим?"

-Еще нет! Откуда Яна-Ссан узнала об этом загадочном заднице-подбородке?? Выплюнь это!"

Он двинулся прямо к кончику ее носа, но Коко все еще не сопротивлялась, выглядя очень печальной,

-Все дети, с которыми мы общались, знали об этом. Потому что на втором курсе у меня возникли подозрения насчет пластической хирургии, и чтобы доказать, что я ничего не делал, я позволил всем потрогать мой нос и подбородок..."

И так далее она говорила. Когда он попытался представить себе "лицо Каги Коуко, которого трогают как сумасшедшего", это стало слишком смешно, и Банри невольно расхохотался. Вспыхивает тут и там по всему ее лицу,

"...Эй! Довольно! Я начинаю злиться!"

На этот раз Коко быстро подошел и встал перед Банри. -Но я же пошутил!-Я тебя не слышу!- Прости!- Ты не прощен!- Тебе сделали пластическую операцию??- Нет, не говорил!" ...конечно, в конце концов они оба громко рассмеялись и проскользнули в толпу. Они шли быстро, словно наперегонки, вплетенный в руки, потом раздвинув их, натыкаясь на людей и снова прижимаясь друг к другу.

Пока они играли, они прошли через станцию, направляясь к магазину, где должен был ждать чинами.

От дома Банри они добрались минут за пятнадцать. Свернув с главной улицы и пройдя по каким-то темным и пустынным улицам, они увидели свою достопримечательность-подозрительно выглядящий зоомагазин среди случайных магазинов.

Он думал, что она сидит внутри и читает какой-нибудь журнал, но чинами стояла у входа. Банри окликнул ее, но она не подняла опущенного лица. В уголках ее волос виднелись белые шнурки наушников, и казалось, что она слушает музыку.

Собираясь крикнуть еще раз, Банри заколебалась.

Она не казалась симпатичной подругой с голосом аниме, Ока-тян, но скорее она казалась какой-то девушкой, которую он не знал. Слова его подвели. Она могла быть кем-то из другой страны.

Густые, длинные черные волосы ниспадали вниз, белый профиль не смотрел ни на что конкретно. Она даже не подняла головы и не окликнула его. Ее черное платье "все в одном" полностью сливалось с ночной улицей. К сумочке были прилеплены ряды бусин. На ее изящных лодыжках были простые сандалии. Из ее коротких рукавов тянулись тонкие руки. Не отбрасывая тени, она стояла на ночной улице, ее тело казалось еще более изломанным, и его охватило тревожное чувство.

Ее фигура вот-вот должна была исчезнуть в клубах дыма.

Чувствуя, что ему не следует опрометчиво вмешиваться, Банри инстинктивно застыла на месте, но,

- Эй ты!"

"...Тпру"

Конечно, это был путь Каги Коуко.

Даже не заметив колебания Банри, она быстро подошла к чинами на высоких каблуках и резко вытащила наушники. Чинами подняла удивленное (это было бы удивительно) лицо,

-Ты, ты меня удивил, я и не заметила...! Даже ты вышел поприветствовать меня? Извините и спасибо."

Этот голос, ее обычный аниме-голос. Это был все тот же старый китаец.

Она засмеялась, и когда он посмотрел на нее, то увидел, что вокруг ее глаз и щек кожа была как у младенца: прозрачная, бледная и мягкая. Но ее глаза бегали туда-сюда уклончиво, ее отношение было бездонным.

-Мы тоже сожалеем, Ока-тян. Было бы лучше встретить вас на вокзале с самого начала. Вам не кажется, что было довольно бессмысленно так много ходить пешком?"

- Ничего особенного. Я имею в виду, что просто отключился. Хотя я понятия не имел, куда иду, я просто продолжал идти."

Чинами, перекинув свои густые черные волосы через левое плечо, слегка склонила голову набок. В темноте он был слишком белым, ее тонкая шея. Немного нервничая, Банри поспешно отвела взгляд. Просто из-за того, что она не носила свои обычные гуру-подобные сорняки, чинами выглядела так странно женственно. Она была чересчур похожа на ребенка, слыша свой сахаристый голос аниме, как глазурь на торте.

-Вы были, вы были дома?"

"Да. И тут вдруг зазвонил телефон. О нет, подумал я. "Это Яна", - подумал я. Сначала я сказал: "Не могу!' ...в конце концов, он был очень расстроен. И я тоже. Так что посмотри, что я принес!"

Открыв сумку, чинами показала ее содержимое Банри и Коуко. Банри протянула руку, чтобы взять его, не задумываясь,

- Теперь я понял... это было потрясающе."

Они внимательно осмотрели его. Это были два пакета купленной в магазине лапши сеймен, на которых было написано только" китайская лапша". Они выглядели так, словно их только что вытащили из холодильника, но на них все еще оставались холодные капли воды. Когда она сказала: "Да!- на вечеринке это, наверное, все, что у нее было, так что ничего не поделаешь.

- Они могут понравиться двум измерениям. Он сказал, что хотел бы что-нибудь вроде лапши."

Коуко тоже взял один пакет и холодно улыбнулся. Потом, как будто вспомнив что-то,

-Ах да, что с тобой?"

Она подошла прямо к лицу чинами. Одна бровь приподнялась, на губах все еще играла холодная улыбка, а хмурый взгляд превратился в груду ядовитых шипов.

- Не довольствуясь просто игрой с сердцем Мицуо, ты собираешься обернуть свои мокрые, скользкие щупальца вокруг двух измерений на этот раз? Насколько ты темная? В твоей жадности, конечно, я тоже являюсь большой картиной!"

- А? Чт, что?"

-Разве ты ему не звонила? Два Измерения? Мне обязательно объяснять тебе это по буквам?"

-Почему, почему? Он сказал, что я могу ему позвонить! А я беспокоился за Яну! Кроме того, ты не рассердишься, если я позвоню Банри?"

- Естественно! Я бы разозлился, вернее, это было бы невозможно! Это было бы настолько невозможно, что вы вернулись бы в свое прошлое, где даже ваше рождение было бы отменено!"

Вдруг чинами, повернувшись лицом к Банри,

- Я так и знал, что Банри и Кага-Сан собираются вместе! Я видел тебя, ты очень крепко держалась за руки."

Она указала на них обеими руками.

- А, вы нас видели!?"

-Конечно, я тебя видел!"

Банри опустил лицо и рассмеялся, но Коуко по-прежнему холодно смотрел на чинами, не двигаясь ни на дюйм. Ее руки были сложены на груди и сжимали пакет с лапшой, подбородок выдавался вперед, а красивое лицо напоминало лицо демона.

-Я хочу сказать, что сейчас я тебе все объясню. Ты, по мнению Мицуо, очень вреден. Я даже не могу себе представить, как сильно Мицуо был ранен, встревожен и страдал из-за тебя. Мицуо совсем не такой, как ты. Он невиновен, не знает, как устроен мир. С этого момента не вздумай шутливо тыкать в него пальцем. То, что для тебя-игривый толчок, для Мицуо вполне может оказаться смертельным ударом. Мицуо ошеломлен, но изо всех сил пытается встать на ноги. С этого момента ты поклянешься не давать ему никаких идей. Здесь и сейчас. С этого момента не мучай его. Если вы не можете этого сделать, тогда, конечно, не приходите. Я действительно не хочу, чтобы ты снова связалась с Мицуо."

- Поклясться?"

Слегка наклонив голову, чинами снова посмотрела в глаза Коуко.

- Поклясться тебе? Почему? Я не имею к тебе никакого отношения."

Словно застигнутая врасплох, Коко промолчала.

Банри тоже слегка охнула. Китаянки, которых они знали, Если Коуко когда-нибудь скажет ей что-нибудь, просто засмеются, как будто смущенные.

-То, что я думаю о Яне, что Яна думает обо мне, что может произойти между нами, не имеет никакого отношения к тебе. Во-первых, разве вы с Банри не встречаетесь? Что вы получаете, обращая на это внимание? Если бы я была Банри, я бы чувствовала себя очень плохо из-за таких комментариев. Если бы я думал о том, чтобы быть прощенным за что-то, разве это не привело бы к недоразумениям с самого начала? Не беспокойтесь о делах других людей."

Освещенное вывеской ночного магазина, белое лицо чинами не выглядело сердитым. Сделав такое же милое лицо, как всегда, с блестящими темными глазами, она осталась невозмутимой. Невозмутимая, она бросала в них сильные слова. Как будто она бросала в них даже камешки под ногами.

И затем,

- Клянусь тебе. Давай вернемся."

Повернувшись к застывшим Коуко и Банри, она открыла сумку и подошла к ним поближе. Но в этот момент, может быть, слишком широко раскрытый, из мешка донесся звук рвущихся с обеих сторон тел.,

- УАА!?"

Она упала к ногам чинами. Все, что осталось у нее в руках,-это ремни. Это произошло в одно мгновение, как будто это была часть рисунка, и в этот момент хруст достиг даже ушей Банри.

Чинами поспешно присела на корточки, проверяя содержимое своей сумки. Вытаскиваю мешочек, открываю застежку,

"...Ты что, шутишь?? Я засунул его в такую же сумку, как эта, - из всех вещей... мужчина~...!"

Как бы то ни было, она была очень обеспокоена.

В мешочке лежало сокровище чинами-маленький гандикамчик. Камера Ока чинами, или о-камера для краткости. Купленная на деньги, которые ей удалось накопить от работы на полставки, она хвасталась этим на вечеринке с выпивкой на днях.

-Это прозвучало не слишком хорошо... ты можешь его включить? Разве ты не должен проверить?"

Хотя Банри говорила робко, чинами кивнула и нажала кнопку питания на о-камере. Маленькая красная лампочка загорелась и заглянула в видоискатель,

-Все в порядке... Похоже, она не была сломана. Может быть, нам стоит что-нибудь записать?.. а ты как думаешь?"

Чинами встал и немедленно направил объектив на Банри. - Окорок, - машинально махнул он рукой. Не теряя времени, он притворился олимпийским чемпионом, жующим пакетик китайской лапши. Сдвинув объектив в сторону, она сфокусировала его на Коуко. Коуко, возможно, все еще пребывая в шоке от контратаки чинами и еще не придя в себя, спокойно стоял на улице.

- Это Кага-Сан. Кага Коуко. Это ее первый раз о-камера. Привет всем!"

"..."

Пока он записывал, Коуко, естественно, проигнорировала болтовню чинами и отвернулась от нее, но чинами продолжал держать объектив направленным на нее. Поскольку линза явно служила ей глазом, казалось, что она все еще смотрит прямо на нее.

- Привет, Кага-Сан. Мне тоже больно. Хотя, возможно, вы этого не видите. Но так оно и есть, так оно и есть на самом деле. Действительно. Видите ли, потому что для Яны,"

Внезапно ее голос прервался.

Чинами все еще стояла в позе, готовая записывать, хотя Банри заметила, что ее плечо дрожит. Сделав несколько глубоких вдохов, чинами, казалось, пыталась унять дрожь. Но, как и следовало ожидать, не выдержал,

-Я уже дважды окликал ее, не собирается ли она заговорить...?"

Она опустила руку с фотоаппаратом. Ее белое лицо сморщилось, большие глаза внезапно наполнились слезами, и Банри со стоном шагнула к ней.

Ока-тян плакала...

-Не надо."

"..."

--- Плюх!

Это был Коуко.

Она изо всех сил толкнула пакет с китайской лапшой, который держала в руке, в лицо чинами.

- Хватит плакать так мило и вести себя как маленький ребенок перед Тада-Куном, в этом мире только я могу это сделать. Только когда ты перестанешь плакать, я буду знать, что ты понимаешь."

Зажав одной рукой затылок, другой она отодвинула лапшу. Она вложила в него столько силы, что он стал похож на человеческий Модан-яки. В конце концов из-под лапши донеслись печальные звуки.

- Ка, Кага-Сан... Ты задыхаешься, Ока-тян!"

"...Ты перестала плакать?"

-Фугу ... ГУ ... фуфуфу...нффу...!"

Коуко проверил, как идут дела, убедившись, что Банри ничего не видит. А потом, покачав головой из стороны в сторону "нехорошо", она снова решительно надавила на лапшу.

- Похоже, ей нужно больше."

-Ты это серьезно, хотя она действительно выглядит печально...!?"

Она пыталась как-то освободиться от Модан-яки, но чинами,

- Эй, эй... Банри... Банри..."

Несмотря на затрудненное дыхание, она звала Банри. Коко все еще превращал ее в "фейс-мейн". В одной руке она держала фотоаппарат, в другой-ремешок от сумки. И затем,

-Я сейчас выгляжу довольно странно, правда?"

Записать его... попробуйте записать его... - спросила она. Она протянула камеру Банри. - Значит, я смогу увидеть этот беспорядок позже, - сказала она.

- Ока-тян, правда!?"

- ...Ре, правда..."

У Банри не было другого выбора, кроме как взять камеру и следовать инструкциям чинами, и сделать то, что еще оставалось сделать, чтобы записать это странное дело фейс-мейн. С помощью простых элементов управления он быстро научился пользоваться даже зумом. Когда он помахал камерой в направлении Коуко, объектив натянуто улыбнулся. Она слегка подмигнула ему в ответ. Проходивший мимо наемный работник отвернулся с нескрываемым раздражением и рысью перебежал на другую сторону улицы. Группа младшеклассников, возвращавшихся из начальной школы и направлявшихся в магазин, махала руками в сторону камеры, но другие дети удерживали их, говоря: "Тсс.- На данный момент ему было предоставлено записывать даже такие ответы из окружающего мира.

Вскоре чинами,

- Эй, Кага-сан, не могли бы вы чуть-чуть отпустить руку?..? Почему-то я чувствую, что он довольно стабилен."

Медленно, не снимая лапши с лица, она отправилась гулять одна. Казалось, что из-за того, что их так сильно надавили, лапша плотно прилипла к изгибам ее лица и не падала. Записывая на видео ту сумку, которая торчала там, ничего не оставляя, Банри находила ее слишком сюрреалистичной. Можно ли было смеяться или нет? На самом деле, это было так, как если бы он видел лапшу с колышущимися длинными волосами, идущую вокруг.

- Можно я назову это лицом?.. или маска, или лапша?"

- Письмо адресовано мейну, или лапше, верно?- но чинами,

-Маскарад."

Она вдруг начала танцевать, двигая только бедрами, чтобы лапша не упала ей на лицо. Сумка просто слишком идиотски выглядела, Коко внезапно потерял ее. В явном раздражении она прикрыла рот рукой, но все равно расхохоталась. Чинами тоже, как будто она больше не могла этого выносить, разразилась смехом "Фуфу...фуфуфу-ха-ха! Что я делаю!?- и в конце концов бросил лапшу.,

-Нет, серьезно, как это будет для входа!? Тогда, когда Яна тоже там, возможно, мы сможем позаботиться о прощении и забвении."

Она терла глаза, пока поднимала сумку. Скрыв даже следы слез, ночная фея попыталась рассмеяться своим обычным мягким лицом.

-Это, конечно, слишком глупо, и он может обидеться, - сказали они, подавляя эту мысль. С этими словами все трое направились к дому Банри, и все же ... ,

"Джон..."

"Йоко..."

Над фейс-мейном царил избыток глупости, но в комнате их ждали голые.

Мицуо вместе с двумя измерениями спал раздетым, свернувшись калачиком в кровати Банри. Двумерный, в очках, на мгновение стал похож на Джона. Мужественный Мицуо уютно устроился у него под мышкой. Все это время они находились в таком положении, ожидая, когда Банри и Коуко приведут чинами обратно в комнату. Они спорили между собой, придут они или нет.

Его постель была заражена парой голых бродяг, - взорвалась Банри. Их глаза загорелись, Коко и чинами взорвались. Читая настроение, два измерения быстро встали, сказали: "Ну, мы можем начать питьевую вечеринку снова... на этот раз с Ока-тян тоже здесь...- и оделся.

"Хорошо... Чинами... посмеялся бы над этим... мы, подумал он..."

Мицуо, все еще держа ленту на месте, неловко посмотрел на чинами. Чинами медленно покачала головой из стороны в сторону,

- Яна, это было совсем не смешно. Это было просто отвратительно."

Разрезать пополам одним ударом. С отвращением отвернувшись, Коуко сказала Это чинами так тихо, что даже Банри не расслышала.

- Приз достался фейс-мейну."

- Фу-ха-ха-ха!- Чинами сама подняла победный смех. Мицуо продолжал смотреть на нее с удивлением. - А, это должно быть что-то вроде лапши, - двумерный схватил китайскую лапшу, и Банри вымыл руки в раковине.

Поскольку было очевидно, что ничего не произошло, они могли возобновить вечеринку с выпивкой.

* * *

Банри изо всех сил старался открыть глаза, и ему пришло в голову, что после того, как я заснул, почему бы чему-нибудь веселому не дать мне уснуть?

Во всяком случае, саке там не было. "Ничего страшного, если ты не проснешься до утра", - подумал он.

Но сколько часов они болтали как сумасшедшие о всяких глупостях и объедались гарнирами, которых, возможно, купили слишком много,

"...Эх...?"

И в конце концов, казалось, он заснул, сам того не осознавая.

Два измерения и Мицуо бормотали что-то вроде "Пять измерений кажутся невероятными" и "концепция Вселенной больше, чем ее субстанция" со странным настроением, характерным для середины ночи, и хотя они говорили о шторме, и он должен был принять участие, он выпал естественным образом?

Медленно поднимая тело, он просыпался, как бы продолжая свои сны. Он оглядел темную комнату, освещенную первыми лучами света. Два измерения назвали это состояние освещения "рассветом".- Давай зажжем свет на рассвете, - предложил он. То ли так его называли в окрестностях Шитамати, то ли это было что-то особенное в языке, но в любом случае он обладал удивительно приятным вкусом, и Банри решила в следующий раз назвать его "рассвет".

Банри наполовину свалилась с футона, расстеленного на полу, очевидно, из-за того, что он катался по полу. Мицуо заснул прямо посреди футона, накрыв голову полотенцем. Два измерения были жалкими, его тело свернулось под столом, выглядя холодным, легкий храп поднимался от него.

Чинами спала в одной постели с Коко.

Она заснула первой, вместе с Коко, которая отчаянно стонала во сне: "не роняй косметику... Мы не можем пойти покупать косметику, которую потеряли...- По крайней мере, когда они ложились спать, то выглядели вполне прилично. Они мирно спали, разделив подушку, Коко повернулась боком к стене, обнимая миниатюрную китаянку сзади, словно она была плюшевой игрушкой. Дыша в унисон во сне, это было странно забавно.

Около десяти часов Коуко позвонил домой. Она солгала им, сказав, что остановилась у подруги по колледжу по имени Ока чинами. Чтобы завоевать доверие ее сомневающихся родителей, которые спросили: "Ты ведь не с Тада-Куном?- Чинами был поставлен на телефон и представлен. А? Я не учусь в начальной школе! А? Мой голос не синтезирован! А? Я тоже не нюхаю гелий! ...И так далее, она говорила изо всех сил. Хотя они не сожалели, это было забавно, и команда парней отчаянно скрывала свой смех.

Ему было жаль, что она солгала, но совесть его не слишком беспокоила. Он подумал: "Мы студенты колледжа, и это нормально.- Он так думал, потому что они не делали ничего "плохого".- Он все еще не видел огней Парижа. Поскольку поддержание отношений в чистоте-это такая редкая вещь в наши дни, многое из этого должно быть прощено. Может быть.

Три часа ночи.

Оставшись один, Банри рассеянно потер глаза. "...Стреляй, - тихо сказал он.

В тихой комнате царил ужасный беспорядок. Еда, сакэ и то, что можно было бы назвать ароматом молодости, были жарко и душно соединены вместе.

Тихонько поднявшись, чтобы не шуметь ногами, осторожно переступая через ноги выкатившихся на пол друзей, он повернулся к шкафу и тихонько вытащил несколько одеял. Использованные весной, они были вещами, которые он скатал и запихал немытыми в недавнюю жару, но они не пахли, когда он нюхал их. Тихо опустившись на колени, Банри накрыла одеялом два измерения.

Сделав это, чтобы его гостья не замерзла, он открыл окно, чтобы проветриться. Как только он это сделал, налетел ветер. Банри присел у окна, прохладный воздух глубокой ночи приятно щекотал горло от такой болтовни.

Он посмотрел на кровать. Кряхтя: "нет... Коко тихонько зарылась под одеяло. Он подумал, не замерзла ли она на ветру. Больше не видя ее спящего лица, он был очень разочарован.

--- Где была последняя станция любви!?

Их свидание было необычным. Пока пьяная китаянка падала на землю и жевала сушеных кальмаров, Мицуо, делая приседания, кричала: "Женитьба!" в ответ. - После этого, может быть, это войдет в привычку! Он будет жить! Это будет реальность!- сказал он. Два измерения сказали: "говоря, что никто не может видеть путь перед собой в любви, человек отправляется в путешествие на поезде... если поезд сойдет с рельсов, он не приедет на станцию... Эй, разве эта фраза сейчас не хороша? Я собираюсь использовать его для чего-то, - сразу же заметив это, он поиграл со своим айфоном.

А потом Банри и Коуко, их глаза соприкоснулись, их голоса прозвучали в унисон: "Париж!"

Скрывая свои причины от вопроса чинами: "что это было?- они разбились на пары и, зная, что если смотреть на это со стороны, то они раздражают до крайности, продолжали смеяться.

Последней станцией их любви был Париж.

Лежа под одеялом Банри, она смутно различала очертания фигуры Коко.

Навязчивая часть его самого, нетерпеливо говорящая :" я хочу поехать в Париж, я хочу уехать поскорее! и та его часть, которая, казалось, была довольна просто сидеть вот так у окна, чувствуя себя комфортно, слушая, как Коко дышит во сне вечно, обе его стороны определенно существовали, как ему казалось.

Ну, если это действительно могло случиться, он предпочел бы, чтобы Коуко остался один.

Он хотел попробовать завязать плохие отношения, о которых не мог рассказать родителям, оставив все остальное в этой квартире в Токио. Он уже не чувствовал, что это ложь.

Он также задавался вопросом, будут ли другие дразнить его за то, что он приблизился к эксцентричному, прилипчивому Коуко, задаваясь вопросом, проводят ли они время вместе наедине. Они будут гадать, что еще происходит. Они вдвоем шептали нежные слова, прижимаясь к ее прекрасному лицу, держась за руки, не заботясь о том, где они находятся, прикасаясь, цепляясь, потому что все было в порядке.

Она, вероятно, думала, что, несмотря ни на что, Тада-кун был в безопасности. К сожалению, мы не в Париже. Он пообещает, что не взорвется, даже если она подожжет фитиль. Банри не сомневалась в этом, словно это было написано фейерверком.

Но если бы он был фейерверком, разве зажигание фитиля не заставило бы его взорваться? Ее доверие к нему было загадкой.

Почувствовав странный жар в ступнях, он прижал их к стеклу.

В такую ночь, когда все его друзья спали, его подруга Коко тоже спала, и только он сам был полностью и полностью бодр. Ему было грустно, и он думал о чем-то странном, и никто не мог ему помешать.

"...Быть там..."

Он старался говорить потише.

"...кто-нибудь проснулся?"

Неужели там никого нет? - Спросил он, скатываясь на пол. Оставшись один, он поднял глаза к темному потолку.

Было ли это последствием веселого времяпрепровождения, от бесконечных разговоров и шума? Его бодрствующая голова была беспорядочно высоко поднята, он не мог снова заснуть.

Он был необычайно напряжен, как будто его оставили одного.

Кроме него, в этом мире, вероятно, не было никого, кто просыпался бы в такое время. Это пришло к нему просто так, в тот самый момент.

Откуда-то издалека донесся звук открываемой оконной рамы. Это было из соседней квартиры? Это была Нана-сэмпай, но может быть---

Почти ворча, перекатываясь и вставая, Банри снял с зарядного устройства мобильник. Он думал, что это может быть проблемой в такой час, но он был странно уверен.

Сообщение, которое он послал, было очень коротким. -Ты не спишь?- вот и все, что там было сказано.

Он нажал кнопку "Отправить", и прошло несколько секунд. Вместо электронной почты сотовый телефон Банри завибрировал от входящего звонка. Отключив его после первого же гудка, Банри, сказав :" Как я и подозревал", встал.

Чтобы не было шума, он вышел на веранду, тихонько прикрыв за собой дверь.

Ступая босиком и на цыпочках по холодному шершавому бетону, он перегнулся через перила и ловко заглянул за легко ломающуюся панель, отделявшую его от соседней веранды.

Там он увидел человека, который, как он подозревал, должен был быть там. Как и ожидалось, Банри рассмеялась.

"Линда"

Вот так запросто он окликнул ее.

- Банри"

Не упрекая его за то, что он пренебрег почетным обращением, Линда все так же держалась за перила, глядя на Банри и смеясь.

Что делать с соседом в три часа ночи?

Бывший одноклассник, в таком месте, как это.

Ситуация становилась странно комичной, они по очереди разговаривали и тихо смеялись. Линда сделала движение, как будто хотела прижать руку к его рту, и Банри, с открытым ртом, но без единого звука, только рассмеялся.

-Ч - что ты делаешь!?"

-Это и ты тоже!"

Тихо переговариваясь уже хриплыми голосами, они указывали друг на друга. В самом деле, что они там делают? Опьянев от ночного веселья, они все еще смеялись.

Пока он смеялся, Банри размышляла о чем-то странном. Это было нормально-говорить небрежно. Вместо того чтобы называть ее Сэмпай, теперь казалось более естественным называть ее "Линда", подумал он.

Ему показалось, что он помнит, как это было раньше, но у Банри перехватило дыхание. Фу, как будто с облегчением, он понял,что это было, как будто жесткое напряжение, сковывающее его тело повсюду, исчезло. Ночной прохладный кислород приятно струился сквозь него.

- Вечеринка с выпивкой?"

Сдерживая смех, он кивнул Линде в ответ.

- НАНА-сэмпай с тобой?"

"Да"

Сделав быстрый вдох, Линда расчесала челку. Как только она привела его в порядок пальцами, ночной ветер снова все испортил.

Когда она посмотрела на него, ее глаза ярко заблестели.

-Я хочу сказать, что только сейчас вспомнил. О вас. Поэтому, когда пришло твое сообщение, я был очень удивлен. Как ты узнал, что я не сплю?"

- Как я это сделал? У меня было какое-то предчувствие."

- Банри из прошлого был именно таким парнем. Бывали времена на сборах, выездных гонках и так далее. Они действительно были, несколько раз в год. Посреди ночи, очевидно, не в силах заснуть, ты прокралась в комнату девочек... вошла и сказала: "Эй, Линда, ты не спишь?'"

- Эй, я же не сталкер."

-Но так оно и было. Ты был почти как сталкер. Поэтому, несмотря на то, что вы выглядели действительно ужасно, вы нервно говорили что-то вроде: "Я не могу спать... может быть, это из-за завтрашней тренировочной гонки... На что я отвечал: "А как бы ты хотел, чтобы я тебя разбудил? А потом мы оба заболели во время утренней пробежки из-за недостатка сна.'"

- Полагаю, у меня не было друзей мужского пола?"

-Так и было, так и было. Ты подходил к каждому из них и спрашивал: "Эй, ты не спишь?- и в конце концов ты подошел ко мне."

-О, другими словами, Ты говоришь мне, что я решил стать сталкером после того, как убедился, что все парни спят... разве это не типичное для вас преднамеренное преступление??"

- Скорее мы были просто детьми. И все еще совсем по-детски, особенно ты."

-Нет, это неправильно. Я понимаю свое нынешнее "я". В этом поведении мои намерения были абсолютно эро. Я был абсолютно уверен. Я, был, виноват."

- Ре, правда? ...Ого, тогда, может быть, в тот раз, когда я потерял свои трусики, это действительно был ты?..?"

- Эх!?"

-Просто шучу."

-Зачем говорить "я был виновен" и "я был геем" в каком-то смысле? Линда согнулась пополам от смеха. Давным-давно жених одного известного человека на пресс-конференции говорил такие вещи, и жестокие сопляки того времени шутили и подражали этой манере говорить. --- То ли разговоры о таких вещах возвращали его воспоминания о прошлом, то ли это была общая информация, оставшаяся у него, но для нынешней Банри это не имело значения.

Звук ее смеха все еще звучал на ее губах, Линда вздохнула и посмотрела вниз на город.

Банри тоже посмотрела туда, куда смотрела Линда.

Ночной город был странно тих, не слышно было даже легкого ветра. Как будто время остановилось. С тех пор как он впервые переехал сюда, он знал, как шумно здесь в середине дня, когда шумят машины.

Он присоединился к Линде, стоявшей бок о бок на веранде, разделенной перегородкой.

Странно, но даже в таком ленивом молчании он не чувствовал себя неловко. Скорее, это было удобно. Он чувствовал себя так, словно его приняли и освободили от всякого давления.

Ничего страшного в том, чтобы не говорить, даже молча, Линда поняла, что он не думает ничего странного. Все было в порядке. Все было в порядке. Он мог поверить в это безоговорочно. Таких вещей, как быть понятым, злить кого-то, быть нелюбимым, не существовало, и он мог быть спокоен.

И так Банри,

"...Что-то."

Оказавшись в той же позе, что и Линда, он подпер подбородок руками, думая в своем собственном темпе о том, что он мог бы сказать.

"Да"

-Но это было по какой-то причине."

- Что?"

-Я думаю, что в те дни я любил тебя. И вот в тот раз, воспользовавшись тем, что не может заснуть, как предлогом, и видя, что Линде уже пора засыпать... По-моему, это был скорее эро. За это мне очень жаль."

Широко улыбнувшись, Линда рассмеялась.

-Неужели это так?"

Искоса взглянув на Банри, Линда скривила губы в странной злобной гримасе. Она презрительно рассмеялась.

"...Ты никогда так не думал?"

"Хорошо..."

"...Почему все думают, что я Бомба, готовая взорваться?..?"

Что мне небезопасно находиться рядом. Что никто не знает, когда я взорвусь.

В этот момент Банри почувствовал, что перед его глазами медленно поднимается какой-то предмет.

Таинственный предмет, подгоняемый ветром, поднимался и опускался снова и снова, как медуза, танцующая под водой, но затем поднимался и, не останавливаясь, улетал высоко вверх.

Спустится ли он когда-нибудь снова на землю, пусть даже на какое-нибудь далекое, высокое место?

-Что это такое? Пластиковый пакет? ...Или что?"

- Что? Какой именно?"

- Вот этот. Смотри, вон там."

Линда высунулась из-за панели и посмотрела туда, куда показывала Банри. Они вдвоем, согнувшись под одним углом, некоторое время смотрели, как он летит все выше и выше.

- ...Это пластиковый пакет, не так ли?"

- Наверное."

Хотя разглядеть его было уже невозможно, они каким-то образом проследили за ним взглядом, и вскоре плечо Банри прижалось к плечу Линды.

Он даже не понимал, почему думает о таких вещах, как "если бы я мог быть таким, я был бы в безопасности."

Он мог поверить без всяких причин, что даже если все люди в этом мире спят, если Линда там, все будет хорошо.

Банри даже не знал, были ли это чувства его нынешнего "я", думающего о Линде как об ангеле-хранителе, или это были воспоминания его прошлого "Я", которое проводило так много времени с Линдой.

А пока он просто оставался тем, кем был.

И так они преодолели одинокую глухую ночь, оставив ее позади. Они ждали утра. Он наверняка делал это и раньше. Так он думал.

-Знаешь, было бы лучше, если бы мы с самого начала нормально поговорили о старых временах."

Все еще глядя куда-то вдаль, Линда заговорила: Она сказала это ему прямо в ухо.

"...Так или иначе, как только вы упускаете возможность что-то сказать, это может быстро превратиться в яд. Даже когда вы не говорите о таких вещах, но копите их, они превращаются во вред. Со временем они становятся опасными. Какими бы плохими они ни были, лучше всего заставить их говорить."

О себе, о своих друзьях. Даже о сегодняшней вечеринке с выпивкой. О том, чтобы быть с Линдой. При каждом воспоминании Банри кивал. Так оно и было на самом деле. Он вполне согласился.

Хотя это было так, не все можно сделать так легко и честно. В голове Банри лениво промелькнула мысль, что некоторые вещи похожи на яд.

Убедившись, что смотрит ему прямо в лицо, Линда глубоко вздохнула.

-Отныне между нами нет ничего, о чем мы не могли бы говорить. Мы не изменились. ...Я думаю, это нормально, если мы так думаем. Правда в том, что ничего не изменилось. С Тада Банри, Хаясида Нана. Мы живем, мы оба. Мы смотрим на одно и то же небо. Это совсем не изменилось."

Не в силах ответить, Банри снова взглянула Линде в глаза.

Интересно, ничего не изменилось?

Он сам здесь, не зная Линды, живет в Токио, живет один в этой комнате. Для Банри было очевидно, что с тех пор многое изменилось. Единственное, что не изменилось, - это их лица. И если бы один слой их кожи был снят, то они были бы не более чем несвязанными, разными людьми.

И все же ему было интересно, хочет ли Линда верить, что ничего не изменилось. Банри есть Банри, и это время все еще есть, конечно, он задавался вопросом, было ли это то, чего хотела Линда.

Конечно, он задавался вопросом, действительно ли она просто не может принять "это я"...

"...Банри?"

Кто-то сказал: "... вот на что это похоже."

Это я существовал вместе с Линдой.

Тебя там не было.

"...Вот и все, не так ли?.."

Уши Банри услышали то, что, несомненно, было звуком голоса. "Я что-то слышал", - подумал он. Услышав в ответ что-то похожее на стон, Банри медленно закрыл глаза.

Интересно, сколько еще ему придется ждать этого далекого утра?

"Линда. ...Сэмпай."

"..."

Он оторвался от плеча, на которое опирался. Та его часть, которая до сих пор прикасалась к Линде, оставаясь открытой ветру, слишком сильно замерзла.

Он открыл глаза, но в мире все еще была ночь. В темноте виднелись пятна света-городские огни.

-Ты хочешь вернуться в то время? В это место? Ты думал, что захочешь вернуться, если сможешь, в то время, где я был раньше?"

Поскольку ответа не последовало, их разговор затих.

Линда стояла рядом с Банри, по-прежнему прикрывая рот рукой, и только ее глаза смотрели в темное небо. С минуту она молчала, казалось, о чем-то задумавшись.

"Ты уже не можешь вернуться назад, навечно", - так думала Банри. Вернуться назад просто невозможно. Он стал таким, все изменилось, и вы не можете повернуть время вспять. Принимая реальность, так или иначе отбрасывая вещи, с которыми вы ничего не можете поделать, вы ничего не можете поделать. Хотя, конечно, он не мог выговорить это изо рта, он снова и снова думал: "это правда."

Слова, которые он не мог произнести, действительно становились ядовитыми. А потом они принялись грызть его тело. Это была его вина за боль в груди.

- Он перевел дыхание. Собираясь сказать что-то совсем другое, Банри открыл рот, а затем сказал:,

-Я, я хочу вернуться!"

"...Эх..."

--- Потрясенный, он посмотрел на свою руку.

Линда тоже была потрясена. Наклонившись, словно оцепенев, она посмотрела на руку Банри.

Что, черт возьми, он говорил, что кричал, что собирался сделать, он понятия не имел.

Его рука была рядом с локтем Линды и собиралась схватить ее. Он понял, что она еще не сдвинулась с места, бесцельно повиснув в воздухе.

Он медленно пошевелил пальцами. Он поднес их поближе, чтобы проверить. Без сомнения, это была его рука. Хотя это была его собственная рука, и хотя это был его собственный голос,

"...Что... я только что сказал...?"

Он понятия не имел, что делает. Он увидел, как у Линды на мгновение дрогнула челюсть. Панель, разделявшая две веранды, холодила их бедра.

Скоро Линда,

"Вау..."

- Сказала она. Моргая от удивления, она снова посмотрела на Банри, удивленная до глубины души.

-Ты заснул? Прямо сейчас."

"...Заснул...?"

Так и должно быть, кивнула она и рассмеялась. И сильно надавив на перила, она встала.,

- Наверное, нам обоим уже пора спать. Недостаток сна не идет тебе на пользу. Вы станете сверхчувствительными и даже будете думать о том, о чем не должны думать. "

Она махнула рукой и отвернулась.

"Спокойная ночь. Тада Банри."

Бодро закрыв за собой дверь в жилище НАНА-сэмпай, Линда быстро вернулась в комнату. Оставшись позади, Банри все еще пребывала в оцепенении.

Заснул?

Не убежденный, неспособный полностью согласиться, он все еще не мог вернуться в свою квартиру. Шагнув в безмолвный мир этих спящих, он не мог успокоиться и закрыть глаза.

"Я один в этой беззвучной ночи", - подумал он. Я единственный, кто сейчас бодрствует.