Глава 63.

В то время глаза девушки, что была насильно приволочена грубой силой гвардейцев, заблестели так, будто она очнулась ото сна. И в этот момент она столкнулась лицом к лицу с Оуэном, что смотрел на неё.

Девушка начала извиваться своим связанным телом и закричала на Принца:

– Герцог Феликс! Вы зверь! Чудовище! Я испорчена из-за вас! Вы сделали меня странной, вы дьявол! – она отвратительно исказила своё прекрасное лицо и осыпала всевозможными ругательствами Оуэна, что всё это время молча смотрел на неё.

Из её уст вырвались вульгарные обвинения, которые вряд ли можно было назвать благородными словами. Слушая это, лица гвардейцев, державших связывавшие её веревки, исказились.

Однако, Оуэн, казалось, привык к такому зрелищу и с холодной ухмылкой подошёл к столу, на котором лежал длинный меч. Взяв в руку меч, Принц медленно повернулся и направился к девушке, что постоянно кричала, как сумасшедшая, снова и снова называя его «Герцог Феликс».

Внезапно выражение её лица резко изменилось.

По мере тог, как мужчина подходил к ней всё ближе и ближе, на её мрачно искажённом лице начала появляться странная улыбка.

Вскоре Оуэн встал перед девушкой. Она повернулась к нему с тоскливым и встревоженным лицом, будто встретила своего долгожданного возлюбленного:

– Ах, вы наконец-то смотрите на меня? Герцог Феликс, я ждала вас.

– ……

– Вы больше не пойдёте к этому ужасному маленькому монстру, не так ли? Вы же не собираетесь разговаривать с этим грубым, неряшливым гвардейцем?

– …… Да.

– Ах, я ждала, что вы это скажете! Теперь вы понимаете, не так ли? Что вы мой!

Увидев, что девушка искренне обрадовалась насмешливому ответу, Оуэн холодно усмехнулся:

«Что произойдет, когда эта сумасшедшая девушка узнает, что тот, кого она видит, не Герцог Феликс, а Наследный Принц?» – Оуэн взглянул на прекрасное лицо бывшей леди Рейн, что совершенно потеряла себя как личность.

«Однажды она сошла с ума из-за безумного чувства собственничества по отношению к Герцогу Феликсу, а в другой раз из-за некорректного магического заклинания Герцога Альбертона.»

– Каждый раз мне очень приятно видеть, как она смотрит на меня, ища глазами Герцога Феликса. Герцог Альбертон, вам обязательно было накладывать на неё заклинание, что приводит в замешательство?

– Да. Единственный способ использовать жертву, которая не завоевала сердце Герцога Феликса и на которую не было наложено «полное проклятие» – это внушить ей иллюзию, что Ваше Высочество является Герцогом Феликсом. Только тогда магическая сила будет подпитываться сильным чувством привязанности жертвы, чтобы предотвратить «проклятие первого великого Бога», протекающее через кровь Вашего Высочества.

– …… Это ужасно. – Оуэн снова почувствовал отвращение при виде Герцога Альбертона, небрежно произносящего ужасные слова.

– Некоторые жертвы необходимы для защиты драгоценной жизни Вашего Высочества.

«Магия Герцога Альбертона медленно сводит женщин с ума, смешивая их жадность к человеку, от которого нельзя избавиться до самой смерти, и магию проклятия, которое подпитывает эту жадность и содержится в «заклинании благословения».

И даже его собственное слабое тело использует эту магию, чтобы отнимать жизни у сошедших с ума женщин и временно спасаться от «проклятия великого Бога».

Не было ни одной вещи, которая не была бы отвратительной.» 

Оуэн подавил нарастающую тошноту и, подняв меч в руке, подошёл к девушке.

Глядя на неё жадными глазами, мужчина вонзил свой меч прямо в неё:

– ……! – горячая красная кровь брызнула на лицо и тело Оуэна.

«Я чувствую, как ужасная боль, что разъедала меня изнутри в течение нескольких дней, постепенно утихает.» – Принц бросил свой меч на пол и посмотрел вниз на медленно угасающую жизнь в глазах красивой девушки, что ещё некоторое время назад жадно блестели.

На мгновение в его бесчувственном взгляде промелькнуло слабое чувство вины. Но вскоре Оуэн вернул безразличие на лице, и, вытерев тыльной стороной ладони кровь с глаз, обернулся:

– Герцог Альбертон, исцели её.

– О боже, снова? Ваше Высочество, для вас было бы лучше позволить ей вот так умереть.

– Разве вы не говорили, что нынешняя Герцогиня Феликс ещё не полностью прόклята? Пока проклятие не будет снято, и я не смогу полностью очистить прόклятую кровь, что течёт в моём теле, мне нужна жертва, чтобы сохранить свою жизнь.

– ….. Хорошо. Я сделаю, как вы пожелаете, Ваше Высочество. – на мгновение лицо Герцога Альбертона помрачнело, когда Оуэн говорил холодным тоном.

«Если эта безумная жертва вот так умрёт, то наложенная на Принца магия продлится долго, и тогда не будет необходимости повторять это снова и снова.» – Герцог Альбертон раздражался всякий раз, когда ему приходилось повторять непростое поручение Наследного Принца.

Однако мужчина умело скрывал свои истинные чувства. Вскоре, последовав воле «благородного» Наследного Принца Оуэна, Герцог подошёл к умирающей девушке и наложил на неё исцеляющее заклинание.

Мало-помалу свет жизни начал возвращаться в глаза девушки, что истекала кровью и умирала. Оуэн мельком взглянул на её бледную кожу, которая медленно возвращалась к жизни, и отвернулся.

Вскоре, когда умирающая девушка вздохнула, Герцог Альбертон без всяких сожалений встряхнул её и заставил встать.

Указывая на девушку, чьи глаза были закрыты, будто она вот-вот упадёт в обморок, Герцог Альбертон отдал приказ гвардейцем:

– Уведите её.

– Как прикажете, сэр. – по полученному приказу гвардейцы потащили тело девушки, как багаж, и вышли из каменной камеры.

Оуэн устало подошёл к кровати, расположенной в комнате, и сел, откинувшись на спинку:

«В такой день, как сегодня, когда я вонзил меч в тело жертвы и оно покрылось кровью, я чувствую себя таким измученным, что даже пальцем не хочется шевелить.»

Холодно глядя на Герцога Альбертона, что медленно приближался, Оуэн крикнул:

– На сегодня достаточно, вы можете идти, Герцог Альбертон.

– …… Прежде чем я уйду, мне нужно сказать вам одну вещь.

– И что же? – в голосе Принца послышались нотки раздражения.

Герцог Альбертон слегка нахмурился, но вскоре спокойно ответил на вопрос Его Высочества, словно ничего не замечая:

– На днях до меня дошли слухи.

– Слухи?

– Да …… Ходят слухи, что Ваше Высочество убедили Императора отказаться от помолвки с моей дочерью Марианной.

Выражение лица Оуэна исказилось, и Герцог Альбертон подловил это:

«Как и ожидалось, всё именно так, как видела и слышала моя Сова.» – мужчина холодно улыбнулся.

«Это немыслимо, что он намеревается прийти к такому решению.» 

Словно ядовитая змея, ползущая в кустах, Герцог Альбертон заговорил с Оуэном тоном, в котором слышалась едва уловимая угроза:

– Вы не должны забывать, Ваше Высочество, какую преданность проявила наша семья Альбертон ради вас и Императорской семьи.

– …… Конечно, я не забыл этого.

– Да. Никогда не забывайте, Ваше Высочество. Теперь, когда проклятие, наложенное на Грейс, больше не может быть снято. И самоотверженно приложил много усилий, чтобы завершить это «проклятие».

«Мне известно, что слова Герцога Альбертона, что неоднократно напоминает о необратимости проклятия и о том, чтобы я не забывал о «преданности» его семьи, являются неким предостережением, чтобы не быть преданным.» – Оуэн холодно посмотрел на Герцога, что смотрел на него, как сова, выслеживающая в темноте свою добычу

Герцог Альбертон улыбнулся, как змея, и, демонстрируя свою вежливость, медленно поклонился:

– Тогда я пойду, Ваше Высочество. – мужчина тихо вышел из каменной комнаты, не издав звука шагов.

Оставшись один в тёмной комнате с густым запахом крови, Оуэн издал гневный вздох и стукнул кулаком по кровати:

«Когда это закончится?

Для того, чтобы снять одно проклятие, на кого-тот накладывается другое проклятие, а прόклятый человек накладывает проклятие на другого. Эта трагедия следует за жизнями тех, кто уже был прόклят.

Ужасные ситуации, которые сводят кого-то с ума настолько, что он умирает или его убивают только ради спасения одной жизни.

Это была сущность, создавшая «Герцога-монстра», а личностью «Истинного монстра», создавшего его и стоящего за ним, был Наследный принц Евгений Клайв.» – испачканный кровью, Оуэн свернулся калачиком и вспоминал проклятия, что сковали его, как цепи.

«Проклятие, от которого невозможно избавиться, даже если сильно захотеть.

Жизнь, в которой невозможно жить или умереть по своему желанию. Где у тебя не может быть человека, в которого бы впервые в своей жизни влюбился.» – Принц возмущался и проклинал свое положение, но каждый раз падал в отчаяние от того, что не мог сбежать.

«Я ненавижу и проклинаю своих отца и матушку, что положили начало этой ужасной трагедии … но … в то же время я очень сильно люблю их.

Они не должны были ничего знать. Ни о могуществе предыдущего Герцога Феликса, ни о тайне смерти моей тёти.

И человеком, открывшим эту тайну, должен был быть не Герцог Альбертон, а какой-нибудь другой глупый Герцог.

Если бы всё было так, тогда мои руки не были бы покрыты кровью сошедших с ума женщин, и мне не пришлось бы угрожать подлому Герцогу Альбертону.»

– Аргх! Ааааааа! – закричал Оуэн, вырывая свои растрёпанные волосы.

«Монстр, самый ужасный монстр. Я не могу жить, не убив кого-нибудь, и не могу избежать проклятия, не наложив проклятия на кого-нибудь.

Нет никого, кто мог бы полюбить меня. Нет никого, кто мог бы спасти меня.»

Внезапно Принц вспомнил девушку, которая, как он думал, была бы единственным лучом света в такой ужасной ситуации, когда его собственный луч света не сиял:

– ….. Грейс Альбертон.

«Единственная из всех женщин, сказавшая, что искренне любит «Герцога-монстра».

Я верю, что она может полюбить меня. Если её сердце настолько большое, что смогло полюбить этого монстра, тогда она смогла бы по-настоящему полюбить и такого монстра, как я.

Однако, чтобы спасти свою жизнь, я должен убить её.

Нужно как можно быстрее найти способ изменить эту ситуацию таким образом, чтобы Герцог Альбертон ни о чём не узнал.

Монстры хотят любви так же, как и любой другой обычный человек, и для этого они могут совершить множество глупостей. Ради Грейс я тоже готов пойти на глупость.» – глаза Оуэна горели жадностью, и в то же время снова впадали в отчаяние из-за мысли о проклятии, от которого он не мог избавиться.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –