Глава 55.

Как только Оуэн услышал слова отца, на его лице отразилось изумление:

– …… Я разрушу проклятие, отец. – сказал Принц Императору, подавляя ощущение, что крик вот-вот вырвется наружу.

– К счастью, на этот раз, вышедшая из тела моей сестры семья монстра действительно любят новую невесту. После того как ты воспользуешься этой девушкой, чтобы высвободить силу монстра, и в тот момент, когда ты смело вонзишь в её сердце меч, твоё настоящее заветное желание исполнится.

«Теперь, сказав это, я очень благодарен семье Альбертон. Для нас глава их семейства и старшая дочь преследуют Наследного Принца не только для того, чтобы узнать тайну, скрытую в отвратительных глазах Герцога Феликса, но и чтобы снять проклятие с нашей семьи. Их младшая дочь станет жертвой, чтобы избавиться от проклятия. Поскольку мы получили от их семьи такую большую милость, мне следует найти им хорошее место, когда буду очищать их в будущем.» – взгляд Императора, что просто представлял это, был наполнен радостью и жестокостью.

– …… – увидев взгляд отца, Оуэн почувствовал, как сильно забилось его сердце.

«Я даже не обращал внимания, поскольку всего лишь настаивал на разрыве с этой ужасной девушкой Марианной. Чтобы избежать проклятия, превратившего меня в монстра, «человек, которого Герцог Феликс любит больше всего», должен быть принесён в жертву.» – в тот момент, когда мужчина вспомнил об этом, его тело вздрогнуло.

Принц почувствовал, как лицо Грейс отразилось на лице Герцогини Феликс и лицах других невест, что трагически умерли у него на глазах.

В этот момент Оуэн сжал руку своего отца, лежавшую на его лице, и закричал:

– Ах, отец! Я должен кое-что сказать вам!

– Хмм? Что же? Разве история о расставании с Леди Марианной не закончилась тем, что тебе пришлось немного потерпеть её?

– Нет. Я говорю не об этом ...... Я.

– Хорошо. Расскажи мне. – Император заставил сына говорить быстрее.

Тогда Оуэн с осторожностью заговорил:

– ...... Не могли бы вы прогнать нынешнюю Герцогиню Феликс и приставить к Герцогу ещё одну жертву?

– Что? – после услышанных абсурдных слов Оуэна лицо Императора исказилось.

Внезапно мужчина выглядел так, будто понятия не имел, о чём говорит его сын.

Однако Императрица Мария всё это время не сводила глаз со своего сына и внимательно изучала его лицо. Она сразу же поняла, что имел в виду Оуэна, и, услышав его слова, она в тот же момент напрягла лицо.

Поспешно хватая сына за плечо, Императрица Мария закричала, от чего её лицо в одно мгновение посинело:

– Дорогой, ты не можешь сделать этого.

– … Матушка.

– Нет, ты не можешь. – Императрица Мария посмотрела на Оуэна встревоженным взглядом.

«Даже если никто этого не замечает, я, как его мать, вижу глубокие эмоции, что минуту назад показывали глаза Оуэна, когда он упомянул нынешнюю Герцогиню Феликс, Грейс Феликс.

Мне стоило предусмотреть это, прежде чем его чувства успели разрастись ещё больше.» – Императрица Мария повернула голову и серьёзно посмотрела на стоящего рядом с ней супруга.

После этого Император обратился к Оуэну строгим голосом:

– Ты не можешь этого сделать, Наследный Принц. Теперь уже слишком поздно. Разве ты этого не видел? Как глаза монстра смотрят на свою жену. И я слышал, что жертва, по-видимому, тоже привязалась к монстру.

– ...... Поэтому я ещё больше хочу разлучить их, отец. Если женщина, которая будет искренна по отношению к такому монстру, который никогда должным образом не показывал ей своего лица, то она также будет искренне лелеять такого монстра, как я. .– Оуэн сразу же возразил словам своего отца.

Глядя в глаза Принца, что горели страстью от влюблённости в Герцогиню Грейс Феликс, Император внезапно громко закричал:

– Не говори глупостей, Принц! Почему ты считаешь себя чудовищем? Ты не монстр! Ты самый ценный человек в этой Империи и являешься единственным наследником!

– ...... Нет, отец. Я ......

– Не говори ничего неразумного! Оуэн, почему ты продолжаешь говорить глупости? - обеими руками Император схватил своего сына за плечи, который был примерно на голову выше него.

«Через два месяца всё будет хорошо. Но мне неприятно слышать, как мой сын продолжает говорить глупости, разрушая таким образом подготовленный план.

Чтобы сердце Оуэна успокоилось, мне придётся рассказать ему один факт, о котором ранее никогда не говорил.»

Поразмыслив немного, Император начал говорить:

– Я знаю, что ты чувствуешь. Если Грейс Феликс из тех женщин, которые искренне заботятся о таком мужчине, как Герцог Феликс, то вполне разумно думать, что она из тех, кто будет заботиться о тебе, даже если знает все твои секреты. Но уже слишком поздно.

– ... Отец, что вы имеете в виду?

– Я уверен, ты это знаешь. Чтобы снять проклятие, наложенное на нашу Императорскую семью, нам нужна кровь Герцогини Феликс и наложенное на Герцога Феликса «проклятие».

– Да, я знаю.

– Тогда знаешь ли ты условия для активации «проклятия» Герцога Феликса?

– ...... Нет. Ну, это ... – внезапно, на вопрос Императора, касающийся проклятия Герцога Феликса, Оуэн озадаченно покачал головой.

Увидев это, Император многозначительно посмотрел на сына и сказал:

– Это произойдёт, когда Герцог Феликс по-настоящему полюбит Герцогиню Феликс.

– ... Что?

– Знаешь ли ты, почему я постоянно давал ему невесту, при этом зная, что он предоставляет угрозу моей власти? Просто это было для того, чтобы активировать проклятие. Зачем мне устраивать грандиозное свадебное торжество и тратить Императорский бюджет на это? Всё это было сделано для того, чтобы проверить, насколько сильно ему понравится женщина, которая станет его женой. И в то же время заставить Герцога Альбертона наложить на неё ещё одно проклятие.

– ... Тогда Герцогиня Феликс и другие девушки до Леди Грейс, почему они ... – услышав слова Императора и глядя на него с отсутствующим выражением лица, Оуэн что-то пробормотал. – Если это так и было, то почему? – мужчина быстро почувствовал, как в одно мгновение в его сознании стали живо разворачиваться ужасные сцены, что происходили бесчисленное количество раз.

«Эти ужасные моменты, о которых я не хочу снова вспоминать.

Если, как сказал мой отец, на них не сработало проклятие, то почему они ……»

Всё ещё не понимая до конца, Оуэн снова повернулся к Императору:

– Отец, тогда ...

– Больше ничего не говори. Не задавай никаких бесполезных вопросов. Единственное, о чём в данный момент тебе нужно помнить, так это то, что ты зашёл настолько далеко, что уже не можешь повернуть назад. Вот и всё.

– ...... – однако на слова Императора Оуэну пришлось промолчать, будто он больше не хотел говорить.

Тогда, вытерев обеими руками своё усталое лицо, Император счёл молчание за понимание со стороны сына:

– Разговор оказался более продолжительным, чем ожидалось. Сейчас мне нужно немного отдохнуть. Императрица, не хотели бы вы сопроводить меня в спальню?

– ...... Конечно, Ваше Величество.

– Принц, тебе тоже следует вернуться в свой дворец и отдохнуть. - после этого Император попросил Императрицу взять его под руку, и они бок о бок вышли из "Солнечной комнаты".

Растерянным взглядом Оуэн молча провожал взглядом своих родителей, а также идущих в след слуг и горничных. После он глубоко вздохнул:

«Я думал, что ещё не слишком поздно, но, увы, это не так.

Может, нам стоит сделать Леди Грейс такой же, как «мы»?» – Принц содрогнулся при мысли о том, что Грейс станет главной героиней ужасных сцен в его голове.

«Нет … Я не могу сделать этого. Она единственная женщина в этом мире, которая достаточно добра, чтобы полюбить монстра. Если можно всего один раз, я хочу, чтобы её взгляд, устремлённый на этого монстра, также был обращён ко мне.»

Стиснув зубы, Оуэн что-то тихо пробормотал:

– ...... Должен быть какой-то способ. Если я буду искать, то определённо смогу что-нибудь найти. – после этого мужчина развернулся и вышел из «Солнечной комнаты».

Но вместо того, чтобы направиться в свой дворец, он направился к лестнице, ведущую в подвал главного дворца.

Скрип, скрип

Грубо топая ботинками, Оуэн бежал вниз по лестнице, и в этот момент его глаза были полны энтузиазма найти выход.

Хлопок крыльев

Послышался звук птичьего крыла, пронзающий темноту, которая поднималась из освещающего мрачную лестницу окна.

***

В тот момент, когда солнце медленно садилось за западные горы, карета с Герцогом Артуром Феликсом и Герцогиней Грейс Феликс прибыла в замок Феликс.

Тем временем, опираясь друг другу на плечи, эти двое вели обычные беседы, как люди, забывшие об «обещании честно рассказывать друг другу о том, что они скрывали», прежде чем сесть в экипаж.

«Я осталась вполне довольной обратной дорогой, что была совсем не скучной, в отличие от того случая, когда я одна покидала замок Феликс. Начиная с этого момента, если в следующий раз мне придётся посетить другой замок, то я хотела бы быть в сопровождении Артура, конечно, если позволят обстоятельства. А если быть более жадной, то я хотела бы пойти с Артуром и Леоном вместе.» – в тот момент, когда Грейс опиралась на плечо Герцога, при этом бессмысленно размышляя про себя, карета, что мгновение назад заметно замедлила ход, полностью остановилась.

После девушка услышала шаги камердинера, который сидел за местом кучера. Мужчина подошёл к двери:

Тук-тук

– Герцог, Мадам. Мы прибыли в замок. – при этих словах Артур, который подставлял плечо Грейс и сидел с закрытыми глазами, медленно открыл их.

С нежностью глядя в глаза супруги, что тихо прислонилась к его плечу и смотрела на него сверху вниз, мужчина заговорил:

– Тогда давайте выходить, Миледи.

– Да, хорошо. – услышав одобрительные слова Грейс, Артур немедленно встал, открыл дверцу кареты и вышел наружу.

После этого Герцог протянул свою руку к девушке. Грейс с радостью взяла его за руку и вышла из кареты.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –