[Пользователь: Хан Гаин (Мудрость)

Дата: День 5

Текущее местоположение: Этаж 1, Номер 102 (Проклятый номер — Особняк страха)

Советы мудреца: 3]

Бух, бух.

— Ах, Чинчхоль. Ты можешь ехать нормально, пожалуйста? У меня сейчас задница отвалится.

— Я же говорил тебе, нуним. Я первый раз за рулем внедорожника. Немного не те ощущения.

Бац!

— Ахт! Уххх...

— Угк! Моя голова... Хён, может, сбавишь обороты?

— Мы все умрем, даже не доехав до особняка!

— Почему к этому дурацкому особняку ведут одни только грунтовые дороги? Нуним. Ты же говорила, что часто там бывала?

— Хм... Вообще-то я не особо хорошо все помню, я тогда была еще ребенком. Дядя жил там все это время... Погоди, ты едешь в особняк, любуешься прекрасным видом, причем бесплатно, целиком и полностью — так чем же ты недоволен!

— Я не говорил, что недоволен... Просто он слишком далеко и добраться туда сложно.

— Кстати, твой дядя сейчас в особняке?

— О, Сонъи. Я звонила ему пару дней назад, но, похоже, он заболел и останется в Сеуле, в больнице. Ну, это здорово~

— Прости??

— Упс, я не о том, что он заболел. Здорово, что весь особняк будет только наш, не считая прислуги.

— Там есть прислуга?

— Горничная и дворецкий, как я слышала.

— Горничная и дворецкий... это и правда настоящий особняк. Не думаю, что когда-нибудь бывала в таком старинном доме, даже на родине.

— И мы будем там жить, представляете.

БББИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИ——

Звук сломанного радио эхом отдался в голове, и,

«Я пришел в себя».

Все опомнились одновременно со мной, и все мы захлопнули рты.

Что происходит? Мне казалось, будто я около тридцати минут после входа в Номер 102 бездумно смотрел фильм. Странное ощущение: я будто смотрел фильм, в котором сам был актером.

Естественно, машина тоже остановилась.

— Что это вообще было... С каждым разом все страннее и страннее.

— Что случилось? Я ничего не делала, но почему-то...

— Кто-то двадцать-тридцать минут управлял нашими телами и разыгрывал сценку. Скорее всего, отель. — Ынсоль-нуна ответила на бормотание растерянной Сонъи.

До всех наконец дошло, что происходит.

После входа в Номер 102, мы на полчаса потеряли контроль над своими телами. Что-то управляло нами — заставляло двигаться к особняку и объясняло положение вещей в виде театральной постановки, чтобы запихнуть информацию нам в голову.

Елена, которая собиралась стать актрисой, поняла ситуацию раньше других.

— Похоже, нам всем достались роли. Я, Ынсоль-унни, Чинчхоль-сси, Гаин-сси и Сонъи. Мы впятером едем в большой особняк «дяди» Ынсоль-унни. Мы все, кроме Сынъёпа, учимся в одном колледже, а Сынъёп — младший брат унни. Вот что вдруг возникло у меня в голове. У всех так же?

— Ага, то же и у меня. Что ж, сегодня я наконец узнала, что у меня все это время был дядя. Отель настолько удивителен, что даже создал мне несуществующего члена семьи. Но студентка? Может, остальным это и подходит, но мы с Чинчхолем...

Ынсоль-нуна запнулась на полуслове, и мы все потеряли дар речи.

Студенты. Ынсоль-нуне и Чинчхолю-хёну уже перевалило тридцать, так что для студентов колледжа они были слегка староваты. Если Ынсоль-нуна могла бы сойти за студентку в правильном наряде, то Чинчхолю-хёну это было не по плечу, но...

Теперь они выглядели несомненно «моложе».

— Вы действительно смотритесь как студенты.

Ынсоль-нуна ответила с пустым взглядом.

— Ты прав. Я выгляжу на десяток лет моложе.

— Сколько еще странностей нам предстоит пережить здесь... Ну серьезно.

— Если мы учимся в колледже, значит, я стала старше... — ворчала Сонъи.

— Сонъи, но ведь ты не выглядишь старше?

— Хм, ты прав. Похоже, Елена-унни, Гаин-оппа и я никак не изменились.

— Видимо, Чинчхоля-хёна и Ынсоль-нуну сделали моложе, чтобы дать роль студентов. Они могут возвращать людей с того света, так что сделать кого-то моложе для них, вероятно, проще простого.

— Я хочу, чтобы мой возраст остался прежним даже после того, как я покину отель...

Сонъи воскликнула, не обращая внимания на ворчание Ынсоль-нуны.

— Эй, унни! А где Сынъёп?

— Согласно «сценарию», он уже в особняке.

— Наверное, его используют как заложника.

— Заложника? Гаин, о чем ты?

— О, точно. Сейчас объясню. Я посмотрел на экран, как только пришел в себя, и увидел название места, куда мы едем, — оно жуткое. «Особняк страха». Точно не знаю, но, скорее всего, там творятся всякие ужасы. Но мы ведь очнулись раньше, чем добрались до особняка... Интересно, что будет, если мы вообще туда не пойдем. Наверное, именно поэтому они заранее отправили туда Сынъёпа? Чтобы нам пришлось посетить особняк?

— Может и так, но думаю, мы все равно должны отправиться туда, — ответил Чинчхоль-хён. — Если мы откажемся, они, вероятно, придумают что-нибудь, лишь бы заставить нас поехать. «Внезапно за нами погнались зомби, мы убежали и очутились перед особняком». Это вполне может стать нашим новым сценарием, не думаете?

— Прошло всего несколько дней, а ты уже как ветеран отеля, Чинчхоль.

— В общем, поехали в особняк. Если нас и так заставят, то лучше пойдем туда добровольно, не будем усложнять себе жизнь.

— Кстати, Чинчхоль-хён, ты знаешь дорогу? Ведь за рулем был не совсем ты, верно?

Он ответил:

— Хм... ну, у нас есть карта с маршрутом, с этим порядок, проблема в другом.

— И в чем же?

— Это механика. Не автомат.

Наступило молчание.

— Хён. Только не говори мне, что у тебя права...

— Права на механику я получил, но к самой машине не подходил уже лет десять. Кто-нибудь умеет водить машину с механической коробкой?

— У меня нет прав... — пробормотала Сонъи.

— Было бы странно, будь они у тебя — старшеклассницы. Но у меня тоже права на автомат. Гаин, а у тебя?

Спросила Ынсоль-нуна, и я ответил.

— У меня тоже нет...

— Мисс Елена, а у... Нет, забудьте. Это проблема. Может, я попробую, а там видно будет?

— Я поведу, — сказала Елена, когда все вновь затихли.

— Мисс Елена? Вы...?

— Я узнала это, когда получала корейские права, но Корея уникальна в этом смысле — здесь в основном ездят на автоматах. В России до сих пор более восьмидесяти процентов машин с механической коробкой передач. Так что поведу я.

Вот так за рулем машины, которую никто не умел водить, оказался не бывший мастер боевых искусств за тридцать, не карьеристка того же возраста, а молодая иностранка за двадцать.

Мы все хранили молчание, пока не добрались до особняка. У Чинчхоля-хёна было самое суровое выражение лица, которое я когда-либо видел.

Чем ближе мы подъезжали к дому, тем мрачнее становилось настроение в машине.

На что был похож этот «Особняк страха»? Гадал я.

Чем дальше, тем сильнее менялся лес за окнами. Словно высокие колонны, высились деревья, одно больше другого, все птицы зловеще пожирали машину глазами.

У меня разыгралось воображение?

Вскоре показался особняк — маленькая точка вдалеке.

Позади возвышалась гора, а впереди простиралось огромное озеро, способное заставить всех усомниться: «А было ли в Корее такое большое озеро?»

Через него был перекинут мост, достаточно широкий, чтобы могла проехать машина. Мы пересекли его и продолжили путь к особняку.

Это и правда был настоящий «особняк» — он выглядел совсем не так, как корейские дома, которые походили на спичечные коробки.

Сразу за озером мы увидели ухоженный сад и несколько античных статуй. А в середине особняка находились большие ворота, даже слишком, — казалось, человеку не по силам их открыть.

Главный вход открылся сам собой, как только машина подъехала к нему, и вскоре мы ступили на землю особняка. Рядом с парадным входом стояла весьма диковинная статуя, каких я еще не видел за свою жизнь.

Она напоминала человека, но с шестью руками и непостижимо огромным сердцем. Сердце это было слишком большим и выглядело совсем как часть монстра — казалось, оно вот-вот выскочит из тела и начнет двигаться.

Пока мы все рассматривали его, Сонъи не смогла сдержать любопытства и стукнула по скульптуре ногой.

Посчитав это милым, Ынсоль-нуна стала гладить ее по голове, когда из особняка вышли люди.

Старик, мальчик и девочка.

— Дамы и господа. Добро пожаловать в наш особняк.

Уверенный старик в костюме отвесил легкий поклон, и мы неловко поприветствовали его в ответ.

— Здравствуйте. Меня, э-э... зовут Ли Ынсоль...

— Хаха. Мы много о вас слышали от нашего хозяина. Он сказал по телефону, что юная мисс остановится в особняке на несколько дней со своими друзьями по колледжу, и подчеркнул, что мы должны быть на высоте. К сожалению, господин нездоров, и не может порадовать нас своим присутствием, но... Я — дворецкий, Ким Муксон, а эта девушка — моя внучка, Ким Ари. Мы приложим все усилия, чтобы ваше пребывание здесь было приятным.

— Ари?

Спросил я слегка растерянно, услышав имя, не похожее на корейское, когда девушка рядом с дворецким выступила вперед и глубоко поклонилась.

— Здравствуйте. Я служу горничной в этом особняке.

...

Чего? Разве горничные обычно не старше двадцати? Как ни посмотри, девушка передо мной была еще ребенком — она выглядела на тринадцать, в лучшем случае на четырнадцать лет.

Ахх... Я решил выкинуть эту бесполезную мысль из головы. Не было нужды думать о подобном — после появления в отеле «странное» стало для нас обыденностью.

Забудем о тринадцати, пусть даже пятилетний ребенок назовет себя дворецким, — нам останется только смириться с этим.

Но с другой стороны, Ари обладала крайне сюрреалистичной внешностью. Белая как снег кожа, кукольное личико, — это одно, но больше всего впечатляли ее темно-красные глаза.

Разве такие глаза не признак альбинизма? Впрочем, альбиносом девушка явно не была: ее волосы были черными.

Девушка с неестественной внешностью, да в доме с говорящим названием «Особняк страха». Естественно, я насторожился и решил, что она крайне подозрительна, но вот парень рядом с ней просто стоял столбом, как дурачок.

— Сынъёп. Не хочешь с нами поздороваться? — спросила Ынсоль-нуна.

— А, ах. Ты здесь, нуна. Всем привет.

— Ого, ты даже поприветствовал нас, спасибо большое. Знаешь, у тебя так скоро глаза вылезут. Невероятно, что ты можешь таращиться на девчонок в подобном месте.

Сказала Ынсоль-нуна, но Сынъёп не сводил глаз с девушки рядом с ним. По тому, как он вздрагивал, когда смотрел на Ари, было ясно, что он считает эту встречу бесконечно чудесной, предначертанной судьбой.

И всякий раз, когда Ари оборачивалась и одаривала его слабой улыбкой, он опускал взгляд к земле и даже не осмеливался дышать, — признаться, это было очень смешно, другого и не скажешь.

Безусловно, она была невероятно красива, но...

Как и сказала Ынсоль-нуна, не в «подобном месте», не в Особняке страха. Ари была самой подозрительной в этом самом подозрительном на свете доме, ведь она могла оказаться вовсе не человеком.

Тут заговорил дворецкий.

— Вы уже планировали, куда собираетесь пойти?

Планов никаких не было, ведь мы только час назад выяснили, что направляемся в столь необычный особняк.

— Хаха, у нас пока нет особых планов.

— Тогда, мисс, как насчет распаковать ваши с друзьями вещи, немного отдохнуть и пойти на гору за домом? К сожалению, наш особняк стоит довольно далеко от города, и развлечений здесь мало. Но мы гордимся красотой наших пейзажей, которые могут соперничать с любыми другими. За холмом протекает освежающий ручей, и вы можете взять лодку и полюбоваться видами озера. Также рядом с особняком находится великолепный исторический собор.

Все равно мы ничего не знали об особняке, поэтому больше никто ничего не предложил.

В итоге мы решили распаковать вещи и немного отдохнуть, а затем прогуляться на гору перед ужином.

После того как все расположились в своих великолепных комнатах, мы устроили стратегическое совещание.

— Кстати, Гаин. Куда делся Сынъёп?

— Э-э... Странно. Он был рядом со мной, потом я сходил помыться, и...

— А! Он сказал, что хочет помочь горничной, и убежал.

— Боже, он сводит меня с ума. Он вообразил это место каким-то светлым и сказочным замком, или что? Сонъи, а ты, выходит, просто смотрела как он убегает?

— Он начал бежать так внезапно, что...

— Ладно, ладно. Нуним. Ты ведь не думаешь, что ученик средней школы сильно нам поможет на совещании, верно? Начнем без Сынъёпа. Гаин, нашел что-нибудь новое в своем окне?

— Пока нет ничего, кроме названия особняка. Страх. Так написано, но мы не знаем, что нам грозит, как и не сказано, что делать.

— Давайте поставим цели, одну за другой. Какова наша самая важная задача? Мы можем догадаться о ней по последнему объявлению, которое видели в Номере 101. Наша главная цель — «один выживший». Если мы достигнем ее, все остальные смогут вернуться к жизни, даже если мы умрем.

— Но... как долго мы должны выживать? — спросила Сонъи.

— Нам остается только гадать. Простой способ — прожить как можно дольше, а там видно будет. А чтобы продержаться как можно дольше, нужно сначала выяснить, что именно нам угрожает. — Ответила Ынсоль-нуна.

— Ну, я думаю, совершенно очевидно, кого нам нужно остерегаться, верно?

Честно говоря, я был согласен с Чинчхолем-хёном. Кто представляет для нас угрозу? Может, тут и есть невидимый монстр и тому подобное, но это нечто за пределами наших возможностей.

Из того, с чем мы могли справиться, главными подозреваемыми были дворецкий и молодая горничная, которые встретили нас в особняке. Если учесть, какими странными они были.

— Старый дворецкий и девушка. Эти двое с самого начала выглядели подозрительно. — Сказал я.

— Определенно. Вы же знаете, что я раньше занимался спортом? Я понял это, как только взглянул на того старика. Его мышцы не могла скрыть даже одежда. Если вы думаете, что он слаб, потому что стар, — вам придется несладко. Возможно, он даже победит тебя, Гаин, в армрестлинге.

— Но не похоже, чтобы та горничная умела драться.

— Она выглядит как ребенок, но мало ли что.

— Хотя дворецкий и горничная подозрительны, статуя у главного входа показалась мне самой странной.

После Сонъи заговорила Елена.

— А мне мост. Когда мы ехали сюда, казалось, он был в плохом состоянии. Как дорога во время распутицы у меня на родине...

— Распутицы?

— В России так называют время, когда начинает таять снег и дорога превращается в грязь. Наверное, Елена хочет сказать, что на мосту было много влаги, из-за чего мы будто по болоту ехали.

— Ага.

Еще минут тридцать мы обсуждали подозрительные элементы особняка, равно как и то, насколько же они подозрительны.

Когда в наших головах особняк уже превратился в ад, полный смертельных ловушек, а дворецкий и горничная — в семейную пару маньяков-убийц...

Кто-то постучал в дверь.