— А теперь пойдём в книжный магазин?

Воодушевлённая предстоящим походом в книжную лавку Ханна принялась озираться по сторонам в поисках Яна, однако мальчишка уже давно отправился туда в одиночку.

Тогда Джереми ответил девушке.

— Думаю, он уже выбрал, что хочет.

В то время, пока Маша был увлечён осмотром подозрительных товаров и покупкой черепа, Ян уже успел подобрать книгу себе по душе и терпеливо ожидал перед прилавком.

— Хорошо постарался.

Девушка восхитилась прытью решительного Яна, не любящего тратить время впустую.

Ещё недавно этот ребёнок говорил, что ему ничего не нужно.

Ханна рассмеялась, уличив мальчика в противоречии ранее сказанных слов и последующих поспешных действий.

Затем воспитательница с оставшимися при ней подопечными двинулась в сторону книжной лавки, чтобы расплатиться за выбранную Яном книгу.

— Что это за книга, Ян?

Бросив взгляд на покупку, что так бережно держал в руках мальчик, спросила Ханна.

— О войне, которая была четыреста лет назад.

— Понятно…

«Разве дети не любят сказки? О, это похоже на греко-римскую мифологию. Неужели ребёнка может заинтересовать война, не похожая на противостояние механических ботов и людей в космосе?»

Ханна всерьёз попыталась разобраться в детских увлечениях.

— Учитель! А мне меч! Меч!

Когда другие ребята уже наслаждались своими покупками, Джереми подумал, что наконец настала его очередь выбирать подарок.

— У тебя уже есть игрушечный нож.

— Но я хочу настоящий!

Его глаза запылали странным огнём как тогда в переулке, когда Джереми восхищался мечами громил из недавнего жуткого эпизода.

Возможно ли, что он сейчас думал именно о них!

— Но, Джереми, это очень опасно. Давай ты будешь играть с настоящим мечом, когда подрастёшь.

— Только мне ничего не купили!

Обиженный мальчик надул губки.

— Джереми.

Тихо позвала Ханна, но расстроенный ребёнок демонстративно отвернулся от неё.

— Это опасно. Я куплю тебе игрушечный меч. Хорошо?

— Ненавижу игрушечный!

— Послушай меня внимательно. Джереми. Все же знают, что пираты в основном умирают, утонув в море, а волшебники погибают, поражённые магией? Так как же умирают бандиты? От лезвия меча! Вероятно, это очень больно!

Ханна нарочно изобразила на лице устрашающее выражение, но все её попытки убедить Джереми оказались бесполезными.

— Тогда что насчёт учителя?

— Э-э-э? Что?

— Как умрёт учитель?

«Воспитательница детского приюта погибла от рук собственных воспитанников, ставших злодеями… Нет! О чём он сейчас говорит!»

— Это безопасная работа. Безопасная…

Внезапно девушку охватило отчаяние.

Она не являлась пиратом, магом и уж тем более бандитом, однако ей всё равно приходилось работать с риском для собственной жизни.

— Ой! Я ненавижу это! Если это будет не настоящий меч, мне он не нужен!

Мальчишка был уверен, что если начнёт канючить, то мягкосердечная Ханна в конце концов сдастся и купит ему меч.

Но стойкая девушка, не сломившись под его атакой, вместе с детьми вернулась в приют, так ничего и не приобретя для Джереми.

* * *

— Вот вишнёвый пирог, приготовленный из ягод, что мы недавно купили на рынке. Ребята!

Однако среди детей, нетерпеливо сидящих за столом в ожидании пирога, кое-кого не хватало.

— А где Джереми?

— Я думаю, он всё ещё злится. Он так и не выходил из комнаты.

Действительно, в обеденном зале отсутствовал Джереми.

Ханна даже предполагала, что могло послужить такому вызывающему поведению со стороны ребёнка.

— Вы руки помыли?

— Да, да!

— Тогда начинайте кушать. А учитель пока приведёт Джереми.

Прихватив тарелку с кусочком пирога, приготовленным специально для задабривания Джереми, Ханна направилась в детскую комнату.

Тук, тук.

— Джереми. Это учитель.

Однако ответа так и не последовало.

— Джереми, ты здесь?

В тот момент Ханна решила, что обиженный мальчик просто не хотел отвечать, поэтому медленно открыла дверь, так и не дождавшись приглашения.

— …

— …

Джереми поспешно прятал печенье, которое втайне уплетал в своей комнате, под кровать, когда встретился взглядом с неожиданно появившейся девушкой.

— … Прости.

«Подожду немного, пока он закончит прятать свои запасы, а потом и поговорим…»

Джереми, которого поймали за поеданием припрятанного печенья, а также свидетельница сего события, Ханна, оказались заложниками очень неловкой ситуации.

Это был тот самый момент, когда все беспокойства о том, что ребёнок был расстроен до такой степени, что не мог ни есть, ни пить, оказались совершенно напрасными.

Джереми, сохраняя уверенность, припрятал тайное лакомство под кроватью, после чего уселся на неё.

Его щёчки и подбородок были усыпаны крошками.

— Джереми, ты расстроился сегодняшней прогулкой?

— Нет.

Его моментальный холодный ответ можно было однозначно расценить, как «я определённо зол».

Ханна подошла к Джереми и присела на кровать рядышком с ним.

Затем она склонила к нему голову и внимательно посмотрела в детские глаза.

— Джереми, я уже говорила, что это опасно в твоём возрасте.

— Знаю.

— Если найдётся учитель, который обучит тебя правильно владеть мечом, я обязательно куплю его тебе в следующий раз.

— … Правда?

Доверчиво хлопая глазами, спросил Джереми.

Обычно это дитя было непослушным, легко впадающим в ярость, но в тот момент он был всего лишь милым маленьким ребёнком.

— Конечно! Я обязательно стану тем человеком, кто купит тебе самый первый меч!

На самом деле, и Ханна, и Джереми прекрасно понимали, насколько было сложно найти учителя фехтования для ребёнка из детского приюта.

— … Я обещаю.

— Давай. Закрепим наше обещание.

Ханна оттопырила мизинец и уверенно протянула руку обнадёженному мальчику.

Джереми обхватил её палец своим мизинцем.

— Вы должны будете купить мне меч.

— Хорошо. Разумеется, если найдется учитель, я обязательно его куплю. А сейчас пойдём кушать пирог?

— Ага.

Вмиг повеселевший мальчишка спрыгнул с кровати и бросился прочь из комнаты.

Он шустро побежал в обеденный зал, не дожидаясь Ханны.

Вот тогда-то и стало очевидно, как сильно одержимый сладостями Джереми хотел поскорее отведать вишнёвого пирога.

— Очаровашка.

Хоть мальчик и был в тот момент очень милым, тем не менее Ханну продолжало беспокоить его влечение к опасному холодному оружию.

— Кстати, он же не выбрал тех гангстеров себе объектами подражания, правда же?

Задумавшись об утреннем эпизоде, Ханна припомнила, что Джереми тогда действительно выглядел восторженным.

«Надеюсь, он тогда не задумался о том, что тёмный переулок идеальное для него место…»

Отбросив мысли, Ханна проследовала обратно в столовую за недавно скрывшимся там Джереми.

— Ух ты!

Как только Джереми устроился за столом, его личико вытянулось от удивления.

— Хех, я же говорил, что съем всё сам, если ты не придёшь, – тихо проговорил Маша.

Джереми, аккуратно придерживая свою тарелку обеими руками, смотрел на предназначавшийся ему кусочек пирога.

В обычное время мальчишка бы уже уплетал за обе щёки любимое угощение, что только бы за ушами трещало.

— Похоже, учителю пришлось много беспокоиться о тебе.

Маша тоже не сводил взгляда с тарелки Джереми.

— …

Пирог, испечённый специально для Джереми, был украшен ягодами вишни в форме меча.

— … Кривой.

Это прозвучало грубо, однако губы малыша Реми почему-то начали подрагивать.

Неотрывно глядя на расплывшиеся очертания меча, Джереми какое-то время не мог решиться попробовать пирог.

Всё потому, что такое вишнёвое недоразумение запало ему в сердце, отчего было нелегко откусить даже маленький кусочек.

* * *

— Какая хорошая погода.

Растянувшись на циновке в саду, Ханна нежилась под тёплым полуденным солнцем.

Рядом лежал брошенный Машей плюшевый медвежонок.

Привязанность Маши к его любимому плюшевому медведю немного…

Нет, нельзя было сказать — немного, потому что эта привязанность была окончательно уничтожена.

— Маша! Даже если поймаешь мышь, ты не сможешь принести её в дом!

Взгляд Ханны переместился на мальчишку, увлечённо копавшегося в земле.

Всего за несколько дней Маша пристрастился к новому хобби – наблюдению за всевозможными существами.

Его прежнее увлечение куклами и плюшевыми игрушками прошло, словно никогда и не было, взамен мальчик помешался на ловле насекомых и мышей.

Ханна уже была измотана постоянными попытками помешать Маше отлавливать всяческих странных созданий.

— Джереми! Лазать по деревьям опасно!

В тот день Джереми был переполнен энергией.

Игнорируя замечание воспитательницы, мальчик продолжил карабкаться вверх по веткам, возможно, это его только больше развеселило.

Ловко залезть на дерево, с лёгкостью взобраться по стене чужого дома, взломать сейф…

Развитые навыки Джереми карабкаться по отвесным поверхностям позволили богатому воображению Ханны пустить крепкие корни и разрастись до невероятных размеров.

Отгоняя дурные мысли, девушка тряхнула головой.

— Ян! Выходи погреться на солнышке!

Учительница позвала на прогулку Яна, который ранее предпочёл остаться в здании приюта.

— ... Ох, я так вымотана. Совсем не осталось сил.

Ханна извивалась на месте, словно гусеница, чтобы уследить за всеми ребятами.

На это уходило слишком много энергии.

— Думаю, мне стоит начать принимать какие-нибудь пищевые добавки.

На одно мгновение девушка задумалась о том, не попробовать ли ей продавать витамины в этом мире.

— Учитель!

Тем временем Маша, ярко улыбаясь издали, выдернул Ханну из её размышлений, после чего побежал прямиком к ней.

— Учитель, идите сюда!

— Зачем? Что случилось?

Приблизившись к Ханне, Маша схватился обеими руками за её ладонь и потянул за собой, поторапливая.

Ханна тут же начала переживать, не желая оказаться вовлечённой в очередную щекотливую ситуацию.

— Там, что-то странное!

— Странное?

Маша указал пальцем на траву вдали, тогда нехотя следующая за мальчиком Ханна занервничала ещё сильнее, ожидая увидеть там крысиную тушку или что-то в этом роде.

— Что там, чёрт возьми…

Подойдя к нужному месту, среди высокой травы они действительно кое-что обнаружили.

— Яйцо?

Это было круглое яйцо, совсем непохожее на куриное, потому что было немного больше привычного размера и совершенно невытянутое.

— Из него вылупится цыплёнок?

— Э-э-э… Ох…

При ближайшем рассмотрении на поверхности скорлупы яйца также различались узоры.

Конечно же Маша заблуждался, из этого яйца совершенно точно никогда не вылупится маленький миленький цыплёнок.

— Какой ещё цыплёнок! Давайте просто зажарим его!

Глаза неожиданно подошедшего к ним Джереми пылали огнём, словно у зверя, загнавшего свою добычу в ловушку.

— Это я нашёл его, это будет мой малыш!

— Ты думаешь, если возьмёшь его себе, из него что-нибудь вылупится?

— Вылупится, если ухаживать за ним!

— Ты тупой?

— Вот!

Маша и Джереми, которые подняли такой шум из-за находки, внезапно посмотрели на вконец растерявшуюся Ханну.

На самом деле девушка понятия не имела, что из этого может вылупиться, и вылупится ли вообще.

Солнышко так хорошо её припекало, поэтому единственным желанием девушки было немного вздремнуть.

Чувствуя на себе прожигающие любопытные взгляды детей, Ханна попыталась взбодриться и прийти в себя.

— Эм-м-м… Итак, яйцо…

«Что это. Что? И может ли человеческий уход помочь существу вывестись из яйца?»

Нельзя было однозначно определить, произойдёт рождение неизвестного создания или нет, отчего тревога только возрастала.

— Что ж, как Маша и сказал, он первый обнаружил это…

— С сегодняшнего дня я постоянно буду обнимать его и брать с собой в кровать.

От радости Маша начал подпрыгивать на месте под звуки собственного звонкого смеха.

— Не плачь и не расстраивайся позже, когда из него ничего не вылупится!

В ответ фыркнул Джереми.

Однако больше всего была встревожена Ханна.

«Что же делать, если из этого яйца выйдет что-нибудь жуткое».

Вот таким образом яйцо неопознанного создания проникло в повседневную жизнь детского приюта, в котором ни дня не проходило без приключений.

* * *

Этой же ночью.

— Маша, оно точно не сломается, если ты будешь спать рядом с ним?

Задёргивая перед сном занавески в комнате Маши, спросила охваченная беспокойством Ханна.

— Вам не стоит переживать об этом!

— Я спрашиваю, потому что обычно ты сильно ворочаешься во сне.

Даже если мальчик и заснул бы в текущем положении, у яйца всё равно не осталось бы ни малейшего шанса дожить в целости до утра рядом с ним, потому что для Маши было привычным делом проснуться ногами на подушке, а головой у основания кровати.

— Зачем ты накрываешь это одеялом?

Также рядом с яйцом Маша разместил свой новый череп и накрыл всё это покрывалом.

— Даже скелеты не должны мёрзнуть!

Но кости не могут чувствовать холода. В них же нет жизни.

— … Верно.

Ханна действительно искренне хотела прожить эту жизнь так, чтобы её слова соответствовали действительности, однако существовало множество вещей, которые она не могла поведать своим маленьким подопечным.

— Как насчёт того, чтобы на всякий случай накрыть яйцо отдельным одеялом?

Это была отчаянная попытка убедить ребёнка в своей правоте, чтобы предотвратить внеплановую стирку пухового одеяла.

— Хм.

Тогда Маша серьёзно задумался.

— Если оно будет раздавлено под тобой ночью, и это существо никогда не сможет увидеть белого света, разве тебе не будет грустно.

— Этого не произойдёт.

— Вспомни, что, когда ты сегодня проснулся, только твои голова и плечи мирно лежали на кровати.

— Что ж…

Брови на маленьком личике Маши непроизвольно дёрнулись.

Он, должно быть, вспомнил своё утреннее пробуждение, когда нижняя часть его тела полностью пребывала вне кровати.

Прошлой ночью мальчик благоговейно спал, стоя на коленях перед постелью, было бы забавно, если бы это было как-то связано с проживанием в храме.

— Хорошо!

Как только Маша быстро передумал, Ханна поторопилась вытащить дополнительное одеяло и разложить его рядом с кроватью.

Девушка постаралась придать этому сымпровизированному гнёздышку более уютный вид, беспокоясь, что ребёнок снова может поменять своё решение.

— Положим сюда. Как думаешь?

— Я не наступлю на него?

Ханна тут же отодвинула одеяло подальше от кровати.

— Тут?

— Но тогда я буду плохо его видеть. Что, если я не замечу, когда пойду в ту сторону?

Учительница вновь подвинула место для яйца немного в сторону.

— Теперь хорошо?

— Отлично.

Это было идеальное место, достаточно близкое к мальчику, а также не являющееся помехой при передвижении по комнате.

Ханна осторожно взяла яйцо двумя руками и разместила его на приготовленном одеяле.

— Это точно подходящее место?

— Пожалуйста, накройте его одеялом.

— Конечно.

Не слишком ли дерзко он обращался к учительнице, словно к прислуге какой-то.

Однако Ханна снова лишь улыбнулась, задумавшись о незапланированной стирке.

— А теперь спать! Сейчас Маша и птенчик могут спать спокойно.

— Ага!

Маша натянул на себя одеяло до самого подбородка.

Череп всё также продолжал занимать почётное место рядом с ним на кровати.

Пока Ханна не погасила все свечи в комнате, Маша продолжал взволнованно смотреть на завёрнутое в одеяло яйцо.

Фух.

Это однозначно была беспокойная ночь для Маши и Ханны.