— Первосвященник сегодня снова молится.

Ханна с детьми проводили время в саду и наблюдали за ситуацией в храме, из-за эпидемии у них не было возможности выбраться в деревню.

Детский приют располагался немного выше храма, поэтому с холма открывался вид на всю территорию храма.

Даже сегодня Сезар непрерывно читал молитвы за людей, стоящих в очереди от молитвенной комнаты до самого входа.

По словам Моисея лицо Сезара выглядело настолько уставшим, что ему потребуется минимум два дня, чтобы отоспаться.

— Возьмите себе в пример Первосвященника и вырастите хорошими людьми.

— Вы всегда говорили, что он лишь паразит.

— Разве вы не называли его бездельником?

— А ещё называли его клопом.

Дети были глубоко поражены столь добрыми словами Ханны в сторону первосвященника.

«Быть того не может. Я правда говорила такие грубые вещи?»

Ханна удивилась сама себе, что имела смелость высказать нечто подобное. Ей следовало быть более осторожной в выражениях перед своими воспитанниками.

Пришло время задуматься о собственной невнимательности.

— Вы не должны быть также небрежны в словах как учитель. Я пересмотрю методы воспитания.

Ханна быстро признала свою ошибку.

— Долго ли нам ещё сидеть на карантине.

Маша говорил встревоженным голосом.

— Я слышал, что в селе Сосолети погибли сотни людей.

Произнеся это, Джереми улёгся на землю и заболтал ногами.

Не мог бы ты, Джереми, не говорить об этом таким весёлым голосом, беззаботно тряся ногами…?

— Болезнь быстро распространится и здесь.

Сухо добавил Ян.

— Вы тоже должны быть осторожны. Не контактируйте с людьми, ничего не ешьте из чужих рук, а если вам придётся пойти в храм, обязательно прикройте лицо тканью. Понятно?

Несмотря на то, что девушка уделяла особое внимание гигиене, чтобы дети не заболели, кипятила воду, которую они пили, и самостоятельно готовила для них еду, беспокойство не покидало Ханну.

Пристально наблюдавший за храмом Маша отметил:

— Но похоже, что количество людей в храме увеличивается.

— Я вижу. Это потому, что все волнуются.

Ханна тоже согласилась с Машей.

С каждым днём в храме становилось все больше и больше людей, как будто толпа первого дня была всего лишь началом.

Джереми, прислушивавшийся к диалогу этих двоих, присоединился к разговору.

— Ходят слухи, что ты не заболеешь, если придёшь в храм.

— Хм? Где ты это услышал?

— Моисей перед уходом вручил мне учебник по фехтованию и рассказал об этом.

— Вы действительно верите, что Бог может предотвратить эпидемию?

Если бы это действительно было так, то куда лучше было бы с самого начала не допустить распространения эпидемии.

Ханна с недовольством посмотрела на статую богини у входа в храм.

— Но священники не заболевают, да и число больных в нашей деревне существенно не увеличивается.

— Правда?

При этих словах голос Ханны повысился. По крайней мере, это были хорошие новости.

— Я слышал, что как только в других сёлах началась эпидемия, священников одного за другим уводили в центральный храм.

— Это действительно удивительно, ведь они постоянно контактируют с больными чумой, и до сих пор никто не заразился.

Как бы этот мир не отличался от современного с точки зрения здравого смысла, он всё равно оставался слишком старомодным.

Ян продолжил.

— Думаю, именно поэтому пошли слухи, что на это место сошла благодать. Посмотрите туда. Есть люди, которые не являются жителями нашей деревни.

— Сюда приезжают люди из других сельских местностей?

— Эти люди из портового города.

— Как ты узнал об этом?

Девушка не запоминала всех деревенских жителей, а у жителей портового города не было отметки на лбу об их месте жительства.

Поэтому Ханна была поражена догадкой Яна.

— Материал одежды другой. Такие сапоги носят в рыбацких деревнях, а в нашей деревне их вовсе не достать.

— О. Да?

Острое зрение Яна было просто потрясающим. Воспитательница могла лишь отметить, что людей было слишком много, когда же мальчишка успел разглядеть их одежду?

— Странно всё это. Как так получилось, что храм до сих пор не был заражён.

После этих слов Яна Маша и Джереми лукаво посмотрели на Ханну.

— Что? И почему же?

— Мне кажется, я знаю.

— Так почему?

— Как и ожидалось.

— Что? О чём вы?

Ханна перевела взгляд на подопечных и спросила, но дети продолжали хранить молчание.

«Эй, ребята! Если вам что-то известно, расскажите и мне!»

— Это так забавно, что только вы не догадываетесь.

Маша захихикал, и Джереми подхватил его настроение.

— … Ян, ты тоже знаешь?

Когда девушка с сомнением обратилась к мальчику, уголки рта Яна слегка приподнялись.

— Вы… Вы сейчас издеваетесь надо мной?

Почему-то Ханна почувствовала себя обиженной.

— Учитель. Разве вы не собираетесь угостить меня сегодня чаем со льдом?

— Ой! Неужели уже пришло время?

Каждый день после обеда Ханна подавала свежий холодный чай ребятам.

Она так была поглощена разговорами, что даже не заметила, как быстро пролетело время.

— Сначала мне нужно вскипятить воду, я убежала!

— До свидания.

Дети попрощались с Ханной, когда она быстро вскочила и сломя голову помчалась на кухню.

***

— Я была слишком самоуверенной.

Перенести больше чая, чем обычно, оказалось непростой задачей. Кряхтя, Ханна перехватила в руках огромную тару.

— Ааа!

В этот момент кто-то схватил Ханну за плечо, и ее тело покачнулось.

К счастью, ей удалось восстановить равновесие, благодаря чьей-то руке, обхватившей её за талию.

— Почему вы так пугаетесь.

Это был Сезар.

— Я была сосредоточена на том, чтобы не пролить чай.

Ханна поставила чайник, который держала в руках, и посмотрела на Сезара.

— Господи. Почему вы так выглядите?

Мужчина выглядел не краше мертвеца.

— Мне кажется, я сейчас умру.

— А выглядите так, будто уже умерли?

Девушка не была уверена, что фигуру, стоящую перед ней, можно было назвать человеком.

Живой мертвец. Он что, зомби?

— Дайте мне немного воды.

Сезар говорил ослабшим голосом, словно просил живительную воду.

— Ах… Подождите минуту.

Ханна быстро достала из кармана миску и протянула в ней чай.

Сезар медленно поднёс чашу ко рту, словно у него не было сил даже на такое простое действие.

С каждым глотком кадык Сезара резко дёргался. Просто наблюдая за этой освежающей сценой, девушка почувствовала, как её желудок заныл от жажды.

— Вы поспали хоть немного?

— Нет.

Как бы там ни было, вопрос изначально не нуждался в ответе, ведь по внешнему виду первосвященника несложно было догадаться обо всём, но получив немедленный ответ, девушка заволновалась. Ханна вздохнула.

— Вы можете меняться с другими священниками. Иначе Первосвященник первым отдаст Богу душу.

— Вы беспокоитесь обо мне.

Сезар посмотрел на Ханну так, словно ее здесь не было, и прислонился к окну в коридоре.

Отяжелевшие веки Сезара закрылись, когда он откинулся назад, сцепив руки на груди.

— Вы спите стоя?

— Просто закрыл глаза на минуту.

После этого Сезар снова прикрыл глаза под тихое ворчание Ханны.

— Почему вы не уходите?

— О.

Когда Ханна не проявила признаков желания оставить его, Сезар тихо заговорил. Как обычно, Сезар стал хладнокровным, как только получил желаемый освежающий чай.

Вы можете хотя бы попрощаться по-человечески?

Губы Ханны надулись от недовольства.

— Кстати, Сезар.

— Слушаю.

— Я слышала, вы действительно замечательный человек?

Брови Сезара слегка дернулись при вопросе Ханны.

— Вы можете использовать свою божественную силу, чтобы запечатывать демонических зверей и самостоятельно смогли пробудиться, да?

Яркие глаза Ханны загорелись от любопытства, будто прося скорее рассказать об этом.

Как было бы замечательно услышать истории из первых уст!

Закрытые глаза Сезара медленно открылись.

— Думаю, я знаю, кто много болтает.

— О, не говорите так, лучше поговорите со мной. Что вы почувствовали, когда в вас пробудились божественные силы?

— Вам необязательно это знать.

Выражение лица Сезара всё ещё было мрачным. Разве обычно, когда кого-то хвалят, этот человек не возгордится собой и захочет похвастаться?

— Мне просто интересно. Всем, наверное, любопытно, разве нет?

Ханна не сдержала улыбки, задавая столь очевидный вопрос.

— Обычно людей интересует, как много я получаю от храма.

— И сколько же вам платит храм?

Глаза Ханны сверкнули.

На самом деле, это тоже было любопытно. Как хорошо обеспечивает храм человека с таким уровнем способностей!

— Мне пообещали, что, когда я умру, мне предоставят хорошее место на небесах.

— Возможно ли это?

Могут ли Бог и священники просто поменяться местами и выполнить это? Даже если это другой мир, в действительности возможно ли такое?

— Является ли это возможным?

Взгляд Сезара выражал немой вопрос, всё ли хорошо с головой у этой девушки?

— Но, Сезар, вам обязательно продолжать проживать такую изнуряющую жизнь?

[Демонические звери Чёрной пустыни запечатаны силой Сезара, для поддержания этой печати Сезар постоянно тратит свою силу, поэтому он всегда хочет спать.]

Сезар прищурился, задаваясь вопросом, о какой чепухе она снова говорит.

— Интересно, придется ли вам проспать, как ленивец, всю оставшуюся жизнь, чтобы восстанавливать святую силу для поддержания печати, блокирующей демонических зверей.

— Мне тогда было тринадцать.

— Ах! Ваша духовная сила возросла за это время?

— Нет.

Так какое же отношение тогда имеет возраст к данному вопросу? Ханна недоумённо наклонила голову, потому что не понимала.

— Сейчас я уже не тот глупый и слабохарактерный человек, каким был в прошлом, мне всего лишь нужно уничтожить их всех и не тратить впустую свою энергию.

— Да?

— Я собираюсь использовать все свои силы и убить всех демонов.

— …

Ханна потеряла дар речи.

Она представляла Сезара как истинного посланника мира, но теперь осознала, что Сезар был просто Сезаром.

Теперь, когда девушка подумала об этом, Сезар в романе был обезумевшим священником, который хотел полностью уничтожить злодеев и принести спокойствие этому миру.

— Хм…

Ханна кивнула.

Разве это не правда, что чересчур спокойные люди если сходят с ума, их взгляд затуманивается, и они, словно разъярённый медведь, способны нанести поражающий удар.

С этого момента Ханна решила для себя не доставлять лишнего беспокойства Сезару.

— Что ж. Берегите себя.

Ханна произнесла слова прощания, которые прозвучали куда более сердечно, чем обычно, и взялась за ручку чайника.

На самом деле, когда девушка собиралась поднять тяжёлую тару, она на мгновение перевела взгляд на Сезара с ничтожно малым ожиданием – не более 0,1%.

Будь это любой другой священник, он обязательно предложил бы помощь с этим огромным чайником.

Сезар же как обычно махнул рукой.

Бессердечный человек.

Глаза Ханны сузились.

Тем не менее девушка выглядела немного жалкой, задаваясь вопросом, могло ли произойти чудо на 0,001%. Её руки действительно дрожали.

— Вы не можете просто протянуть руку помощи?

— С чего бы. Я ещё более слабый.

— …

Сезар снова прислонился головой к окну и закрыл глаза. Больше нечего было сказать. Ради чего было просить человека о помощи, который сам трясётся словно осенний лист на ветру.

— Я пойду.

В конце концов Ханна, прикусив язык, чтобы не осыпать этого человека крепкими словами, понесла чайник.

— …

Когда Ханна пошла прочь, закрытые глаза Сезара медленно открылись.

Его голубые глаза проследили за Ханной.

Вскоре он поднял левую руку.

Затем он постарался высвободить свою святую силу в раскрытой ладони. Золотой свет трепетал и пытался принять определенную форму.

Сезар сконцентрировал свою божественную энергию.

Фактически, он был на последнем издыхании, прежде чем встретил Ханну. Не говоря уже о том, чтобы проявить свою святую силу, у него не было сил даже поднять ложку. Это было несомненно.

Но, как и ожидалось после того, как он выпил чай Ханны, его организм начал приходить в себя, как будто он проснулся после короткого сна.

Тяжёлая голова Сезара упёрлась в оконную раму. И всё же он был немного ошеломлён.

— …

Ему нужно было о многом подумать. Его руки снова скрестились на груди, а голова пошла кругом.

Сезар ещё долго так стоял, постукивая головой по окну.