— Приветствуем вас, господин! Мы ваши верные слуги, — двое рабов говорили, склонив головы в глубоком поклоне, их голоса дрожали от благоговейного трепета.

В этот момент в сознании Колина возникла подсказка.

[Эти два раба принадлежат только вам. Вы можете просмотреть их личную информацию в надписях над их головами. Они будут безоговорочно подчиняться вашим приказам, а их преданность не подлежит сомнению — если выразить её числом, то это абсолютные 100 из 100].

Сосредоточившись, Колин открыл личную информацию обоих рабов.

[Раб первый]

Статус: Принадлежит Колину.

Состояние: Крайняя степень голода.

Сытость: 19 (1-20 крайний голод, 21-40 голод, 41-60 норма, 61-80 сытость, 81-100 пресыщение)

Сила: 0.8 (норма для мужчины — 1)

Выносливость: 0.7 (норма для мужчины — 1)

Жизненная сила: 0.6 (норма для мужчины — 1)

[Раб второй] имел схожие показатели. Колин лишь бегло просмотрел характеристики, запомнил основное и закрыл информационное окно. Ему не особо нравилось иметь дело с подобными панелями характеристик — глядя только на сухие цифры, сложно быстро уловить их суть и составить чёткое представление. Требовалось время, чтобы накопить опыт и постепенно осознать значение этих данных.

Однако слово «голод» в строке состояния обоих рабов всё же заставило Колина насторожиться. Да, деревянная хижина надёжно защищала от тумана, но опасность таилась не только снаружи — голод мог убить выживших не хуже любых монстров. К тому же Колин с досадой обнаружил, что ежедневное задание приносило всего один чёрный хлеб.

Неважно, насколько сложно убить мутанта, но пытаться выжить на одном чёрном хлебе — это медленная и мучительная смерть. При такой скудной норме через пару дней они едва ли смогут двигаться, не говоря уже о том, чтобы поднять топор.

Колин внимательно осмотрел лежащий на столе чёрный хлеб: [Чёрный хлеб, твёрдый как камень. Им даже убить можно. Неужели это действительно съедобно?]

Получив подсказку, он взял шершавую буханку и сжал её в руках. Сухая и твёрдая, она действительно напоминала камень, разве что была легче — всё в точности как говорилось в подсказке. Но прежде чем думать о еде, возникла ещё одна серьёзная проблема — отсутствие воды.

Колин прежде встречал похожий хлеб, правда, продолговатой формы. Его требовалось размачивать в бульоне или кипятке, чтобы сделать съедобным. В противном случае пришлось бы размягчать его слюной во рту, что истощило бы запасы жидкости в организме и отняло много сил. Такое решение могло оказаться себе дороже — в конце концов, от жажды люди умирают гораздо быстрее, чем от голода.

Осознав это, Колин помрачнел — без сомнений, это была коварная ловушка! Он тоже изрядно проголодался, и если, подобно некоторым участникам чата, решится съесть этот хлеб, то рискует серьёзно ослабнуть из-за неминуемой жажды. Взглянув на состояние двух рабов — балансирующих на грани крайнего голода, но всё же держащихся — он пришёл к важному выводу: сейчас, отправляясь на задание с топором, необходимо в первую очередь найти источник воды.

«Столько хитростей, неужели нельзя сделать игру на выживание хоть немного честнее?» — с досадой подумал Колин. Конечно, можно было положить хлеб на стол, чтобы тот впитал влагу из воздуха и размяк, но к тому времени уже наступил бы вечер, а к следующему дню ситуация вряд ли улучшилась бы значительно. В конце концов, одного хлеба явно недостаточно — нужно минимум два.

Переведя взгляд, он заметил другой предмет.

[Чудесный верстак: стоит только предоставить нужные материалы и рецепт, как он сможет создать что угодно].

[Вы понимаете, что, возможно, имея воду или какие-нибудь другие базовые продукты, можно было бы создать что-то получше, чем этот каменный чёрный хлеб].

Колин прищурился — значит, правильное использование хлеба заключается в крафте? В этот момент — гулль — раздался звук глотания. Подняв голову, он увидел, как оба раба украдкой поглядывают на хлеб в его руках, словно на величайшее лакомство.

— Хотите есть? — спросил Колин, помахивая хлебом.

Рабы поспешно замотали головами: — Нет-нет, не смеем! Это единственная еда, она, конечно же, предназначена только для вас, господин. Даже если умрём с голоду, умрём снаружи, мы не посмеем тронуть вашу пищу.

«Вы точно в деревне выросли?» — мысленно усмехнулся Колин, а вслух произнёс: — Этот хлеб — ловушка, съесть его сейчас — верная смерть. Скоро я отправлюсь выполнять задание в сером тумане. Боитесь умереть?

— Нет, мы не можем гарантировать, что справимся со всем, но до последнего вздоха будем защищать вашу безопасность ценой собственных жизней, — одновременно произнесли оба раба.

Хоть слова и звучали красиво, ответ был слишком шаблонным и формальным. Глядя на двух живых рабов, Колин с трудом мог воспринимать их как неигровых персонажей. Впрочем, он не стал особо заморачиваться над этим и сказал: — Обещаю, если мы выполним задание и благополучно вернёмся, вы не останетесь голодными.

— Благодарим за вашу милость! — в голосах рабов появилось воодушевление, видимо, от мысли о том, что можно будет наесться досыта.

Колин покачал головой, отбрасывая лишние мысли, и внимательно осмотрел топор.

[Старый топор, на лезвии тёмно-красная ржавчина, рукоять чёрная и неприглядная, всё шаткое и разболтанное, похоже, развалится после нескольких взмахов].

Ничего особенного, но явно недостаточно для троих — всего один топор.

— Точно... — Колин перевёл взгляд на деревянный стол и стулья, намереваясь сделать пару дубинок. Хоть мебель и выглядела ветхой и гнилой, он знал, что на самом деле она не такая хрупкая, как кажется. Подобно старой корабельной древесине — с виду трухлявая, а на деле крепкая — в условиях нехватки ресурсов она могла стать отличным оружием.

Но только он собрался действовать, как услышал встревоженные голоса рабов: — Как... как можно, это же драгоценная мебель господина, а мы всего лишь ничтожные рабы, даже если умрём...

— Что в этой рухляди драгоценного? — Колин закатил глаза и постучал по столу. Его голос, мягкий и приятный, всё же не терпел возражений: — Чем лучше вы сражаетесь, тем безопаснее мне. К тому же, если погибнут люди, какой смысл в каком-то столе? Более того, ваши жизни для меня важнее этого. Я не хочу вернуться и обнаружить, что вы погибли из-за нехватки оружия. Я не приму потерю даже одного из вас. Я сказал, что мы вместе вернёмся к еде, значит, так и будет.

Услышав это, рабы растрогались до глубины души, их глаза покраснели, и они, дрожа всем телом, опустились на колени: — Благодарим вас за заботу, господин! Мы защитим вас ценой собственных жизней!

Те же слова, но теперь произнесённые с куда более решительным настроем. Колин явно почувствовал подъём боевого духа и, открыв информацию о крестьянах, обнаружил, что помимо «крайнего голода» в их состоянии появилось «воодушевление». Более того, благодаря этому «воодушевлению» все их характеристики повысились примерно на 20%.

— Надо же, и так можно? — Колин задумчиво потёр подбородок, не чувствуя, что сказал что-то особенно воодушевляющее. Он даже подумал, не попробовать ли воодушевить самого себя, хотя эта мысль, конечно, была мимолётной.

Разборка мебели не заняла много времени. Вскоре все приготовления были закончены — Колин капнул кровью на фитиль штормового фонаря, и загорелся не слишком яркий огонёк. Затем он открыл дверь хижины.

* * *

BOOSTY: /boosty.to/onesecond

Telegram: /t.me/OSNikoe