Дана осознавала это каждый раз, когда острые ощущения проходили, сменяясь волной экстаза. То была инстинктивная реакция ее тела, а не разума.

— Ха... Да, ах...

Леон, упиравшийся одной рукой в кровать, слегка наклонил голову, не отрывая взгляда от Даны. А затем высунул язык и провел им мокрую дорожку от ее виска к глазам. И только тогда Дана осознала, что плачет.

— Что такое? О чем ты думала?

— Ах, ааах.

Каждый раз, когда он нажимал пальцами на ярко-красные складки, они набухали, и из девушки сочилась любовная жидкость. От каждого движения мужчины Дана стонала, не замечая едва уловимое беспокойство в его голосе. Скользнув по промежности, его палец проник в ее пустое лоно.

— Ах! — коротко воскликнула Дана и встретилась глазами с мужчиной.

— Пожалуйста, скажи хоть что-нибудь, что угодно. Все, что приходит тебе на ум.

«Почему у тебя такие глаза?»

Взгляд Леона был отчаянным, словно он цеплялся за последнюю соломинку. В то же время в комнате непрерывно раздавался непристойный хлюпающий звук трения кожи об кожу. Дана попыталась вымолвить что-нибудь, но ни одна стоящая мысль не слетала с ее губ. Чем дольше затягивалось молчание Даны, тем быстрее двигался палец Леона.

— Хах, ах, ааах...

Вместо слов из ее рта один за другим вырывались звуки, которые никак нельзя было назвать словами. Леон добавил к первому пальцу второй и быстро ввел их в девушку. С каждым новым хлюпаньем сочившаяся из лона Даны жидкость брызгала во все стороны, замочив постель.

Дана крепко обхватила плечи Леона руками. В ее голове крутились противоречивые мысли: она хотела, чтобы невыносимое удовольствие продолжалось, но в то же время надеялась, что все закончится. Ее сводило с ума ощущение неудовлетворенности, словно что-то внутри нее никак не желало взрываться.

— Аааах... Это... Прекрати... — невольно вырвалось у нее.

— Что?

И только когда Леон замер, переспросив Дану, она осознала, что только что разговаривала.

— ...Ах...

Глаза Даны расширились от удивления, и девушка закрыла рот ладонью. Леон несколько секунд разглядывал девушку, после чего очень медленно вытащил из нее пальцы.

— Как же жаль, что первое, о чем ты меня попросила — остановиться. Тебе настолько ненавистны мои действия?

— О, нет!.. Не это!

Леон собирался убрать руку, но Дана перехватила ее, крепко сжимая обеими ладонями. Сначала Дана была немного неуклюжа, но теперь, заговорив, чувствовала, что все гораздо проще, чем кажется. Леон улыбнулся при виде девушки, державшей его руку в своих, после чего продемонстрировал Дане свои влажные пальцы.

— Верно. Посмотри, как сильно твое тело хочет этого. Даже обретя голос, ты по-прежнему нечестна с собой.

Произнося эти слова, Леон выглядел очень довольным из-за того, что Дана удержала его. Он внимательно и нежно смотрел на девушку. Его рука снова скользнула вниз по ее телу.

— А теперь рассказывай. Кто ты?

Но даже когда Леон дружелюбным тоном задал ей этот вопрос, у Даны не оставалось иного выбора, кроме как промолчать, ведь она действительно не знала на него ответа. Она вновь притихла, и в этот раз Леон не стал подбадривать девушку. Вместо этого он раздвинул ярко-красные складки и проник пальцами глубоко в ее влагалище. Острое, приятное покалывание медленно распространялось по всему ее телу.

— Хаах...

— Ты не помнишь?

Голубые глаза Даны затуманились. Она медленно кивнула.

— Да, я не знаю... Я... Кто же я такая?

Спокойный взгляд Леона противоречил его непристойным прикосновениям. Дана испытывала невероятное томное удовольствие, от которого ей было очень хорошо. Леон мысленно прикидывал, говорит ли девушка правду. Впрочем, в тот момент ему было сложно адекватно оценивать ее слова.

«Ну и неважно».

Честно говоря, прямо сейчас ему было все равно, кем она является. Дана наблюдала за тем, как Леон приподнимается и расстегивает ремень на штанах.

— А кто ты? — спросила она.

— Леон Терциус, — прозвучал короткий ответ.

Леон стянул с себя штаны и бросил их под кровать. Сняв нижнее белье, он вновь опустился на девушку. Она знала, что он собирается сделать.

— Это... Это твое имя?

Хотя ему казалось забавным то, что он представляется ей при подобных обстоятельствах, Леон, тем не менее, был рад возможности разговаривать с девушкой.

— Да, меня так зовут, — любезно ответил Леон, уверенно устраиваясь между ногами Даны.

В это мгновение Дана впервые хорошенько разглядела член Леона. Ее голубые глаза расширились от удивления. Проведя руками по напряженным ногам девушки, Леон раздвинул бедра Даны.

— Как он может...

— Хм, как я и думал, для тебя это чересчур, верно?

Дана не до конца понимала, о чем говорит Леон, но все равно отчаянно кивнула в ответ.

— Хорошо.

И тогда Леон наклонил голову, очутившись у промежности Даны.

— Ах! Что ты делаешь?

Удерживая дрожащую ногу Даны, Леон ответил ей выразительным взглядом.

— Как что? Я собираюсь вымыть тебя там. Лежи смирно.

— Подожди... секундочку... как горячо... ах...

Несмотря на то, что откровенная речь Леона смущала ее, Дана издала стон наслаждения, когда скользкая поверхность его языка проникла между ее складками.

От движений языка, следующего вверх и вниз по ее промежности, Дану охватило ощущение экстаза, которого оказалось достаточно, чтобы забыть о всяком стыде и смущении. Как только красный набухший бугорок исчез между губами Леона, Дана невольно выгнула спину.

— Ха... Ах! Ха!..

Ее тело безотчетно напряглось, а конечности задрожали. Казалось, будто через ее позвоночник вновь и вновь пропускают разряд тока.