Когда стройное создание, полагавшееся только на него, поделилось с ним своими мыслями, это тронуло сердце Леона.

— Ого.

Он шел по коридору, качая головой, и вдруг увидел напротив себя знакомый силуэт. Это был его помощник, Дэниел. Завидев Леона, он бросился к нему, с любопытством разглядывая мужчину. — На что это ты уставился? Дэниел нацепил на лицо деловое выражение.

— Ваше Высочество, случилось что-то хорошее?

— О чем ты?

— О, просто у вас такое радостное лицо...

В мгновение ока лицо Леона окаменело, а взгляд снова стал ледяным. Правильно уловив ход его мысли, Дэниел поспешно сменил тему разговора.

— Я кое-что выяснил о Дане Дениз.

Его не волновало, интересует ли Леона эта информация, но мужчина просто слушал, никак не реагируя на его слова. На первый взгляд, казалось, будто он думает о чем-то другом.

— Во-первых, я не смог встретиться с ней лично, потому что ее не было на месте. Купеческая гильдия не знает о ее местонахождении, — Дэниел продолжал делиться приблизительными сведениями. — Еще говорят, что у нее уже есть мужчина.

— Это хорошо.

— Разве?

Обхватив ручку, Леон открыл дверь, ведущую в кабинет.

— По крайней мере, она испытывает привязанность к кому-то другому. Мне же это не нужно.

— Вам совсем не хочется жениться? — неожиданно спросил мужчина, последовав за Леоном.

— Я не уверен.

Дэниел, будто нервничая, открыл рот, но тут же снова его закрыл. Бесшумно войдя в комнату, Леон подошел к окну. Скрестив руки, он устремил свой взгляд на комнату, в которой находилась его мать, София.

«Герцогиня...»

Дэниел больше не стал расспрашивать Леона о чувствах. Вместо этого он напомнил герцогу о том, что напрочь вылетело из его головы.

— Как бы там ни было, разве вам не следует ответить на письмо старика?

Он такой вспыльчивый человек... Было бы замечательно, если бы его и вовсе можно было бы игнорировать.

Однако Оуэн Терциус даже после потери многих политических союзников по-прежнему оставался влиятельной фигурой в столичном обществе. Хотя решающим фактором для этого стал его сын, выжил он также благодаря своим умениям и навыкам, несмотря на то что, когда нынешний император был принцем, сам он находился на стороне его врагов. Леон постучал носками ботинок по полу, продолжая сохранять молчание. Намерения отца не были для него проблемой, в отличие от матери.

[Прежде, чем я умру... Хотя бы один раз...]

«И почему я думаю о ней даже сейчас?»

Плотно сжав губы, Леон развернулся и покинул кабинет. Дэниел последовал за ним, стараясь держаться подальше. Было совершенно очевидно, куда он направился в этот раз. Леон всегда навещал Софию раз в день. Когда он приблизился к ее спальне, служанки, охранявшие входную дверь, встрепенулись и, как обычно, начали открывать перед ним дверь.

— Кэти, как она?

Прежде чем войти, Леон поинтересовался у служанки состоянием матери. Леон знал ее имя, потому что эта служанка находилась рядом с Софией еще с ее юных лет.

— Все в порядке, но она плохо спала последние несколько дней. Она часто плачет... — ничего не утаивая, сообщила

Кэти, при этом беспокоясь, что великий герцог начнет обвинять ее. На самом деле в прошлом, когда самочувствие Софии было получше, чем сейчас, она отправилась на прогулку, оставив служанок, и упала, повредив колено.

Тогда Леон очень сильно рассердился. Он наказал и вышвырнул из поместья служанок, которые не позаботились о ней должным образом. Но в этот раз Леон лишь слегка кивнул и вошел в комнату. Переглянувшись, служанки вздохнули с облегчением.

— Мама.

В полутемном помещении на кровати, как и всегда, сидела изможденная София.

— Почему ты сидишь?

— Кажется, мне и в самом деле осталось совсем немного... — беспомощно пробормотала София, глядя на Леона пустым взглядом.

Прикоснувшись к своим худым рукам, она слабо улыбнулась.

— Я слышал, что ты плохо спишь. Что тебя беспокоит?

В глазах Софии, которая какое-то время не говорила ни слова, стояли слезы. Леон вздохнул при виде ее состояния. Ее следующие слова были предсказуемы.

— Оуэн... — слезы стекали с ее лица на одеяло. — Правда, времени осталось совсем немного... Я это знаю. Но неужели Оуэн совсем не думает обо мне? Что, черт подери, я ему сделала?

— ...Ты не виновата.

Да и в чем вина моей матери? Это все из-за него. Когда Леон собирался сказать гадости об Оуэне, София схватила сына за руку, останавливая его.

— Не говори так, Леон. Он — твой отец.

Леон ничего не ответил.

— Если я не увижу его перед смертью, то, наверное, не смогу упокоиться с миром даже после того, как умру. Если Оуэн не мертв, то пожалуйста, Леон... — материнский тон сменился мольбами, и София расплакалась, словно ребенок.

Услышав голос женщины, ожидавшие снаружи служанки вошли в спальню. Леон поднялся с места, чтобы уйти. После этого служанки напоили Софию успокоительным и уложили ее на кровать. Не сделай они этого, она продолжила бы плакать, пока не потеряла сознание. Все присутствующие отреагировали на происходящее спокойно и без паники. Они уже многое пережили.

***

Читайте быстрее в группе ВК

Ищем редакторов и переводчиков новелл за оплату - https://vk.com/yinyanmanga