— Что за собачий сон...

Нет, был ли это сон?

Хи Джэ покрутила большими глазами, осматриваясь. К счастью, место было знакомым. Оглядев привычный номер мотеля, где она просыпалась каждый день, она медленно села.

Из-за странного сна она с подозрением приподняла одеяло, сползшее до пояса. К счастью, одежда была на месте.

Стоп, нет. Это ведь не та одежда, что была на ней вчера?..

Хи Джэ схватилась одной рукой за раскалывающуюся голову.

Вчера из-за кондиционера она надела рубашку с длинным рукавом, а внизу были короткие шорты.

А сейчас на ней белая футболка и длинные тренировочные штаны, а не...

«Мы и такими вещами занимались».

В голове вдруг пронеслись слова Ким Се Вона. Рука, раздвигавшая ее колени и проникавшая внутрь, вспомнилась так ярко, будто это происходило прямо сейчас.

«Ты, видно, решила, что я спас тебя от Ём Сан Чхоля».

Его губы, изогнутые в циничной усмешке.

«С чего это ты потекла, адвокат Кан. Извращенка?»

И этот его фирменный сарказм... До этого момента всё точно было воспоминанием. Но после картинка прерывалась и скакала, как зажеванная пленка.

Как она вернулась, как заснула — она не помнила ровным счетом ничего. Даже мастурбация перед самым пробуждением — было ли это явью или сном?

И всё же... Не могла же она делать такое перед Ким Се Воном...

Пока Хи Джэ отчаянно пыталась отогнать эти мысли, тряхнув головой, дверь ванной с грохотом распахнулась.

— ...!

Вздрогнув, она резко повернула голову на звук.

— Ким Се Вон... сси?

Оттуда вышел Ким Се Вон, в одних штанах, с голым торсом. Видя, как он вытирает мокрые волосы полотенцем, словно у себя дома, Хи Джэ приоткрыла рот от изумления.

Сам же Се Вон, встретившись с ней взглядом, оставался невозмутимым. Небрежно бросив полотенце на стул у стола, он заговорил:

— Переодел тебя я. Тут кругом одни мужики.

Что?.. Он говорил так уверенно, словно сделал что-то само собой разумеющееся, что Хи Джэ упустила момент для возражения. Заметив, как она бледнеет, Се Вон криво усмехнулся.

— Все лучше, чем чужой урод, нет?

И это он называет оправданием... Хи Джэ нахмурилась и метнула в него яростный взгляд. Се Вон, словно находя ее реакцию забавной, тихо хмыкнул и неторопливо взял рубашку, висевшую на спинке стула.

— Не дуйся так. Ты ведь тоже видела. — Что я видела?!

Взгляд Хи Джэ упал на обнаженный торс Се Вона, надевающего рубашку. Первым делом в глаза бросилась татуировка на левой стороне груди.

Змея, обвивающая розы... Глядя на этот рисунок, она невольно вспомнила вчерашнее, и ей стало не по себе.

Она намеренно отвела взгляд, скользнув им вниз по рельефному прессу, но в этот момент он вдруг расстегнул брюки.

Испугавшись, Хи Джэ резко подняла глаза.

— Ч-что вы делаете? — А, так ты не просила показать? — ....... — Для того, кто не просил, ты слишком уж пялилась. У меня чуть не встал.

От его наглой шуточки терпение Хи Джэ лопнуло, и она швырнула в него подушку, лежавшую рядом.

— Этот рот... закройте уже...

Разумеется, мягкая подушка не нанесла никакого урона и просто упала на пол. Но кое-что изменилось.

Лицо Се Вона, застегивающего пуговицы рубашки, стало мрачным. Из голоса, просочившегося сквозь сжатые губы, исчезла вся игривость.

— Вчерашнее помнишь?

Хи Джэ молча прикусила нежную плоть губы. Се Вон продолжил:

— Если и в этот раз скажешь, что не помнишь, будет сложно. Потому что это было не предупреждение. — ....... — А угроза.

Застегнув все пуговицы и заправив рубашку в расстегнутые брюки, Се Вон поднял глаза.

— Похоже, с адвокатом Кан методы вроде закапывания на заднем дворе или бочек не сработают. — Поэтому вы решили меня изнасиловать? Думали, я испугаюсь и сбегу? — Не то чтобы я не мог. Думаю, вчера я достаточно ясно дал это понять.

Говоря о вчерашнем, взгляд Се Вона медленно опустился на ноги Хи Джэ, укрытые одеялом. Поняв, что он раздевает ее этими змеиными глазами, она почувствовала, как жаром вспыхнула внутренняя сторона бедер.

Пусть вчера он не пошел до конца, но то, что он сделал, уже перешло все границы. Он должен был валяться в ногах и молить о прощении, а этот подонок смеет угрожать.

Она могла бы презирать его еще больше, кричать и обвинять. У нее было на это право.

Но вместо ясного гнева ее захлестывало что-то неописуемое.

— Если так, почему просто не смотрели, как Ём Сан Чхоль это делает? Это был бы отличный шанс решить проблему чужими руками, не запачкав свои.

Спросила Хи Джэ, крепко сжимая одеяло.

Вчера он сказал, что не спасал ее, но нет... По крайней мере, она так не чувствовала. Если не спасал, зачем перевязал ей раненую руку своим галстуком? Зачем учил бить в нос или челюсть, а не по голове? А если бы пострадала она?

Она не знала, что у него на уме, но в какой-то момент его отношение изменилось. Точнее, с того момента, как она заговорила о памяти...

Слишком сильно сжала одеяло? Хи Джэ посмотрела на свою ноющую руку. Там вместо галстука был аккуратно намотан белый бинт. Слишком нежно для шантажиста, все это не укладывалось в голове.

— Ну, знаешь, позволить подчиненному такое... У меня тоже есть гордость.

Услышав смешок в голосе мужчины, Хи Джэ снова подняла голову. Се Вон, уже надевший пиджак и часы, подошел вплотную. Он поднял ее за подбородок и склонил голову набок. Проведя большим пальцем по ее левой щеке, он коротко цокнул языком.

— Ём Сан Чхоль, этот ублюдок... След оставил.

Место, которое он тер, саднило — видимо, там была царапина. Хи Джэ стиснула зубы, а Се Вон постучал указательным пальцем по ее щеке, надувшейся от упрямства, и добавил:

— Повезло тебе в этот раз. — ....... — Давай ты вернешься в Сеул по-хорошему, пока не увидела реально дерьмовую картину. Если есть совесть, так и надо сделать, адвокат Кан.

Совесть... При этом слове Хи Джэ нахмурилась.

Это прозвучало так, будто одиннадцать лет назад между ними действительно что-то было.

Будь они просто одноклассниками или случайными знакомыми, бросить спасителя, кинув ему лишь петицию, — уже было бы черной неблагодарностью.

А если они были любовниками? Если любили друг друга... Тогда получается, она — последняя дрянь, которая забыла такого человека и сбежала.

Поэтому она не могла так просто это признать.

— Какая еще совесть?

Хи Джэ посмотрела прямо в глаза Се Вону, нависающему над ней.

— Эта совесть имеет место быть только в том случае, если все ваши слова — правда. — Что? — Я ведь не помню. — ....... — То, что вы один раз взяли меня за руку на мосту под дождем? Или посадили какие-то там розы? Разве это доказательство того, что мы были любовниками?

Хватка на подбородке Хи Джэ ослабла, а вскоре рука и вовсе упала.

— Обидно, что ты так отчаянно это отрицаешь.

От его спокойной насмешки у Хи Джэ все внутри перевернулось. Спустив ноги с кровати и встав, она сверкнула покрасневшими глазами.

— Обидно вам или нет, ничего не поделаешь. Я не могу верить словам такого бандита, как вы. — Ты все-таки... — Поэтому.

Хлесть! Все произошло в одно мгновение. С резким звуком голова Се Вона дернулась в сторону.

Се Вон, который и представить не мог, что его ударит женщина, да еще и Кан Хи Джэ, застыл с широко раскрытыми глазами.

Хи Джэ, впервые в жизни ударившая кого-то, сжала ноющую ладонь в кулак, пытаясь изобразить спокойствие.

— Поэтому компенсацию за вчерашнее я возьму пока этим. Ким Се Вон-сси. — ....... — Что, вы же не скажете бессовестно, что это несправедливо? Пощечина — это еще дешево отделались.

Ха. Се Вон вдруг издал сухой смешок и, все еще не веря в происходящее, потер подбородок. В то же время в его глазах, смотрящих искоса, мелькнул странный блеск.

Увидев этот взгляд, Хи Джэ почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она сразу поняла, почему Ём Сан Чхоль, который по габаритам не уступал Се Вону, так пресмыкался перед ним.

От ледяного взгляда, казалось, способного перерезать горло, ей захотелось попятиться, но она с усилием пригвоздила ноги к полу.

— Конечно, это не значит, что одной пощечиной все прощено. Не обольщайтесь.

Она изо всех сил старалась, чтобы голос не дрожал.

— Остальное посчитаем, когда я верну память.

Но она не знала, какое у нее сейчас выражение лица, поэтому решила просто пройти мимо Се Вона.

Однако он грубо схватил ее за руку, так что изменилось лишь их положение в пространстве.

— Адвокат Кан.

Се Вон провел ладонью по руке Хи Джэ, которую, казалось, мог сломать одним неосторожным движением. Затем он обхватил ее тонкое запястье и медленно поднял.

Глядя на пятнышко крови, проступившее на бинте, он медленно произнес:

— Будешь так храбриться — реально пострадаешь. — ....... — Я сейчас бандит. А не благородный представитель. — ...Просто «пострадать» — этим дело не кончится.

Се Вон опустил подбородок, глядя на нее исподлобья. Он вопросительно дернул бровью, и Хи Джэ ответила:

— В следующий раз, чтобы заткнуть мне рот, вам придется меня убить. Ким Се Вон-сси.

Да, это была бравада. Но Хи Джэ не хотела казаться слабой. Она не хотела, чтобы он узнал, что она напугана, что боится его.

Она знала: в этот момент решается, кто победит. И, более того, если она признает страх, то сама сломается.

Хи Джэ попыталась вырвать руку, но Се Вон подтянул ее к своим губам. И прижался ими к ладони, от которой пахло железом.

— А если вспомнишь...

От его горячего дыхания, просочившегося сквозь бинт в рану, пальцы Хи Джэ дрогнули.

В тот момент, когда их взгляды встретились сквозь ее тонкие пальцы, его губы снова пощекотали ладонь.

— Хватит духу вынести это?

P.S. Переходи на наш сайт, там больше глав (до 40 главы)! boosty.to/fableweaver