Глава 7

Хи Джэ опустила взгляд на мороженое в своей руке.

Она взяла его, не задумываясь, но оказывается, она любила его раньше. Ким Се Вон не просто знал об этом, но и постоянно покупал его для неё?

— Мы с Ким Се Воном... Похоже, мы были довольно близки?

Хи Джэ снова посмотрела на Бон Сун и спросила. Бон Сун в этот момент хотелось просто зашить себе рот.

«Не болтай лишнего этой девчонке».

Она с опозданием вспомнила предупреждение Се Вона.

И не только то, что было пару дней назад, — одиннадцать лет назад этот парень просил о том же. Вспомнив Се Вона, дрожащего как осиновый лист в окровавленной школьной форме, Бон Сун с грохотом захлопнула кассу.

— Ага, конечно, лучший ученик школы и этот хулиган! Я уж думала, он этим мороженым тебя дразнил или издевался.

Хулиган... Хи Джэ и самой казалось, что она вряд ли могла дружить с таким парнем. Именно такой тип людей она ненавидела.

Но если этот хулиган спас её на мосту, может, все было иначе?

Девятнадцатилетняя Кан Хи Джэ могла открыть ему сердце?

Хи Джэ глубоко задумалась, выбрасывая обёртку от мороженого в синюю урну у входа.

В этот момент Бон Сун, прижавшись животом к прилавку, вытянула шею.

— Ты, значит, память так и не вернула?

— ...Нет. Говорят, при амнезии память чаще всего не возвращается. Да я и не пыталась особо.

Хи Джэ не стала упоминать о коротких вспышках воспоминаний, которые посещали её в последнее время. Она лишь поднесла мороженое к губам и пробормотала, словно сама себе:

— Наверное, была причина забыть то, что забыто.

Так она думала все это время и не оглядывалась назад, но почему вдруг все начало всплывать и вызывать любопытство?

Даже прохладное сладкое мороженое не могло облегчить тяжесть на душе.

Убрав мороженое от губ, Хи Джэ хотела спросить об отношениях Се Вона и Хён Су. Судя по поведению Ким Се Вона в доме культуры, они тоже хорошо знали друг друга.

Др-р-рынь!

Но как раз в этот момент в магазине оглушительно зазвонил телефон. Даже хозяйка вздрогнула от неожиданности и поспешно схватила красную трубку.

Из трубки донёсся голос, говоривший с тем же диалектом, что и Бон Сун.

— А я ж тебе говорила быть осторожнее, айгу!

Но слова звонившего тут же утонули в громком голосе Бон Сун. Обменявшись ещё парой фраз, Бон Сун повесила трубку и вышла из-за прилавка с мертвенно-бледным лицом.

— Хи... Хи Джэ. Мне нужно срочно отбежать, пригляди за магазином, а?

— Что?

— Я мигом, туда и обратно. Прошу тебя, а?

Хи Джэ хотела возразить, мол, как она может смотреть за магазином, и поспешила за Бон Сун. Но, увидев, как та, забыв обо всем, несётся прочь, не смогла её окликнуть и остановилась.

Похоже, кто-то пострадал... Если ненадолго, то, наверное, ничего страшного.

Хи Джэ оглянулась на пустой магазин и села, скрестив ноги, на длинный деревянный настил перед входом.

Заходить внутрь, не зная даже цен, было глупо, так что она решила просто разворачивать покупателей, если кто придёт.

Цвирк-цвирк. Пока она сидела, слушая стрекотание цикад в жарком воздухе, мимо проехало несколько грузовиков.

Кто-то послушно уезжал, выполняя приказ о выселении, а на другой стороне дороги рядами висели красные плакаты против сноса.

Может, просто уйти? Или подождать ещё немного?

Пока Хи Джэ в раздумьях смотрела на проезжающие грузовики и плакаты, к ней подошёл мужчина.

— Не видел тебя раньше. Приезжая?

Услышав масленый голос, она подняла голову, и поле зрения заполнила огромная фигура.

На мгновение Хи Джэ подумала, что это Ким Се Вон, такой же огромный, как дверь, но нет.

Сан Чхоль с сальной ухмылкой естественно плюхнулся рядом с ней.

— А ты чертовски красивая. Ты из «Миту», детка?

«Миту» — название той самой чайной внизу. На деле же это был бордель с вызовом девиц. На вопрос, не шлюха ли она, Хи Джэ ничего не ответила.

Кхм-кхм. Сан Чхоль, чувствуя неловкость, прочистил горло, пригладил волосы сбоку и как бы невзначай продемонстрировал дорогие часы на запястье.

— Оппа спрашивает, а ты молчишь. Детка.

Детка. Слышать такое обращение в тридцать лет было до жути неловко. Хи Джэ усмехнулась, и Сан Чхоль, решив, что лёд тронулся, тут же просиял.

— Судя по лицу, ты не из «Миту». Там от слова «детка» сразу тают~. Так откуда ты, детка? Из Сеула?

— ...Вообще-то, я старше вас. Господин Ём Сан Чхоль.

Хи Джэ уже изучила список сотрудников «Гымсон D&C», переданный секретарём О по поручению Хён Су. Особенно внимательно она просмотрела тех, кто работал на объекте.

Она вспомнила, что напротив данных Сан Чхоля, занимавшего должность начальника отдела, стояла пометка «Внимание».

Так вот почему.

— И что теперь, мне тебя «деткой» называть?

Узнав, что женщина, к которой он подкатывал, знает не только его имя, но и возраст, Сан Чхоль поспешно отодвинулся подальше.

— Ч-что, ты кто такая?..

— В «Гымсоне» всегда так медленно работают?

На профиль Хи Джэ, повёрнутый к Сан Чхолю, наползла густая тень.

— Или вы думали, что я покорно уеду, и не стали предупреждать никого внизу?

Ни в прошлый раз, ни сейчас Хи Джэ обращалась не к Сан Чхолю.

Повернув голову прямо, она медленно подняла взгляд, скользя по отутюженным брюкам костюма мужчины, который незаметно подошёл и встал перед ней.

— Председатель Ким Се Вон?

Спросила Хи Джэ, глядя на Ким Се Вона, который смотрел на неё сверху вниз, слегка склонив голову набок.

Сан Чхоль, тоже заметивший его присутствие, в ужасе вскочил с места.

— П-председатель!

Опущенные глаза Се Вона медленно двигались.

От его ледяного взгляда, говорившего:

«Ты все ещё здесь околачиваешься?», Сан Чхоль, как нагадивший щенок, засуетился и начал кланяться.

— Т-тогда... удачной работы, председатель!

Хи Джэ с лёгкой усмешкой наблюдала за его стремительно удаляющейся спиной.

— Я знала, конечно, но тут у вас бардак похлеще, чем я думала.

То, что «Гымсон Групп» выросла из «Гымсон Фьючер Девелопмент», печально известной своими бандитами, знали все.

Говорили, что глава группы Ким Ый Бом, пытаясь отмыть имидж «бандитской конторы», отдал единственному драгоценному сыну лишь компанию по сносу, а в головной офис насажал профессиональных управленцев.

Но на деле, похоже, он просто доверил самую грязную работу надёжному сыну.

Хи Джэ посмотрела на Се Вона снизу вверх, засовывая в рот подтаявшее мороженое.

— Блядь.

Вдруг тихо вырвалось сквозь зубы мужчины.

— Адвокат Кан, а вы и правда бесстрашная.

Хи Джэ молча прикусила кончик мороженого, и Се Вон недовольно дёрнул бровью.

— Я спустил собак, так какого хрена вы тут разгуливаете?

Он неспешно вынул руку из кармана и легко накрыл её ладонь, сжимающую деревянную палочку.

— А если укусят?

Глаза Хи Джэ, округлившиеся от внезапного прикосновения, тут же снова сузились.

На тыльной стороне ладони Се Вона вздулись синие вены. Сквозь искривлённые губы вырвался нелепый смешок.

У него встал от одного вида того, как она сосёт мороженое.

Ну и лицо, пиздец.

Се Вон слегка надавил кончиком мороженого на мягкую нижнюю губу Хи Джэ. Интересно, такое же у неё будет лицо, если засунуть ей в этот маленький рот его член?

Как назло, она ела что-то, напоминающее формой член, а белая подтаявшая жидкость на красных губах была так похожа на... Он не мог остановить поток грязных фантазий.

Её волосы, прилипшие от пота к шее и затылку, только подстёгивали его воображение.

И, конечно, это лицо. Чертовски в его вкусе. Или, может, это лицо, которое создаёт вкус, которого раньше не было?

Вспомнив Сан Чхоля, который так же не мог оторвать глаз от губ Хи Джэ, Се Вон дёрнул густой бровью.

— Не будь меня, что бы с тобой стало только что? Наша адвокат Кан.

— О чем вы...

Отвечая, Се Вон протолкнул мороженое чуть глубже в приоткрывшиеся губы Хи Джэ.

Красный язычок рефлекторно высунулся навстречу. Глядя, как он облизывает тающую поверхность и сглатывает безвкусную слюну, Се Вон почувствовал, как внизу живота потянула сладкая боль, словно она сосала его член.

Мой туда и наполовину не войдёт.

Никто ему ничего давать не собирался, но Се Вон, мучаясь в одиночку, затолкал мороженое на палочке, которое и в подмётки не годилось его члену, глубоко в рот Хи Джэ.

— Какая недогадливая. У того ублюдка на лице было написано, что он до смерти хочет сунуть тебе свой член в рот.

— .......

— А я тебя спас.

Хи Джэ попыталась откусить мороженое, заполнившее рот, но Се Вон резко выдернул его. И, словно демонстрируя трофей, откусил кусок от мороженого, блестящего от её слюны.

— И даже так ты мне не рада?

За спиной Се Вона, ухмыляющегося с куском мороженого во рту, качались ветви дзельквы.

Под шелест листвы этот пугающий мужчина на мгновение показался невинным мальчишкой.

У Хи Джэ странно сжалось сердце.

Была ли это проекция памяти или что-то ещё, но это безгрешное лицо задело крошечный остаток совести внутри неё.

Именно поэтому она проглотила слова возмущения, потирая ноющую шею.

Слегка отведя взгляд, Хи Джэ перевела тему.

— Есть только одна причина, по которой я могла бы быть вам рада. Вы подумали над ней?

Се Вон опустился на то место, где только что сидел Сан Чхоль, и ответил:

— Подумал, но о другом. Например...

— Достаточно.

Хи Джэ, предугадав продолжение, резко оборвала его.

Она не была настолько наивна, да и, увидев выпуклость на его идеально сидящих брюках, не понять его мысли было невозможно.

Она старательно делала вид, что не замечает, и слышать это вслух не хотела.

Просить вернуть мороженое, которое он ел как своё собственное, она тоже не собиралась, так что говорить им было больше не о чем.

Хи Джэ попыталась встать. Но её запястье было легко перехвачено, и едва приподнявшаяся задница снова плюхнулась на место.

— Ах!..

— Сколько он обещал? Ха Хён Су.