“Так вот куда меня продали”.

Я вздохнула и окинула взглядом огромный особняк.

У входа красовался фамильный герб, представляющий собой орла в окружении звезд.

Бернум – одна из двух эрцгерцогских семей империи.

Сумма, оплаченная за меня, была просто колоссальной, но для герцогства Бернум это была незначительная трата.

Уверена, что они бы могли купить всю мою семью, включая дальних родственников, и не потерять и половины от их состояния.

Своим бедственным положением я обязана тому факту, что моя семья была подобна гангджону*. Нас считали дворянами, но средств к существованию мы не имели.

*Рисовая слойка, покрытая медом и орехами, но полая внутри.

Дела обстояли намного лучше, когда я была ещё совсем крохой.

Но потом бизнес родителей пошёл на спад, они влезли в долги и потеряли всё, что имели.

В итоге, весной, когда мне исполнилось одиннадцать, они решили продать меня.

Хоть их решение и было возмутительным, но зла я на них не держу.

Скорее, я даже рада, что меня продали такой могущественной семье.

Окажись я на улице, мой статус дворянки мало бы чем мог мне помочь.

Даже если бы мой отец, барон Харбин, смог удачно продать свой титул и семейную фамилию, вырученных денег всё равно бы не хватило на погашение всех долгов.

Поэтому решение родителей я поддерживаю и считаю разумным.

Возможно, будь я обычным ребенком, то была бы убита горем, но сейчас я проживаю уже свою вторую жизнь.

В прошлом я была настолько бедной, что отправилась в мир мертвых, так и не достигнув совершеннолетия.

Если подумать, то жизнь в семье барона мне нравилась намного больше.

“Чем же я буду заниматься в этом доме?”

Благодаря вырученным с моей продаже деньгам отец смог не только погасить долги, но и уйти в плюс.

Цена была слишком завышенной, даже для дочки барона.

Не думаю, что кто-то бы отдал такую сумму за то, чтобы получить горничную.

Люди и так были готовы идти по головам за возможность работать в поместье Бернум.

“...Похоже, меня ждут тяжелые времена”.

Я уже слышала о том, что среди могущественной знати было много странных личностей.

Кто-то покупал людей, чтобы пытать, а кто-то, чтобы держать их за скот.

Меня продали, поэтому нет никаких гарантий, что я избегу той же участи.

Переступая порог эрцгерцогского поместья, я прокручивала в своей голове худшие сюжеты.

Из-за этого мой голос звучал особо робко.

— Ме… Меня зовут Бекки Харбин.

Женщина средних лет с суровым лицом, которая, по-видимому, была горничной, потащила меня за руку к другим горничным.

— Вымойте и причешите эту юную леди перед встречей с Её Светлостью.

“Её Светлостью?”

Прислушавшись, я поняла, что оказалась здесь из-за госпожи семьи Бернум.

Конечно, не все женщины - хорошие люди, но с ними комфортнее, чем с мужчинами.

Моё напряженное тело наконец расслабилось.

Горничные вежливо поприветствовали меня, а затем отвели в ванную.

После купания в ароматной воде и сушке волос, меня одели в платье из высококачественной ткани. Удивительно, но даже будучи дочерью барона, я впервые надевала что-то настолько дорогое.

Умелые руки служанок быстро заплели мои волосы, хотя обычно на то, чтобы справиться с ними нужны были часы.

Взглянув в зеркало, я увидела принцессу из сказки.

"Кажется, это лучший день в моей жизни".

Когда я закончила с приготовлениями, дверь распахнулась, давай понять, что госпожа прибыла.

Я в изумлении вскочил со своего места.

— !..

В комнату вошла кукла. Нет, это была девушка, прекрасная словно фарфоровая кукла.

Лицо было подобно творению великого скульптора, обрамленное развивающимися золотистыми волосами, которые своим сиянием освещали целую комнату.

Увидев её, я забыла, как дышать.

— Все, убирайтесь.

Горничные вышли по приказу юной госпожи, и мы с ней остались одни в гостиной.

Я нервно сглатывала слюну, ощущая, что волнуюсь даже больше, чем когда входила в особняк. Живая кукла мягкими шагами подошла к дивану и села. Поза юной госпожи была очень расслабленной.

Леди оглядела меня своими аметистовыми глазами.

От её взгляда меня захлестнуло волнением с новой силой.

“Могу ли я задать ей вопрос? Нет… Может для начала поприветствовать?”

— Привет.

Прекрасная девушка, сидящая напротив меня, оценивающе меня оглядела и сказала: “Мне впервые подарили живую игрушку. Что ты умеешь делать?”

Слетевшие с прекрасных губ юной леди слова были до невозможности бесчеловечными.

— Я ведь человек, а это значит - могу то же, что и другие люди.

— Хм.

На мой глупый ответ госпожа скрестила руки и задумалась.

“Что же, чёрт возьми, ты попросишь меня сделать?”

Госпожа выглядела встревоженной, она наклонила голову и моргнула.

— Как тебя зовут? Ты ведь не животное, значит, имя у тебя уже есть.

— Бе… Бекки Харбин.

— Бекки… Легко произносить. Мне нравится.

— Благодарю.

— Меня…

Девушка открыла рот, собираясь сказать своё имя, но прервалась и нахмурилась.

Меня охватил ужас от мысли о том, что я могла чем-то обидеть юную госпожу, но он сразу же улетучился, как только она, помотав головой, произнесла: “Лианда Рокс Бернум. Можешь звать меня Лиандой.”

— О, понятно. Лианда…

— Садись.

Я села напротив Лианды, всё ещё глядя ей прямо в лицо. Но, когда я наконец смогла отвести от него взгляд, заметила, что, несмотря на высокое положение юной госпожи, она была одета очень просто. Волосы были небрежно собраны и подвязаны ленточкой. О них явно никто особо не заботился.

— Ты знаешь, что тебя продали?

— Да.

Юная госпожа не остановилась и продолжила развивать эту тему.

— Тебе разве не хочется сбежать?

— А зачем? Лучше есть вдоволь, спать в тепле и не иметь свободы, чем умереть голодной смертью на улице.

Хотя такой ответ мог дать лишь человек решенный всякой гордости, но это правда было моё мнение.

В прошлой жизни голод для меня был обычным делом. Как только приходили выплаты от государства, дедушка сразу же их тратил. Единственной радостью была возможность обедать в школе. Но даже так я не дотянула до совершеннолетия. Та жизнь была просто ужасной.

Вспоминая сейчас об этом, мне кажется, что эта не моя история, а чья-то другая.

После перерождения мне не приходилось голодать, поэтому я была бесконечно счастлива тому, что я дочь барона, но теперь дом Харбин находится на грани разрушения.

Возможно, быть проданной – это подарок судьбы.

Лианда явно не ожидала такой покорности, поэтому была застигнута врасплох.

— Не знаю, серьезно ли ты это говоришь или просто пытаешься угодить мне, но у тебя, похоже, стальные нервы.

— Благодарю(?).

Не знаю, комплимент ли это или нет, но я всё равно поблагодарила Лианду.

— Это хорошее качество для игрушки.

Что же такого ужасного мне придётся делать, раз для этого нужны стальные нервы?

“Да какая разница? Меня уже купили за кругленькую сумму, и с этим уже ничего не поделаешь”.

— Что нужно делать Вашей игрушке? Вставать на четвереньки и ходить на поводке?

Лианду явно шокировали мои представления об “играх”, сформулированные на основе моих воспоминаний из прошлой жизни.

— Неужели ты заставляла свои игрушки делать такие ужасные вещи?

“Конечно же нет! Я бы даже никогда не стала называть человека игрушкой!”

Юная госпожа отнеслась к моему ответу с настороженностью.

— Нет! Я не делала этого!

Изо всех сил пытаясь предотвратить недопонимание, я воззвала к здравомыслию, но Лианду, похоже, мало интересовали мои разглагольствования.

— Тогда, что ты делала с игрушками?

— Ну… Переодевала их… Играла в семью. Если играла с кубиками, а не куклами, то делала всякие постройки.

— Неинтересно.

Зачем спрашивать о чужом мнении, если не собираешься с ним считаться?

Во время разговора всё моё напряжение как рукой сняло, и я уже не чувствовала того страха, что прежде.

— Тогда Вы можете придумать свою игру.

— У меня плохо с фантазией. Ничего не приходит в голову, кроме прогулок на поводке.

— Я не буду этого делать!

Я надула щеки и принялась отказываться. Видя эту картину, Лианда залилась смехом.

“Вау, она ещё прекраснее, когда смеётся”.

У меня не было проблем со словарным запасом, но юная госпожа была так красива, что я только и могла, как без устали думать об этом.

Жалко, что внутри она явно не была такой прекрасной, раз уж игнорировала чужое мнение и называла людей игрушками.

— Это и в самом деле было плохой идей. У меня раньше никогда не было игрушек. Поэтому я подумаю о том, как с тобой играть.

“Будучи госпожой такого великого дома и имея огромное состояние, разве ты не должна быть завалена дорогими игрушками?”

Слова Лианды выбили меня из колеи.

“Возможно, ей было не до игрушек, она же леди из такой знатной семьи”.

Наш диалог прервал стук в дверь.

— Юная госпожа, пора.

— …Да.

Лицо Лианды помрачнело. Она встала и направилась к двери.

Я поплелась за ней, размышляя о всем произошедшим за сегодняшний день, как вдруг увидела странное выражение на лице Лианды.

— Зачем идешь за мной?

— Ох… Разве я не “игрушка” госпожи?

Лианда в изумлении покачала головой, услышав мой ответ.

— Я собираюсь учиться. У игрушки нет причин следовать за мной.

— Что же мне тогда делать?

— Ну… Главная горничная всё тебе расскажет. Сиди тихо.

Лианда покинула комнату, кинув напоследок фразу, из-за которой складывалось ощущение, что я её домашний пёс.

Я смотрела ей в спину, пока не потеряла из виду. Делать было нечего, поэтому я вернулась к своему месту и села.

Через какое-то время, как и говорила Лианда, пришла горничная, чтобы забрать меня.

— Глава хочет встретиться с Вами.

— Гл… Хорошо.

Глава Великого Эрцгерцогства…

…хочет взглянуть на меня?

Расслабление, оставшееся после разговора с Лиандой, сменилось всепоглощающей тревогой.

Место, в которое меня привела горничная с тяжелой походкой, было главным зданием. Это было самое невероятное и богато уставленное место во всем Великом Эрцгерцогстве.

— Я привела леди Харбин.

— Хорошо. Пусть войдёт.

Получив разрешение, я медленно вошла внутрь. В комнате царила тяжелая атмосфера.

Перед моими глазами оказалась 30-летняя женщина, сидящая за столом.

Похоже, они и была той самой Великой Герцогиней, Альтес Меи Бернум.

В семье Бернум главами всегда были женщины, они были стражами священного животного(шинсу).

Впервые священного зверя приручила юная госпожа дома Бернум. Так как зверь был более лоялен к девушкам, было принято решение делать стражами только их.

“В прошлой жизни я читала много новелл с похожим сюжетом”.

За многие из таких новеллы не нужно было платить, поэтому чтение романов было моим хобби. Даже смешно от того, что я переродилась в мире похожем на те, про которые я читала.

“Может, я стала персонажем из новеллы, которую читала в прошлом?”

Меня очень радовала эта мысль, но, к сожалению, сколько бы я не думала, а на ум ничего не приходило.

А что в этом удивительного, если я дочь обедневшего барона? Кто бы стал писать о таком в новелле?

Что касается, эрцгерцогини Альтес, то она была такой же невероятно красивой, как и Лианда. Блондинка с фиолетовыми глазами, которые были чуть темнее глаз Лианды, но не менее прекрасными.

— Рада встрече с Вами. Меня зовут Бекки Харбин.

— Здравствуй. Ты уже виделась с Лиандой?

— Да, Ваша Светлость.

— Ясно. Она очень придирчивая и с ней будет тяжко, но, прошу, позаботься о ней.

— Х-Хорошо.

К моему удивлению, в отличие от Лианды, называвшей меня игрушкой, мадам Альтес относилась ко мне, как к полноправной служанке её дочери.

— Теперь ты принадлежишь семье Бернум. Не забывай об этом.

Это фраза спустила меня с небес на землю, и первоначальный восторг от хорошего обращения утих.

— Да. Я безоговорочно буду подчиняться Лианде и никогда не забуду того, что вы для меня сделали.

Если я не оправдаю их надежды, то меня жестоко накажут или сразу же убьют, и никто им и слова сказать не сможет.

Сейчас для меня в приоритете разобраться со своими обязанностями и сделать всё для того, чтобы выжить.

Эрцгерцогиня, услышав мою клятву в вечной верности, рассмеялась.

— Верно. Надеюсь, Лианда будет оставаться здоровой и счастливой до наступления совершеннолетия.

— ?..

— Можешь идти.

У меня не было права задавать лишних вопросов, поэтому я поклонилась и вышла из кабинета.

Служанка, ждущая меня у двери, отвела меня в мою новую комнату.

“Она слишком мила для человека, который купил своей дочери такую “игрушку””.

Она даже могла не встречаться с ребёнком, который не отличается от грязи под её ногами.

Даже служанки относятся ко мне, как к дорогому гостю, а не как к равной себе.

Неужели со всеми игрушками господ так хорошо обращаются?

Моё новое место жительства находилось в здании напротив главной резиденции.

Когда я открыла дверь, перед моими глазами появилась гостиница, залитая солнечным светом, слева и справа были двери, ведущие в два практически одинаковых помещения.

— Справа комната юной госпожи. Не ходите туда без нужды.

— П-Понятно. Могу я пользоваться той, что слева?

— Конечно.

Горничная открыла передо мной дверь. Внутри была спальня, гардеробная, чайная, ванна и туалет.

Моя челюсть упала. Этого было слишком много для одной маленькой девочки, которую купили за деньги.

Жалкие пожитки, которые я привезла с собой, уже были разложены в гардеробной.

По мимо моих вещей было ещё много роскошной одежды, из-за которых мои лохмотья теряли смысл.

— Чувствуйте себя как дома.

Поклонившись, горничная вышла.

Как только она исчезла, я сразу расслабилась.

— Я счастлива, что меня продали.

Я, конечно, не фанатка роскошных вещей, но совсем не против того, чтобы меня ими одаривали.

Я пробежалась по чайной, открывала окна в комнате, достала некоторые из новых платьев и примерила их. Устав, я плюхнулась на кровать, молясь, чтобы всё это не было плодом моих фантазий.

“…Мой старый дом и в подметки этому не годится”.

Интересно, сделали вырученные деньги моих родителей счастливыми? Надеюсь, что да. Мне жаль, что только одной мне улыбнулась удача.

Родители одели меня в самую лучшую одежду, которую могли себе позволить. Когда я уезжала, они крепко обнимали меня, целовали и плакали.

Хотя это и были крокодиловы слёзы, но я всё равно чувствую из-за этого печаль.

По моим щекам почему-то потекли слёзы, наверное, это из-за зевоты.

Вскоре после этого, я заснула.

Я проснулась, потирая глаза, и почувствовала на себе чей-то взгляд. По всей видимости, в комнате я была не одна.

В полудреме я посмотрела в сторону, где, как мне казалось, кто-то был. Мои глаза разглядели светловолосую девушку.

Пока я пыталась понять реальность это или всё ещё сон, моё зрение прояснилось. Невероятно красивая девушка играла с моими волосами.

Почувствовав, что я встала, леди взглянула на меня.

— Теперь окончательно проснулась?

И тут я вспомнила о том, что было в первой половине дня: о том, что меня купили в качестве игрушки для госпожи из знатной семьи, Лианды Бернум, о там, как я переволновалась из-за новой комнаты и отрубилась. А теперь я проснулась, и эта прекрасная девушка сидела рядом.

“Чуть сердце не остановилось от испуга!”

Я закричала и подскочила.

Прядь, которую до этого крутила Лианда, была вырвана. Там было всего около 10 волосков, но всё же это было довольно больно.

“У меня и так волос почти нет, а такими темпами я и вовсе лысой останусь!”

Лианда расхохоталась при виде скорченной мною гримасы.

Всё ещё в шоковом состоянии я начала бормотать: “Простите, я не поняла, как заснула! Я не знаю, чем точно рассмешила Вас, но рада выполнять свою роль игрушки! Простите за то, что вы это видели!”

Улыбка Лианды стала ещё шире, и она опять запустила пальцы мне волосы, принимаясь накручивать новую прядь.

— Ты выглядишь забавно, когда спишь. Ты храпишь и скрежещешь зубами.

— П-Правда?

— Шучу.

— …

Смотря на то, как юной госпоже весело, думаю, что я хорошо справляюсь со своей работой в качестве игрушки.

— Ох, в любом случае. Мне жаль, что я не дождалась Вас и заснула.

— Я не собираюсь контролировать основные потребности человека. Или ты любишь, когда тобой командуют? Как насчет поводка?

— Это не так!

Когда я в отчаянии ударила себя в грудь, Лиан с невозмутимым видом отпустила мои волосы.

"Более того, почему ты продолжаешь говорить подобные вещи, когда ты в том же возрасте, что и я?"

— Давай поужинаем. Ты разве не проголодалась?

— Ах…

Солнце потихоньку спускалось за горизонт.

Я встала с постели.

— Я очень голодная!

— Ты спала, поэтому я не могла спросить раньше. Есть что-то, что ты не ешь?

— Нет! Думаю, что смогу проглотить даже тарелку.

Несмотря на полное отсутствие у меня манер, Лианду всё равно рассмешило происходящее.

После ужина горничные снова помогли мне принять ванну.

Они высушили мои волосы и одели меня в шёлковую сорочку, которая была дороже любого из тех платьев, которые я носила, живя у родителей.

Выйдя в гостиную, я увидела Лианду, стоявшую у окна в полной темноте.

Я подошла к ней, желая узнать, на что она смотрит.

— Не пойдешь спать?

— В это время ложатся только дети. Можешь идти.

Так говорит, будто сама не ребенок.

“Не ожидала, что она будет такой заботливой”.

Я думала, что у Лианды ужасный характер из-за её слов, сказанных днём, но оказалось, что она неплохой человек.

Я подошла к ней и выглянула наружу. В темноте было трудно что-либо разглядеть, но вдалеке мерцал маленький огонёк.

— Что это? Звезда?

— Ну, можно сказать, что звезда.

Получив такой размытый ответ, я подняла голову.

— Тебе нравятся звёзды? Поэтому ты смотришь?

— Нет, не нравятся.

— ?..

За что можно не любить ни в чём невинные звёзды?

Я посмотрела на Лианду так, будто она была сумасшедшей, на что та лишь улыбнулась.

— Что такое? Тебе они нравятся?

— Я никогда не думала об этом.

— Хорошо, что у тебя всё всегда так просто.

Это был явно не комплимент, но я всё равно решила показать свою покорность.

— Спасибо за похвалу!

— Это был сарказм.

— Я знаю.

— Ты такая надоедливая.

Лианда отвернулась от окна и направилась в свою комнату.

— Спокойной ночи! Ой… Точно, - похоже, забыв о чём-то упомянуть, Лианда остановилась, повернулась ко мне и сказала решительным тоном. – Если услышишь странные звуки ночью, то не обращай на них внимания. И ни в коем случае не выходи из своей комнаты.

— Странные звуки?

— В каждом поместье с такой же длинной историю, как у нашего…

Лианда повернулась ко мне спиной, поэтому я не могла понять по её лицу, шутит ли она сейчас или нет.

— …водится свой призрак.

Голос у неё был очень серьёзным.

“Она ведь решила разыграть меня? Опять смеётся надо мной?”

Несмотря на мой скептицизм, я всё никак не могла заснуть.

Новая обстановка, незнакомые люди… да и ещё эта история о призраке… из-за всего этого я не могла сомкнуть глаз.

Я на самом деле не верила в призраков, но это фантастический мир с магией и божественными зверями.

“А что, если призраки существуют?”

Страх рос все больше и больше по мере того, как я продолжала думать об этом.

Я накрылась с головой одеялом и продолжала так лежать, пока не уснула.

Сквозь сон я услышал странный шум.

То ли крик, то ли стон, подавляемый источником этого звука, залил мою комнату.

“Похоже на плач. Неужели это и правда призрак?”

Испуг мигом решил меня сна.

В голову тут же пришли слова Лианды.

Я с головой накрылась одеялом и попыталась заснуть.