Глава 14.

*****

– Мисс, всё в порядке? Может, нам послать кого-нибудь за паланкином прямо сейчас?

– Нет, всё нормально, – махнула рукой Сехва, идущая с бледным лицом.

Поскольку она никогда ранее не пересекала город подобным образом, Сехва не могла оценить его реальные размеры.

Городские стены тщательно разделяли районы, а крупные особняки располагались близко друг к другу. Поэтому Сехва думала, что место, куда она направляется, находится не так далеко.

Но это странно. Почему, чёрт побери, моё тело такое? Я никогда раньше не чувствовала настолько сильной боли.

Из-за того, что девушка была не в лучшей физической форме, путь казался ей ещё сложнее.

Местом, куда спустя долгое время прибыла Сехва с лицом, мокрым от холодного пота, был особняк, похожий на дворец.

Когда девушка приблизилась к входу, её ноги внезапно задрожали.

Стиснув зубы, Сехва хлопнула себя по щекам под накидкой.

– Мисс!

Её намерением было взять под контроль своё состояние и максимально скрыть свою слабость.

Стряхнув головокружение, Сехва без колебаний приблизилась к главным воротам особняка.

– ……кто вы?

– Я пришла, чтобы увидеть тэгам Чхве Док Муна, передайте ему об этом.

• Тэгам – уважительное обращение к высокопоставленному чиновнику эпохи Чосон.

Глаза слуги, открывшего двери, расширились от внезапной гости и её неожиданных слов:

– Что?

– Он всё поймёт, если вы скажете, что я из клана Джу, Джу Сехва, дочь старейшины Джу Мён Юна. Идите и передайте тэгаму.

– ……

Пришла сюда без паланкина и приказала позвать тэгама? Верна ли её личность?

Хоть Чхве Док Мун был купцом, он пользовался огромной властью в городе благодаря своему богатству и проницательности.

Поэтому к нему часто приходили нуждающиеся, желая увидеть великого тэгама, как чьи-то родственники.

Это был не первый раз, когда слуга обманывался подобными речами и послушно сообщал о госте господину, но в этот раз его словно ударила молния.

……одежда, которую она носит, выглядит слишком дорогой, чтобы небрежно отослать её.

Несмотря на то, что я склонен доверять властной позиции этой молодой дамы, мне нельзя небрежно разрешить её визит.

Ну, поскольку это не в моей компетенции, мне стоит просто попросить её прийти в следующий раз.

– Простите, но тэгам уехал, – ответил слуга, скрывая недовольно выражение лица, опуская взгляд.

– Он должен быть дома.

– Что?

– Сейчас он здесь.

– ……

– Мне нужно закричать, чтобы ты немедленно пошёл к тэгаму и передал ему о моём визите?! – поскольку разговор затянулся, а тело уставало всё сильнее, Сехва тяжело выдохнула и поторопила слугу.

Независимо от того, насколько она была молода и обессилена, дух клана Джу, клана правителей, не была чем-то таким, что мог вынести обычный человек.

В тот момент, когда зрачки Сехвы вытянулись в вертикальную черту, слуга вздрогнул и побежал сообщать о её визите, словно даже понятия не имел, что делает.

Вскоре после этого он также стремительно вернулся обратно:

– Простите меня, мисс. Пожалуйста, проходите сюда.

Действие ауры Сехвы было хорошим, но изменение в отношении слуги на более вежливое стало таким, потому что он получил ответ от своего хозяина, который отличался от его ожиданий.

Кивнув, Сехва последовала за слугой, который повёл её внутрь, пересекая ворота и двор.

А к ним на встречу быстрыми шагами приближался молодой мужчина, одетый в одеяние цвета индиго.

Он приблизился с мягким выражением лица и тут же поймал взгляд Сехвы, которая смотрела на него с бледным лицом:

– Простите, что не проводил вас внутрь быстрее. Пожалуйста, проходите сюда.

Сехва заметила, что духовные силы очень слабы в этом мужчине.

Это сын? Он старше меня, но, похоже, ему не удалось избежать наказания.

Бегство молодого небожителя могло произойти лишь по причине проступка.

Будучи сыном Чхве Дон Муна, изгнанного из своего родного клана, у этого мужчины не было возможности сбежать следом за ним.

Сехва рассматривала Чхве Чан Мёна, молодого мужчину, который также смотрел на неё краем глаза, пока сопровождал.

Боже мой. Это и правда она!

Чхве Чан Мён уже встречал Сехву давным-давно, когда та ещё прошла церемония совершеннолетия.

Это было, когда он был совсем маленьким ребёнком.

Тогда Чан Мён боялся, что на его теле начнёт прорастать чешуя.

Когда появлялась чешуя, боль, словно его разрывали на части, охватывала всё его тело.

– Отец, больно. Мне так больно, – каждый раз, Чан Мён плакал и цеплялся за отца, который заботился о нём.

Однако его отец, который сделал для сына всё что мог, лишь качал головой и говорил, что в данный момент нет необходимости вызывать врача:

– Ты должен быть сильным. Это боль, которая продлиться всю жизнь, поэтому нужно терпеть её! Ты вытерпишь всё.

Тогда Чан Мёна злили эти слова, но когда он вырос, то понял их причину.

Он не был человеком.

Возвращение было единственным способом избавиться от этой боли.

Но, поскольку их семья была сослана, и они не могли вернуться в родной мир, Чан Мён даже не мог надеяться на него.

Взамен, иногда отец водил его к искажённому пространству, говоря, что это дверь, ведущая в мир Хвангё.

Территорию возле двери всегда охраняла стража, поэтому Чхве Дон Мун постоянно давал ему несколько толстых кошелей.

Тогда охранники, отходили назад и ничего не говорили, пока отец с сыном наблюдали за дверью в мир Хвангё.

– Если я войду туда, появится мир, о котором ты рассказываешь?

– Да. Однако наш источник духовной силы разрушили, когда изгнали нас оттуда, поэтому не стоит входить в это место с напрасными ожиданиями. В состоянии без источника духовной силы ты просто сгоришь, превращаясь в горстку пепла, вскоре после того, как пройдёшь через дверь.

– Отец, ты тоже хочешь вернуться туда?

– …… – Чхве Дон Мун просто смотрел в искажённое пространство, не отвечая.

Но просто судя по выражению его лица, Чан Мён чувствовал, что уже услышал ответ.

После этого время от времени Чан Мён приходил сюда. Также, как и его отец, он давал стражникам толстые кошельки.

Только даже приходя сюда, он ничего не мог сделать и просто зря тратил деньги.

Однако Чан Мён не мог не приходить.

По мере того, как он взрослел, периодические боли становились всё сильнее. Поскольку Чан Мён всё сильнее и сильнее боялся этого времени невыносимой боли, у него не оставалось другого выбора, кроме как приходить к искажённому пространству и каждый день задаваться вопросом, есть ли способ пережить это.

В одну из таких ночей он и встретил Сехву.

Полная луна освещала небо своим светом и стражники, получившие от них взятку, ненадолго удалились.

В ту ночь, отец Чан Мёна, который обычно уже пришёл бы забрать сына, почему-то очень долго не приходил.

Маленькая рука коснулась его напряжённых плеч, когда Чан Мён дремал не зная, когда боль вернётся снова.

Открыв глаза, юный Чан Мён увидел маленькую девочку, одетую в белоснежное ночное платье.

– Ты тоже из нашего клана. Но почему ты плачешь в таком месте?

Девочка с широко открытыми глазами, как у маленького оленёнка, была невероятно милой.

Чан Мён забыл о том, как сильно он плакал и глупо смотрел на незнакомку.

– Почему ты плачешь? – спросила девочка звонким голосом, словно кто-то перекатывал стеклянные бусины.

– Бо, больно.

– Где болит?

– Всё болит. Всё тело болит, – слушая её голос, Чан Мёну почему-то стало очень грустно. Он выпалил жалобы, забыв, что эта девочка младше его.

– Бедный, – лицо маленькой Сехвы исказилось от сочувствия, и она нежно коснулась лба маленького Чан Мёна.

И в этот момент.

Что-то потекло из её маленькой ладошки в его лоб.

Чувство, которое Чан Мён никогда раньше не испытывал, подобное тому, что тело забыло о своём весе и воспарило, охватило его.

– Сехва, где ты! Джу Сехва! – вдруг издалека послышался чей-то настойчивый голос.

– А. Мне нужно идти, – сказал юная Сехва, оглядываясь. – Теперь больно будет немного меньше. Увидимся в следующий раз, – попрощавшись, она побежала в дверь искажённого пространства. – Отец, я здесь!

Когда девочка ушла, голоса пропали.

Вокруг стояла тишина, словно здесь никого не было.

Но Чхве Чан Мён был убеждён, что ночь, казавшаяся фантазией, не было сном.

После той ночи боль, разрывавшая всё его тело, больше не приходила.

Девочка, сияющая ярче лунного света в лучах полной луны, освещавшей ночное небо.

Эта девочка стала первой любовью Чхве Чан Мёна.

Дон Мун был очень рад, когда с огромным опозданием узнал обо всём, сказав, что возможно Чан Мёну помог кто-то, обладающий достаточно духовной силой.

– Сможем ли мы встретиться снова?

– Наверное, нет. Если у неё было достаточно духовной силы, чтобы облегчить твою боль пусть и в детском теле, она, должно быть, высшая аристократка.

– ……

– Подобные дети редко покидают мир Хвангё.

– И всё же.

– Что?

– И всё же я хочу подождать.

– Чего?

Интересно, придёт ли этот ребёнок сюда когда-нибудь ещё раз?

Может быть, однажды я найду способ пройти через эту дверь и смогу увидеть этого ребёнка.

– Чего-нибудь.

Новая встреча с той девочкой стала его давней мечтой.

Однако недавно слуга назвал Чан Мёну невероятное имя.

– Сехва, где ты! Джу Сехва!

Он сказал, что Джу Сехва, дочь Джу Мён Юна, пришла навестить тэгама.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –