— У-ух…

Открыв глаза, первым делом я почувствовал удобство.

Мягкость ватного одеяла, которой не касался с тех пор, как в десять лет ушёл из дома.

Ах… вот это кайф…

Тело, измотанное годом скитаний, мгновенно сдалось этому одеялу. Сознание уже прояснилось, а вылезать не хотелось — я только поворочался внутри.

И тут…

— Раз уж проснулся — вставай.

— …!

Незнакомый старческий голос моментально меня протрезвил.

Точно, чёрт…!

Тот самый безумный старикан, похожий на торговца людьми. Перед тем, как меня вырубило, он приложил мне по темечку.

Я вскочил, поднял крошечные кулаки и рванул на старика, но…

— Ты, старый псих!

ШЛЁП!

— А-а-а-а-ай!!

Меня уложили, даже не дав коснуться его тела.

— Ц-ц-ц… бесёнок какой…

— Н-но… как…

Боль во лбу я ощутил отчётливо, а движения старика — не увидел вовсе.

На миг опешил, но быстро сообразил.

Мастер…!

Разве не классика? Герой шатается по улицам оборванцем, встречает затворника-эксперта и становится его учеником.

Наконец-то мой шанс…!

Одиннадцать лет после перерождения — и вот я, наконец, ступаю в мир мурима.

Я тут же бухнулся на колени и поклонился.

— Ох, почтенный старший. Простите. Не распознал вашего высокого статуса и вёл себя грубо.

— Хм?

— Буду благодарен, если простите меня — пусть и с опозданием.

Старик удивился резкой смене моей манеры, прищурился и пробасил:

— Хе-хе… только что ругался, а теперь язычок намаслил — будто другим стал. Ладно. Грубость прощаю.

Он хмыкнул, погладил бороду и торжественно продолжил:

— Теперь поговорим как положено. Это соломенная лачуга, где я живу. Тебя, должно быть, смутило, что я притащил тебя внезапно. Причина проста…

— Знаю. Вы хотите взять меня в ученики, да?

— …А? Д-да, именно.

Есть!

Пока старик хлопал глазами, я тайком торжествовал.

Передо мной — очевидный мастер мурима. Упускать шанс стать учеником я не собирался.

ТУК!

Я тут же врезал земной поклон.

— Всегда мечтал о мире боевых искусств. Прошу, примите меня в ученики!

— Гм… не ожидал такого согласия с лёту…

Старик почесал затылок неловко, а потом уточнил:

— Ты точно согласен? Стать моим учеником — это не про «мечтал». Придётся трудиться до рези в костях и иметь серьёзное чувство долга…

— Труд и долг.

Я вскинул взгляд, будто ждал этих слов.

— У меня нет ничего. Но… это малое тело я сожгу трудом и долгом.

— Хм…

Он поразмышлял с рукой у подбородка и кивнул:

— Хорошо. С этого дня ты — ученик Небораздирающей Секты.

— Благодарю…

О, Небораздирающая Секта. Слышал. Чёрт, именитое место.

Тогда я ещё радостно не понимал, на какую дорогу ступил, — и что ждёт меня впереди.

* * *

— Как я сказал, наша секта зовётся Небораздирающей. Передаётся в одном лице — значит, нас двое: ты и я. Я — Му-сон, Двенадцатый Владыка Небораздирающей Секты. Отныне зови меня Учителем.

— Да, Учитель.

Передаётся в одном лице? Уже звучит круто.

— У Секты есть собственное искусство — Небораздирающее Божественное Искусство. Его и другие приёмы ты изучишь у меня.

Даже своё искусство? Меня это более чем устраивало… пока он не добавил:

— И ещё: Небораздирающая Секта создана, чтобы убить Небесного Демона и остановить Демонический Культ.

А?

Я вздрогнул.

Секта, созданная против Культа…?

Если «небораздирать» — значит рвать небеса, то название само дышит враждой к Божественному Искусству Небесного Демона.

Пока — не беда. Но…

Я ведь в оригинале ни разу не слышал о Небораздирающей Секте…?

Вот тут стало не по себе.

Культ — беспорно сильнейшая группировка мира.

Повалить его вдвоём — мастер и ученик? Звучит нелепо.

Неужели… Культ их стёр ещё до начала оригинальной истории?

…

Я встряхнул головой.

Ладно… возможно, я смогу менять ход сюжета… Прокатит.

В конце концов, я знаю оригинал.

Прижмёт — улизну.

— Возможно, ты не знаешь, но Культ — не просто фанатики. Там собрались высшие мастера. Они намерены осквернить весь мир демонической ци. Мы этому помешаем.

— …Да.

— Для этого сперва стань сильным. Выходи.

— …Что?

Я опешил.

Разве в первый день не проводят «вводную», не дают передохнуть?

…Ха-ха, пыл у Учителя как у моего профа в прошлой жизни.

Но он ведь не будет гнуть на износ с первого дня? Я вышел вслед — с лёгким сердцем.

И…

— Видишь тот пик? Взбеги на вершину и обратно. Я засеку.

— …Что?

…Тут же пожалел, что согласился.

* * *

— Ха-а… ха-а… ха-а… Учитель… я вернулся…

Поймали на попытке схитрить — пришлось карабкаться заново.

«Не уложишься в три часа — пойдёшь ещё раз».

Чёрт.

С меня требовали забег туда-обратно к вершине, словно это Сораксан, — за три часа.

Невменяемо, но в первый день ударить в грязь лицом не хотелось — выложился до дна и уложился.

Твою ж…

Весь мокрый, сердце вот-вот выскочит.

Казалось, свалюсь и помру, но…

…Чёрт возьми, приятно.

Грудь распирала гордость: сделал. Сейчас Учитель удовлетворённо кивнёт…

— Ладно, тогда спарринг. Вставай.

— …Что?

Старик не собирался довольствоваться малым.

— Спарринг…?

Какие ещё спарринги…?

Я ведь толком ничего не умею…

Обычно же ставят фундамент месяцами. Во всех романах так…

Я напомнил об этом, но ответ был:

— Тс-с. Ты про методы этих «праведников»? Когда ты силён станешь, если нянчиться? Настоящая тренировка — это когда хотя бы с Ямой поздороваешься: больно и трудно.

— …

— Давай, атакуй. Тренируйся, как в бою. И сражайся, как на тренировке. Я никого не жалею — даже детей.

С того дня начался ад.

* * *

Этот человек, назвавшийся моим Учителем, и вправду не жалел десяти лет от роду дитя.

На рассвете — ад физухи; вернулся — сразу боёвка.

А «боёвка» — это когда меня просто лупят. Иногда Учитель давал техники, но чаще — просто лупил.

До заката — избиение, ночью — циркуляция по внутренним формулам.

Пока наращивал внутреннюю ци, ночь пролетала, и — снова рассвет.

А спал я когда?

— Что? Ты устал, хотя я целых полтора часа дал поспать? Тс-с. Сон — для мёртвых.

— Чушь. Это вам можно — вы уж доживаете. А у меня, у молодого и светлого… Ай!

— Во-о-от, показал истинное лицо, неблагодарная морда.

Да. Чем тяжелее было, тем меньше я держал маску.

Бывало, пытался сбежать.

Но стоило сорваться — Учитель появлялся в самый последний момент…

— Хе-хе, мальчик. Я же говорил: Небораздирающая Секта — в одном лице.

— И что! Я же говорил! Я не сирота! Пойду к отцу, отпустите…!

— Выйти из Секты можно лишь смертью.

— …

— Отправить?

— Чёрт.

…и возвращал холодной угрозой.

Так я и терпел, всхлипывая, эту собачью жизнь.

Время, впрочем, лечит.

Год… два…

Потихоньку привык. За Учителем — в этой пёсей муштре — я рос рывками.

— Даже у червя есть талант катиться…

Даже похвалил: мол, талант у меня есть.

Жить стало сносно.

Правда…

— Начиная с этой формы Небораздирающего Божественного Искусства придётся использовать врождённую истинную ци.

— Что? Ох… да это ж мошенничество при приёме на работу! Вы об этом при вступлении молчали!

— Что за неблагодарная тварь! И вообще! Это я обманут — не знал, что ты такая чёрная душонка. Эх ты, паршивец! В Культе бы расцвёл, мерзавец!

— Учитель, ну вы даёте. Такое ученику говорить? Обиделся. Пойду-ка в город, попью, меня не ждите!

— Сопляк, он ещё и пить собрался!

…Жили мы, в общем, весело — ругаясь и мирясь.

Однажды я притащил вина, и мы с Учителем выпили.

— Да, ученик, пить надо у взрослых учиться. А если как хулиган…

— Ох, опять занудите. На-ка, ещё чашечку.

— …Эх, ладно.

Ки-циркуляцией вытолкнуть хмель мы могли, но какой в таком питье смысл?

Потому и пили по-честному — до приятной дурноты.

Я поймал момент:

— Учитель. Нам обязательно сдерживать этот Культ? Воинов в Союзе полно — взбрыкнут культисты, их и прихлопнут. Давайте… останемся здесь. Красота кругом, жить свободно…

— …

Небораздирающей Секты нет в оригинале.

С вашим характером вы наверняка бились с Культом…

И погибнете.

Я не хотел, чтобы Учитель умирал.

Хотел — чтобы он жил рядом до естественного конца.

Ругались бы, мирились, пили, смеялись, болтали…

…просто обычно.

Даже докучливая забота — тоже забота.

Не заметил сам, как Учитель стал мне дорог.

Но…

— Что за речи? Остановить Культ — наш долг. Выше жизни.

…он думал иначе.

— Значит, долг Небораздирающей Секты важнее моей жизни, Учитель?

— …Разумеется.

Сказал — и опрокинул чашку.

А последние его слова перед смертью были…

«Ступай. Забудь всё и живи обычно, как хочешь».

— …о «обычной» жизни для меня.

Я дорожил Учителем… и мечтал, чтобы он забыл о долге и жил обычно.

А он — в последний миг — велел обычно жить мне.

Выходит, не один я считал его особенным.

Он тоже…

«Как насчёт «Муён» на мою фамилию? Ха-ха, куда лучше, чем Ви Ён».

…считал особенным меня.

Но даже поняв это — я сбежал.

Сбежал… и снова сбежал…

шаг.

…пока не вернулся.

— Это место… так изменилось…

Соломенная лачуга, где мы жили.

Теперь — ни следа. Одни чёрные, обугленные пятна.

— …Это здесь? Где босс жил с Учителем?

— …Да.

— Но зачем мы пришли…? Мы же к ставке Культа шли…

— Мы не идём в ставку Культа. Сегодня… мы поймаем Небесного Демона.

— …!

Мои люди заворочались.

— А? В-вдруг Небесный Демон…

— Но он ведь сюда не придёт, как…

шинг.

Я вытащил меч под их шёпот.

Мне хотелось сделать вид, что не понимаю. Не признавать.

Казалось, стоит чуть струсить и закрыть глаза…

…и получится жить «обычно», как велел Учитель.

Но…

Чёрт…

Не вышло.

Невыносимо.

Казалось, лишь убив Небесного Демона, я…

взмах.

…снова смогу дышать и жить.

— …

— …

Когда я обнажил клинок и приставил его к чьей-то шее, над моими людьми повисла гнетущая тишина.

— …Босс. Куда вы направляете…

— Все — обнажить клинки.

— Нет, босс. Тут недоразумение. Зачем вдруг…

— ВСЕМ — ОБНАЖИТЬ КЛИНКИ!!!

Дон-рён попытался унять меня, но, услышав мой крик с внутренней силой, все вздрогнули и послушно вытащили оружие.

Однако…

— …

…клинки были обнажены, но ни один не дышал убийством.

— Н-но…

— П-почему…

Пока все растерянно оглядывались, лишь тот, кто стоял передо мной, не шевелился.

С той самой секунды, как я вынул меч, он не сделал ни шага… только смотрел куда-то вдаль.

Дрожала моя рука.

Убить Небесного Демона, убившего Учителя. Убить корень зла.

Дело простое.

Почему же рука трясётся?

— Младший.

— …

На зов он не отозвался. Всё так же спиной ко мне… смотрел на дальние горы.

Сердце колотилось, голова раскалывалась.

Стиснув всё это, я выдавил:

— Скажи, что это не так…

— …

— Скажи одно слово, что это не так.

— …

Скажи — что это ошибка.

Скажи — что я не прав.

Скажи — и…

Скажи — и…!

И тут…

шурх.

Младший, стоявший ко мне спиной, наконец повернул голову и ответил:

— Это не так, старший брат.

— …

ВЗМАХ!

…И сразу после этих слов я опустил меч.