«Кхе… кхе-кхе…»

Чжоу Сяотянь хотел что-то ответить, но сильно закашлялся и его лицо сильно покраснело.

Е Тянь схватил Чжоу Сяотяня за руку: «Дай мне свою левую руку!»

«Что ты делаешь?»

Застигнутый врасплох, Сяотянь пытался оттолкнуть Е Тяня, но он ослаб, и движения его были неловкими и замедленными. Е Тянь зажал точку тайюань, и Чжоу Сяотянь сразу ощутил, как быстро занемела вся левая часть тела. Без сил он упал на кровать. (прим. точка Тайюань располагается на запястье, сразу под большим пальцем)

«Легкие у тебя слабые, и сказывается сильное переутомление!»

Положив пальцы на запястье, некоторое время Е Тянь слушал пульс, а затем с серьезным видом сказал: «Если будешь продолжать в том же духе, больше полугода не протянешь!»

В «Каноне таинственной сути меридианов» сказано: если меридиант легких переполнен, начинается кашель с мокротой. Если не лечить сразу, то начнется кровохаркание, после этого спасти человека нельзя. В древности врачи называли эту болезнь чахоткой. (прим. «Канон таинственной сути меридианов», 灵枢经脉, линшу цзин май — самые древний из известным китайских медицинских трактатов)

Но медицина не стоит на месте. Сейчас эта болезнь излечима, требуется только лечение в стационаре. Но, глядя на жалкий вид Чжоу Сяотяня, Е тянь понимал, что у него даже денег на еду не хватает. Что уж говорить об оплате медицинских счетов.

Можно понять убогий номер в гостевом доме, чтобы скрыться от посторонних глаз и ушей. Но паровые булочки с горчицей… у Чжоу Сяотяня точно не хватает денег. Вот только куда же он дел все недавно заработанное?

«Полгода, говоришь? Мне хватит!» На лице Чжоу Сяотяня промелькнула горькая улыбка. Хоть они с Е Тянем были почти одного возраста, но выглядел он сейчас намного старше.

Е Тянь удивленно спросил: «Туберкулез сейчас довольно просто вылечить. На госпитализацию потребуется не больше нескольких тысяч юаней. Ты разве об этом не знал?»

«Нет денег!» Эта пара слов прозвучала словно привычное заклинание.

«Влупить бы тебе по первое число! А как насчет тех тридцати тысяч, что ты получил от меня в прошлый раз?»

Е Тянь никогда не любил решать чужие проблемы, но сейчас ему казалось, что он столкнулся с каким-то злым роком. Слушая, как равнодушно и односложно отвечает ему этот человек, он ощущал полное бессилие.

Чжоу Сяотянь выглядел, как полудохлая свинья, которую ошпарили кипятком: «Врачу отдал, для моей мамы!»

«Сыновняя почтительность?»

Е Тянь, внимательно вглядываясь в исхудавшее лицо Чжоу Сяотяня, подметил кое-что и спросил: «Ты ведь никогда не имел нормальной работы, твой отец рано умер, а мать была вынуждена работать прислугой. Но потом она ослепла. И ты занимаешься гробницами, потому что больше ничего не умеешь?»

«Ты… откуда ты узнал?» До этого момента на лице Чжоу Сяотяня не было никаких эмоций, но, услышав вопрос Е Тяня, он удивился.

Е Тянь улыбнулся: «Да у тебя на лице написано, что ты занимаешься грабежом, потому что это наследие твоей семьи. Но тебе это не по душе, не так ли?»

У Чжоу Сяотяня высокий лоб, форма которого соответствует восьми гексаграммам Ицзин: 乾, 兑, 离, 震, 巽, 坎, 艮, 坤 (цянь, дуй, ли, чжэн, сун, кан, гэнь, кунь). Такие люди всегда считаются с мнением старших, не прекословят, не желая причинить беспокойство.

В наше время люди с такими лицами довольно часто становятся выдающимися личностями, причем, их способности проявляются в раннем детстве. Но родители, как правило, принижают или вообще не признают их достоинства, из-за чего впоследствии возникают ссоры. Но отец Чжоу Сяотяня умер, когда тому было совсем мало лет.

«Ты пошел в эту гробницу, чтобы добыть денег для лечения матери?» Увидев изменившееся лицо Чжоу Сяотяня, Е Тянь резко переменил свое мнение о нем.

Чжоу Сяотянь обреченно кивнул: «Моя мать слепа на оба глаза. Нужна пересадка роговицы. В больнице сказали заплатить восемьдесят тысяч. Я… у меня пока не хватает денег!»

Кажется, Е Тянь все правильно понял. В ответе Чжоу Сяотяня было больше слов, чем обычно, и это звучало достаточно искренне.

«Е Тянь, я распечатал силы инь, но я не хотел этого! — подняв голову, Чжоу Сяотянь посмотрел собеседнику в глаза. — Я не могу их снова запечатать, но ты… ты сможешь мне помочь?»

Чжоу Сяотянь был достаточно образован и знал, что распечатанная сила инь приведет к гибели многих людей в окрестностях. Но, кроме того, это скажется и на семье грабителя. Ему не важно, что станет с ним, но пострадает также и его слепая мать. Этого он боялся больше всего.

Ради своей матери он был готов на коленях умолять Е Тяня о помощи. Правда, ему не было известно, насколько опытен Е Тянь. Но ведь в прошлый раз он с первого взгляда распознал силу инь в светильнике Чжу-цюэ. Для Чжоу Сяотяня такие навыки казались просто невероятными.

На вопрос Сяотяня Е Тянь ответил уклончиво: «Давай сначала о тебе поговорим. Я не оказываю помощь всем без разора!»

Для себя Е Тянь уже решил, что возьмется за это дело. Но он должен знать все подробности, вплоть до семейной истории Чжоу Сяотяня, иначе непоправимых ошибок не избежать.

Чжоу Сяотянь не хотел отвечать, но, увидев настойчивый взгляд Е Тяня, опустил голову и признался: «Я — потомок Чжоу Дуньи.» (прим. китайский философ и литератор времён династии Сун, основоположник неоконфуцианства)

Е Тянь был удивлен: «Чжоу Дуньи из династии Северная Сун?»

«Да. И мне очень стыдно за своих предков! Чжоу Сяотянь опустил голову еще ниже, но Е Тянь отлично понимал его.

Чжоу Дуньи еще называли Маошу или Ляньси. Это известный философ династии Северная Сун, признанный основатель академической школы родом из Даочжоу. Он написал «Изъяснение Плана Великого предела» и «Книгу проникновения», где классифицировал и упорядочил сложные понятия китайской натурфилософии. Он знал многочисленные особенности врожденных качеств человеческой личности, как свои пять пальцев.(прим. Даочжоу — сейчас это — уезд Даосянь городского округа Юнчжоу провинции Хунань)

Но при жизни большим уважением Чжоу Дуньи не пользовался, его академический и социальный статус был невысок. Известно лишь, что он был «хорош в политике» и «амбициозен, подобно горам и лесам», обладал свободным и не предвзятым умом, духом, достойным бессмертных. Но доподлинно никто не знал его способностей.

Позже помощник правителя Наньаня отправил к нему в обучение двух своих сыновей, Чэн Хао и Чэн И. Эти ученики впоследствии стали довольно известными философами. Еще учитель Чжу Си высоко оценивал труды Чжоу Дуньи, и даже составил комментарии к «Изъяснению Плана Великого предела. После этого репутация Чжоу Дуньи в академических кругах возросла. (прим. В оригинале написано, что братья Чэн были сыновьями помощника правителя Наньаня, но на самом деле их отец занимал должность в уезде Хуанбо)

Но в научных кругах Чжоу Дуньи всегда считался только основоположником неоконфуцианства. И мало кто знал, что он происходил из семьи последователей иньянцзя, практиковавших Цимэнь Дуньцзя и разбиравшихся в геомантии. В народе рек и озер он почитался, как наставник. (прим. иньянцзя — искусство гадания. Цимэнь Дуньцзя — исчисление судьбы и построение стратагем)

Сам Чжоу Дуньи был благородным человеком, но позднее клан Чжоу обрел высокий статус среди расхитителей. А Чжоу Сяотянь, как и другие его потомки, занимался грабежом могил. Неудивительно, что он предпочитал не рассказывать об этом.

«Разве ты родом не из Хунани? Зачем переехал сюда?»

От своего учителя Е Тянь слышал, что клан Чжоу обосновался в Хунани и Цзянси. Но к концу династии Цин, вероятно, они отошли от дел, по крайней мере, среди людей рек и озер о них никто не слышал.

«Уже четыре поколения нашей семьи живет в Хэбэе. Мой дед погиб во время культурной революции, а отец скончался в 80-х. Мы остались вдвоем с матерью, и я совсем не горю желанием грабить гробницы.»

Говоря это, Чжоу Сяотянь, казалось, был полностью погружен в свои мысли и воспоминания. Такое впечатление, что это был не ответ на вопрос, а просто размышления вслух. Правда, он человек не общительный, и не всегда умеет правильно излагать свои мысли, но Е Тянь хорошо понял его ситуацию.

Оказалось, что прадед Чжоу Сяотяня был прямым потомком Чжоу Дуньи по отцовской линии. Но в конце династии Цин, когда в обществе назревали серьезные перемены, а экономика была нестабильна, кто-то из нечистых на руку людей позарился на наследство семьи Чжоу. Против них готовился заговор с целью кражи семейных реликвий, при этом пострадали бы и люди.

Чтобы не допустить трагедии, прадед Чжоу Сяотяня с женой уехали из родного города и обосновались в Таншане, в провинции Хэбэй. Он был человеком образованным и вскоре сумел устроиться в частную школу преподавателем, постепенно завоевал уважение людей.

Дед Чжоу Сяотяня, Чжоу Тяньци, поешл по стопам отца и впоследствии стал профессором факультета философии Хэбэйского университета. Вроде бы жизнь семьи Чжоу налаживалась. Но с началом культурной революции все пошло наперекосяк.

Сначала деда Чжоу Сяотяня подвергли критике как ревизиониста, потом при обыске нашли несколько коробок с малоизвестными работами Чжоу Дуньи, спрятанными в доме.

Эти безграмотные люди не могли понять ценности древних книг. Деда обвинили в пропаганде феодальных предрассудков. Чтобы хоть как-то защитить семью, он прилюдно сжег все свои книги.

Чжоу Тяньци, избитый хунвэйбинами, глядя, как горит наследие его предков, уничтоженное его собственными руками, не выдержал этого испытания и умер, упав на землю рядом с горящими книгами.

Отец Чжоу Сяотяня недавно женился. Он хорошо понимал ценность семейных реликвий и хотел спасти хоть что-то. Но, защищая Чжоу Таньци, он тоже был жестоко избит. Впоследствии эти побои привели к тяжелым осложнениям, от которых он и умер, когда Сяотяню было всего восемь лет.

Позже, после свержения «банды четырех», семью Чжоу реабилитировали и предоставили компенсацию. Мать Чжоу Сяотяня смогла получить работу в университете, где раньше преподавал Чжоу Тяньци.

Но мать Чжоу очень тосковала по умершему мужу. От постоянных слез ее зрение стало ухудшаться, из-за этого не могла продолжать работать. В результате единственным их семейным доходом на двоих стала лишь небольшая пенсия.

В последние несколько лет мать Чжоу совсем ослепла. Сяотянь отвез ее в больницу на обследование. Врачи диагностировали помутнение роговицы на фоне вирусного кератита и предложили сделать пересадку, чтобы хоть частично вернуть ей зрение.

Немногие ценности, оставшиеся от былого наследия семьи Чжоу, были уничтожены во время культурной революции. Отец Сяотяня после смерти не оставил наследства. И вся тяжесть ухода за больной матерью теперь легла на плечи Чжоу Сяотяня.

Из-за семейных проблем Чжоу Сяотянь так и не закончил среднюю школу. Правда, с детства он занимался боевыми искусствами и был довольно силен и здоров. Но мог рассчитывать лишь на зарплату в несколько сотен юаней за месяц. Собрать восемьдесят тысяч на операцию, зарабатывая честным трудом поможет только чудо.

В отчаянии ища хоть какое-нибудь решение, Чжоу Сяотянь вспомнил те некоторые знания о геомантии и фэн-шуй, которые получил в детстве от отца. А потом разбирая вещи в доме, нашел последнюю семейную реликвию — компас геоманта.

Надо сказать, что Чжоу Сяотянь был от природы очень умен. Ему достаточно было воспоминаний о рассказах отца и нескольких купленных книг, чтобы самостоятельно изучить техники фэн-шуй. В своей среде он даже считается мастером.

Однако, ему было всего двадцать лет, и без опытного учителя постичь все тонкости немыслимо, поэтому заработать на этом он тоже много не мог.

Однажды, оказавшись на рынке, он заметил, сколь высоки цены на антиквариат, и на него словно озарение нашло. Основы геомантии он знал. Если с помощью живых не получается заработать деньги, почему бы не позаимствовать их у мертвых?

Занявшись этим промыслом, Чжоу Сяотянь не избегал полезных связей, хоть и предпочитал работать в одиночку. Он познакомился с несколькими молодыми грабителями, которые и представили его Цзи Жаню. Так он и встретил Е Тяня.