Глава 1275: Чилэй
* * *
Если бы внутри оказались тени душ средней или даже поздней стадии Зарождения Души, он смог бы лично прочувствовать их и постичь более высокое состояние разума.
Контакт с тенями душ, оставленными культиваторами его уровня, несомненно, принес бы ему колоссальную пользу!
Тогда, у Кровавого Озера, у него не было времени на тщательное исследование. Цинь Сан лишь заметил, что внутри талисманной марионетки таятся бесчисленные тени душ – хаотичные и обезумевшие, словно шествие сотни призраков.
Он никак не ожидал такой находки!
Сидя со скрещенными ногами в своем пещерном жилище, Цинь Сан крепко сжимал в руке талисманную марионетку.
Марионетку окутывало слабое лазурное свечение. Цинцзюнь наложила на нее несколько слоев барьеров, чтобы не дать ей выйти из-под контроля.
Цинь Сан не знал, как именно Дворцу Безмятежности Шанъюань удалось создать нечто подобное. Однако под защитой Нефритового Будды он не боялся, что талисманная марионетка поглотит его изначальный дух. Он смело направил свое сознание прямо внутрь марионетки и принялся беспрепятственно исследовать ее содержимое.
По правде говоря, Цинь Сану не первому пришла в голову эта идея. Все предыдущие великие мастера Дворца Безмятежности Шанъюань пытались сделать то же самое.
Внутри талисманной марионетки находились тени душ средней стадии Зарождения Души, но ни одной тени более высокого уровня. Было неизвестно, связано ли это с тем, что ни один великий культиватор так и не воспользовался этой марионеткой, или существовала какая-то другая причина.
Однако самые сильные тени душ скрывались глубоко в недрах марионетки.
Культиваторы Дворца Безмятежности Шанъюань осмеливались вступать в контакт лишь с двумя-тремя тенями, находившимися у самой поверхности. Теперь же, когда внутреннее пространство марионетки погрузилось в полнейший хаос, даже внешние тени стали чрезвычайно опасными.
Чтобы найти тени душ средней стадии Зарождения Души, требовалось проникнуть в самые глубины марионетки.
При этом изначальный дух оказывался совершенно беззащитным перед тенями. Постигая их озарения, он одновременно подвергался мучениям от ответной реакции, пожирающей душу. Даже великие культиваторы не смогли бы этого выдержать.
Если не имелось способа полностью защитить изначальный дух, риски многократно превышали возможную выгоду. Но Цинь Сана подобные проблемы не беспокоили.
Его изначальный дух сиял ослепительным золотым светом. Тени душ отступали одна за другой, не в силах причинить ему ни малейшего вреда.
Чем глубже он проникал, тем сильнее становились тени. В конце концов он отыскал тени душ средней стадии Зарождения Души, причем сразу три!
«Интересно, какое по счету поколение великих мастеров Дворца Безмятежности Шанъюань создало эту талисманную марионетку? Судя по всему, она существует уже очень давно – достаточно, чтобы успели появиться еще три великих мастера средней стадии Зарождения Души», — подумал Цинь Сан, и его сердце наполнилось радостью.
Тени душ были свирепыми и искаженными. Они яростно бросались на него, но оставались совершенно бессильными.
Немного поразмыслив, Цинь Сан не стал торопиться с их изучением. Вместо этого он отступил.
Он сформировал Зарождающуюся Душу совсем недавно. До средней стадии было еще очень далеко. Он мог начать с внешних теней и постепенно перенимать их опыт по мере роста своей культивации.
«Из какого же духовного материала сделана эта талисманная марионетка, раз она обладает настолько невероятным эффектом? Жаль, что здесь нет теней душ поздней стадии Зарождения Души или стадии Божественной Трансформации. Иначе прорваться в будущем было бы намного проще...» — Цин Сун с интересом вертел в руках талисманную марионетку, не в силах с ней расстаться.
Ее поверхность была гладкой и теплой, словно нефрит, и совершенно не позволяла понять, из чего она была сделана.
«К счастью, она не досталась Дунъян Бо. Иначе на Горе Шаохуа мог бы появиться еще один культиватор стадии Зарождения Души. Если представится возможность, Му Ифэн и Ли Юйфу тоже смогут попробовать ею воспользоваться. Тогда возвышение Храма Цинъян будет не за горами. Но как им контактировать с тенями душ без Нефритового Будды?»
Размышляя над этой проблемой, Цинь Сан вдруг кое-что вспомнил:
«Изначальный Талисман Внутреннего Взора! Так вот в чем дело! Должно быть, это сокровище использовалось учениками Дворца Безмятежности Шанъюань для безопасного контакта с тенями. К тому же оно отвлекало внимание посторонних, не позволяя им связать его с марионеткой. Но если так, почему же несколько поколений их учеников так и не смогли сформировать Зарождающуюся Душу? Неужели дело было лишь в нехватке таланта?»
Цинь Сан подозревал, что Изначальный Талисман Внутреннего Взора был лишь тайным талисманом стадии Формирования Ядра, которого могло оказаться недостаточно для полноценной защиты. Внутри марионетки творился настоящий хаос. Не будь у него Нефритового Будды, даже он не рискнул бы так легкомысленно туда соваться.
Какое-то время Цинь Сан не мог придумать решения. Внезапно он почувствовал, что барьер пещерного жилища кто-то потревожил. Подняв голову и распространив духовное сознание наружу, он увидел Цзинъюй и толстого цыпленка. Он поднялся и вышел на улицу.
— Ваша культивация восстановилась? — спросил Цинь Сан, осматривая Цзинъюй.
Ее уровень культивации был выше его собственного. Вероятно, она уже достигла пика начальной стадии Трансформации. Если Цзинъюй прорвется на среднюю стадию и согласится защищать Храм Цинъян, в будущем он сможет странствовать без лишних тревог.
Цзинъюй кивнула:
— Благодарю вас за пилюли, даос. После недолгого восстановления я смогу попытаться совершить прорыв. Но прежде чем уйти в уединение, я помогу вам поместить Кровавый Янтарь Трупного Цветка в духовную жилу. Вы уже собрали все духовные материалы, необходимые для массива из тайной техники?
— Я уже отправил людей на поиски. Хотя они и редки, найти их не составит труда. Интересно, сколько лет горькой культивации сэкономят мне эти три Кровавых Янтаря Трупного Цветка! — в глазах Цинь Сана мелькнуло предвкушение.
Как только Кровавые Янтари Трупного Цветка будут очищены, он начнет контактировать с тенями душ, параллельно перерабатывая духовные травы. Его культивация наверняка начнет расти как на дрожжах!
Цзинъюй замялась:
— Я не уверена. Когда предки моего клана добывали Кровавый Янтарь Трупного Цветка, они относились к нему как к великому сокровищу и использовали его исключительно для прорывов. Никто не очищал и не поглощал его напрямую! Вы не думали о том, чтобы обменять его у других королей демонов на какие-нибудь сокровища?
Цинь Сан на мгновение задумался, а затем твердо покачал головой.
На его уровне сэкономить даже десять лет культивации было невероятно ценно. Это открывало больше возможностей. Раз он мог использовать его сам, не было необходимости обменивать его. Если только это не сокровище, непосредственно помогающее совершить прорыв, вряд ли он смог бы получить что-нибудь лучше.
Теперь, когда у него была талисманная марионетка, если он вскоре прорвется на среднюю стадию Зарождения Души, то сможет отправиться в странствия на поиски возможностей для прорыва на стадию Божественной Трансформации, а также оставшихся фрагментов Меча Убийства.
Даже если бы он обменял его на какие-то внешние сокровища, разве могли они сравниться с личным развитием? Он не испытывал недостатка в магических сокровищах.
Видя, что Цинь Сан принял решение, Цзинъюй не стала настаивать. Она слегка замялась, и на ее лице появилось обеспокоенное выражение. Заинтригованный Цинь Сан молча ждал.
Цзинъюй подозвала к себе толстого цыпленка и произнесла:
— Когда я уходила, он был еще совсем мал и откликался лишь на прозвище. Даже сейчас у него нет настоящего имени, из-за чего он может стать посмешищем. Даос Цинь, вы даровали ему милость, сравнимую со вторым рождением. Не согласитесь ли вы лично дать ему имя?
— Разве я могу? — удивился Цинь Сан и, сочтя просьбу немного странной, отмахнулся в знак отказа.
Однако Цзинъюй настаивала, да и толстый цыпленок почтительно поклонился ему.
Не имея возможности и дальше отказываться, Цинь Сан немного поразмыслил.
— Сокол, Пожирающий Молнии, от рождения наделен божественной способностью повелевать молниями. Пусть его даосским именем будет Чилэй [1]. Что скажете?
Толстый цыпленок пришел в неописуемый восторг и принялся без конца отбивать поклоны:
— Благодарю вас за дарованное имя!
Лицо Цзинъюй наполнилось облегчением. Затем она сказала:
— Даос Цинь, я только что услышала от Чилэя, что он однажды поклялся: если вы спасете меня, то он признает вас своим хозяином...
Не успела она договорить, как Цинь Сан с улыбкой прервал ее:
— Это было сказано лишь вскользь. Я никогда на это не соглашался. Не стоит принимать это близко к сердцу.
— Даос Цинь, прошу, не поймите меня неправильно! — торопливо проговорила Цзинъюй. — Вы даровали Чилэю силу молнии Лазурной Луани, многократно повысив его потенциал. Вы также вызволили меня из темной тюрьмы. Мы с сыном не из тех, кто не помнит добра. Я слышала, что вы намереваетесь основать секту и повелевать демонами Бамбукового Моря Тысячи Гор. Если я не смогу совершить прорыв, то и говорить больше не о чем – Чилэй будет служить вам. Но если мне это удастся, могу ли я занять его место и стать духовным зверем-хранителем вашей секты?
Цинь Сан слегка опешил. На самом деле он с самого начала положил глаз именно на Цзинъюй. Он никак не ожидал, что она сама поднимет эту тему, да еще и добровольно предложит стать духовным зверем-хранителем.
— Вы серьезно?
Цзинъюй торжественно ответила:
— Я могу принести клятву на крови.
Толстый цыпленок занервничал и попытался было возразить, но Цзинъюй заставила его замолчать одним щелчком пальца.
Цинь Сан погрузился в раздумья. Такой исход был даже лучше, чем он ожидал. Однако к великому демону стадии Трансформации нельзя было относиться как к обычному духовному зверю, да и привязать ее к секте навсегда было невозможно.
* * *
[1] Чи (叱) переводится как «рев» или «громкий крик», а Лэй (雷) означает «молния» или «гром».