После утренней тренировки и завтрака Кан Чан проводил родителей. А оставшись один в гостиной, почувствовал, как время летит с невероятной скоростью.

— Сегодня будет отличный день! – воскликнул он.

Он ощущал такой яркий прилив энергии, что даже стал удивлялся своей вчерашней апатии. Правда, теперь нужно было решить, чем заняться до часа дня. В интернете ничего интересного, по телевизору – лишь скучные новости.

«Когда скучаешь – звони Даеру».

У них как раз хватит времени на чай, обед и дорогу до отеля «Намсан».

Кан Чан направился в комнату за телефоном, как вдруг тот зазвонил.

Бз-з. Бз-з. Бз-з.

Он усмехнулся.

«Наверное, ему тоже скучно».

Однако, на экране светилось совсем иное имя. Ранок.

— Алло? – ответил Кан Чан.

[ — Месье Кан Чан, у вас найдется время на разговор?]

— Конечно. В чём дело?

[ — Моя работа закончилась раньше, и я хочу познакомить вас с одним человеком. Не пообедаем вместе?]

— Хорошо. Куда подъехать?

[ — В посольство. А ещё я голоден, поэтому мы пообедаем.]

«Он что, и шутить умеет?»

[ — Сможете приехать сейчас?]

— Да. Уже выезжаю.

Кан Чан повесил трубку и переоделся. Выходя из квартиры, он позвонил Сок Канхо и велел ехать сразу в отель. Вскоре перед ним остановилось такси.

Ким Хёнчжон так и не позвонил. Кан Чан не знал, о чём тот думает, но сейчас он, вероятно, испытывает серьёзные сомнения. И если он узнает исход событий, наверняка упадёт в обморок от шока.

Дороги в это время, как и обычно, оказались пусты, так что до посольства Кан Чан добрался быстро. Рафаэль учтиво поклонился, а Ранок вышел его встретить.

— Месье Кан Чан, – начал он.

И тут незнакомый азиат вышел вперед, внимательно посмотрев на Кан Чана.

— Стоит представить вас. Месье Кан Чан, это месье Ян Фань. Месье Ян Фань, это тот самый Кан Чан, с которым я так хотел вас познакомить, – проговорил Ранок.

— Ян Фань. Приятно познакомиться.

— Кан Чан. Взаимно.

Французский у мужчины был на разговорном уровне – не идеальный, но вполне неплохой. Ему было лет тридцать пять – сорок, а нечитаемый взгляд и острые скулы сразу бросались в глаза.

По предложению Ранока Кан Чан сел за стол.

— Месье Кан, Ян Фань связан с китайскими спецслужбами, – объяснил Ранок, наливая чай, – Давайте все обсудим и разберёмся с делами до обеда.

Ранок достал сигару из футляра и предложил мужчинам также взять по одной. Ян Фань жестом предложил Кан Чану принять ее первым и заговорил, уже протягивая руку за своей.

— Господин Кан Чан. Вы, конечно, в курсе, что Сукэ угрожал правительству Южной Кореи.

Кан Чан резко замер, протянув руку к зажигалке, и пристально взглянул на Ян Фаня.

— Благодаря пониманию посла Ранока нам, к счастью, удалось предотвратить новую ошибку Сукэ. Это лишь личное любопытство, но что вы планировали сделать при встрече с ним сегодня, Господин Кан Чан?

Похоже, Ранок и Ян Фань были в курсе требований Хо Гыка. А раз так, то и Кан Чану нечего было скрывать.

— Я собирался его убить.

Услышав ответ, Ранок застыл с неестественной улыбкой. Ян Фань едва заметно покачал головой.

— Что ж. Мы позаботимся о Сукэ, как вы того пожелаете, посол Ранок.

«Они что, издеваются? О чём вообще идёт речь?»

Ранок быстро начал объяснять, заметив взгляд Кан Чана.

— Месье Кан Чан, мы с Ян Фанем обсуждали, как Сукэ провёл операцию без стороннего одобрения и давил на правительство Южной Кореи, игнорируя саму цель существования разведки. Потому отныне Ян Фань будет заниматься репарациями и компенсациями, а с Сукэ поступят так, как вы изначально хотели.

Кан Чан почувствовал, будто по его лицу проехались грузовиком. Хоть вчера он и не слишком переживал, решение далось ему нелегко. А теперь всё оказалось напрасно. Он сеял в песке. Не зря змеи внушают страх.

Он также подумал, что даже южнокорейская разведка, вероятно, до сих пор не до конца осознаёт мощь этой змеи.

— Китайская разведка приняла посредничество посла Ранока в этом вопросе, Господин Кан Чан. Если что-то вас не устроит – обращайтесь к нему или напрямую ко мне. И еще. Когда мы наедине, можете говорить со мной на корейском, – сказал Ян Фань.

— Вы говорите по-корейски? – удивлённо спросил Кан Чан.

— Я даже знаю, что по-корейски моё имя произносится как Ян Бом.

Ранок попытался повторить это имя, но вскоре сдался, покачав головой.

— Что ж, почему бы нам не пообедать сейчас? – предложил он Кан Чану и Ян Бому, у которых не было причин отказываться, так что они все поднялись и направились в столовую

За едой они говорили лишь о бытовых темах. Совсем как во время встречи Кан Чана с Людвигом и Вантом в Лориаме, они обсуждали повседневные вещи – последние фильмы, семью.

Ян Бом держался с ними непринуждённо, но, кажется, чувствовал себя немного неловко рядом с Раноком. Впрочем, он и не пытался это скрыть.

В этом мире политики было что-то загадочное. Люди решали проблемы, попивая чай напротив друг друга, совместно обедая или просто по телефону. Точно так же, как в тёмном криминальном мире мафии и бандитов, эти люди управляли всем из-за кулис. Крайне редко их имена становились известны и, тем более, появлялись в новостях.

Обед длился около двух часов. После они выпили по бокалу вина, и Ян Бом казался весьма довольным этой встречей с Раноком.

Сотрудники поспешили убрать посуду и приготовить для троицы кофе и пепельницы.

— Господин Кан Чан, вам нет необходимости лично ехать в отель. Однако, если вы хотите сами увидеть конец Сукэ, я могу вас проводить, – предложил Ян Бом так небрежно, будто спрашивал, не хочет ли Кан Чан сахара к поданному кофе.

— Было бы неуважительно намеренно проверять то, что посол уже для меня уладил. Но, поскольку Сукэ пытался подло угрожать Южной Корее, я бы хотел, чтобы вместо меня поехал другой сотрудник в качестве свидетеля, – ответил Кан Чан.

Ян Бом, кажется, ожидал другого ответа.

— У нас в стране есть поговорка: если решил выпить яд – проглоти и чашу. Да и не только она. Еще говорят: «шань гао, хуан ди юань» – если начал дело, доводи его до конца. Или, чего греха таить: «Закон далёк, а кулаки рядом». В любом случае, китайская разведка хочет наладить с вами хорошие отношения через посредничество посла Ранока. Пришлите своего сотрудника в китайское посольство. Можете запросить Ян Фаня.

Поразительно быстро Ян Фань скрыл с лица свое неудовольствие и принял пожелания Кан Чана.

Было очевидно, что в этом деле есть что-то, чего Кан Чан не знал, но сейчас он не мог открыто об этом спросить.

Возможно, он мог бы позже обсудить это наедине с Раноком.

— Мне отправить сотрудника прямо сейчас? - спросил Кан Чан.

— Конечно. Вопрос уже решен, – добродушно ответил Ян Фань.

Кан Чан поблагодарил его и немедленно достал телефон, чтобы сделать звонок.

[ — Господин Кан Чан. Это Ким Хёнчжон.]

Голос из динамика звучал довольно подавленно.

— Начальник Ким, пожалуйста, идите прямо сейчас в китайское посольство и спросите Ян Фаня. Остальное я объясню вам позже, – вежливо попросил Кан Чан.

После короткой паузы Ким Хёнчжон ответил:

[ — Понял. Направлюсь туда.]

— Это был сотрудник НСР? – спросил Ян Фань.

— Да. Это человек, которому я полностью доверяю, – с неумолимой уверенностью ответил Кан Чан.

Китаец кивнул, а затем предложил Кан Чану сигарету.

«Не слишком ли он далеко заходит?»

Абсурдное сравнение, но происходящее было похоже на то, что сын богатой семьи пришел бы пообещать, что убьёт собственного брата. Более того, он даже пытался успокоить Кан Чана.

Тем не менее, Кан Чан принял предложение. Они закурили одновременно.

— Итак, господин посол, Господин Кан Чан. Мне нужно идти и встретить гостя. Мы позаботимся, чтобы все прошло по плану, а я буду надеяться, что отношения между Францией, Китаем и Южной Кореей будут развиваться гладко, – сказал Ян Фань, вставая и кладя едва начатую сигарету в пепельницу.

Они все вместе вышли из столовой. Когда Ян Фань ушёл, Кан Чан и Ранок направились в его кабинет.

Стоило им усесться, как Ранок улыбнулся в ответ на вопросительный взгляд Кан Чана.

— Вы действительно планировали убить Сукэ в одиночку? Вы и вправду нечто, месье Кан Чан, – сказал Ранок, казалось, развлечённый этим, откидываясь в кресле и скрещивая ноги, — Хотя, такого от вас я и ожидал. И надеялся, что с этим вопросом вы наконец станете французским гражданином.

— Как вы узнали, что Сукэ тайно давил на правительство Южной Кореи? - спросил Кан Чан, сразу переходя к тому вопросу, который его больше всего интересовал.

— Есть несколько правил в мире разведки. Например, Василий и я можем планировать убийство друг друга, но мы не будем заниматься похищениями. И если ты согласился на извинения и компенсацию, то не стоит разыгрывать какие-либо другие трюки до тех пор, пока выплаты не будут сделаны.

Ранок сделал паузу, недовольно хмурясь.

— Отчасти именно поэтому Василий и Людвиг так активно пытались остановить Сукэ. Такие люди редко меняются. Вот почему я выдвинул китайскому правительству только одно условие, – добавил Ранок.

— Сукэ.

Ранок кивнул.

— Но даже так, разве вы не слишком мягко обошлись с Китаем? – спросил Кан Чан.

— Не каждый день выпадает шанс устранить политического врага. К тому же, Китай теперь осознал ваши возможности.

Кан Чан наклонил голову, не отрывая взгляда от Ранока. Он ведь не врывался в Китай с отрядом спецназа, да и Китай вряд ли испугался бы, даже поступи он так. Так какая разница?

— Месье Кан Чан, на данный момент я буду выступать в качестве вашего официального опекуна. Я не могу говорить подробнее, так как у меня нет подтверждённых данных, но вскоре всё прояснится. Могу ли я действовать как ваш опекун? – спросил Ранок с незнакомым Кан Чану выражением лица. Его глаза светились доверием.

— Не возражаю, – согласился Кан Чан.

Уголки губ Ранока растянулись в широкой улыбке.