Аристелла в сопровождении Ллойда и других святых рыцарей спустилась с гор и вернулась домой уже после того, как солнце появилось на небосводе.

— Аристелла!

— Сестрица!

Стоило силуэтам матери и брата Франциска показаться на горизонте, как на глазах Аристеллы выступили слезы. Они пробыли в разлуке меньше суток, однако то, что случилось с ними, стало для девушки большим потрясением. Поэтому Аристелла поспешно упала в объятия матери.

— Спасибо Вам, рыцарь. Вы спасли мою дочь.

— Не за что. Слава Богу, что мы не опоздали. Если бы я прибыл раньше, Вам бы не пришлось переживать такое, Ваша святость, — сказал серебряновласый рыцарь, поклонившись Аристелле.

Рыцарь, с крепким телосложением и облаченный в доспехи, выглядел напуганным. Однако несмотря на это, он производил впечатление аристократа.

Если он — святой рыцарь, значит он пришел из храма? Аристелле, которую незнакомцы украли прошлой ночью, было довольно трудно разговаривать с незнакомым мужчиной. Однако он спас её, поэтому у девушки не было другого выбора, кроме как сказать ему что-то.

— Спасибо за помощь, рыцарь Ллойд. Однако… почему вы обращаетесь ко мне «Ваша святость»? — спросила Аристелла, схватившись дрожащими руками за подол юбки и склонив голову перед Ллойдом.

Девушка не могла избавиться от сомнений, которые засели в её голове. Это было связано с тем, что ей на выручку пришел не один Ллойд, а целых десять святых рыцарей.

Некоторые поговаривали, что рыцари взяли семью Аристеллы под своё крыло, чтобы никто не смог причинить ей вред.

Почему рыцари, что принадлежат храму, взяли под защиту её семью? Возможно, это было связано с тем, что сделал отец девушки. Поэтому Аристелла поспешно перевела взгляд на своего отца, Альберта.

— Аристелла. Я собирался сообщить тебе хорошие новости, однако неожиданно ворвались эти бандюганы. Если бы я заранее не обратился к епископу, кто знает, что могло произойти.

— Какие новости...?

— Аристелла, снизошло пророчество о то, что ты станешь 17-й святой. Ты будешь сдерживать в своём теле богиню Уигментар.

— Что...?

Аристелла станет святой, которая должна сдерживать в своём теле богиню? Что за чушь? Девушка совершенно не понимала, что говорил её отец, Альберт.

— Командир Ллойд, это ведь правда? Моя дочь станет святой? — спросил Альберт у рыцаря, с гордостью взглянув на свою дочь.

— В этом нет сомнений. Камень Святого Духа реагирует на неё.

— Тогда… Ваше обещание…

— Да, храм выплатит Вам миллион золотых на оплату долгов и ещё один на защиту святой. Итого, два миллиона золотых.

— Что? Два миллиона золотых?

Услышав огромную сумму Аристелла не смогла скрыть удивления. Два миллиона золотых! Семья из четырех человек тратит не больше сотни золотых в месяц. Удивительно, что долг отца составлял не тысячу или десять тысяч золотых, а такую ошеломляющую сумму, как миллион. Однако ещё удивительнее было то, что храм готов заплатить вдвое больше.

— Подождите! Я не хочу быть…

— Аристелла! Моя любимая дочурка! — сказал Альберт, перебив дочь и обняв её.

У отца, которого девушка давно не видела, была густая борода. Он сильно смердил, так как давно не принимал водные процедуры. Его улыбка и прищуренные глаза, налитые кровью, казались Аристелле жуткими и незнакомыми. Не таким она помнила своего отца.

— Если станешь святой, то всю жизнь будешь жить в храме под защитой рыцарей. Ты станешь уважаемой… Это большая честь!

— Я не хочу становится святой!

— Аристелла, послушай своего отца. Как долго ты собираешься прозябать в этом захолустье? Неужели ты планируешь и дальше заниматься сельским хозяйством, а потом выйти замуж за крестьянина?

Альберт разговаривал с Аристеллой очень нежным и тихим голосом. Однако несмотря на это, он никак не мог скрыть свою жадность, таящуюся в глазах.

Два миллиона золотых. Семье, которая занимается земледелием на арендуемой земле, такие суммы и не снились никогда. Однако храм обещал выплатить такую сумму только за то, что Камень Святого Духа отреагировал на девушку.

Отец, что оставил семью и вернулся с долгами, просто не мог упустить такую возможность. Нет, дело было в том, что он вернулся обратно лишь потому, что услышал новость о том, что Аристеллу нарекли святой. Если бы не пророчество, то, вероятно, он бы ни за что не вернулся обратно.

Аристелла повернула голову и взглянула на мать с братом. Она предполагала, что отец не станет брать на себя ответственность за их жизни. Однако если она откажется идти в храм, то кто будет платить по долгам отца? Такую баснословную сумму они не смогут вернуть, даже если будут работать всю оставшуюся жизнь. Поэтому им придется постоянно жить в бегах или продаться за гроши аристократам.

— Рыцарь-командор, Ллойд.

— Да, Ваша святость.

— Я… Если я стану святой, храм просто даст моей семье два миллиона золотых? Разве это не будет кредитом?

— Конечно. Для безопасности святой необходимо согласие и сотрудничество со стороны семьи. Поскольку пророчество снизошло, храм не пожалеет денег.

За всю жизнь Аристелла ни разу не была в храме. Став святой и поселившись в храме, она будет вынуждена посетить его. Однако у неё не было другого выбора. Она не хотела, чтобы её семья расплачивалась с долгами отца. Она понимала, что больше не сможет вести обычный образ жизни. Однако если она пожертвует свое тело, её мать и младший брат смогут вести нормальную жизнь.

— … Я пойду в храм.

— О, Аристелла! Отличное решение, моя мудрая дочурка.

— Однако у меня есть условие, командор Ллойд.

— Какое?

— Миллион вы потратите на выплату долгов отца. А остальное, пожалуйста, используйте во благо матери и брата.

— Аристелла?

Лицо Альберта исказилось. Однако девушка не боялась гнева отца. Когда человек становится святым, он должен разорвать семейные узы. У Аристеллы не осталось никаких чувств к тому, кто подверг её семью опасности.

— Я бы хотела, чтобы вы предоставили дом, в котором могли бы жить моя мать и Френсис, нанять прислугу. А также охрану. И ни в коем случае не позволяйте этому игроману приблизиться к ним, — сказала девушка, стряхнув с себя руку Альберта, который пытался удержать её за плечо.

— Аристелла!

— Будет исполнено, святая.

Стоило Альберту повысить голос, как по приказу Ллойда рыцари насильно оттащили мужчину от Аристеллы. Девушка с тяжелым сердцем наблюдала за тем, как рыцари скрутили её отца и выдворили прочь.

— Что нибудь ещё?

— Я бы хотела отправить брата в школу. И… Пожалуйста, не заставляйте мою мать и брата испытывать неудобства.

— Хорошо. Мы приставим к ним лечащего врача и управляющего.

Услышав ответ рыцаря, Аристелла почувствовала облегчение. Девушка вздохнула и взглянула на мать и брата.

— Аристелла…

— Всё хорошо, матушка. В храме безопасно, не так ли? Это всё, что я могу сделать для вашей безбедной жизни.

Аристелла через силу улыбнулась и обняла членов своей семьи. Как только она попадет в храм, то больше никогда не сможет увидеть свою семью. Ей придется провести там остаток жизни, пока она не умрет или не появится новая святая. Аристелла сожалела, что не сможет увидеть брата повзрослевшим.

— Френсис, ты должен позаботиться о матушке. Хорошо? — сказала девушка, не подав виду и крепко сжав руку брата.

— Д-да…

— Ты должен соответствовать своей сестре. Скажи, что сдержишь обещание.

— Я обещаю! — поджав губы, решительно кивнул головой Френсис.

Аристелле было трудно оставить мать и младшего брата, однако, если она покинет их, то её семью будет ждать комфортная и безбедная жизнь. Подумав об этом, девушка поцеловала брата в лоб.

— Пойдемте, командор Ллойд.

— Зовите меня просто Ллойд, Ваша святость.

— … Поняла Вас, Ллойд.

— Мы позаботимся о Вас, — сказал Ллойд, подав девушке руку.

Как только Ариелла взяла рыцаря за руку, процессия направилась в сторону дороги, где стояла платиновая карета, на которой могли ездить только священники.

— Пойдемте, Ваша святость.

Подойдя к карете, Аристелла в последний раз взглянула на мать и младшего брата и улыбнулась.

— Аристелла!

— Сестрица!

Несмотря на то, что девушка слышала голоса членов своей семьи, зовущих её, она не могла их увидеть из-за навернувшихся слез. Поэтому Аристелла поспешно забралась в карету, а Ллойд закрыл за ней дверь.

— Отправляемся! — крикнул Ллойд, забравшись на белого коня.

Карета тронулась с места и направилась в сторону храма. Вскоре послышались песнопения рыцарей, которые сообщали о появлении 17-й святой.

Толпы людей заполонили улицы. Все хотели посмотреть на новую святую, однако никто из них не мог увидеть Аристеллу, так как девушка, согнувшись пополам и уткнувшись лицом в колени продолжала плакать.