Почему так получилось?.. Сколько раз за жизнь человек произносит эту фразу? Я уже и не помню, сколько раз в жизни я говорила "почему так получилось?", но и сегодня я произнесла её.

— …Ну, Юсин был рад, так что всё в порядке.

Место работы, которое мне посоветовал Ото-нии, — мероприятие, посвящённое боевым искусствам… Изначально я должна была работать там в качестве продавца. Продавать товары и всё такое.

Но сейчас я иду по рингу, и это удивительно.

Сказали, что не хватает одной девушки, и что заплатят больше, поэтому я неохотно согласилась. И костюм, похоже, выдают только тем, кто его носит…

Но, если подумать, разве не могли обойтись пятью девушками с табличками, а не шестью?..

Говорят, что когда фотографируют спортсменов, то ставят девушек с табличками по бокам, и для баланса и хорошего вида нужно шесть человек… Но разве пяти было бы недостаточно?

Под яркими софитами я медленно иду по рингу с табличкой, на которой написан номер раунда. Всё это время я чувствую на себе взгляды со всех сторон.

И, ощущая эти взгляды, я смутно думаю, что если бы я не встретила Юсина, то, наверное, не согласилась бы на эту подработку.

Так много взглядов… Это похоже на взгляды, которые я чувствовала в школе, но гораздо сильнее… У меня даже мурашки по спине.

Но я справляюсь со своей работой, несмотря на эти взгляды, значит, я выросла.

Угу, это самовосхваление. И хоть это не очень приятно, так я себя подбадриваю.

Но сейчас, только сейчас, я думаю, что смогу справиться и без этого.

Потому что… Я иду и мельком смотрю на определённое место.

Там сидит мужчина… Юсин, и смотрит на меня.

Он немного покраснел и смотрит на ринг, словно снизу вверх, устремив свой взор на меня. Просто смотрит в одну точку… Смотрит на меня.

Один этот взгляд помогает мне игнорировать сотни других. Неужели его присутствие так меняет моё состояние духа? Хочется, чтобы он смотрел на меня ещё больше.

Я благодарна Ото-нии, что он удержал Юсина. Сказал: "Посмотри немного…" — и тайком подготовил ему место, зная, что он будет стесняться.

…Потом он сказал, что его, наверное, отругают. Ну, я оставлю это на Ото-нии. В любом случае, я должна показать Юсину, как я работаю.

Я подмигнула ему так, чтобы никто, кроме него, не заметил.

Кажется, вокруг него стало немного шумно, но Юсин, которому я подмигнула, ещё больше покраснел. И всё равно улыбается мне.

В моей груди поднялось тёплое… Даже горячее чувство.

Это чувство, которое, если не выпустить наружу, может обжечь, я, наверное, когда-нибудь выплесну на него. Когда-нибудь я обожгу его этим чувством… Обожгу так, что он не сможет оправиться.

Я буду нежно заботиться о нём, обожжённом, лечить его, исцелять, гладить оставшиеся шрамы с любовью… И снова, наверное, обожгу его. Я выплесну на него свои грязные чувства.

У меня есть предчувствие, похожее на уверенность.

Я думаю об этом, как о стихотворении, но… Да, если не обманывать себя, то я не выдержу.

Я не показываю этого, но во мне бушуют такие чувства. Если не выразить их словами, я не разберусь и просто сойду с ума.

В последнее время я думаю, что я… Девушка с довольно тяжёлым характером. Может, я боялась парней, потому что боялась, что они отвергнут эти мои чувства?

Сейчас я так думаю, но, может, всё и не так. Может, мне просто нужно как-то объяснить себе эти невыносимые, но неотделимые чувства?

Я не думала, что я такая "тяжёлая"… Я думала, что я более… Не то чтобы прямолинейная, но, скажем, проще.

Не знаю, что лучше, а что хуже.

По крайней мере, Юсин принимает меня такой… Если бы это было не так, то что бы со мной стало? Наверное, я бы совсем сломалась.

…Ну, у меня сейчас такие чувства по разным причинам. Из-за них я недавно так смело и залезла на Юсина.

"Залезла" — может, это звучит немного пошло, но ничего такого мы не делали. Просто… Я села к нему на колени, лицом к лицу…

Да, в этом костюме это было немного опрометчиво.

Что сделано, то сделано. В следующий раз буду осторожнее и всё хорошенько обдумаю.

Причина, причина. Причину того, почему я это сделала… Я ещё не сказала её Юсину.

Он всё мне рассказывает, а я молчу – это немного трусливо, но мне трудно об этом говорить.

Ведь мои мысли, скорее всего, напрасны.

Наверное, всё началось с того письма. Письма от старосты, в котором она спрашивала, не закончилась ли наша игра [Т1] на желание.

Если бы она просто отправила мне письмо, то, наверное, у меня не было бы таких чувств.

Проблема в том, что случилось потом. Потом… Староста сказала Юсину. Сказала, что знает, почему я ему призналась.

Она сказала, что всё знает, а Юсин отнёсся к этому как к чему-то незначительному, но в тот момент у меня и закралось одно подозрение.

Почему она сказала об этом и мне, и Юсину?

Изначально достаточно было сказать только мне. Или только Юсину. Но она этого не сделала… Может быть… У меня возникла одна мысль.

Может, староста тоже любит Юсина…?

Вот такое у меня сомнение.

Обычно я бы даже не подумала об этом, это просто нелепо, да и невозможно. Вообще-то, Юсин даже имени старосты не знает, такого не может быть.

Обычно… Я бы так подумала. Обычно.

Но я-то знаю себя. Я знаю, что могу быть рядом с парнем, даже не зная его, и полюбить его… Очень сильно.

Если я так поступила, то почему другие не могут?

…Ну, я не отрицаю, что я, наверное, доверчивая и легко поддаюсь на провокации, и такое вполне возможно… Но это не значит, что другие не такие же.

Раз возникло сомнение, то достаточно и вероятности.

У меня нет доказательств, и я не видела никаких намёков, но, если начать сомневаться, всё поведение старосты кажется подозрительным.

Может, она осталась на дополнительные занятия, чтобы побыть с Юсином? Может, она не обедала с нами, потому что не хотела быть рядом со мной?..

Это сложно, потому что нет ни подтверждений, ни опровержений. Сомнения возникают одно за другим и исчезают. Хоть бы склонилось к чему-то одному…

Пока я об этом думала, я уже обошла ринг. Я немного запаниковала и вернулась в комнату отдыха.

К сожалению, не рядом с Юсином.

Ведь он тайком сидит на обычном месте, поэтому, если я зайду туда в таком виде, то поднимется шум. Поэтому терплю, терплю.

Так вышло, что место свободно… И Юсин не будет там всё время.

— Эй, эй… Ибарато-тян, Ибарато-тян.

Как только мы сошли с ринга, бой возобновился. Ото-нии выйдет на ринг позже, потому что у него главный бой, но и этот бой тоже очень напряжённый.

Я мельком посмотрела не на ринг, а в сторону Юсина. Сначала он был растерян, но сейчас смотрит на бой серьёзным взглядом, видно, что увлёкся.

Милый.

Я невольно чуть не сорвалась с места, чтобы подражать окружающим и выкрикивать что-то, хотя и не привыкла к этому. Он такой милый, так старается изо всех сил.

Парням, наверное, не нравится, когда их называют "милыми", но я всё равно хочу сказать это громко.

Юсин — милый.

Конечно, у него много и крутых черт, и он заставляет меня трепетать, но…

— Эй… Ибарато-тян… Ты меня слушаешь?

— А? Э? А, что такое?

Я так увлеклась, что не заметила, как ко мне тихо обращаются. Ко мне обратилась девушка с табличкой, стоявшая рядом. Кажется… Рина-сан.

— Ты так увлеклась… Неужели бой настолько интересный?

— А, нет… Э-э… Ну…

— Или ты просто смотрела на своего парня?

Ах, она заметила. Рина-сан смотрит на меня с умилением. Но она же говорила, что Юсин ей нравится…

Я не знала, как себя вести, но Рина-сан, похоже, поняла это по моему поведению, и почему-то, сексуально скрестив ноги, пожала плечами:

— Ты, может, насторожилась из-за того, что я сказала, что твой парень мне нравится? Да ладно, не переживай, я… Чужих парней не трогаю. Подкалываю, но не более того.

— А, вот как. Но я бы хотела, чтобы вы и не подкалывали…

— Если расстанетесь, я сразу его уведу.

— Мы не расстанемся!

Рина-сан тихо хихикнула. Я успокоилась, но насторожилась ещё больше. Слишком уж она сексуальная… Напоминает мне девушку с работы Юсина.

Я снова немного забеспокоилась.

— И вообще… Твой парень такой интересный. Он, кажется, влюблён в тебя по уши… Даже не взглянул на меня… Немного задело мою гордость.

— …Правда?

— В той комнате… Даже мельком не посмотрел. Обычно, если на мне такой наряд, то взгляды так и притягиваются. А, если подумаю об этом ещё раз, то снова расстроюсь…

Мне почему-то стало приятно. В комнате отдыха было много девушек, красивее меня… Я думала, что Юсин просто не сможет отвести от них взгляд.

Но, сознательно или нет… Юсин не смотрел ни на кого, кроме меня.

Что ж, мне приятно. Я чувствую, как уголки моих губ поднимаются. Я немного стеснялась этого наряда, но сейчас я немного рада, что надела его. Ну, я, конечно, собиралась взять его домой, чтобы он увидел его только на мне.

Но когда он смотрит на меня, когда мы одни, и когда он смотрит только на меня, когда вокруг другие… Это же совсем другое.

Наверное, я немного поняла, что значит ощущать себя хорошо, когда на тебя смотрят.

…Нет, нельзя, нельзя так возноситься. Юсин смотрит на меня только потому, что я его девушка. Нужно это помнить.

Эхе-хе, но мне всё равно приятно.

— …С тобой не соскучишься, Ибарато-тян… У тебя такие забавные выражения лица. Да, мне нравится.

Вдруг у меня мурашки по спине побежали. Э? Что это? Я огляделась, но… Не чувствую странных взглядов… Сейчас.

— Рина-сан, вы что-то сказали?

— Да нет, ничего.

Мне показалось, что она что-то тихо сказала… Может, показалось? Ну, да ладно.

Сегодня хороший день. Благодаря этому все мои сомнения куда-то улетучились. Сегодня… Мы не сможем вернуться вместе, но я с нетерпением жду свидания с Юсином.

Я буду стараться на работе. Работа продлится… Мероприятие идёт три дня, значит, через три дня я смогу пойти на свидание.

Мне сразу заплатят, и я получу костюм… Всё так здорово. Как только мне заплатят, мы с Юсином поедем в путешествие… Вдвоём…

Путешествие в этом костюме… Место для путешествия… Ночёвка… Мероприятие…

— Твой парень работает где-то в сфере обслуживания?

Пока я витала в облаках, Рина-сан усмехнулась. Да, здесь есть посетители, поэтому нужно вести себя прилично.

Я с трудом сдержала радость и отложила мечты на потом.

— Да, он сегодня пришёл прямо после своей первой подработки…

— Вот оно что, его первая подработка. Тогда тебе не хочется посмотреть, как он работает? Увидишь его в другом амплуа, и сердце затрепещет…

— Хочется, фотографии-то он прислал, но это не на работе… В фартуке он был очень милым…

— И вид в фартуке тебя возбудил?

— Почему вы сразу об этом?!

…Я не думаю, что он меня возбудил. Ну, я подумала, что он милый. Только и всего.

— Ну раз он такой милый, то покажи мне тайком. Фото, пожалуйста. — Рина-сан, ничуть не смущаясь, сложила руки, как в молитве, и стала мило выпрашивать. Чёрт, эта сексуальная особа просто невыносима, говорит всякие двусмысленности…

Не знаю, почему я позволяю ей так говорить, то ли я слишком добрая, то ли легко поддаюсь уговорам…

Сейчас идёт бой, и я сказала, что покажу ей потом, и Рина-сан немного надулась. Ну, мы же не в комнате отдыха…

Рина-сан, видимо, просто притворялась обиженной. Она сразу же вернулась к просмотру боя. Действительно, если она помолчит, то просто глаз не оторвать… До неприличия сексуальная, конечно…

Ой, я тоже должна смотреть бой.

Вскоре подошло время нашей с Риной-сан смены, и нас заменили. Наконец-то перерыв… Я только ходила, но всё равно очень устала, наверное, из-за того, что на меня смотрели.

Вернувшись в комнату отдыха, меня тут же попросили показать фотографию… Ну, раз одним глазком, то можно… И я открыла на телефоне фото Юсина и показала его Рине-сан.

Я почувствовала себя немного хвастливой девушкой. Потом извинюсь перед Юсином за то, что показала фотографию без разрешения. Важно извиняться за такое.

Рина-сан с восторгом смотрела на экран моего телефона, но её восхищённый голос вдруг стих. Что случилось?

Она посмотрела на девушку на фотографии… И, указав на неё, пробормотала:

— Эта девушка…

— А, эта девушка, кажется, сэмпай Юсина на работе. Вы знакомы?

— Э-э… Да… Э-э… В общем… Мы знакомы… Ну, вернее, я знаю её немного заочно… Хм… 

Её голос стал прерывистым, а взгляд забегал. Я наклонила голову. Что такое? Ей трудно говорить об этом?

— …Это всего лишь, всего лишь слухи, но… — Всё ещё запинаясь, Рина-сан, словно выбирая слова, оглядываясь по сторонам, осторожно заговорила.

Я ждала её слов, наклонив голову, словно она что-то обдумывает.

И услышала.

Её слова прозвучали тихо, но почему-то сильно поразили меня… Мне так показалось.

— Эта девушка… В старшей школе она охотилась только на парней, у которых были девушки… И… Ну… Отбивала их. Она была этим известна… 

Это всего лишь слухи, помни это. Всего лишь слухи.

Я не сразу смогла осознать слова Рины-сан, повторявшей это снова и снова.

◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇

Первый день подработки прошёл успешно, и я вернулась в свою комнату.

С тех пор Юсин ждал меня до самого конца. Я сказала ему, что он может идти домой, но Ото-нии предложил ему подождать в комнате отдыха.

Поэтому мы возвращались вместе. Ото-нии подвёз нас на своей машине.

Он сказал, что мы можем пообниматься на заднем сиденье, но, конечно, мы не могли слишком увлекаться перед Ото-нии, поэтому вели себя сдержанно.

И я беспечно болтала с Юсином.

Не спросив его о том, что услышала от Рины-сан.

Эта мысль была у меня в голове, но, когда я оказалась перед Юсином, мне стало трудно спросить… Вернее, слова не шли с языка.

Странно, но я правда не могла нормально спросить.

— Ха-а… — Я вздохнула.

Какая же я трусиха! Если бы я спросила тогда, то сейчас бы так не переживала.

Я должна была радоваться, что только что была с Юсином… Но после расставания с ним я загрустила. Вернее… Забеспокоилась.

…Слово "расставание" мне сейчас тоже не нравится. Нет, это обычное слово, но мне не нравится само сочетание букв "расставание". Лучше не буду его использовать.

Рина-сан сразу же извинилась передо мной. Она сказала, что не думала, что я так расстроюсь, и извинилась, обняв меня.

Неужели у меня было такое шокированное лицо?

Объятия были мягкими, приятно пахли, и мне стало хорошо, но на душе легче не стало. Я снова вздохнула.

— Слухи… Да…

Слухи — это очень хлопотно. Потому что невозможно определить, правда это или нет. Раньше Юсин говорил, что в мире есть пословица, противоположная по смыслу пословице "нет дыма без огня".

Юсин на удивление хорошо разбирается в пословицах. Наверное, ему это нравится.

В общем, верить слухам опасно.

Опасно… Я это понимаю…

— У-у… — Я посмотрела на женщину на экране телефона. Фотография, которую прислал Юсин, — фотография всех сотрудников. Две женщины постарше, один мужчина постарше и мой парень — вчетвером.

'Я бы тоже хотела быть здесь', — невольно подумала я. Надо было попросить, чтобы меня тоже взяли на подработку.

Я провела пальцем по Юсину на экране телефона, и палец коснулся женщины рядом с ним.

Она выглядит как гяру, но в то же время очень взрослой. Очень красивая женщина. И она невинно улыбается вместе с ним.

Юу-сэмпай.

Так её называл Юсин. Очень необычно, что Юсин с самого начала называет кого-то по прозвищу, наверное, он к ней привязался? Надёжная сэмпай…

…Может, сэмпай заставила его так её называть?

Да нет, не может быть. Юсин, кажется, умеет чётко выражать своё мнение. Он умеет говорить "нет".

Значит, он не испытывает к этой сэмпай неприязни. Я понимаю, но чувства — странная штука… Беспокойство не проходит.

Расстояние на этой фотографии кажется слишком близким, и это тоже вызывает беспокойство. Нет, они правда близко. Не слишком ли близко?

Слухи… Может, это правда?..

Я долго размышляла об этом. В моей голове крутились одни и те же мысли. Лабиринт мыслей.

А-а, хватит!

Я, словно пытаясь выбраться из этого лабиринта, прыгнула на кровать прямо после душа, почти голая. На мне только нижнее бельё. Пижаму надену потом, ничего страшного.

Днём я была одета примерно так же, поэтому не особо стесняюсь. Так люди привыкают? Нет, наверное, это своего рода саморазрушение и самоотречение.

Ладно, позвоню Юсину прямо в таком виде.

С озорным настроением я взяла телефон. Позвоню ему… Звоню… Что? Не берёт?

Обычно, когда я звоню, он сразу же берёт трубку, но сегодня почему-то не отвечает.

Может, он в душе?.. Или уже спит? Первая подработка, наверное, утомительно. Может быть…

Пока я так думала, телефон соединился… И я услышала механический голос, говорящий, что абонент не может ответить. Наверное… Он уже спит?

Я никогда не сталкивалась с тем, что он не берёт трубку, и, немного расстроившись, повесила трубку…

И сразу же он мне перезвонил.

Такого, наверное, ещё не было. Увидев его имя на экране, я ответила на звонок.

— Алло? Юсин, прости. Ты спал?

— Нет, я не спал. Прости, что не смог ответить…

— Не-не, всё в порядке. Ты же устал после первого дня подработки?

— Да, но ещё мне звонила Юу-сэмпай…

Докун, — мне показалось, что сердце сильно подпрыгнуло. Наверное, из-за того, что я только что вышла из душа, я вспотела. Надо было надеть пижаму.

Юсин что-то говорил по телефону. Но почему-то его голос казался очень далёким. Хотя я слышала его прямо в ухо, слова до меня почти не доходили.

С трудом, но я понимаю, что он говорит… Наверное.

— …А, вот как, насчёт… Работы…

— Да, меня попросили немного задержаться завтра…

Насчёт работы — это нормально. Обычное дело. У меня тоже бывают звонки с работы, и лучше, когда об этом предупреждают заранее, а не говорят в последний момент.

Стоп. Но обычно такие вещи говорят владельцы или менеджеры, разве нет? Почему сэмпай?..

И вообще…

— Вы… Обменялись… Контактами?

— А, да. Юу-сэмпай сделала фотографии, которые я отправил Нанами. Чтобы она мне их отправила, ну и по работе тоже… Я разве не говорил?

— Нет, ты говорил. Угу, говорил.

Да, Юсин специально спросил у меня разрешения. Спросил, можно ли ему обменяться контактами с сэмпай. Я разрешила, ведь в этом нет ничего такого.

Я сама разрешила… И забыла об этом. Нет, я, наверное, неосознанно сделала вид, что забыла. Я сама себе… Противна.

Из-за моих подавленных чувств я произнесла следующие слова:

— Не хочу.

Я чётко это произнесла. Просто выплеснула это на него.

Иногда чувства похожи на плотину. Обычно их можно сдерживать, но если они превышают определённый предел… То их уже не остановить.

Даже если ты сама хочешь остановиться, то не можешь. Это… Случилось со мной.

— Не хочу, не хочу… Не хочу… Юсин, на работу… Не ходи… Не хочу…

— Э? Э? Нанами, что случилось?

— Не хочу… Не ходи на работу… Мне не нравится…

— Подожди, успокойся, Нанами. Что случилось?

Я сама не понимаю, что говорю. Бессвязные, противоречивые слова отказа вырываются из меня.

Неужели я такая слабая духом?

В голове полный хаос, и я говорю всякую ерунду… Но в голове есть какая-то странно спокойная часть меня, которая наблюдает за этим.

Как будто кто-то другой говорит моими устами. Очень, очень… Больно.

Слёзы текут. Я только что приняла душ, придётся принимать ещё раз. Надеюсь, завтра глаза не будут красными, придётся замазывать косметикой.

Я не плачу навзрыд, не рыдаю, но слёзы текут. Я не понимаю своих чувств.

Юсин, успокаивая меня, говорил мне нежные слова. Мне было очень жаль, что я заставляю его так делать, и от этого становилось ещё грустнее…

— …Прости, прости… Я остыну… Пока, Юсин!

Сказав только это, я повесила трубку, словно игнорируя его слова. Я впервые так поступила.

…Нужно ещё раз принять душ и привести себя в порядок. Завтра и у меня подработка. Нужно стараться. Я не могу подводить других… Но тело не двигается.

Я смотрела на телефон, который замолчал, глазами, мокрыми от слёз, не шевелясь. Я была в оцепенении, и тут пришло сообщение.

'Я не знаю, что именно не нравится Нанами, но… Я не собираюсь продолжать подработку, если это делает Нанами грустной. Но лично я хотел бы продолжить'.

Я почувствовала отвращение к себе, увидев такое нежное сообщение, и поняла, что заставила его волноваться. Я отправила сообщение, в котором написала, что всё в порядке, и чтобы он старался на подработке.

Да, бросать подработку внезапно… Нельзя, ведь это доставит неудобства другим, нужно вести себя ответственно. Это же работа.

Я хлопнула себя по щекам и попыталась взять себя в руки.

В тот момент я и представить себе не могла.

Что впервые с тех пор, как мы с Юсином начали встречаться… Я проведу несколько дней, не слыша его голоса!