День рождения. Раз в году мы отмечаем день, когда появились на свет. Кажется, я где-то читал, что это зарубежный обычай. Или с тортом – это уже оттуда?

Торт – это, конечно, классика дня рождения, но в Японии раньше их не было, так что это не наша старинная традиция.

Впрочем, сейчас не до этого. Важно – отпраздновать.

Разумеется, это так, но день рождения не у меня, и не у кого-то из семьи.

У Нанами.

И я приложу все усилия, чтобы его отметить.

Стыдно признаться, но я никогда раньше не праздновал чужие дни рождения. По крайней мере, не помню такого.

Может, в начальной школе и отмечал, но не помню, так что не считается.

Да и если бы помнил, это бы сейчас не помогло. Опыт начальной школы – не то.

Этот день рождения мы впервые проводим вместе. И я хочу исполнить все её желания, насколько это в моих силах.

Поэтому…

— В общем, прошу вашего разрешения, — выпрямившись, я поклонился родителям.

Они скривились. А я, чтобы показать свою искренность, сидел перед ними на коленях.

Сидеть вот так, правильно и вежливо, – отличный способ показать отсутствие нечистых помыслов. Такая поза выражает искреннее уважение.

— …Можешь повторить? — Мама, всё так же недовольно, подняла указательный палец. Ладно, повторю.

— Во-первых, Нанами останется у меня в комнате в ночь перед днём рождения.

— Стоп, это уже проблема! Юсин, ты сказал – в своей комнате?!

— Сказал… Но ничего такого не будет. Честно.

Мама схватилась за голову, но жестом попросила продолжать. Зачем тогда перебивать?.. Впрочем, я её понимаю.

Будь я на её месте, тоже бы встрял. Но пусть хоть поворчу.

— Потом проснёмся, немного побудем дома, а потом пойдём погулять. Как раз в день рождения в городе будет арт-парк.

— Уже лучше. По-старшекласснически. Замечательно.

Опять перебивает, но я не обращаю внимания. Иначе не продвинемся. К тому же, в музей мы идём ещё и для летнего задания… Так что это не главное.

Родители, видимо, удовлетворены этой "здоровой" частью плана. Кивают. Они всегда так реагируют на это.

Дальше – сложнее.

— Потом мы поужинаем и посмотрим на ночной город. Поэтому я вернусь позже обычного. Прошу разрешения.

— Конкретно? Во сколько?

— Думаю, не раньше десяти…

Тут маму переклинило. Наверное, волнуется, что допоздна будем гулять. Точнее, не обо мне она волнуется…

Скорее, о Нанами. Что чужая дочь будет шляться ночью… Что я её заставляю.

— А её родители… в курсе?

— Если смогу вас уговорить, то сам всё им объясню.

Я это уже раз третий повторяю. Родители не противятся напрямую, но всё равно чем-то обеспокоены.

Да, в последнее время неспокойно… Но мы же будем в людных местах, ничего не случится.

— Значит, ночевать вне дома не будете?

— Э?

Этот вопрос я слышу впервые. От неожиданности я аж ойкнул. Мама не объяснила, что имеет в виду, и повторила:

— Ночевать вне дома не будете, верно?

До меня, наконец, дошло. Ночевать… В смысле – ночевать? То есть… об этом она?

Не думал, что мать спросит об этом. Я растерялся.

Но молчу я от смущения, а не потому, что меня поймали. Нельзя, чтобы решили, что я спалился.

— Нет… Ночевать вне дома не будем. Это точно.

— …Ясно.

Вообще-то, мы с Нанами уже столько раз ночевали вместе, что это может показаться странным, но я должен это сказать.

Потому что мы с Нанами… никогда не ночевали вдвоём.

Вокруг всегда кто-то был. Кемпинг – да, там было рискованно, но всё равно – не одни.

…Хотя, если подумать, то частые ночёвки в компании – это тоже ненормально.

Если продолжу думать об этом, то утону в болоте, так что пока не буду.

— Да ладно, — вдруг сказал папа.

Мама всё ещё хмурилась, а он пришёл на помощь. И почему-то смотрел на маму, а не на меня, при этом криво улыбаясь.

Что это значит?

— Они же старшеклассники, могут думать как взрослые. Юсин ничего не натворит.

— Да меня как раз и беспокоит, если он будет думать как взрослый…

— Вспомнишь Синобу – и вправду тревожно.

— Ю-сан?! — Мама неожиданно повысила голос. Я переводил взгляд с одного на другого, чувствуя себя лишним на этом празднике жизни.

Мама смутилась, а папа смотрел на неё с нежностью и радостью…

— Ну, для нас с мамой это тоже памятное место. Хотя, наверное, там всё изменилось…

И мама слабо ударила его кулаком в плечо. Когда родители начинают вот так мило ворковать, это бьёт по нервам. Жуть.

Интересно, я тоже так выгляжу в их глазах? Неловко как-то.

Когда эта сцена закончилась, мама, наконец, заметила мой взгляд и прочистила горло.

— …Ладно, шутки шутками, но мне неловко так разговаривать с сыном.

Да хоть серьёзно, хоть шутя – прекратите.

В общем, хоть и с трудом, я получил разрешение на свидание после комендантского часа. Впервые вдвоём вот так.

До этого мы всегда были с кем-то из взрослых… Или в кемпинге, например.

Хоть это и не скоро, но я уже взволнован. Как перед экскурсией. Даже больше.

— А, я приеду за вами, когда будете возвращаться, — как бы между делом сказал папа.

— Зачем? — отреагировал я рефлекторно.

От этих слов меня будто окатили холодной водой.

Как это – приедет за нами? Свидание должно длиться до самого конца. Хочется сохранить атмосферу.

Но в этом вопросе он был непреклонен.

— Если влюблённые в ночь дня рождения останутся вдвоём, то вы там такого натворите! При вашем темпе к выпуску у нас уже два-три внука будет!

Мама выпалила это на одном дыхании. Папа согласно закивал.

От такого напора я невольно согласился.

Раньше она хотела внуков, а теперь… наверное, испугалась, если всерьёз об этом задумалась.

Ладно, сойдёмся на этом… подумал я.

◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇

Когда я рассказал о дне рождения Нанами Гэнъитиро-сан и Муцуко-сан, то получил разрешение на удивление легко.

Но они стали волноваться обо мне… Просто у всех разные поводы для беспокойства.

Мои родители волнуются о Нанами, родители Нанами – обо мне. Если всё объяснить, то, наверное, хоть один пункт, вызывающий беспокойство, пропадёт.

И все хотят за нами приехать. Видимо, волнуются, что ночью может что-то случиться.

Придётся это принять…

— Эх, и зачем только волноваться?

— Ну, тут уж ничего не поделаешь.

— …День рождения ведь. Хотелось бы где-нибудь вместе переночевать…

— Нанами-сан?

Это я должен говорить, а не ты. С чего вдруг я тебя уговариваю?

Да ладно, Нанами, наверное, шутит. Просто дразнит. Надо как-то ответить.

— Тогда… Может, тайком сбежим?

— …?!

Нанами опустила голову. Блин, я думал, она покраснеет, но всё пошло не по плану.

Наверное, даже в шутку это было мерзко. Надо помнить о приличиях даже с близкими людьми. Есть черта, которую нельзя переходить.

Нанами подняла голову и сказала с совершенно серьёзным лицом:

— …Нет, пожалуй, не стоит.

Да, такой реакции я не ожидал. Я заставил её нахмуриться… Давно не видел её такой серьёзной.

Прямо как закалённый воин. С чего я так её напугал?.. Надо извиниться.

— Да, прости. Я сморозил глупость.

— Нет, всё в порядке. Просто мне было приятно. Я чуть на тебя не набросилась.

А? Я был в опасности? Я думал, ей противно, но, оказывается, всё не так.

Что-то в последнее время Нанами становится слишком хищной. Мне кажется?

Надо быть осторожным. Сам чуть не сорвался. В последнее время меня к ней сильно тянет. После того случая расстояние между нами сократилось.

…Да и сейчас тоже.

Нанами сидит рядом, крепко обняв меня за руку. У себя дома.

Спасает то, что я сижу спиной к кровати. Иначе бы я не выдержал.

Раньше мы сидели дальше друг от друга даже у неё в комнате… Наверное, она всё ещё переживает из-за того случая.

Она сейчас в домашней одежде. Она тонкая, так что ощущения те ещё.

— Кстати, ты получила разрешение переночевать у тебя дома в ночь перед днём рождения?

— Да, получила. Сказали, что всё в порядке, так как там будут мама и папа. Что хочешь на ужин?

— Тогда я бы хотела вместе с Синобу-сан что-нибудь приготовить.

— …В ночь перед днём рождения?

— Именно поэтому, — улыбнулась Нанами. Может, и мне помочь?.. Хотя троим на кухне будет тесновато.

Помогу чем смогу, хоть и не на кухне.

Скоро день рождения Нанами.

Я счастлив, что могу вместе с ней отметить день, когда она родилась. Мы будем вместе с самого кануна… И тут я решил спросить:

— Слушай, Муцуко-сан не против, что Нанами не будет дома в сам день рождения?

— Всё в порядке. Она сказала, что первый день рождения после начала отношений нужно провести с парнем.

Она меня заверила, что всё хорошо… Но я всё равно переспрашиваю. Наверное, Муцуко-сан тоже хочет отметить с ней день рождения, поэтому мне неловко.

Но в этот раз… Только в этот раз я буду эгоистом.

— Сюрпризов особых не будет, но надеюсь, что тебе понравится.

— Я буду рада, если мы просто будем вместе. Всё будет хорошо.

И Нанами ещё крепче обняла меня. Я рад, что она так думает.

Мы уже обсудили план свидания. И подарки купили. Сюрпризов в смысле неожиданности не будет… Но я надеюсь, что ей понравится.

Кому-то нравятся сюрпризы, а кому-то нет. Важно всё обсудить заранее.

— Кстати… У меня есть одна просьба на день рождения… Можно?

— Просьба?

Нанами отстранилась, подняла указательный палец и наклонила голову. Знала же, как это действует. Специально так делает.

Если так попросить, я готов на всё. И то, что просьба всего одна, облегчает задачу.

Нанами, наверное, не скажет, чего хочет, пока я не соглашусь. И только потом, словно поймав меня в ловушку, выскажет свою просьбу.

Поэтому мне остаётся только согласиться, хоть я и знаю, что это западня.

Наверное, Нанами не попросит ничего невозможного… Я надеялся на это. Но…

— Ладно. Что ты хочешь?

— В день рождения… Целый день называй меня "сестрёнка".

— Что?!

Я лишился дара речи.

◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇

Я никогда в жизни не отсчитывал дни до дня рождения.

Иногда стримеры ведут обратный отсчёт, но я особо такое не смотрел.

Даже до Нового года я никогда не считал, что уж говорить про день рождения.

И подумать только, что я буду вести обратный отсчёт до дня рождения.

— Уже скоро, да?

— Как-то волнительно…

Нанами у меня в комнате… Это, в общем-то, обычное дело, но она никогда не оставалась так поздно, поэтому это волнение отличается от обычного.

Сейчас одиннадцать вечера… До дня рождения Нанами остался час.

Нанами в милой пижаме лежит на моей кровати. А я расстелил футон и лежу на нём.

Мило… И как-то непривычно, что Нанами лежит на моей кровати. Что это? Моя кровать? Это уже её кровать.

С тревогой думаю, смогу ли я завтра спать на своей кровати, а сам в душе любуюсь Нанами.

— Спасибо за угощение.

— С чего вдруг?

Нанами, перекатываясь на кровати, смеётся. Мои слова – наполовину благодарность за ужин, наполовину за текущую ситуацию… Нет, в основном за ситуацию.

— Ну, я говорю спасибо, что ужин был вкусным.

— Я тоже рада, что смогла приготовить ужин вместе с Синобу-сан. И Юсин помог.

Хорошо, что получилось отмазаться. Но тут Нанами подошла к футону.

— Не будем спать вместе?

— Невозможно.

Пахнет приятно. Наверное, она пользуется нашим шампунем, но запах совсем другой. Что это? Духи?

Нанами наклонилась ко мне и нюхает, слегка подёргивая носом.

Волосы, шея… От её дыхания на лице щекотно. И как-то неловко.

Сегодня я… мылся тщательнее обычного. Ванну принимал дольше обычного. Наверное, всё в порядке, но я всё равно нервничаю.

— Пахнем одинаково. Не так, как во время поездки.

Нанами с довольным видом, словно растаяв, жестом пригласила меня сделать то же самое.

Э, и мне тоже… нюхать?

Я показал на себя пальцем и наклонил голову, а Нанами медленно и глубоко кивнула. И снова пригласила жестом. Можно ли… так делать?..

Нерешительно я вдыхаю запах Нанами. Со стороны это, наверное, выглядит странно, но я медленно, словно колеблясь, вбираю в себя её аромат.

Запах очень важен. Говорят, что люди с хорошей совместимостью находят запах друг друга приятным, а если нет – то неприятным.

Ещё я видел, что неприятный запах близких родственников – это другое. Говорят, что ссоры в подростковом возрасте связаны с этим.

Что-то вроде неприязни к сородичам. Я не разбирался в этом подробно, но важно помнить, что если запах не родственника кажется приятным, то совместимость хорошая.

Я долго рассуждал, но вывод в том, что запах Нанами мне нравится.

Значит, по крайней мере… у нас с Нанами хорошая совместимость.

Я вбираю в себя аромат Нанами и наслаждаюсь им, словно смакуя. Обоняние и вкус тесно связаны, и мне кажется, что я пробую Нанами на вкус.

…Сам понимаю, что это мерзко. Ни за что не скажу ей.

Запах Нанами, конечно, похож на запах нашего шампуня… но он ещё приятнее.

Это её собственный запах? Или я так чувствую? Не знаю, но… я очень счастлив.

— …Сп… да, очень приятный запах.

— Сп? Сп?

Чёрт, сегодня я слишком расслабился, и это мерзко. Чуть не сказал: 'Спасибо за угощение'.

Блин, что-то не так? Каждый раз, когда я что-то делаю, из меня вырываются слова, которые я раньше не говорил Нанами.

Надеюсь, я её обманул… но Нанами вдруг обняла меня и прошептала на ухо:

— Приятного аппетита…

Хе-хе, – с насмешливым смешком Нанами проникает в меня. Не обманул… Я покраснел.

Сегодня я совсем потерял контроль. Нужно немного успокоиться. А то так и до одышки недалеко.

Ведь ещё даже не день рождения. Только канун.

Слишком полный газ. Правда, завтра я взял выходной, поэтому мы давно будем целый день вместе. Я тоже этого жду. Но всё равно, это неожиданно.

Кстати, сегодня мы встретились с Нанами вечером.

Днём она отмечала день рождения с семьёй. Логично, ведь я заберу её себе.

Я на подработке… Наконец-то привык. Может, это потому, что я недавно начал работать, но когда беру выходной, то чувствую себя виноватым.

…Нет, отброшу эти мысли и буду наслаждаться.

— Уже скоро, да?

От этих слов Нанами я пришёл в себя. Точно, уже скоро.

Мы легли рядом на футоне и включили часы на смартфоне. С секундной стрелкой.

Осталось несколько десятков секунд… Стрелка неумолимо приближается к смене даты. Мы с волнением и трепетом наблюдаем за ней.

Когда осталось десять секунд… мы начали отсчёт вдвоём.

Шесть… пять… четыре… Мы посмотрели друг на друга, и… ноль!!!

— С днём рождения!

— Спасибо, спасибо!

Может, это немного не в моём стиле, но я громко поздравил Нанами. Она, говоря спасибо, обняла меня.

Чуть позже раздался стук в дверь моей комнаты. Просто постучали… и ничего не сказали. Удивившись, я вышел из комнаты, и увидел холодные бутылки с напитком.

Алкоголь? Нет, газировка в бутылках. Может, мама позаботилась и оставила?

А, записка. Эмм… 'Поздно уже, так что только по бокальчику'.

— Что такое?

— Вот, оставили.

Сказав это, я протянул Нанами одну бутылку. Интересно, почему в бутылках… Но об этом я спрошу у родителей позже.

Открыв крышку, я услышал шипение.

— За тебя! С днём рождения!

— Спасибо. За тебя!

Мы слегка чокнулись бутылками и выпили. Основное празднование завтра… точнее, уже сегодня. Сегодня у нас первое свидание в день рождения.

Волнительно. Смогу ли я уснуть? Нанами рядом… Смогу ли я уснуть? Буду ли спать?

Впрочем, родители дома, так что ничего не выйдет.

— Ещё раз, с днём рождения, Нанами!

Хочется говорить поздравления снова и снова. Сказать спасибо, что родилась, и вложить в эти слова все свои чувства.

Нанами улыбнулась и сказала спасибо… И… её лицо вдруг стало серьёзным.

Словно что-то вспомнив, она нахмурилась.

— Не так, да? Не-е-ет, да?

Э? Э? Что?

Я немного растерялся, услышав внезапное 'не так'. Что случилось? Ей не понравилось, как я её поздравил?

Оказалось, не в этом дело. В каком-то смысле, ей не понравилось, как я её поздравил…

— Сестрёнка, да?

…Она всерьёз?

Я думал, она скажет это завтра… утром. Она правда это говорит?

А, она смотрит на меня сияющими глазами. Она так ждёт. Наверное, нужно сказать. Да…

Как-то стыдно.

Но сегодня у Нанами день рождения. День рождения. Так что это тоже подарок на день рождения. Соберись, я.

— …С днём рождения, с… сестрёнка?

В тот же миг меня накрыло невероятным шоком. Если конкретно, то Нанами набросилась на меня с силой, словно собиралась сбить с ног.

Это было так неожиданно, что я упал.

— Я твоя сестрёнка. Можешь баловать меня!

Сказав это, Нанами начала гладить меня по голове. Это как обращаться с младшим братом… или с ребёнком? Э, её это так радует?

— Ну что, давай спать вместе с твоей сестрёнкой, у которой день рождения!

— Подожди, успокойся, Нанами!

Нанами собралась накрыть нас футоном, и я попытался её остановить. Но она не останавливается. Не останавливается!

Мы не шумим, потому что уже пора спать, но меня балуют, как младшего брата. Это… Она не остановится, пока не наиграется?

Я решил, что буду терпеть, пока она не перейдёт черту, и позволил Нанами делать, что ей вздумается.

…Потом Нанами, наигравшись и придя в себя, долго извинялась передо мной на футоне.

Но… после обсуждения мы решили, что она и дальше будет называть меня "сестрёнкой".

Вместе мы не спали.

◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇

Я где-то слышал, что дети хотят быстрее стать взрослыми, а взрослые – вернуться в детство.

Я пока не понимаю этого, но с тех пор, как начал подрабатывать, я постепенно осознаю, как тяжело взрослым, которые работают каждый день.

И всё же я хочу стать взрослым.

И по возрасту, и духовно, и финансово. Раньше я об этом не думал, но теперь я хочу быстрее стать взрослым… и делать то, что могут только взрослые.

Наверное, это во многом из-за неё. Может, кто-то скажет, что я слишком увлёкся, как только у меня появилась девушка, но раз уж я так думаю, то ничего не поделаешь.

Считать ли это взрослением или падением из-за увлечения женщиной… каждый решает сам.

Я бы хотел считать это взрослением.

Поводом задуматься об этом стал, конечно, день рождения Нанами.

Нанами исполнилось семнадцать лет.

Барато Нанами, семнадцать лет. Если сказать 'Нанами-сан, семнадцать лет', то это сразу станет похоже на интернет-мем. Как бы то ни было, Нанами стала на год старше меня.

Впрочем, для женщин тема возраста – табу. Поэтому я не буду об этом говорить.

Но сегодня я особенно остро чувствую разницу в возрасте. И не только потому, что у Нанами день рождения…

— …С… сестрёнка? На улице я бы хотел, чтобы ты меня так не называла.

— Эхехе, немного неловко, но приятно. Но да, на улице лучше не называть меня сестрёнкой, а то не похоже на отношения.

Она попросила, чтобы наедине я называл её так почаще.

Кстати, в итоге мы остановились на "сестрёнка". Пробовали "сестра" и "сестрица", но Нанами сказала, что "сестрёнка" ей нравится больше. Ну да, Сая её так называет.

Ей так хотелось младшего брата? Когда я спросил, она ответила, что младшая сестра немного наглая, поэтому ей хотелось милого младшего братика.

Хотелось милого младшего братика, чтобы баловать его, любить и чтобы он тоже её баловал.

…Если бы у Нанами был младший брат, то у него бы точно с психикой что-то случилось.

Я не знаю, каково это, так как у меня нет братьев и сестёр, но если бы Нанами меня баловала, то я бы точно стал от неё зависим.

— Ну, сейчас мы почти одни, поэтому я хочу, чтобы ты называл меня сестрёнкой.

— …Понял, сестрёнка.

Вот так вот. Хотя я и сам согласился.

Сейчас мы в художественном музее. Я заранее рассказал Нанами о сегодняшнем плане, и она, кажется, обрадовалась.

Сначала я хотел всё спланировать сам и сделать сюрприз… но потом подумал, что если ей не понравится, то смысла не будет.

Я посоветовался с Бароном и остальными, сказав, что думаю спланировать свидание в день рождения вместе с девушкой, и они поддержали меня.

'Думаю, это хорошая идея. Только не перекладывай всё на неё. Главное – вместе… Впрочем, тут, наверное, не о чем беспокоиться'.

Да, это точно. Я составляю план, а потом спрашиваю мнение Нанами. Я был рад, что ей понравились места, которые я так старательно выбирал.

— Хорошо, что погода хорошая.

— Да, и не очень жарко.

В лесу… на природе выставлены произведения искусства, и мы гуляем среди них.

Если бы пошёл дождь, то мы бы смотрели экспонаты в помещении, но так как солнечно, мы не спеша гуляем на улице.

Сегодняшний наряд Нанами… в целом, выглядит по-взрослому.

Так как мы будем много ходить, то обувь – кроссовки… можно ли так сказать? Они отличаются от тех кроссовок, которые я знаю, у них стильная форма.

Одежда – брюки и безрукавка без рисунка… Сдержанно, но чувствуется взрослая сексуальность.

И ещё приятно, что она надела ожерелье с дельфином, которое я подарил ей на месяц отношений. Оно самодельное, поэтому немного выбивается…

Но я рад, что она его надела.

— Кстати, а тебе точно нравится в музее? День рождения ведь, может, есть места повеселее…

— Нет-нет, мне очень весело. И ещё, помнишь, нам задали посетить музей? Заодно и задание выполним. Двух зайцев одним выстрелом!

Думать о том, как совместить свидание и домашнее задание – это так серьёзно.

Я восхитился, а Нанами плавно обняла меня за руку. Сегодня довольно прохладно, но всё равно жарко.

Поэтому она и надела безрукавку… И благодаря этому я могу чувствовать прикосновение её обнажённой руки.

— И ещё, главное – это сегодняшний вечер… ночь, да? Я так жду!

Сложив губы в форме буквы "V" и прижав их к подбородку, Нанами улыбнулась. Сегодня она как-то особенно сексуальна… и я согласен, что главное – это вечер.

У нас сегодня две цели. Днём мы проведём время в музее, а вечером… пойдём на смотровую площадку. Я хотел пойти туда после заката, но папа дал мне совет.

Он сказал, что лучше пойти до заката. По возможности – за час до заката.

Поэтому мы немного изменили планы. Поужинаем на моей подработке, а потом сразу пойдём на смотровую площадку. Если учесть время на дорогу, то ужин будет довольно ранним.

В этом смысле у нас три цели.

Я забронировал столик, и хозяин сказал, что сделает нам скидку, так что я жду этого с нетерпением и страхом.

…Надеюсь, меня не будут дразнить в следующий раз, когда я приду на работу.

Если подумать, меня никогда так не подкалывали. Может, потому что я не гуляю с одноклассниками.

— Что такое? О чём-то задумался? Можешь всё рассказать сестрёнке.

— Ты всё ещё играешь в сестрёнку?

— То-о-очно. Сегодня я целый день твоя сестрёнка. Кстати, называть меня "сестрёнкой" – это как-то эротично.

Нанами, продолжая обнимать меня за руку, выпятила свою внушительную грудь и приняла горделивую позу. Хм, ей так нравится быть старшей сестрой?

После этого наше свидание в музее продолжалось спокойно и размеренно. Возможно, из-за места людей было немного, но в музее обычно тихо.

В каком-то смысле, это похоже на свидание в кинотеатре. Смотришь на произведение, обмениваешься впечатлениями, а затем переходишь к следующему.

И тут я бросил взгляд на грудь Нанами.

Нет-нет, не в пошлом смысле.

Там висело неуклюжее самодельное ожерелье, которое я ей подарил.

Раньше я был очень рад этому, но сейчас, когда мы смотрим на произведения искусства и беседуем, мне… как-то немного стыдно.

Это неумелая работа новичка, и я не должен сравнивать её с выставленными здесь произведениями искусства, но всё равно сравниваю.

— …Ты надела ожерелье.

— А, заметил? Да. Раз уж у меня день рождения, я решила его надеть.

— Оно же самодельное, и я немного стесняюсь. И к одежде не подходит, да?

— Вовсе нет. Оно милое, и я держу его на столе. …Может, ты так думаешь, потому что мы пришли в музей?

Какая проницательная… Я горько усмехнулся, поняв, что она меня раскусила. На это Нанами слегка надулась и легонько ущипнула меня за щёку.

Совсем не больно, и я играю со своей щекой, которую она щиплет.

— Юсин, ты правда заморачиваешься по пустякам. Главное, чтобы мне нравилось. Это был замечательный подарок!

— Ну, я тогда очень старался. А сейчас думаю, как оно на самом деле. Особенно когда мы пришли сюда.

— Зачем сравнивать его с произведениями искусства… — Нанами помолчала.

— Ну, если подумать, то да.

Нанами, похоже, была ошеломлена, и смотрела на меня полузакрытыми глазами, словно пронзая взглядом. Пока она меня так пронзала, я продолжал оправдываться.

— Нанами становится всё красивее.

— Фе?!

— И то, что эту красоту украшает моя поделка… с одной стороны, я рад, а с другой – немного обидно. Объективно… моя поделка выбивается…

Да, именно так. Красивая девушка украшает себя красивыми вещами, и это подчёркивает её красоту.

А моё ожерелье… подчёркивает ли оно красоту Нанами? Я подумал об этом. Не дотягивает ли оно до уровня произведений искусства, выставленных здесь… Не диссонирует ли?

Не знаю, как объяснить, но я вдруг об этом подумал.

Я объяснил, но Нанами покраснела. Может, из-за того, что я сказал, что она становится красивее?

Но Нанами, ставшая на год старше, не сдаётся. С покрасневшими щеками она посмотрела на меня и попыталась контратаковать.

— Девушки становятся красивее, когда влюбляются. Я влюблена в Юсина… И если я стала красивее, то это благодаря Юсину.

Спасибо, – сказала она и снова спрятала лицо. Но этих слов было достаточно, чтобы…

Мы молча гуляли по музею. На улице дул ветер, и моё ожерелье покачивалось на ветру.

То, что Нанами носит то, что я сделал впервые. Этого достаточно.

— …В следующий раз я сделаю что-нибудь получше.

— Д… да… Буду ждать.

Не знаю, когда это будет, но у меня появилось ещё одно желание, и это радует.

После этого мы обошли весь музей. Я думал, что искусство – это не моё, но оказалось, что это довольно интересно.

Интересно, понравилось ли Нанами?.. Но, похоже, беспокоиться не стоило. Она сказала, что когда приходишь в такие места, то хочется рисовать.

В школе мы рисовали только на уроках. Мы не особо разбираемся в искусстве, но я её понимаю. Я, например, захотел сделать следующий подарок Нанами своими руками.

— Я тоже хочу сделать Юсину подарок своими руками.

— Ты же всегда готовишь мне обед своими руками.

— Не это, а что-нибудь, что останется на память… — Нанами помолчала.

Я хотел сказать, что не нужно об этом беспокоиться, но Нанами пристально смотрела на меня.

Пристальный, не такой, как раньше, взгляд. Жаркий… нет, скорее, какой-то влажный взгляд.

Не такой, как раньше, взгляд Нанами был направлен на меня.

— …Юсин, ты не делаешь пирсинг?

— Пирсинг?

А, точно, у Нанами же проколоты уши. Может, сейчас это модно, и тех, у кого не проколоты, меньшинство? У меня не проколоты.

Нанами слегка погладила мою мочку уха. Я немного вздрогнул. Оттого, что меня коснулись мочки уха, или от чего-то другого…

— Я бы хотела проколоть Юсину уши…

От тихо сказанных слов у меня по телу пробежали мурашки. Не от страха, а от какого-то тёмного страстного и странного, манящего голоса… Я вздрогнул, словно от радости.

Представив, как Нанами прокалывает мне тело… я испугался, но в то же время чего-то ждал.

Для тех, кто привык, пирсинг – это, наверное, пустяк… но для меня это не так. …Может, у меня тоже есть такие наклонности?

— Пока не хочу… Откажусь.

— Э-э? Даже если это просьба на день рождения?

Прости, я отказался, потому что если бы согласился, то со мной бы что-то случилось.

Это значит, что у Нанами… есть склонность к яндере или чему-то такому тёмному? Если она пойдёт по этому пути, то будет очень опасно.

Я отказался, но… похоже, она не сдалась, и, возможно, эта борьба продолжится. Она всё ещё трогает моё ухо.

Может, она хочет парные серьги. Смогу ли я противостоять этому искушению? Может, и не нужно сопротивляться.

— Уже поздновато… Пойдём на твою подработку?

— А, да. Пойдём!

С трудом, но я сменил тему, и Нанами на удивление согласилась. Возможно, она решила, что на сегодня хватит.

Что ж, проблема впереди.

В каком-то смысле, это главный момент сегодняшнего дня… Посещение моей подработки. Я очень нервничаю. Но, похоже, Нанами тоже нервничает.

— Ч… что делать? Может, мы пришли слишком рано?

— Думаю, всё в порядке. Я спросил, и мне сказали, что сейчас как раз перед часом пик, так что нам смогут уделить больше внимания.

— Ясно, хорошо. А, может, подарок…

— Нет, мы же просто идём поесть на твою подработку…

Она как-то странно нервничает. И я, наверное, понимаю, почему… Из-за Юу-сэмпай.

Сегодня Нанами впервые встретится с сэмпай.

Вообще-то, я предлагал ей не приходить, но Нанами сказала, что хочет подготовиться морально… и выбрала прийти вместе в день рождения.

Если бы она пришла до дня рождения, то я бы был на работе, и Нанами пришлось бы общаться с сэмпай один на один, а это немного сложно.

Я нервничаю из-за того, что иду на подработку с девушкой, а Нанами – из-за первой встречи с сэмпай. С разными видами волнения мы прибыли к месту назначения.

— Ух ты, какое милое заведение…

Прибыв в ресторан, Нанами пробормотала это. Неужели у заведений есть такое понятие, как "милое"?… Я думал только о том, что это ресторан европейской кухни.

Обычно я захожу с чёрного входа, а сегодня впервые захожу с парадного. Я нервничаю больше, чем когда захожу в незнакомое заведение.

Я открыл дверь, и раздался звон колокольчика. Обычно я слышу его, когда нахожусь внутри, а сегодня я его издаю… Странно.

Сразу же раздалось "Добро пожаловать!", и к нам подбежала сэмпай. Сейчас немного рановато, поэтому кроме нас… всего одна пара посетителей.

Как раз перед часом пик.

— Добро пожаловать! Двое?.. А, Май-тян! Добро пожаловать!

— Мы пришли. Немного рановато, но я предупредил хозяина…

— Да, я слышала. Ты с девушкой, да? Проходите сюда.

— Спасибо.

Нас проводили к столику. Сэмпай с улыбкой сказала, что сейчас принесёт воду, и ушла.

Я ещё не представил Нанами официально, но сэмпай, взглянув на неё, улыбнулась и помахала рукой, так что, похоже, впечатление хорошее.

Нанами тоже поклонилась сэмпай, но немного округлила глаза. И, повернувшись ко мне, пробормотала, наклонив голову:

— Май-тян…?

— А…

…Чёрт, я же об этом не рассказывал. Нанами непонимающе скрестила руки на груди и несколько раз наклонила голову, услышав, что меня называют Май-тян.

Сейчас объяснять – это будет звучать как оправдание, но всё равно нужно сказать…

— Эмм, сэмпай почему-то так меня называет…

— …Май-тян… Оказывается, есть и такое прозвище… Я как-то проиграла, что ли.

А? Что-то реакция не та, что я ожидал. Она как-то расстроена.

Пока Нанами расстраивалась, сэмпай вернулась с водой, салфетками и меню. Надо представить ей Нанами.

— Вот, вода.

— Спасибо. Юу-сэмпай, это моя девушка, Барато Нанами. Нанами, это сэмпай с моей подработки, Ютари Нао-сан.

— Ютари Нао! Приятно познакомиться!!!

— А, Барато Нанами… Приятно познакомиться, — Нанами немного помолчала.

Нанами пожала руку Юу-сэмпай, которая с энтузиазмом протянула ей руку. Сэмпай с улыбкой трясёт руку Нанами. Кажется, Нанами немного ошеломлена.

Такая реакция Нанами – что-то новенькое. Если подумать, я никогда не представлял ей своих знакомых, только знакомых Нанами.

Только родителей? И наоборот, кроме родителей никого не было. Фактически, ноль.

Нанами, кажется, нервничает, как испуганный котёнок. Я хотел было помочь, но Нанами взглянула на меня.

— …Эмм… Юу-сэмпай… Это же фамилия?

— А, да. Мне не очень нравится моя фамилия, она слишком мужественная, поэтому я хочу, чтобы меня называли по имени, но кроме неё никто не соглашается.

…Не знаю, что это за неловкость.

Не такая, как когда родители рассказывают Нанами обо мне, и не такая, как когда Нанами рассказывает кому-то обо мне. Сотрудница моей подработки рассказывает моей девушке обо мне. Просто это очень стыдно.

Почему-то щёки горят, и со спины течёт странный пот. И я чувствую, как немного понизилась температура тела… Почему?

— Юсин так сказал?

— Да, я удивилась, что меня отказались называть по имени. И ещё, я хотела называть его по имени, но он отказался, сказав, что не хочет, чтобы его называла по имени кто-то, кроме девушки.

— Нет, я такого не говорил. Это преувеличение.

С чего вдруг такие небылицы?! Я с самого начала называл её по фамилии, поэтому не сопротивлялся…

Юу-сэмпай, смеясь, радостно машет рукой.

— Ахаха, спалилась? Ну, истории о любви можно приукрашивать сколько угодно. Ты же очень любишь свою девушку?

— Ну… да, но…

Ухмыляясь, Юу-сэмпай насмешливо посмотрела на меня. Я ответил рефлекторно, но немного смутился перед Нанами.

Нанами тоже как-то обрадовалась, и мне кажется, что мы оказались в ситуации "два против одного". Юу-сэмпай… может, она специально так сделала?

— А, кстати, Нанами-тян… Можно я буду называть тебя Нана-тян? Или лучше Нами-тян? Я хочу с тобой подружиться.

— А, тогда я тоже буду называть тебя Нао-сэмпай?..

— Э-э? А меня Нао-тян! Май-тян же не хочет.

Сэмпай напориста и с Нанами. Нанами, которую это ошеломило, – это что-то новенькое. В ней есть какая-то другая милота.

Нанами, наверное, нечасто называла старших по имени с "-тян", и она колеблется… но вскоре робко произнесла:

— Нао-тян…?

— …

Юу-сэмпай, услышав слова Нанами, подняла лицо к небу. А? Что случилось?.. Но тут сэмпай посмотрела на меня серьёзным взглядом.

— Какая же она милая! Старшеклассницы, называющие тебя по имени с "-тян", – это так круто. Не могу. Нана-тян, отдай её мне.

— Не отдам.

Что несёт эта сэмпай? Конечно же, не отдам. Я ответил сразу, не дав ей договорить. Сэмпай, не обращая внимания, сказала "Ну вот", но выглядела немного обиженной, и ушла.

Похоже, у неё ещё есть время, чтобы пообщаться с нами, так как посетителей почти нет.

Нанами же, ошеломлённая, провожала сэмпай взглядом. Довольно редкое выражение лица. И, повернувшись ко мне, она вздохнула.

— …Какая энергичная…

— Да, напористая.

— Но не злая.

Нанами улыбнулась, сложив руки вместе. Да, напористая, но я хочу верить, что Юу-сэмпай не плохой человек.

Поэтому и странно, что о ней ходят такие слухи.

Может, по молодости она и делала что-то такое… Но разве Сёити-сэмпай стал бы с ней общаться?..

Да и если подумать, разве Сёити-сэмпай стал бы рекомендовать мне подработку там, где работает такой человек?.. Поэтому я лично не верю слухам.

Но я хочу, чтобы Нанами перестала беспокоиться… Может, спросить у неё самой, пока не начался час пик?.. Но тут сэмпай снова пришла.

Я думал, что она принесёт заказанные блюда, но нет.

— Вот, держите! Это не совсем приветственный напиток, но за мой счёт!! Пейте, пейте!! И прямо передо мной!!

Я хотел сказать спасибо, но мы с Нанами замерли.

Сэмпай поставила один большой стакан… В нём плескался прозрачный напиток с пузырьками.

В прозрачном стакане… много фруктов. Лимон, киви… клубника и другие кисло-сладкие фрукты.

Проблема в том, что сэмпай принесла один стакан. Нет, не в этом проблема, а в трубочке.

В одном стакане… одна трубочка…

У этой трубочки… раздвоенный кончик. Кончики направлены на нас с Нанами, а посередине – что-то вроде сердечка.

…Такие трубочки вообще существуют?..

И зачем они в ресторане европейской кухни? Хочется спросить. А сэмпай смотрит на нас сияющими глазами, словно говоря: 'Пейте, пейте'.

— …Специально спрошу. Это что?

— Это секретный напиток для пар, который редко заказывают в нашем ресторане, уважаемые клиенты, — сэмпай ответила не так, как раньше, а как положено сотруднику ресторана, с самым вежливым поклоном. Серьёзно?.. Это серьёзно?..

Я взглянул на Нанами… и увидел реакцию "Ух ты…". И это не "Ух ты" в плохом смысле, а "Ух ты" в хорошем.

Повторюсь, но разве такое бывает?.. Это же избитый приём, даже, наоборот, сейчас такое редко встретишь.

— …Спасибо.

— Пожалуйста ☆, — она сделала победную позу. Чёрт. Я поблагодарил, но неужели нам придётся это делать в ресторане?.. Это же моя подработка! Разве так делают?

Но отказаться я не могу. У меня нет права на отказ… Если бы это был обычный ресторан, то я бы не отказался.

— Ну… давай попробуем?..

— Д… да!!

Запинаясь, мы с Нанами сжали кулаки перед напитком, словно принимая боевую стойку. Если и делать это, то сейчас, пока мало посетителей.

— А, раз уж такое дело, давайте я вас сфотографирую!

Сэмпай произнесла слова, которые сломали наш настрой. Зачем это фотографировать?.. И что она будет с этим делать?.. Смеяться?..

Но пока я думал, Нанами уже протянула ей свой смартфон, так что остановить её было невозможно.

Перезагрузка невозможна. Я не смогу сдвинуться с места, если хоть раз остановлюсь, поэтому нужно действовать напролом.

Затем Нанами поднесла ко рту другую сторону трубочки.

Стоп, разве из таких трубочек нельзя пить, не согласовав дыхание?.. Ведь воздух будет выходить с другой стороны…

Нанами, похоже, тоже об этом подумала и подала мне знак глазами. Я взглянул на неё, а затем перевёл взгляд на трубочку и показал раскрытую ладонь.

Это значит, что мы начнём пить через пять секунд?.. Да?..

Я тоже показал раскрытую ладонь, и Нанами кивнула. Кажется, мы поняли друг друга. Как-то всё превратилось в совместную работу.

Я тоже кивнул и приготовился. Мы будем сгибать пальцы по одному… и начнём пить, когда согнём последний.

И когда начался обратный отсчёт…

— А, из этой трубочки можно пить по отдельности, она разделена на две.

Мы оба чуть не упали. А, точно… Я попробовал, и действительно, можно пить. Нанами, похоже, тоже это поняла и, смеясь, убрала трубочку ото рта.

Сэмпай, надо было раньше об этом сказать…

Почувствовав наши взгляды, сэмпай начала оправдываться:

— Ну, вы так серьёзно выглядели, что я подумала, что не стоит вам мешать.

Ну что за… Эта сэмпай… И вообще, разве ей не надо работать?.. Не заругают ли её?.. Если ещё можно… то сейчас самое время спросить.

— Сэмпай, можно вас спросить?.. Если это грубо, то извините.

— М? Что такое?.. Я на всё отвечу.

— Эмм… Недавно я услышал о вас один слух.

Сэмпай выслушала мои слова, словно это был обычный разговор. Я добавил, что это всего лишь слух, и что человек, который мне его рассказал, сам не был уверен.

Выслушав меня, сэмпай немного смущённо посмотрела в небо.

— А-а… Этот слух?.. И до вас дошло, мир тесен. Ну, в какой-то степени, я сама виновата…

— Э, то есть, это правда?..

— А, нет-нет. Ничего такого не было. Просто, понимаешь, у меня, похоже, проблемы с чувством дистанции.

Я много раз кивнул. Да, я так и думаю. С чувством дистанции у неё явные проблемы. Похоже, она сама этого не осознаёт.

— Я не специально, честно. Просто общаюсь как с друзьями, а потом мне вдруг говорят, что расстались с девушкой и хотят встречаться со мной…

— А?..

Нанами удивлённо выдохнула. Я в какой-то степени понимаю. Да, у сэмпай невероятно близкая дистанция. Можно сказать, что она не в себе.

Не хочу говорить обобщённо, но… мужчины, когда к ним так относятся, могут подумать, что нравятся.

Особенно если это делает такая красавица, как сэмпай… Наверное, многие могут ошибиться. Но то, что она увела парня у девушки – это уже её вина.

— И… об этом пошёл слух?..

— Думаю, да. У меня же нет парня, и, как видишь, я никогда не занималась ничем таким.

— Думаю, в этом и проблема.

Да, точно. И не нужно было говорить про вторую часть. Слишком откровенно. Поэтому и… появилось столько парней, которые её неправильно поняли.

Нанами же… одновременно и успокоилась, и о чём-то задумалась.

— Поэтому, Нана-тян, не беспокойся. У меня нет никаких романтических чувств к Май-тяну! Май-тян, прости, если я тебя обнадёжила! Но я не могу с тобой встречаться!!

— Э?.. Меня вдруг отвергли?.. Хотя у меня и нет никаких чувств к Юу-сэмпай…

— Это тоже обидно. Но я думала, что Май-тян так и скажет.

Сэмпай смеялась. Нанами тоже вздохнула с облегчением и повернулась к сэмпай.

— Простите, я… немного поверила слухам.

— Да ладно, это я виновата. Я стараюсь быть осторожной, но это уже въелось, и я не знаю, где граница. Я перестала называть парней по имени, чтобы не давать ложных надежд…

Нет, думаю, дело не в этом… А в поведении… Но это сложно исправить.

Сложно избавиться от привычек… Я это хорошо понимаю. Если бы я мог, то жил бы нормальной жизнью.

— Нао, не болтай! Еда готова!

— Ой, заболталась! Ну, вы тут развлекайтесь!

Услышав голос хозяина, Юу-сэмпай махнула рукой и ушла. Остался только… принесённый ею напиток.

Мы снова поднесли его ко рту. Из-за того, что лица так близко, каждый глоток заставляет меня смущаться… Но в этом тоже есть своя прелесть.

Нанами, успокоившись, всё время улыбается. Я рад, что недоразумение с сэмпай и подработкой разрешилось.

Но я должен был помнить. Именно когда успокаиваешься… когда теряешь бдительность… нужно быть осторожным.

— Нао-тян, хоть и старше, но милая. И слух оказался недоразумением…

— Я рад, что Нанами успокоилась. Теперь можно спокойно наслаждаться днём рождения.

— Да!! Но разве Нао-тян не слишком близко подходит?..

— Да, довольно близко. Я тоже в первый день чуть не…

— Что?

В один миг воздух стал тяжёлым. Я расслабился, совсем расслабился. Она не кормила меня с ложечки, а только собиралась, но всё равно не стоило об этом говорить.

Я услышал невероятно низкий голос Нанами.

Со спины выступил пот. Нет, не кормила. Не кормила! Поэтому, пожалуйста, перестань так смотреть. Это страшно.

Это… это и есть страх?..

Пока я думал об этом, как бездушный робот, Нанами улыбнулась. Я думал, что меня простили… но нет.

— Раз с тобой такое чуть не случилось, то я тоже… должна тебя покормить, да?..

…А, ясно. И здесь "сестрёнка". Хотелось бы, чтобы она не говорила это на моей подработке, но, похоже, меня не простят, пока я её так не назову.

— …Но мы же на моей подработке…

— Тебе не нравится, когда я тебя кормлю?

Как же она хитро спрашивает. Если так спросить, то я не могу сказать "нет"… Наверное, Нанами хочет похвастаться…

Я сдался и решил, что готов ко всему.

Затем Нанами потребовала, чтобы я называл её "сестрёнкой" на подработке и чтобы она меня кормила с ложечки.

……Меня точно будут дразнить на следующей смене.

— Спасибо, что проводили. Приходите ещё вдвоём! ♡ — помахала нам вслед Юу-сэмпай.

Мы вышли из ресторана. Как раз начался час пик, а она нашла время нас проводить.

После этого мы поели… Хозяева ресторана захотели увидеть мою девушку, и я представил им Нанами. Я рад, что ей понравилось.

Вот только все узнали, что я называю её "сестрёнкой". Я сказал, что это только сегодня, но все ухмылялись.

Следующая подработка… Не хочется идти… В такое настроение я пришёл.

— Хорошее место. Может, в следующий раз я приду, когда ты будешь работать?

— Немного неловко…

— Хочу увидеть тебя в униформе. Нельзя?

Можно.

На них просто униформа ресторана и фартук, так что ничего особенного… Но раз ей интересно, то я немного рад. Хоть и стыдно.

Мы вышли из ресторана, взялись за руки и направились к последнему пункту назначения.

Последний пункт… можно сказать, главное событие сегодняшнего дня – смотровая площадка, с которой можно увидеть ночной город. Ещё не стемнело, так что, как мне и советовали, мы успеем увидеть закат.

Всё идёт по плану, и мы сможем увидеть ночной город. Всё идёт гладко. Никаких проблем. Очень спокойное и приятное свидание.

Но, несмотря на это, мы шли, держась за руки, и немного нервничали.

Причина – разговор, который произошёл в ресторане. Когда хозяева подошли познакомиться с Нанами и спросили, что мы будем делать дальше, мы честно ответили, что пойдём на смотровую площадку.

И тут глаза хозяев загорелись.

Оказалось, что смотровая площадка, куда мы направляемся… называется "Святилище влюблённых". Я об этом не знал, когда составлял план свидания.

Родители тоже об этом не говорили. Наверное, во времена их молодости это место так не называлось.

Если бы это было просто святое место… я бы, наверное, не так нервничал. Проблема в причине такого названия.

Место, подходящее для предложения руки и сердца… Романтическое место…

Вот почему оно так называется.

Зная это, я начал нервничать. Наверное, Нанами тоже. Она ведёт себя как обычно, но движения немного скованные.

Не ожидал, что это скованность вернётся.

— Н… ночной город будет красивым, да? Раз ясно, то точно.

— Д… да. Я слышала, что и закат красивый.

— Правда? Тогда поторопимся.

— Время ещё есть… Но да, немного ускоримся.

Спешить пока некуда, но, наверное, от волнения хочется поскорее добраться до места.

Я тоже… чувствую это.

Нет, я нервничаю. Но всё равно хочу поскорее туда… Меня это беспокоит. Мы же не собираемся ничего такого делать. Или собираемся?..

…Может, стоит?

Разве не нужно думать об этом более тщательно? Разве можно так внезапно?

Нет, успокойся. Мы идём смотреть на ночной город, а не делать предложение. И вообще, мы ещё слишком молоды для женитьбы.

Что-то похожее я уже говорил, но это было другое. Одно дело – говорить, а другое – делать предложение по-настоящему. Это огромная разница.

Да, сегодня мы просто посмотрим на ночной город…

— Нанами… А какое предложение ты бы хотела получить?

Я думал об этом, но мои губы сами произнесли эти слова. Весь предыдущий разговор забылся, и я почувствовал, как Нанами затаила дыхание.

И правда, я бы тоже удивился, если бы меня так спросили. Я и сам удивлён, что сказал это. Почему именно сейчас?

— Н… ну… — словно раздумывая, ответила Нанами.

Наверное, непроизвольно Нанами сжала мою руку. Её тонкие пальцы впились в мою руку. Неужели у Нанами такая сильная хватка?

Нанами немного подумала… и слегка наклонила голову.

— Предложение, да…

Нанами с чувством произнесла это слово. Говорить о таком в старшей школе, конечно, странно. Я и сам понимаю, что несу чушь.

Затем Нанами нежно улыбнулась.

— А какое предложение Юсин хочет сделать?

…Э?

Я не ожидал встречного вопроса и на мгновение замер. Предложение, предложение… Какое предложение я хочу сделать?

Разумеется, я об этом никогда не думал… Поэтому мне сложно ответить. Как ответить?

И вообще, достаточно ли просто сказать: "Выходи за меня"? Или нужно сделать предложение… в дорогом ресторане, купить кольцо и подарить его?..

Я ещё старшеклассник, поэтому не очень представляю. Слишком много всего, и я совсем не вижу себя в такой ситуации.

— …Наверное, в обычной жизни, в какой-то момент.

Из меня сами собой вырвались эти слова.

— В обычной жизни?

— Да. Например… Например, мы вместе вкусно поели, посмотрели телевизор, и в момент, когда я почувствую себя счастливым… небрежно сказать: "Давай поженимся".

Таким я представляю себе предложение. Без прикрас, просто сказать "Давай поженимся"… Мне кажется, это правильно.

— Наверное, девушкам хочется чего-то более яркого, но я могу представить себе только такое предложение…

Я добавил, что, наверное, это скучно, но Нанами радостно улыбнулась.

Но что же на самом деле? Это моё… мужское видение предложения. Наверняка оно сильно отличается от идеального предложения с женской точки зрения.

Я никогда об этом серьёзно не думал. Интересно, сколько старшеклассников об этом думают?

— Тогда я хочу, чтобы мне сделали такое предложение.

— Э?

Пока я размышлял, Нанами буднично это сказала.

Точно? Моё предложение ведь совсем не особенное. Нанами, видимо, поняла, что я думаю, и легонько коснулась моего носа.

Я рефлекторно моргнул. Увидев это, Нанами улыбнулась ещё нежнее и радостнее.

— Я хочу, чтобы мне сделал предложение Юсин, а не кто-то другой. Поэтому я буду рада любому предложению, которое ты сделаешь.

Я и сама пока не очень понимаю, что это такое, поэтому в будущем всё может измениться, — добавила она, смеясь. Да, я тоже не очень понимаю.

В будущем, когда мы станем студентами, взрослыми и начнём серьёзно об этом думать, наши взгляды могут измениться. Наверняка изменятся.

Но это не обесценит наш сегодняшний разговор.

Главное – не забыть о сегодняшних чувствах.

— В будущем… Буду ждать с нетерпением.

— Да, жди.

Я подумал о будущем, чтобы улыбка идущей рядом Нанами не омрачилась.

◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇

……В общем, я тут, конечно, подумал о таком крутом предложении руки и сердца.

— Страшно, страшно, страшно! Что это?! Страшно! Э, нас не трясёт? Трясёт же, да? Мы не упадём? Всё в порядке, да? Ладно, успокоимся, давай успокоимся!

— Юсин… Говоришь как пулемёт… — протянула Нанами.

Я выставил напоказ свою жалкую сущность.

Сейчас мы едем на фуникулёре к смотровой площадке. Добраться туда можно разными способами, но мы выбрали фуникулёр.

Можно доехать на машине до середины или подняться пешком… Но идти в гору на свидании – это не вариант, так что решили добраться на фуникулёре. Безопасно.

Но я не ожидал такого.

— Ну же, Юсин. Если страшно, сестрёнка подержит тебя за руку. Вот, обниму тебя.

— С… сестрёнка… Пожалуйста…

Я такой жалкий.

Я и не думал, что фуникулёр – это так страшно… Точнее, я и сам не знал. Оказывается, я боюсь высоты.

Сначала мы с волнением сели в фуникулёр, и я удивился его размерам и высоте.

Но это волнение быстро сменилось ужасом. Хотя, может, страх был с самого начала.

Сначала я думал, что мне кажется, но по мере того, как фуникулёр поднимался, у меня начали трястись ноги. Когда я увидел в окно, как увеличивается высота, мне стало казаться, будто мои ноги висят в воздухе.

Когда фуникулёр слегка качнулся, я не выдержал. Чуть не обнял Нанами. Честно говоря, у меня глаза были на мокром месте.

По всему телу выступил холодный пот, подкашивало ноги, и я никак не мог успокоиться.

Всё это можно описать одним словом – страх.

Наверное, на это ушло не больше минуты. По ощущениям – целый час. В общем, это была самая долгая минута в моей жизни.

Кажется, до места назначения пять минут… Ещё четыре минуты ада. Если бы я мог выглядеть круто, то постарался бы, но это невозможно.

Сейчас я хочу положиться на Нанами, как на старшую сестру. Хоть у неё и день рождения, но выхода нет. Мне очень страшно. Хочу варп-портал.

Всё, я не могу связно думать от страха.

И вообще, точно ли пять минут?.. Может, не пять, а пятьдесят?..

О нет, земля всё дальше… Лес отдаляется. Вид, наверное, красивый, но страх сильнее.

Может, после заката было бы не так страшно?.. Сейчас так страшно, потому что я вижу землю.

— Ну же, Юсин, всё в порядке. Сестрёнка с тобой.

— С… сестрёнка…!!

Я чувствую себя таким жалким, а Нанами кажется невероятно надёжной. Даже, кажется, крутым парнем. Она просто сияет.

Самым страшным был момент, когда мы были на середине горы. Фуникулёр двигался плавно, но мне казалось, что его немного качает ветром.

Если мы упадём, я должен защитить хотя бы Нанами.

Или, может, пол, на котором я стою, провалится, и я полечу вниз? Пол вроде металлический… Но вдруг там открутились болты?

— Успокойся, успокойся… Дыши глубже.

Нанами подошла ближе и взяла меня за руку, чтобы успокоить. Не так, как обычно, когда мы гуляем, а нежно, чтобы успокоить.

Как же это обнадёживает! И в то же время стыдно… Но страх есть страх. Нужно признать его и принять.

— Сестрёнка… Всё в порядке… Я успокоился.

— Правда? Не нужно себя заставлять.

Всё в порядке, земля уже близко… И моё сердце тоже успокаивается. Наверное, скоро приедем.

Какие же долгие пять минут! Наверное, самые долгие в моей жизни. Ни боли, ни дискомфорта не было.

Просто пять минут страха… Что бы со мной было, если бы не Нанами?.. Даже представить не могу. Наверное, просто сошёл бы с ума.

Ещё одно воспоминание, только в другом смысле.

Постепенно, очень медленно фуникулёр замедлился, и земля приблизилась. Наконец-то, наконец-то это закончится.

Раздался звук, фуникулёр остановился, и объявили о прибытии. Как же хорошо, как же хорошо…

Нанами всё время держала меня за руку. Это не похоже на отношения влюблённых, скорее, на родителя с ребёнком, но сейчас… Только сейчас пусть так и будет.

Я успокаиваюсь.

С трудом сдерживая желание выбежать, я ждал, пока выйдут остальные. Если бы я был один, то точно выбежал бы.

И медленно, очень медленно мы с Нанами вышли из фуникулёра. Там был небольшой порог, и, стараясь не споткнуться, я ступил на землю.

Ах… Земля – это прекрасно!!!

Люди должны ходить по земле. Летать и делать что-то противоестественное – это неправильно… По крайней мере, для меня.

Наконец-то мы на смотровой площадке… Сейчас мы с Нанами будем наслаждаться видом…

— Юсин, у меня для тебя плохие новости…

Э?

Нанами с виноватым видом сообщила, что отсюда до смотровой площадки нужно ехать ещё на одном фуникулёре.

Ах, да… Точно. Я же смотрел информацию, но от страха всё вылетело из головы. Отсюда ещё… нужно ехать. А этот фуникулёр… какой он высоты?

Наверное, так себя чувствуют люди перед казнью? Теперь фуникулёры и канатные дороги кажутся мне эшафотом.

Надеюсь, мне только кажется, что Нанами немного довольна.

◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇

— Я… думал, что умру…

— Ну что ты преувеличиваешь… От высоты не умирают.

— Может быть и шоковая смерть.

— Редко услышишь, как ты говоришь такие глупости с таким серьёзным лицом…

Да, ты права.

Сначала я вёл себя нормально, но постепенно стал говорить всё меньше, меня начало знобить, а потом я начал нести всякую чушь.

Фуникулёр оказался почти на уровне земли, и это меня спасло. Правда, спасло. Это же вагончик, машина, значит, должен быть на земле.

Он немного на возвышенности, но не в воздухе, как канатная дорога. Уже это успокаивает.

Да здравствует земля!

…А, нет. Если посмотреть в окно сбоку, то немного страшно. Но терпимо, так что я могу смотреть. Да, немного страшно, но вид красивый.

Пока я об этом думал, Нанами, сидевшая рядом, о чём-то задумалась. Интересно, о чём? И тут она очень, очень нежно улыбнулась мне.

…Не знаю почему, но, хоть это и улыбка Нанами, у меня какое-то плохое предчувствие.

— Слушай, Юсин…

— Что такое, Нанами? А, фуникулёр — это ерунда, так что можешь не называть меня "сестрёнкой"…

— Может, в следующий раз покатаемся на колесе обозрения?

— Сестрёнка, пощади.

Я сделаю всё что угодно, только не это. Мало того, что это предложила Нанами, но ведь колесо обозрения?! Колесо обозрения… это… то самое?!

То самое колесо обозрения, которое является классическим местом для свиданий, а иногда – целью для взрывов в фильмах, манге и романах?

Я уверен, что буду плакать, если сяду в него. Я могу потерять сознание. Если оно вдруг сломается, то и моё сердце может остановиться.

В домах с привидениями девушки кричат и обнимают парней, а на колесе обозрения я буду кричать и обнимать Нанами.

Хотя, смогу ли я вообще двигаться?.. Может, я застыну, как камень.

Но Нанами хочет покататься. Хм…

— …Если Нанами этого хочет, то я один раз постараюсь!

Один раз, только один раз. Собравшись с духом, я поднял указательный палец. Если это будет один раз, первый и последний раз в моей жизни, то я… смогу.

Смогу… ведь смогу, да?

Пока я спрашивал себя, Нанами легонько коснулась тыльной стороны моей ладони.

— Прости, прости, я увидела, как ты волнуешься, и не удержалась. Не нужно себя заставлять.

— …Мило?

— Очень мило. Я получила удовольствие.

Не понимаю, что девушки находят милым… Но когда я вижу, как Нанами волнуется, то думаю, что это мило. Наверное, так же.

Но хорошо, что она не подумала, что я жалкий. Лучше быть милым, чем нелюбимым за то, что показал себя с неприглядной стороны.

— Кстати, мне вот что интересно…

— М? Что-то не так?

— Если ты боишься высоты, то, может, и смотровые площадки тебе тоже не нравятся?

Ах… Точно. Как же я мог забыть? Я ведь только сегодня узнал, что боюсь высоты, поэтому заранее ничего не проверял.

Может, и на смотровой площадке мне будет страшно, и я не смогу толком ничего увидеть? Я не хочу этого в день рождения Нанами.

— Всё в порядке, сестрёнка с тобой, так что ничего не бойся.

Нанами уже перешла в режим "старшей сестры", которая меня успокаивает. Нет, это, конечно, приятно, но проблему это не решает.

В худшем случае, придётся притворяться, что всё в порядке.

Пока мы об этом говорили, фуникулёр прибыл на вершину… к смотровой площадке. Я почувствовал толчок при остановке, словно это было моё волнение.

И мы вышли из фуникулёра и направились к смотровой площадке. Когда мы вышли из здания, нас обдул тёплый ветерок.

Ветер коснулся меня, я закрыл глаза, а когда открыл…

— Ух ты…

Мы оба невольно выдохнули от восхищения.

Перед нами раскинулось голубое небо.

Почти без облаков, такое голубое, что, кажется, в него можно провалиться. Голубизна моря тоже была красивой, но это другое.

Наверное, потому что ещё не стемнело, цвет плавно переходил от тёмно-синего к белому. Город внизу виден лучше, чем я ожидал.

И всё это видно на триста шестьдесят градусов. Мы с Нанами переглянулись и побежали к такому месту, которое не увидишь каждый день.

Мы засмотрелись на голубое небо, но в центре была какая-то странная фигура.

Рядом с ней что-то квадратное… вроде рамки. Интересно, для чего это… Но сначала хочется насладиться видом.

Когда мы подошли к ограждению, голубизна неба стала ещё более заметной.

— Ух ты… Потрясающе. Виден весь город. Интересно, где мы живём?..

— Я слышал, что ночной вид красивый, но и до заката очень красиво…

— Слушай, Юсин… Всё в порядке? Здесь ведь довольно высоко… Не страшно? Хочешь, возьму тебя за руку?

Нанами незаметно протянула мне руку, и я только тут понял. Да, совсем не страшно. Хоть мы и находимся так высоко, мне нормально.

Не нужно притворяться, и это немного обескураживает, но я рад.

— Похоже, всё в порядке. Может, потому что я твёрдо стою на земле.

Я не боюсь вида, а, наоборот, восхищаюсь им. Это совсем не то же самое, что в канатной дороге.

Я вздохнул с облегчением, поняв, что одно опасение исчезло…

— Ясно…

Нанами выглядела немного разочарованной. Может… она хотела взять меня за руку?.. Или успокоить меня, испуганного?..

— Давай возьмёмся за руки…

— Да! ♡

……В общем, я тут, конечно, подумал о таком крутом предложении руки и сердца.

— Страшно, страшно, страшно! Что это?! Страшно! Э, нас не трясёт? Трясёт же, да? Мы не упадём? Всё в порядке, да? Ладно, успокоимся, давай успокоимся!

— Юсин… Говоришь как пулемёт… — протянула Нанами.

Я выставил напоказ свою жалкую сущность.

Сейчас мы едем на фуникулёре к смотровой площадке. Добраться туда можно разными способами, но мы выбрали фуникулёр.

Можно доехать на машине до середины или подняться пешком… Но идти в гору на свидании – это не вариант, так что решили добраться на фуникулёре. Безопасно.

Но я не ожидал такого.

— Ну же, Юсин. Если страшно, сестрёнка подержит тебя за руку. Вот, обниму тебя, — сказала Нанами.

— С… сестрёнка… Пожалуйста…

Я такой жалкий.

Я и не думал, что фуникулёр – это так страшно… Точнее, я и сам не знал. Оказывается, я боюсь высоты.

Сначала мы с волнением сели в фуникулёр, и я удивился его размерам и высоте.

Но это волнение быстро сменилось ужасом. Хотя, может, страх был с самого начала.

Сначала я думал, что мне кажется, но по мере того, как фуникулёр поднимался, у меня начали трястись ноги. Когда я увидел в окно, как увеличивается высота, мне стало казаться, будто мои ноги висят в воздухе.

Когда фуникулёр слегка качнулся, я не выдержал. Чуть не обнял Нанами. Честно говоря, у меня глаза были на мокром месте.

По всему телу выступил холодный пот, подкашивало ноги, и я никак не мог успокоиться.

Всё это можно описать одним словом – страх.

Наверное, на это ушло не больше минуты. По ощущениям – целый час. В общем, это была самая долгая минута в моей жизни.

Кажется, до места назначения пять минут… Ещё четыре минуты ада. Если бы я мог выглядеть круто, то постарался бы, но это невозможно.

Сейчас я хочу положиться на Нанами, как на старшую сестру. Хоть у неё и день рождения, но выхода нет. Мне очень страшно. Хочу варп-портал.

Всё, я не могу связно думать от страха.

И вообще, точно ли пять минут?.. Может, не пять, а пятьдесят?..

О нет, земля всё дальше… Лес отдаляется. Вид, наверное, красивый, но страх сильнее.

Может, после заката было бы не так страшно?.. Сейчас так страшно, потому что я вижу землю.

— Ну же, Юсин, всё в порядке. Сестрёнка с тобой, — утешала Нанами.

— С… сестрёнка…!!

Я чувствую себя таким жалким, а Нанами кажется невероятно надёжной. Даже, кажется, крутым парнем. Она просто сияет.

Самым страшным был момент, когда мы были на середине горы. Фуникулёр двигался плавно, но мне казалось, что его немного качает ветром…

Если мы упадём, я должен защитить хотя бы Нанами.

Или, может, пол, на котором я стою, провалится, и я полечу вниз? Пол вроде металлический… Но вдруг там открутились болты?

— Успокойся, успокойся… Дыши глубже, — говорила Нанами, чтобы успокоить меня.

Нанами подошла ближе и взяла меня за руку, чтобы успокоить. Не так, как обычно, когда мы гуляем, а нежно, чтобы успокоить.

Как же это обнадёживает! И в то же время стыдно… Но страх есть страх. Нужно признать его и принять.

— Сестрёнка… Всё в порядке… Я успокоился.

— Правда? Не нужно себя заставлять.

Всё в порядке, земля уже близко… И моё сердце тоже успокаивается. Наверное, скоро приедем.

Какие же долгие пять минут! Наверное, самые долгие в моей жизни. Ни боли, ни дискомфорта не было.

Просто пять минут страха… Что бы со мной было, если бы не Нанами?.. Даже представить не могу. Наверное, просто сошёл бы с ума.

Ещё одно воспоминание, только в другом смысле.

Постепенно, очень медленно фуникулёр замедлился, и земля приблизилась. Наконец-то, наконец-то это закончится.

Раздался звук, фуникулёр остановился, и объявили о прибытии. Как же хорошо, как же хорошо…

Нанами всё время держала меня за руку. Это не похоже на отношения влюблённых, скорее, на родителя с ребёнком, но сейчас… Только сейчас пусть так и будет.

Я успокаиваюсь.

С трудом сдерживая желание выбежать, я ждал, пока выйдут остальные. Если бы я был один, то точно выбежал бы.

И медленно, очень медленно мы с Нанами вышли из фуникулёра. Там был небольшой порог, и, стараясь не споткнуться, я ступил на землю.

Ах… Земля – это прекрасно!!!

Люди должны ходить по земле. Летать и делать что-то противоестественное – это неправильно… По крайней мере, для меня.

Наконец-то мы на смотровой площадке… Сейчас мы с Нанами будем наслаждаться видом…

— Юсин, у меня для тебя плохие новости…

Э?

Нанами с виноватым видом сообщила, что отсюда до смотровой площадки нужно ехать ещё на одном фуникулёре.

Ах, да… Точно. Я же смотрел информацию, но от страха всё вылетело из головы. Отсюда ещё… нужно ехать. А этот фуникулёр… какой он высоты?

Наверное, так себя чувствуют люди перед казнью? Теперь фуникулёры и канатные дороги кажутся мне эшафотом.

Надеюсь, мне только кажется, что Нанами немного довольна.

◇◇◇◇◇◇◇◇◇◇

— Я… думал, что умру…

— Ну что ты преувеличиваешь… От высоты не умирают.

— Может быть и шоковая смерть.

— Редко услышишь, как ты говоришь такие глупости с таким серьёзным лицом…

Да, ты права.

Сначала я вёл себя нормально, но постепенно стал говорить всё меньше, меня начало знобить, а потом я начал нести всякую чушь.

Фуникулёр оказался почти на уровне земли, и это меня спасло. Правда, спасло. Это же вагончик, машина, значит, должен быть на земле.

Он немного на возвышенности, но не в воздухе, как канатная дорога. Уже это успокаивает.

Да здравствует земля!

…А, нет. Если посмотреть в окно сбоку, то немного страшно. Но терпимо, так что я могу смотреть. Да, немного страшно, но вид красивый.

Пока я об этом думал, Нанами, сидевшая рядом, о чём-то задумалась. Интересно, о чём? И тут она очень, очень нежно улыбнулась мне.

…Не знаю почему, но, хоть это и улыбка Нанами, у меня какое-то плохое предчувствие.

— Слушай, Юсин…

— Что такое, Нанами? А, фуникулёр – это ерунда, так что можешь не называть меня "сестрёнкой"…

— Может, в следующий раз покатаемся на колесе обозрения?

— Сестрёнка, пощади!

Я сделаю всё что угодно, только не это. Мало того, что это предложила Нанами, но ведь колесо обозрения?! Колесо обозрения… это… то самое?!

То самое колесо обозрения, которое является классическим местом для свиданий, а иногда – целью для взрывов в фильмах, манге и романах?

Я уверен, что буду плакать, если сяду в него. Я могу потерять сознание. Если оно вдруг сломается, то и моё сердце может остановиться.

В домах с привидениями девушки кричат и обнимают парней, а на колесе обозрения я буду кричать и обнимать Нанами.

Хотя, смогу ли я вообще двигаться?.. Может, я застыну, как камень.

Но Нанами хочет покататься. Хм…

— …Если Нанами этого хочет, то я один раз постараюсь!

Один раз, только один раз. Собравшись с духом, я поднял указательный палец. Если это будет один раз, первый и последний раз в моей жизни, то я… смогу.

Смогу… ведь смогу, да?

Пока я спрашивал себя, Нанами легонько коснулась тыльной стороны моей ладони.

— Прости, прости, я увидела, как ты волнуешься, и не удержалась. Не нужно себя заставлять.

— …Мило?

— Очень мило. Я получила удовольствие.

Не понимаю, что девушки находят милым… Но когда я вижу, как Нанами волнуется, то думаю, что это мило. Наверное, так же.

Но хорошо, что она не подумала, что я жалкий. Лучше быть милым, чем нелюбимым за то, что показал себя с неприглядной стороны.

— Кстати, мне вот что интересно…

— М? Что-то не так?

— Если ты боишься высоты, то, может, и смотровые площадки тебе тоже не нравятся?

Ах… Точно. Как же я мог забыть? Я ведь только сегодня узнал, что боюсь высоты, поэтому заранее ничего не проверял.

Может, и на смотровой площадке мне будет страшно, и я не смогу толком ничего увидеть? Я не хочу этого в день рождения Нанами.

— Всё в порядке, сестрёнка с тобой, так что ничего не бойся, — сказала Нанами, уже перейдя в режим "старшей сестры", которая меня успокаивает. Нет, это, конечно, приятно, но проблему это не решает.

В худшем случае, придётся притворяться, что всё в порядке.

Пока мы об этом говорили, фуникулёр прибыл на вершину… к смотровой площадке. Я почувствовал толчок при остановке, словно это было моё волнение.

И мы вышли из фуникулёра и направились к смотровой площадке. Когда мы вышли из здания, нас обдул тёплый ветерок.

Ветер коснулся меня, я закрыл глаза, а когда открыл…

— Ух ты…

Мы оба невольно выдохнули от восхищения.

Перед нами раскинулось голубое небо.

Почти без облаков, такое голубое, что, кажется, в него можно провалиться. Голубизна моря тоже была красивой, но это другое.

Наверное, потому что ещё не стемнело, цвет плавно переходил от тёмно-синего к белому. Город внизу виден лучше, чем я ожидал.

И всё это видно на триста шестьдесят градусов. Мы с Нанами переглянулись и побежали к такому месту, которое не увидишь каждый день.

Мы засмотрелись на голубое небо, но в центре была какая-то странная фигура.

Рядом с ней что-то квадратное… вроде рамки. Интересно, для чего это… Но сначала хочется насладиться видом.

Когда мы подошли к ограждению, голубизна неба стала ещё более заметной.

— Ух ты… Потрясающе. Виден весь город. Интересно, где мы живём?..

— Я слышал, что ночной вид красивый, но и до заката очень красиво…

— Слушай, Юсин… Всё в порядке? Здесь ведь довольно высоко… Не страшно? Хочешь, возьму тебя за руку?

Нанами незаметно протянула мне руку, и я только тут понял. Да, совсем не страшно. Хоть мы и находимся так высоко, мне нормально.

Не нужно притворяться, и это немного обескураживает, но я рад.

— Похоже, всё в порядке. Может, потому что я твёрдо стою на земле.

Я не боюсь вида, а, наоборот, восхищаюсь им. Это совсем не то же самое, что в канатной дороге.

Я вздохнул с облегчением, поняв, что одно опасение исчезло…

— Ясно…

Нанами выглядела немного разочарованной. Может… она хотела взять меня за руку?.. Или успокоить меня, испуганного?..

— Давай возьмёмся за руки…

— Да! ♡

Не знаю, что именно, но проблем с объятиями нет. Нанами радостно и быстро сжала мою руку. И сразу же переплела пальцы, сжимая их.

Смело на улице… Посмотрев по сторонам, я увидел, что почти все – пары. И среди них есть пары примерно нашего возраста. Все наслаждаются видом.

Значит, можно немного пообниматься… Даже, наоборот, так будет естественнее.

Конечно, есть не только пары, но и семьи, и одиночки… но пар, кажется, больше всего.

Не зря это место называют святым…

И тут я внезапно услышал звон колокола. Я посмотрел в сторону звука и увидел пару, которая схватилась за верёвку, привязанную к какому-то объекту, и раскачивала её.

А, это колокол? Если присмотреться, то сверху свисает колокол.

Я был так увлечён видом, что не заметил, но вокруг, похоже, есть и другие вещи. Квадратное… Люди фотографируются внутри него. Может, это рамка?

— Может, осмотримся? Если хочешь, можем позвонить в колокол.

— Давай! Совместная работа. Но звук, оказывается, довольно громкий.

Я тоже так подумал. Когда колокол зазвенел, все, кто был рядом, обернулись, а пара, которая звонила, немного удивилась громкости.

Если мы тоже будем звонить, то нужно быть готовыми к вниманию.

Мы вдвоём подошли к колоколу, и вокруг него… что это… замки?.. Зачем замки?

Подойдя ближе, я увидел табличку с объяснением… Так-так…

— Ого, можно написать имена на замке и повесить его на ограду вокруг колокола. Это вроде оберега, чтобы не расставаться и быть вместе…

— Давай…!! — Глаза Нанами загорелись.

Она так загорелась, что я увидел в её глазах и за спиной пламя страсти. Нанами с энтузиазмом предложила мне это сделать, но… осмотревшись…

— Давай купим позже. Уже скоро… закат. Смотри, как красиво!

— А? Что красиво?.. Ух ты… Что это…

Мы снова подбежали к ограждению. Перед нами… открылся вид, отличный от того, что был раньше.

Голубое небо, розовый закат и немного белых облаков. Разные цвета смешались и создали свет, похожий на пейзаж.

Постепенно солнце садится, и становится темнее, но именно поэтому свет становится ярче. И город окрашивается в этот цвет.

Я украдкой посмотрел на Нанами.

Её профиль, освещённый голубым небом и закатом, был таким красивым, что я чуть не заплакал от восторга. Если этот вид – пейзаж, то Нанами… Что это за картина?

Наверное, что-то вроде религиозной живописи. Красивая, величественная, и в то же время сильная… Существо, которому хочется поклоняться.

Вот что я… чувствовал к Нанами.

— Нанами, улыбнись.

— А? Ой… Давай смотреть на вид, — смутилась она.

— Хочу запечатлеть Нанами на фоне этого вида.

Может, это и не к месту, но мне очень этого хотелось. Я решил расслабиться, так что пусть будет так.

Я узнал об этом перед тем, как прийти сюда, но это время называется "сумерки". Всего двадцать минут до полного заката, такое драгоценное время.

Я хочу запечатлеть Нанами в сумерках.

На фоне неба, смешавшего голубой и розовый цвета, Нанами смущённо улыбнулась и показала знак "V". Я залюбовался ею и чуть не забыл сделать снимок, но всё же запечатлел её на смартфоне.

Я был доволен, а она, опустив уголки губ, смущённо улыбнулась, словно говоря: "Ну что поделать". Я тоже улыбнулся, но Нанами в следующее мгновение быстро прижалась ко мне.

— Раз уж такое дело, давай сфотографируемся вдвоём.

Она прижалась лицом к моему, включила селфи-камеру… и сделала снимок. Раньше мы немного стеснялись фотографироваться, но сейчас… я счастлив, что мы можем делать такие фотографии.

Постепенно вокруг темнело. Свет ещё был, но он становился всё слабее. И по мере того, как свет становился слабее, менялся и его цвет.

Только что он был розовым, а сейчас – ослепительно оранжевым. Наверное, потому что солнце садится…

Может, он выглядит красивее, чем днём. В темноте только он сияет, словно обжигая.

Наверное, опасно смотреть на него напрямую…

— Интересно, если надеть солнцезащитные очки, то можно будет смотреть?

— А? Юсин, ты носишь очки? …Может, подарить тебе на день рождения?

— Нет-нет, я просто так подумал, не нужно.

— А мне хочется увидеть Юсина в очках.

Мы вдвоём смотрели на заходящее солнце. По мере того, как небо темнело, вокруг загорались огни. И смотровая площадка тоже постепенно освещалась.

Поэтому, хоть и темнело, видимость была хорошей. Но звёзд не видно. Небо темнеет, но звёзд нет.

Подарок… Да, подарок.

День рождения, о котором небрежно упомянула Нанами… Конечно, я купил ей подарок. Я выслушал её пожелания и выбрал подарок.

Я подарю его Нанами здесь. Я очень нервничаю, но это моя последняя миссия.

Я нервничаю. По идее, не должен. Нужно просто вручить подарок, обрадовать её… и всё должно пройти гладко. В моём воображении.

На самом деле, сердце колотится, и о гладкости речи не идёт. Да и раньше я опозорился, испугавшись высоты.

Нанами посмеялась, но мне немного стыдно. Поэтому я хотел реабилитироваться, подарив подарок…

Но я не знал, что это место… святилище влюблённых… место, где делают предложения… Нужно было лучше всё разузнать.

Я подробно изучил расположение смотровой площадки и время в пути, но дальше не стал, чтобы сохранить интригу.

И вот что из этого вышло.

Солнце полностью скрылось, и небо стало не чёрным, а тёмно-синим. Наверное, такой цвет бывает сразу после заката. Интересно, станет ли ещё темнее…

И тут… это произошло.

Чмок…

Я почувствовал мягкое прикосновение к щеке. Я посмотрел в сторону и увидел Нанами, которая уже отстранилась и смущённо улыбалась. Её освещал свет.

Нанами поцеловала меня в щёку.

Наверное, она подгадала момент, когда стемнеет. От неожиданного поцелуя я прижал руку к щеке.

Сколько бы раз меня ни целовали, я никак не могу к этому привыкнуть. Впрочем, это и не проблема.

— Спасибо тебе за сегодня. Хочется отблагодарить тебя ещё больше… но для начала – так.

Сказав "Эхехе", она смущённо коснулась своей щеки. Все мои предыдущие мысли… улетучились.

Можно сказать, что исчезли все лишние сомнения. Нанами обрадовалась, чего ещё желать? Если я подарю ей подарок, она обрадуется ещё больше, и всё будет прекрасно.

Я слишком много думал о лишнем. Великие люди, наверное, говорили: "Не думай, чувствуй". Чувствуй Нанами больше. Не в пошлом смысле.

— Что ты говоришь, ночной вид только начинается… И ночь впереди, разве нет?

— Эхехе, как приятно. Что мы будем делать вместе?.. Ну же, сделай, — попросила Нанами, коснувшись пальцем своей щеки и сделав шаг ко мне.

Я больше не сомневаюсь, я непобедим. Конечно, я сделаю.

И я поцеловал Нанами в щёку.

А, сделав это, я очень смутился. Неужели к этому невозможно привыкнуть – ни когда целуешь, ни когда целуют? Как люди привыкают делать это спокойно?

Нанами радовалась и хихикала. И когда солнце полностью село, небо стало совсем чёрным. И… в городе зажглись огни.

— Как красиво… — пробормотала Нанами, глядя на огни города.

Я думал, что в ночном городе будет больше белого света… но, наоборот, оранжевого больше.

Оранжевый, белый, синий, красный… Разные огни рассыпаны по городу.

Смотровая площадка тоже освещена, и свет города и площадки нежно освещают нас.

— Наш дом, наверное, где-то там? Сверху так красиво.

— Да, обычно не обращаешь внимания, но, оказывается, очень красиво…

…Сказать, что Нанами красивее… я не могу. Это моя слабость. Я сейчас об этом подумал, но если сказать с паузой, то это будет странно звучать.

Поэтому в этот момент… я решил подарить Нанами подарок.

— Нанами, с днём рождения. Это подарок.

Я достал из сумки пакет и протянул его Нанами. Она радостно приняла его и крепко прижала к груди.

— Ух ты… Спасибо! Что там?

— Кружка. Ты просила что-нибудь парное… Я выбрал парные кружки.

— Кружки – это хорошо. Когда ты будешь приходить ко мне, будем пить из них чай вместе. Спасибо.

Крепко держа подарок, Нанами выглядела очень счастливой. Это то, что Нанами попросила, а я выбрал.

И… ещё кое-что…

— И ещё, Нанами… Это тоже…

Я протянул Нанами маленькую… маленькую квадратную коробочку. Нанами приняла её, завёрнутую в подарочную бумагу, и с любопытством наклонила голову.

— Что это?

Я долго не мог сказать, что это такое… Но, собравшись с духом, я раскрыл тайну.

— Эмм… Кольцо…

— …Э?

— Парные кольца…

На самом деле, именно поэтому я и сомневался, дарить ли его здесь. Если оправдываться, то я не знал, что это святилище влюблённых.

Дарить кольцо в месте, где делают предложения… Не слишком ли это?..

Но если я упущу этот момент, то не смогу подарить… Наверное, нас встретит Гэнъитиро-сан. Стыдно дарить кольцо при её отце.

И вообще, такие вещи хочется дарить в романтической обстановке… Значит, сейчас самое время.

Я немного боялся её реакции, но Нанами замерла с кольцом в руках. Наверное, это слишком. Я думал, что раз она раньше говорила, что хочет…

— …Парные?

— А, да… На всякий случай… и моё тоже…

Нанами молча опустила голову… и вернула мне коробочку. Мне стало немного грустно, но, наверное, это было слишком. Я погорячился, но это была ошибка…

Я так думал…

— Раз уж такое дело… Может, Юсин наденет его мне на палец?..

Опустив голову, Нанами протянула мне коробочку с кольцом. Мне потребовалось много времени, чтобы переварить и понять её слова.

Значит… она обрадовалась?

— Ты опустила голову, я думал…

— Не… не смотри… Наверное, у меня сейчас ужасно глупое лицо. Такое, какое нельзя показывать девушкам…

Вытянув руки вперёд и тряся ими, Нанами изо всех сил отворачивалась. Если я хочу надеть кольцо, то нужно, чтобы она подняла голову… Нет, можно и так?

Я аккуратно снял обёртку с коробочки, стоявшей перед Нанами, которая не могла поднять голову… и достал из неё одно кольцо.

И в тот момент, когда я взял её за правую руку… Нанами подняла голову.

Я улыбнулся Нанами, которая покраснела так, что это было видно даже в темноте, и медленно надел кольцо на её тонкий палец. На безымянный палец правой руки.

Кольцо плавно скользнуло по её пальцу, и я сразу же убрал руку, почувствовав лёгкое сопротивление у основания пальца.

Нанами замерла, протянув руку, и пристально смотрела на кольцо на правой руке. Словно увидела что-то невероятное.

— …Не жмёт?

— Нет… В самый раз. Красивое…

Слава богу. В самый раз.

Я придумал это, когда Нанами спала в кемпинге, и тайком измерил размер её пальца… Я проверял, правильно ли измеряю, но, похоже, всё в порядке.

Нанами долго разглядывала кольцо… и, словно не в силах сдержать радость, бросилась ко мне.

Я принял её и обнял.

Окружающие были заняты своими делами и не обращали на нас внимания. Поэтому нам казалось, что мы одни.

Когда я крепко сжал её, Нанами тоже крепче обняла меня за спину.

Мы немного постояли обнявшись, а затем, не разжимая рук, медленно отстранились и посмотрели друг на друга.

— С днём рождения, Нанами.

— Спасибо, Юсин.

Улыбка Нанами в тот момент была ярче ночного города.