- Вианут, очевидно, подозревает, что с историей про сестру не всё чисто, и поэтому нанял человека, чтобы разобраться во всём. Я слышал, он ищет кучера, который был со мной в тот день, когда я привёл тебя, - сказал Стефан, многозначительно взглянув на Грис, затем повернулся и посмотрел на маленького щенка. - Голова твоей хозяйки вот-вот отделится от тела. И я не знаю, что делать. А ты? - спросил он с лёгкой усмешкой, вызвавшей у девушки отвращение.

Голос маркиза был мягким, несмотря на мрачность новостей, и Грис внутренне корёжило от этой иронии. Она просто застыла у кровати.

Вианут начал что-то подозревать.... Из-за приёма? Теперь только вопрос времени, когда правда вскроется и ей отсекут голову.

- В-вот как… - едва смогла выдавить девушка.

Слова застряли в горле. Грис казалось, что она уже проваливается в тёмные чертоги ада. Лёгким не хватало воздуха, и она не могла наполнить их, как ни старалась.

«Да меня же разорвут на части!»

От этих мыслей по телу пробежала дрожь, конечности похолодели, будто бы она уже мертва. На ладонях выступил пот, ноги ослабели, Грис потеряла равновесие и упала на пол. На лбу появилась испарина, которую девушка попробовала вытереть дрожащей рукой.

Стефан издали просто наблюдал за ней.

- Ты побледнела, - только и сказал он.

Грис не осмеливалась задавать ему никаких вопросов. Да и что ей с его слов? Ещё больше тревог и только.

Аристократ спихнул Тир на пол, подошёл к девушке, присел на корточки рядом с ней, всё ещё не находящей в себе сил встать, и схватил пальцами за подбородок. Грис старалась не смотреть ему в глаза.

- Ты прекрасна. Любой мужчина согласился бы со мной.

Она слышала эти слова много раз в своей жизни, но сейчас от Стефана они были особенно неприятны. Другие мужчины хоть пытались скрыть свои похотливые намерения, но он не утруждал себя этим. Девушка отвернулась.

Маркиз ухмыльнулся и пробормотал себе под нос:

- Красива, но не настолько, чтобы очаровать Вианута. Что ж, ни одна женщина с этим не справится, если только не придёт прямо из Библии.

Под этим он подразумевал, что герцога интересовали только святые. В любом случае, у Грис не было ни способностей, ни желания соблазнять такого холодного мужчину как Вианут.

Голова пухла от мыслей о том, как сбежать из этого смертельно опасного особняка, удержав голову на плечах. Девушка хотела жить.

- Пожалуйста, отошлите меня обратно, пока он не выяснил, кто я на самом деле. Молю, - взмолилась она.

Сердце учащённо билось, выдавая её тревогу. Грис представила, как Вианут гонится за ней… Больше нельзя оставаться в этом доме, иначе она умрёт либо от рук молодого герцога, либо от собственных страхов.

- Нет сомнений в том, что он найдёт тебя и убьёт, даже если ты уедешь.

Грис не смогла ответить, ведь знала, что Стефан прав - Вианут не простит.

- Может, даже скормит тебя своим зверям.

Маркиз хорошо умел подбирать слова, которых она боялась больше всего. Садист. Она уже ненавидела его.

Почему он ведёт себя так, словно происходящее не имеет к нему никакого отношения? Это его вина. Ведь сама она бы никогда уже не встретилась с Байренхагом и не сидела бы сейчас здесь на полу, потея и трясясь от страха. Лучше бы Стефан оставил её в публичном доме. Почему он не чувствует угрызений совести за то, что подвергает опасности невинную женщину?

Она ни в чём не виновата, она просто пыталась выжить. Всё происходящее - его вина!..

Через пару секунд всё встало на свои места, став очевидным. Если его план раскроют, он может просто свалить всё на шлюху и уйти от наказания, в то время как она будет страдать от последствий.

Грис содрогнулась при мысли о том, с каким наслаждением Стефан будет следить за зрелищем, когда её будут скармливать зверью.

Но что она может сделать?

Маркиз открыл рот, заговорив снова:

- Есть и хорошие новости.

Эти слова прошлись успокаивающей волной.

- Да ну?! И какие же?! - в отчаяние огрызнулась Грис.

В минуты опасности девушка плохо могла себя контролировать. Скорее всего, сейчас для мужчины она выглядела просто обезумевшим маленьким зверьком, с которым он играл.

- Кучера, который перевёз тебя из борделя в особняк, я посадил на корабль и отправил очень далеко от этих мест. После того, как ты появились здесь, моя мать поднялась с больничного ложа. Это хорошо и для Вианута. Несомненно, политикой должны заправлять мужчины, но в доме должна управлять леди.

Слушая его, Грис сделала пару глубоких вдохов.

«Раз, два...» - считала она про себя.

Когда дошла до десяти, её сердце, наконец, забилось в нормальном ритме.

- Итак... Что вы собираетесь теперь делать? - спросила она, медленно вставая.

Девушка испытывала чувство глубокой ненависти к Стефану, эти эмоции просто разрывали ей сердце. И где-то там же был гнев, направленный на неё саму, за ту беспомощность, которую она проявляла сейчас, не имя свободы действий в этих обстоятельствах.