[Примечание автора:

В данный момент в рассказе не должно быть зимы. У меня сложилось впечатление, что это зима, потому что я перечитывал книгу и думал, что последнее упоминание о времени года было в гл. 54 (где еще была зима). Однако я сделал небольшой временной скачок в гл. 61, где сейчас весна (почти лето).

Не волнуйтесь, в сюжете ничего не изменилось. Я просто переписал абзацы и главы, чтобы сохранить последовательность

Перевод будет отредактирован позже]

Вечером того же дня. Я уже вернулся домой после визита к Аэрин, и мы закончили ужинать. Селин убрала тарелки и прошла чуть мимо меня. Украдкой она успокаивающе погладила мою промежность через ткань одежды.

«Если тебе понадобится «помощь», приходи ко мне в комнату» — с намеком сказала она. «Если я уже сплю, не буди меня и не спрашивай разрешения. Не стесняйся вставлять его» — прошептала она с легким хихиканьем, добавив напоминание о том, что я могу кончить куда угодно, лишь бы не в ее влагалище, и пошла обратно наверх.

На Селин было надето только что-то похожее на тонкую рубашку и пижамные штаны, под которыми ничего не было. Поэтому некоторые из наиболее интимных частей ее тела были видны сквозь одежду, так как ткань плотно прилегала к коже. Удивительно, как она не замерзла от прохладного вечернего воздуха, ведь на ней так мало одежды.

Но как только она ушла, я услышал сбоку голос мамы, жалующейся на выбор гардероба Селин.

«Я все время говорю ей, чтобы она надела под себя какую-нибудь одежду. Господи, она уже взрослая женщина. Почему она до сих пор одевается как ребенок...» — проворчала она, явно не впечатленная увиденным.

Но я не думаю, что она в праве читать кому-то лекции о морали и надлежащем поведении.

В отличие от сестры, я не стал сразу подниматься наверх, а еще немного посидел с мамой в обеденном зале.

«Тебе что-нибудь нужно, дорогой? Я сейчас занята» — сказала она, прибираясь.

«Мама, ты сказала, что когда-то служила при императоре, так? Тогда, может быть, у тебя есть знакомые дворяне, высокопоставленные или даже императорские особы?» — спросил я.

По возможности, я хотел узнать о некоторых фигурах заранее. Так я смогу лучше наладить с ними контакт или заранее продумать возможные темы для разговора.

Я посмотрел на маму, ее серебристыми волосы были собраны в хвост, после чего прошелся взглядом по ее пышной груди и изгибам.

Мама была застигнута врасплох моим вопросом, недоумевая, почему я спрашиваю о подобном.

«Да, я знаю некоторых, но не уверена, что они еще при своих должностях. Я не очень в курсе текущей политики. А почему ты спрашиваешь?»

«Мой учитель уговорил меня сыграть на императорском банкете в честь предстоящей годовщины основания Империи» — объяснил я. Я рассказал маме о том, что там будут высокопоставленные эльфы и что я хочу иметь возможность пообщаться с ними.

«Ах да. Я и забыла, что он уже скоро...» — пробормотала мама, имея в виду годовщину. «И все же, я потрясена, что у твоего учителя есть связи, чтобы легко провернуть такое... Ладно, давай посмотрим, кто из эльфов, вероятно, будет там...»

Убрав со стола и подметя пол, мама села со мной на диван и задумалась.

«Ну, если это императорский банкет, то, конечно, на нем будет присутствовать императорская семья» — спокойно сказала мама. «Значит, должны присутствовать императрица, Пальфина и ее дети».

Если я правильно помню, нынешняя императрица — бывшая вторая принцесса покойной императорской семьи и жена покойного великого императора, который основал империю более века назад.

Я просто настолько привык к виду наших заостренных ушей, что часто забываю, что у эльфов чертовски длинная жизнь. На самом деле умопомрачительно, что те, кого, как я предполагаю, изучают в учебниках истории этого мира, до сих пор живы.

Лучшее сравнение, которое я могу придумать на Земле, — это если бы такие люди, как Наполеон и Вашингтон, каким-то образом смогли попасть в двадцать первый век. Не их потомки, внуки и прочие, а они сами. И не как реликвии на смертном одре, а как могущественные фигуры, которые по-прежнему обладают властью и управляют своими государствами.

До своей гибели несколько десятилетий назад во время войны император Сильвар и императрица Пальфина успели заиметь троих детей: старшего ребенка и наследную принцессу Софис, которая является первой в очереди на престол; первого сына, принца Эдмунда; и младшего ребенка, принцессу Синтию.

По крайней мере, генеалогическое древо этой императорской семьи довольно простое. Император, императрица и трое их детей. Было бы неприятно, если бы все было как в китайских императорских семьях — с женами и миллионом наложниц, с еще большим количеством принцев и принцесс.

«Соф… то есть принцесса Софис может вспомнить меня, если ты упомянешь мое имя» — небрежно сказала мама. Услышав это, я повернулся, чтобы посмотреть на нее с любопытством, и она объяснила: «Я присматривала за ней и играла с ней, когда она была маленькой девочкой. Конечно, это было так давно, что я не буду ее винить, если она уже забыла об этом. Тогда она была еще так молода».

«Ты присматривала за наследной принцессой?» — изумленно спросил я.

«Да» — усмехнулась мама, сияя от гордости. Это была одна из редких возможностей рассказать и похвастаться перед детьми своим прошлым, поэтому она наслаждалась каждым мгновением. «Она была любопытной, энергичной девочкой, которая любила истории о приключениях. Помню, она обожала лазить по деревьям и гоняться за дворцовыми кошками».

Мама слабо улыбнулась.

«Впрочем, это всего лишь наследная принцесса. Я не могу сказать того же о двух других. Но я слышала, что принц болен, и, похоже, он тоже любимец императрицы, хотя это всего лишь слухи» — добавила она позже.

«Черт...» — только и смог сказать я. «А чем ты тогда занималась? Ты говорила, что была простым солдатом, но, похоже, это было нечто большее».

Мама сделала паузу.

«Ну, вначале я действительно была просто солдатом. Но потом, во время восстания, меня перевели в Консульскую Гвардию, которая, по сути, была телохранителями Сильвара. Однако после того, как он стал императором, ее переименовали в гораздо более многочисленную Имперскую Гвардию, где мне иногда поручали присматривать за принцессой. Вот, собственно, и все... Но, наверное, я внесла какой-то вклад, который мог бы выделить меня среди других».

Я кивнул, переваривая полученную информацию.

«А как насчет остальных? Есть еще кто-нибудь, на кого мне следует обратить внимание?»

«Хм...»

Мама откинулась назад и положила руку на подбородок, размышляя.

«Кто еще...»

Затем мама начала перечислять некоторые влиятельные фигуры, которые она могла вспомнить. Учитывая большую продолжительность жизни эльфов, была большая вероятность того, что они до сих пор живы и, возможно, сохранили то влияние, которое имели раньше.

Она рассказывала мне о таких примечательных чертах, как цвет глаз и волос, усы и бороды, носят ли они очки или монокль. Даже странная манера говорить. В общем, все, что может выделить их из толпы.

«Как ты думаешь, стоит ли мне представиться им твоим сыном?»

кроме того, что я ученик Аэрин, возможно, я мог бы позаимствовать немного маминого влияния.

Но, услышав мои слова, мама смутилась.

«Нет! Скорее всего, они меня не помнят. Ты только поставишь меня в неловкое положение!» — сказала она, покраснев.

Видя смущенный вид мамы, мне оставалось только смириться. Вместо этого я спросил ее о кое чем другом, что мне было интересно.

«Ты знаешь о герцоге Инкароссе?»

«Инкаросс? Это же семья твоего учителя, верно?»

Мама уперла руку в бок, погрузившись в свои мысли.

«Я знаю, что они из старой знати, но, должно быть, они не были слишком влиятельны в то время, потому что насколько я помню, все остальные крупные дома в то время были уничтожены».

«Они не из военных и не близки с ними, поэтому я мало что о них знаю» — добавила она в конце. Я понимающе кивнул. В конце концов, в те времена солдат мог знать очень много.

Мама напоследок спросила, есть ли у меня еще какие-нибудь вопросы, и после моего отрицательного ответа сказала, что нам пора спать, так как уже довольно поздно. Пока мама поднималась по лестнице, мне было прекрасно видно, как ее задница покачивается при каждом ее шаге.

Только когда мы оказались в спальне, я наконец-то смог оценить мамину задницу по достоинству. Когда она лежала на животе, ее пухлая попка была повернута к воздуху. А так как кровать была излишне большой, то у меня было достаточно места, чтобы примоститься между ее ног и положить голову... прямо между двумя ее ягодицами.

Я чувствовал тепло, исходящее от ее кожи, и зарывался лицом в эту мягкую подушку, глубоко вдыхая пьянящий аромат ее женственности. Я был словно в раю, и только тонкая ткань одежды отделяла меня от ее самого святого места.

Внезапно она сомкнула ноги вокруг моей головы, и я почувствовал, как лодыжки коснулись моего затылка, фиксируя меня на месте. Повернувшись ко мне, она строго посмотрела на меня и сказала: «Моя киска закрыта в течение нескольких дней».

«А?» — спросил я, мой голос был приглушен из-за того, что мой рот находился в восхитительной расщелине ее попки. Это какое-то наказание? Что, черт возьми, я натворил?

«Сейчас такое время месяца...» — зловеще заявила она.

«А?!» — воскликнул я, выскакивая из ее задницы быстрее Усэйна Болта. Тут же я попытался оторвать свой рот от вершины ее женского достоинства. Слушайте, я всецело за извращения, но я провожу черту под вампиризмом. Когда я зарывался в нее, мне хотелось только булочек, но никак не кетчупа.

«Оу, успокойся, дорогой!» — сказала она, слегка встревоженная. «Почему ты паникуешь? Я просто говорю, что сейчас полнолуние».

Я странно посмотрел на маму. Полнолуние? При чем оно здесь?

Увидев мое лицо, она поняла, что я недоумеваю.

«Сегодня полнолуние, поэтому моя фертильность на пике. По существу, я могу забеременеть, если ты кончишь внутрь...» — пояснила она.

Возникла неловкая пауза.

«О-ох, это время месяца!» — сказал я с принужденным смехом. «Прости, мам, я совершенно неправильно понял».

Сначала я был в замешательстве, но потом понял, что, возможно, они не очень хорошо представляют себе овуляцию и менструальный цикл у женщин. Опять же, они были эльфами, так что вполне возможно, что их биология немного отличается. В конце концов, я никогда не видел, чтобы у мамы и Селин были месячные, как у людей на Земле.

Однако я уверен, что полнолуние вообще не имеет никакого отношения к их фертильности.

Что касается того, почему они верят в подобные суеверия, то мне это не кажется таким уж странным. Даже на Земле некоторые пары все еще верили, что определенные позы могут повлиять на пол ребенка, и это при уже существовании интернета.

Насколько же больше их будет в этом мире, где магия и сверхъестественные вещи действительно существуют? Вполне возможно, что Селин тоже в это верит, и именно поэтому она просила меня тогда не кончать в ее влагалище.

Поэтому, улыбнувшись, я легонько похлопал маму по попе и снова стал использовать ее в качестве подушки. Не то чтобы я был особенно возбужден сегодня. Аэрин и так недавно мастурбировала мне. А что касается предложения Селин, то я могу принять его и в другой день.

* * *

На следующее утро я занимался с мамой в саду своей ежедневной физической подготовкой. Поскольку я приезжаю к Аэрин всего два-три раза в неделю, бывали дни, когда я весь день проводил дома. В эти дни я часто экспериментировал с магией или занимался с мамой физическими упражнениями.

Селин тоже была с нами раньше, но уже закончила и вернулась в дом. Так что теперь в саду были только мама и я.

«Ладно, давай посмотрим, насколько ты улучшил свои навыки...»

Моя мама просияла, ее глаза были теплыми и приглашающими, готовыми направлять меня в процессе обучения.

Однако, услышав вчера вечером рассказ мамы о том, как она когда-то была солдатом, я не мог не обратить внимания на ее нынешний вид. Уверен, что в те времена она была очень сильной и атлетичной, но сейчас... все эти мышцы превратились в мягкую, подрагивающую массу плоти.

Без сомнения, она все еще сильна, поскольку мастерство и опыт не исчезают так легко.

Однако трудно поверить, что такая нежная и мягкая на вид женщина когда-то занималась подобным ремеслом. Ее тело стало более пухлым, но при этом сохранило хорошую фигуру и, как любят говорить люди на Земле, стало «пышным». Просто трудно совместить образ закаленного в боях солдата с такой сладострастной милфой.

Если бы не мой личный опыт, я бы ни за что не догадался, что эта нежная на вид женщина была таким свирепым воином.

«Раз уж здесь уже валяются ветки, давай воспользуемся ими. Давай устроим старый добрый бой на мечах» — сказала она, поднимая с травы длинную ветку.

Ее манера преподавания была совершенно иной, чем у Аэрин. В отличие от дворянки, у которой все было продумано, уроки планировались заранее, и она, вероятно, разработала для меня целую программу. Мама же была совершенно спонтанной, приспосабливалась к ситуации на ходу.

«Иногда бывает так, что все идет не по плану, и у тебя нет времени на подготовку. В подобной ситуации приходится приспосабливаться и обходиться тем, что есть под рукой» — сказала она, помахивая веткой. «На этот раз цель — обезоружить противника, не нанеся ему смертельного урона. Кто первый проиграет, тот... хм...»

Я все еще был сильно утомлен упражнениями и тренировками, поэтому, увидев, что мама уже вошла в раж, сразу же попросил небольшой перерыв или тайм-аут. Мама, однако, только отшутилась, сказав «Скажи это своим врагам и посмотри, будут ли они ждать», после чего молниеносно взмахнула своей маленькой веткой.

«Оу...» — воскликнул я, почувствовав тупой удар ее ветки по предплечью. Однако, не смягчаясь, она приготовила еще один удар, и я был вынужден уклониться от него, когда понял, что мама не даст мне передышки.

«Намного лучше!» — похвалила она. «Рефлексы спасают жизнь. Тебе надо поработать над своими...»

Я тут же отпрыгнул назад, создав между нами значительное расстояние. Так быстро, как только мог, я осмотрел окрестности на предмет возможного оружия, и мой взгляд упал на метлу, особенно на ее длинную прочную деревянную ручку. Подбежав к ней, я поднял ее и сразу же принял положение, как будто я использую копье или посох, так как они были похожей длины.

Объективно говоря, преимущество было на моей стороне. У меня был больший радиус атаки, более прочное оружие, да и фигура лучше подходила для боя. Однако на деле все оказалось совсем не так.

Мама невозмутимо бросилась на меня. Ловко увернувшись от моего выпада, она ударила меня веткой по запястьям. От боли я чуть не выронил метлу, но сумел сдержаться и удержать импровизированное оружие.

«Вон там садовые грабли, а также ножницы. Это оружие получше, тебе не кажется?»

Мама указала на них взглядом. В ее глазах плескалась уверенность, настолько, что ей казалось, будто она может дать совет своему противнику во время боя. Мысль о поражении даже не приходила ей в голову.

Она действительно была в своей стихии.

«Если они так хороши, то почему бы тебе не взять их?» — парировал я, вертя в руках ручку метлы, как это делают в фильмах о боевых искусствах.

«А чему бы ты тогда научился?» — усмехнулась мама. «Из такого одностороннего поражения нельзя извлечь никаких уроков, только утраченную уверенность».

Только через час мы окончательно выдохлись. В итоге мама пять раз вынудила меня бросить оружие, но мы все равно продолжили, просто для оттачивания рефлексов. Однако и после этого мама продолжала тренировки — десятки раундов рукопашного боя, затем бесчисленные раунды вооруженного боя с использованием импровизированных деревянных мечей.

Только когда солнце было высоко в небо, все наконец закончилось.

«Не могу поверить, что у меня перехватило дыхание после такого легкого спарринга... Я действительно позволила себе расслабиться» — с тоской пробормотала мама, когда мы вошли в дом, ее грудь вздымалась при каждом глубоком вдохе. Она тяжело дышала, и на ее обычно бледном лице появился румянец.

«От таких вещей у меня всегда кровь стынет в жилах» — сказала она, опускаясь на диван. Затем она широко расставила ноги, не заботясь о приличиях, и посмотрела на меня слишком хорошо знакомым мне голодным взглядом, как будто смотрела на лакомство. Но она закрыла глаза и вздохнула.

«Неужели это полнолуние не может уже закончиться...»

Видя ее такой явно нетерпеливой и похотливой, я подумал, что не стоит забывать о ней этим вечером. Не то что бы ее киска — единственная дырочка, которая у нее есть. А пока я еще немного поработаю над своей магией и попробую лучше понять принципы звуковой магии, которой меня учит Аэрин.