Глава 16.

Закалка тела. (Часть 2)

Линь Шуньхэ энергично кивал, со всем соглашаясь.

Проводив троих бандитов, он закрыл калитку и заперев её на засов, обернулся. Его жена стояла на пороге дома и пристально на него смотрела.

— А’Хэ... — встревоженно сказала она.

— Всё в порядке, я дома. Ложись спать, — взмахнув рукой, спокойным тоном сказал он.

Благодаря его прошлым связям, Сюй Дао с ним считался, и это было хорошо. Он не боялся строгих правил, скорее опасался их отсутствия.

Что до доходов — после стольких лет управления маслобойней, двойная бухгалтерия для него была сущей безделицей.

Главной проблемой было не это, а поддержка, которая потребуется лавке после открытия.

Любые связи со временем иссякают. Пока ещё всё хорошо, но когда прошлые заслуги забудутся...

Как тогда ему обеспечивать семью?

Эта мысль заставила мозг Линь Шуньхэ работать с бешеной скоростью в поисках выхода из создавшегося тупика.

Когда они вошли в дом, жена Яо Шань не выдержала:

— А’Хэ, днём приходили люди из банды «Мухуа». Почему теперь явились люди из банды «Фуянь»?

— М-м? Из «Мухуа» тоже приходили? — Линь Шуньхэ сразу же заподозрил неладное. Обычно такое случается, когда банды начинают делить территорию. Но ведь Новый Дар испокон веков был вотчиной «Фуянь».

— В ближайшие дни сиди дома, никуда не ходи. Подождём, пока они выяснят, кто из них главнее, — велел он.

— Боюсь, как бы банда «Фуянь» не проиграла. Люди из «Мухуа» очень наглые, сразу потребовали у нас пять тысяч монет, — поделилась своими опасениями Яо Шань.

— Ничего. Это подтверждает, что «Мухуа» не собираются задерживаться здесь надолго. Это просто разовый побор. Думаю, они скоро уберутся, — успокоил её Линь Шуньхэ.

Только в душе он всё равно чувствовал беспокойство. Вот что значит лишиться покровительства влиятельного благодетеля — остаёшься без защиты. Раньше даже управляющий банды «Фуянь» относился к нему с почтением и иногда наведывался в гости, чтобы просто поболтать.

Теперь же... Линь Шуньхэ оставалось только радоваться, что в былые времена он вёл себя со всеми дипломатично и умел выстраивать отношения. Иначе, если б он в прошлом нажил врагов, после его падения они бы попытались его побольнее пнуть.

Их нынешнее положение было почти таким же, как у простонародья.

***

Наступил двенадцатый месяц.

Погода всё больше портилась. Вокруг храма Ясного Ветра кружились сухие листья, устилая землю жёлтым ковром.

Ученики под завывание ледяного ветра выходили из своих комнат, собирались в группы и приступали к патрулированию окрестностей. Их единственной задачей было отпугивание диких зверей.

Линь Хуэй крепко сжал в руке деревянный меч. Стоя в углу пустынного тренировочного поля, у деревянной стойки с оружием, он начал погружаться в постижение последнего приёма «Семи Ударов Быстрого Меча».

Спустя мгновение эволюция последнего приёма наконец завершилась и в его сознание хлынула лавина чьих-то воспоминаний — озарений и прозрений, связанных с техникой Семи Ударов Быстрого Меча.

Меч для него стал продолжением тела, его собственной плотью. Внезапно глаза Линь Хуэя помутнели. Его зрачки то сужались, то расширялись, словно его ударило током.

Примерно через полминуты он облегчённо выдохнул.

Снова подняв меч, на мгновение замер в раздумьях.

Вжик!

Внезапно шагнув вперёд, он нанёс косой рубящий удар отработанным до автоматизма движением.

Приём следовал за приёмом. Каждый элемент техники в его исполнении словно обрёл собственную жизнь, наполненную порхающей лёгкостью и изяществом.

Он стал похож на размытый коричневый силуэт, окутанный смутными очертаниями меча.

Все семь приёмов, более пятидесяти точек приложения силы — всё было выполнено им без малейшего изъяна. На полный комплекс ушло всего полминуты.

Ш-шух.

Завершив приём, Линь Хуэй замер в стойке. Он стоял с закрытыми глазами, вертикально держа перед собой клинок.

Поток прохладной энергии от стоп по голеням поднялся к его бёдрам, затем к животу и устремился к макушке.

Линь Хуэю показалось, что он погрузился в прохладную реку. Вот только он совсем не ощущал холода.

На него нахлынуло странное расслабление и чувство умиротворения.

«Получилось!» — он открыл глаза. С души словно свалился тяжёлый камень.

Год изнурительных тренировок наконец принёс плоды.

Поток холода, сопровождающий закалку тела, был настолько явным, что он ни на мгновение не усомнился в происходящем.

Когда он расспрашивал Чэнь Чжишэня, тот говорил, что возникающий при закалке холодный поток в норме должен быть едва заметным, и чтобы его почувствовать, нужно успокоиться и сосредоточиться.

Но поток, который он только что почувствовал, был достаточно заметным. А холод, сковавший сосуды и мышцы голени, превосходил описанное раз в десять.

Некоторое время постояв, Линь Хуэй, опустив меч, начал новый цикл закалки.

Семь изученных им приёмов можно было выполнять неограниченное количество раз. Однако процесс закалки расходовал энергию тела, которой обычно хватало на десять циклов.

Но даже такие таланты, как Хуан Шань, не могли за день выполнить все десять циклов.

Как уже говорилось ранее, в семи приёмах было больше пятидесяти точек приложения силы. Стоило ошибиться хотя бы в одной, и приходилось всё начинать заново. К тому же, под конец тренировки было сложно сохранять концентрацию, и ошибки учащались.

По словам Чэнь Чжишэня, ученики, способные выполнять шесть-семь циклов закалки в день, считались выдающимися.

Обычные могли выполнить четыре-пять, а слабые — один-два.

В этом заключалась разница между официальными учениками храма Ясного Ветра.

«Эта базовая тренировка, которую нужно выполнять каждый день... Если изо дня в день отставать на несколько циклов, со временем разрыв будет лишь накапливаться, пока не превратится в настоящую пропасть...»

Только сейчас Линь Хуэй в полной мере ощутил, какая пропасть разделяла обычных людей и одарённых.

Приступив к закалке тела, он не останавливался, пока не выполнил десять циклов.

Не то, чтобы он не хотел продолжать, просто в груди возникла слабая колющая боль — верный знак перенапряжения.

К тому времени, когда он закончил, патрулировавшие окрестности ученики начали возвращаться в храм. Внезапно у Линь Хуэя подкосились ноги, и чтобы не упасть, он вынужден был опереться на стойку с оружием. Пот заливал глаза, а в ушах звенело. Он понял, что достиг своего предела — тело требовало отдыха. С трудом переведя дыхание, он наблюдал, как мимо проходят другие ученики. Некоторые бросали на него завистливые взгляды, заметив, сколько циклов он выполнил. Но никто не предложил помощи — в мире боевых искусств каждый полагался на себя.

Немного придя в себя, Линь Хуэй с деревянным мечом в руке, быстрым шагом направился к главному залу.

Приступив к закалке тела, нужно было пойти зарегистрироваться и изменить свой статус. К слову сказать, у официальных учеников было немало привилегий: улучшались жилищные условия, и снижалась плата за обучение. Кроме того, имя вносилось в реестр рекомендуемых учеников храма Ясного Ветра. Этот реестр служил каталогом для влиятельных семей и кланов.

Эта система в Лунном Следе давно была отточена до совершенства.

Пройдя через главный зал, Линь Хуэй увидел дежурного управителя — старого даоса Минь Чэня. Он наблюдал за учениками, отрабатывающими техники меча.

Однажды они столкнулись на развилке у зоны тумана за храмом. После этого Линь Хуэй встречался с ним ещё несколько раз, когда тот выполнял обязанности наставника.

Линь Хуэй с первого взгляда его узнал.

Пощипывая козлиную бородку, Минь Чэнь наблюдал за тренирующимися учениками.

Невнимательный человек мог бы поддаться его обаянию и проникнуться благоговением.

Но такие ученики, как Линь Хуэй, пробывшие в храме больше года, отлично знали — он сейчас пялился на девиц с пышными формами.

— Ученик Линь Хуэй приветствует почтенного Минь Чэня, — поклонился Линь Хуэй.

— М-м? Что нужно? — Минь Чэнь явно позабыл юнца, с которым встречался всего единожды. Оторвавшись от созерцания, он перевёл взгляд на юношу.

— Сегодня я впервые выполнил полный комплекс закалки тела. Пришёл, чтобы зарегистрироваться, — прямо сказал Линь Хуэй.

«— Закалка? Этот юнец?» — удивился Минь Чэнь, хотя на лице его не дрогнул и мускул. — «А не выдаёт ли он желаемое за действительное... Но, если это правда, он должен был выделяться среди новичков последнего набора».

— Прошёл первую закалку тела? Похвально, — рассеянно кивнул Минь Чэнь. — За сколько времени справился?

— Чуть больше года.

— Сойдет, — Минь Чэнь указал на стоявшего рядом послушника. — Хой Нэн, пойди, внеси изменения.

— Есть.

Послушнику на вид было лет тринадцать-четырнадцать. Ростом он был намного меньше Линь Хуэя. Но такие мальчики были намного ближе к наставникам, чем ученики, потому он не смел смотреть на него свысока.

«Год... Не лучший результат, но и не худший», — подумал Минь Чэнь и вернулся к наблюдению за тренирующимися ученицами. — «Впрочем, посмотрим, что будет дальше».

Улыбнувшись Линь Хуэю, послушник провёл его в небольшую комнату, расположенную сбоку от главного зала, достал учётный журнал и аккуратно внёс его имя.

— У старшего договор с храмом, так что в список рекомендаций тебя вносить не нужно. Так будет быстрее, — отложив кисть, усмехнулся послушник.

— Точно, — кивнул Линь Хуэй, улыбнувшись в ответ.

Признаться, он был немного расстроен. Лишиться возможности попасть в заветный список — означало закрыть себе один из путей. Но что поделаешь, договор есть договор. Теперь его судьба была неразрывно связана с храмом Ясного Ветра.

— Теперь, старший, можешь тренироваться на переднем дворе. Это место предназначено для официальных учеников. В основном они отрабатывают технику «Девяти Ударов Быстрого Меча» и технику «Ясного Ветра». Поскольку каждому выделена значительная площадь, а общее пространство ограничено, тебе придётся ждать, пока другие закончат тренировку. Разумеется, ты можешь найти подходящее место поблизости. Многие старшие, получив доступ в передний двор, и вовсе покидают храм. Они тренируются дома, возвращаясь только в дни наставлений, — вкратце объяснил правила послушник.

— Одним словом, попав на передний двор, ты получаешь гораздо больше свободы. Некоторые старшие даже формально присоединяются к разных мелким бандам и получают от них золото. Поэтому если столкнёшься в городе с членами подобных банд, прежде чем браться за оружие, выясни, кто за ними стоит. Хотя обычно они сами спрашивают о твоей принадлежности. Как только они узнают, что ты из нашего храма, они уступят тебе дорогу, выказывая своё уважение.

— Благодарю младшего за наставления, — сложил руки в почтительном жесте Линь Хуэй.

— Что ты, что ты, я просто наслушался разговоров, поэтому знаю чуть больше, — усмехнулся послушник.

Внеся изменения в журнал, послушник вручил Линь Хуэю поясную табличку из твёрдого дерева с вырезанными на ней двумя иероглифами — «Ясный Ветер». Это подтверждало его статус официального ученика переднего двора.

Проведя пальцами по шероховатой поверхности, он почувствовал странное спокойствие — год тяжёлого труда окупился.

— Впереди у тебя три выходных дня. Можешь распорядиться ими, как пожелаешь, — добавил послушник.

— Пожалуй, наведаюсь домой. Давно не навещал родителей, — ответил Линь Хуэй, уже представляя удивлённые лица домашних при виде его поясной таблички.

Закончив с оформлением, он вернулся на задний двор. Выйдя из главного зала, он, проходя мимо входа в трапезную, столкнулся с группой собравшихся идти на обед учеников. При виде его поясной таблички из глаза удивлённо расширились. Теперь он был одним из них — не новичком, застрявшим на базовом уровне.

Несколько девушек из их компании видели, как он вышел из комнаты регистрации.

В одной из девушек — той, что стояла слева, Линь Хуэй узнал Се Ли. Когда-то она пыталась с ним подружиться, но после того, как его семья обанкротилась, её словно ветром сдуло.

Заметив, что он стал немного выше ростом и стройнее, она догадалась, что он прошёл закалку.

— Он тоже прорвался. Думаю, вскоре он, как и Чэнь Чжишэнь, уйдёт из храма.

Она ещё в прошлом месяце прошла закалку и знала положение дел в переднем дворе. То, что количество официальных учеников обычно не превышало двадцати, было неспроста.

Многие ученики приходили в храм ради закалки. Достигнув цели, они находили работу и уходили.

Кроме того, в переднем дворе существовала конкуренция. Только лучшие получали от храма поддержку и льготы. Остальным приходилось тратить огромные средства на покупку ресурсов для тренировок. Когда расходы превышали доходы, мало кто мог продержаться долго.

— Это же Линь Хуэй? Наконец-то прошёл закалку тела, — беспечно хмыкнула её подруга. — Се Ли, совсем не жалеешь? Вдруг он скрытый гений?

— Ничего особенного. После закалки тела тренировки станут куда тяжелее, — спокойно ответила Се Ли. — С его способностями он многого не добьётся. А я уже решила следовать за старшей. Хотя мы оба находимся на этапе закалки, я получаю привилегии от семьи Му, так что буду прогрессировать куда быстрее обычных учеников. Останься я с ними, впоследствии бы горько пожалела.

— Повезло тебе со старшей — и добрая, и отзывчивая, — задорным тоном поддразнила её подруга.

— Пойдём. Скоро он поймёт, насколько для таких, как мы, важны ресурсы. Для тех, кто не рождён гением, — больше Се Ли ничего не сказала. После того как семья Линь Хуэя обанкротилась, он перестал её интересовать.

А через год их и вовсе будет разделять пропасть, которую ему и за жизнь не преодолеть.