Глава 10.

Разочарование. (Часть 2)

— Например, те двое из окружения Хуан Шань — Чжун Юйцюань и Чжун Юйшань. Их старшие братья служат в ямэне во Внутреннем Городе. Они тоже приняли Зов. Ещё есть младшая сестра Чэнь Чуна — она была призвана в клан Чэнь. Потом твой второй старший, Чжао Цзянъань, и я. В наших семьях тоже есть родственники, успешно принявшие Зов в одном из трёх великих домов Внутреннего Города, — спокойно ответила Му Цяочжи.

Стоявшая рядом Цю Ижэнь и несколько подслушавших их разговор учеников, услышав её слова, встревожились.

— Старшая, получается, сила призванных сразу же достигает уровня наших наставников? — продолжила Цю Ижэнь.

— Нет, конечно. Они получают «алмазную кожу», но в реальном бою не сильны. Если сражаться всерьёз, без базовой подготовки они не смогут победить мастеров уровня нашего наставника. Однако их статус и положение уже другие. Если они захотят изучить боевые приёмы, для них это не составит трудностей. Их стартовая позиция куда выше, чем у простых людей, — пояснила Му Цяочжи — она явно благоволила этой младшей.

В сумрачном интерьере повозки, запряжённой волами.

Линь Шуньхэ, скрестив ноги, сидел на мягком сиденье и смотрел на непривычно молчаливого сына.

— Что случилось? Вид у тебя, будто на весь свет обиделся.

В последнее время Линь Шуньхэ явно был очень занят: его кожа почернела ещё сильнее, он похудел, но глаза горели ярче и выглядели живее, чем прежде.

Он был облачён в коричнево-зелёный шёлковый халат, поверх которого был надет жилет из воловьей кожи. Выглядел он довольно оживлённым.

Вздохнув, Линь Хуэй рассказал о произошедшем с Лу Байхуа.

— Обычное дело, — вздохнул Линь Шуньхэ. — Таков уж этот мир. Слабые люди словно сорная трава у дороги: даже если на них наступят, они могут только терпеть.

— А что насчёт нашей семьи? — внезапно спросил Линь Хуэй.

— Наша? Не волнуйся. Никто не осмелится тебя тронуть, — усмехнувшись, покачал головой Линь Шуньхэ.

— Почему?

— Потому что твой отец работает на одну влиятельную особу с весьма незаурядным статусом. Ладно, не будем об этом. Расскажи-ка, как тебе в храме? — сменил тему Линь Шуньхэ.

— Пока терпимо. Наставник Минь Дэ регулярно поручает мне подбить счета. Ничего сложного, отнимает не так уж много времени, — Линь Хуэй на мгновение задумался о тех простейших задачах, что ему приходилось решать. Они были настолько простыми, что ему даже не приходилось напрягаться.

— Брат Минь Дэ тебя хвалил. Сказал, что ты куда сообразительней прежних счетоводов. Он переговорил с настоятелем Баохэ, и теперь ты будешь отвечать за проверку части счетов храма Ясного Ветра. Что до оплаты — после вычета платы за обучение, будет оставаться тысяча монет.

Тысяча монет были не такой уж большой суммой, но с учётом немалых затрат на обучение и того, что питание в храме Ясного Ветра было вполне сносным, Линь Хуэй не стал возражать.

— Отец, ты знал, что моя кузина приняла Зов и стала адептом Лунного Замка? — снова спросил Линь Хуэй.

— Хм… На днях в усадьбе Линь устраивали празднество по случаю Принятия Зова. Но нас это не касается, мы больше не часть рода Линь, — тихо сказал Линь Шуньхэ. — Разумеется, твоя дружба с Линь Хунчжэнь — твоё личное дело.

— Я понял, — кивнул Линь Хуэй.

— Такова реальность. У каждого своя судьба. Жизнь продолжается, солнце продолжает вставать, и туман остаётся таким же, как и десять тысяч лет назад… — с лёгкой горечью пробормотал Линь Шуньхэ.

Затем он спросил Линь Хуэя о тренировках с мечом. Услышав, что прогресс невелик, он успокоился. Было очевидно — он не хотел, чтобы сын преуспел в боевых искусствах. Работать помощником счетовода, сводить счета, а набравшись опыта, стать полноценным счетоводом и этим зарабатывать на жизнь. По его мнению, это был лучший путь.

— Как только станешь штатным счетоводом, найдём тебе невесту, — весело продолжил Линь Шуньхэ. — Обзаведёшься детьми, чтобы наш род начал расти.

— Отец, кажется, ты в хорошем настроении? — уловив в тоне отца что-то новое, сказал Линь Хуэй.

— Ага, только что завершил одну крупную сделку. Неплохо заработал, — кивнул Линь Шуньхэ. — Но об этом нельзя распространяться. Сам знаешь, и хватит.

Повозка медленно выбралась на главную дорогу. Это уже была не глушь. В полуоткрытое окно Линь Хуэй видел простиравшиеся вдоль грязной дороги золотистые рисовые поля, где шла уборка урожая.

Над полями кружили стаи чёрных птиц — было непонятно, как они сюда добрались.

— Говорят, птицы могут свободно летать сквозь Туман. Он на них не действует. Это правда, отец? — спросил Линь Хуэй.

— Эти птицы живут в городской черте. Стоит им вылететь за пределы — и назад дороги уже не будет. Разве что ненадолго выскочить и, если повезёт, успеть вернуться, — ответил Линь Шуньхэ.

Линь Хуэй мысленно сконцентрировался, и в нижней части его поля зрения проступили тусклые багровые письмена.

Эволюция приёма «Сотня оборотов тысяч сердец» к этому времени уже завершилась, и он приступил к эволюции третьего приёма — «Обратиться в западный ветер».

Как и прежде, срок выполнения снова составил шестьдесят дней, а платой были энергия и время — ничего больше.

«Это больше похоже на вычисление и анализ, чем на эволюцию. Как только срок истечёт — процесс автоматически завершится, и я овладею усовершенствованной версией приёма. Этот кровавый узор был больше похож на вычислительный прибор», — подумал Линь Хуэй.

Мать к его приходу приготовила множество блюд. В доме даже появилась наёмная помощница, которую мать звала сестрой Ло — та была из местной крестьянской семьи.

А за пределами двора рабочие начали возводить вторую внешнюю стену, расширяя и без того немалое пространство усадьбы вдвое.

Видимо, разбогатев, отец принялся расширять владения

После завтрака отец повёл Линь Хуэя в гости к старым друзьям, пытаясь заложить для сына основу будущих связей.

Но Линь Хуэй, глядя на сияющее лицо отца, всё равно чувствовал тревогу.

Они отделились от рода и теперь их благосостояние зависело от благосклонности покровителя. Пока тот их опекает — всё хорошо. Но если однажды его отношение изменится... Что тогда будет с их семьёй? Полагаться на этих якобы друзей?

Он поделился своими опасениями с отцом, но тот лишь отмахнулся, велев не беспокоиться. Мол, он сам во всём разберусь, а сыну нужно просто заниматься своим делом.

Трёхдневные каникулы подошли к концу.

Линь Хуэй снова сел в повозку и отправился обратно в храм Ясного Ветра.

На этот раз он не стал отказываться от привилегий и попросил Хуэй Шэня, послушника наставника Минь Дэ, подобрать ему отдельную комнату.

Начались будни, наполненные ежедневными тренировками с мечом и изнурительной закалкой тела. День за днём, несмотря ни на дождь, ни на ветер.

Чэнь Чжишэнь по-прежнему держался рядом с ним, но после произошедшего с Лу Байхуа стал неразговорчивым и угрюмым. Уверенность в его глазах сменилась мрачной решимостью.

Каждый день он с полной самоотдачей тренировался с мечом. Когда другие отдыхали — он тренировался, когда другие развлекались — он тренировался, когда другие болтали — он продолжал тренироваться.

Линь Хуэй, беспокоясь, что он надорвётся, часто покупал для него у хозяйственной службы храма тонизирующие и лечебные снадобья. Для него, начавшего зарабатывать, это было сущей мелочью.

Но для Чэнь Чжишэня это была поддержка в трудную минуту.

Самому же Линь Хуэю нужно было просто ждать. Однажды достигнутый прогресс никогда не обращался вспять.

Поэтому его тренировки с мечом были в большей степени нацелены на оттачивание реакции. В отличие от Чэнь Чжишэня, он не нуждался ни в укрепляющих снадобьях, ни в средствах для заживления ран.

Не успел он оглянуться, как завершилась эволюция третьего приёма. Сразу после этого он активировал эволюцию четвёртого.

К этому времени Линь Хуэй приступил к дополнительной работе по ведению храмовой отчётности. Его статус сменился с обычного ученика на нечто среднее между учеником и членом хозяйственной службы.

Его общение с Хуэй Шэнем и наставником Минь Дэ тоже стало более тесным.

Тем временем в храме сменился состав учеников: одна группа ушла, новая — пришла.

Внеся плату за обучение, новички приступили к базовым занятиям. Теперь Линь Хуэй стоял не среди новичков, а впереди вместе со старшими учениками.

Хуан Шань и Цю Ижэнь — два гения — уже в совершенстве овладели «Семью Ударами Быстрого Меча» и всеми точками приложения силы. После этого они приступили к изучению второй техники, «Девяти Ударов Быстрого Меча». Ходили слухи, что они уже освоили и её, и теперь начали тренироваться со старшими учениками и наставниками.

Среди новых учеников не было равных им гениев. Лишь нескольких человек можно было назвать одарёнными, но до тех двоих им было далеко.

Когда базовое обучение новичков завершилось, в храм внезапно вернулся настоятель Баохэ. Быстро обойдя задний двор, он проверил прогресс занимающихся.

Однако, судя по взгляду, его больше интересовали Хуан Шань и Цю Ижэнь. Было очевидно, что он пришёл ради этих двух учениц.

На то, как тренируются остальные, он не обращал внимания.

Стоящий в задних рядах Линь Хуэй старательно отрабатывал «Семь Ударов Быстрого Меча». Деревянная палка давно сменилась тяжёлым тренировочным оружием. Движения его были отточенными и плавными — первые три приёма он исполнял безупречно, но четыре оставшихся возвращали его к посредственному уровню. Смотреть на это было невыносимо.

Закончив комплекс, он ненадолго остановился, чтобы перевести дух.

— Ладно, все, остановитесь! Раз уж настоятель здесь, сегодня устроим внеплановую проверку. Посмотрим, каких успехов каждый из вас достиг, — хлопнув в ладоши, чтобы привлечь всеобщее внимание, сказал даос Минь Сю.

На заднем дворе тренировалось больше сотни учеников. Услышав это заявление, некоторые новички пришли в возбуждение. Зрелища все любили.

А вот у старших учеников, чей прогресс оставлял желать лучшего, лица вытянулись.

Не обращая на них внимания, Минь Сю хлопнул в ладоши.

— Владеющие «Девятью Ударами Быстрого Меча», выйдите из строя!

«Семь Ударов Быстрого Меча» были тренировочной техникой, неподходящей для реального боя. А вот «Девять Ударов» и техника меча «Ясный Ветер» были истинными боевыми стилями храма.

Тотчас вперёд один за другим вышло двадцать человек. Из сотни учеников.

Среди них были старший ученик Чэнь Суй и другие.

Эти двадцать человек были элитой среди нынешних учеников храма.

Что до остальных учеников — до тех пор, пока они не овладеют в совершенстве «Семью Ударами Быстрого Меча», они могли в любой момент вылететь.

Поэтому их нельзя было считать настоящими учениками

Истинным ядром храма Ясного Ветра были эти двадцать человек.

— Раз уж проверка внеплановая, по старой традиции назначим и награду. Первая пятёрка получит по порции порошка для укрепления тела, изготавливаемого в наших стенах, — улыбнулся Минь Сю.

Соревнования шли по жребию. Один за другим ученики с деревянными мечами выходили вперёд и демонстрировали в спаррингах «Девять Ударов Быстрого Меча».

Линь Хуэй наблюдал со стороны. Он сразу заметил, что все эти ученики двигались куда быстрей обычных людей.

— Сказывается эффект закалки тела и обретения лёгкости от «Семи Ударов Быстрого Меча», — тихо сказал стоящий рядом Чэнь Чжишэнь.

— Ага. Говорят, одно правильное выполнение комплекса «Семи Ударов» даёт один эффект закалки и лёгкости. Теперь вижу, что это правда, — Линь Хуэй наблюдал за старшими учениками и наставниками, двигающимися по площадке проворнее обезьян. Наконец он воочию увидел, на что способна школа Ясного Ветра.

Честно говоря, он впервые воочию видел, какого мастерства можно достичь в технике меча, которую он так упорно тренировал.

— Однако все подобные состязания — не более чем проверка того, насколько кто освоил «Девять Ударов» и как далеко продвинулся в закалке тела при помощи «Семи Ударов», — понизив голос, сказал Линь Хуэй. — В реальности же нужно набираться опыта за стенами храма, противодействуя противникам с разными стилями.

— Это верно, но, если ты двигаешься достаточно быстрое, чтобы выжить, разве нельзя неспешно наблюдать и накапливать опыт? — возразил Чэнь Чжишэнь.

Все они давно перестали быть зелёными новичками. Постоянно общаясь и расспрашивая других, они узнали много нового и полезного.

На расчищенной площадке в этот момент сражались двое соревнующихся. Один из них, не выдержав, внезапно сменил тактику, перейдя от «Девяти Ударов Быстрого Меча» к приёму «Одной рукой разогнать облака» из техники «Ясный Ветер».

Последовала серия из трёх отрывистых ударов.

Деревянный меч противника внезапно вылетел из рук и с грохотом рухнул на землю.

— У Чэн — победа! — тут же громко объявил судивший учеников даос.

Пристально наблюдавший за боем Линь Хуэй прищурился.

— Неужели техника «Ясный Ветер» настолько сильна?

— Естественно. Иначе разве наш храм назвали бы храмом «Ясного Ветра»? — ответил ему приятный женский голос.

Говорившей была юная миниатюрная ученица с миловидной внешностью.

Линь Хуэй сразу её узнал: она была более-менее одарённым новичком. Её звали Се Ли.