В бытность свою юным господином в Златовепре, Норман, хоть и посвящал большую часть времени развитию Силы, вовсе не был невеждой в сельском хозяйстве. В конце концов, гены земледельца были прочно вплетены в его душу.

Из полученных им сведений и собственных наблюдений, Норман знал, что урожайность на большей части обычных полей Вепрева составляет 1:4. С одного му земли, засеянной десятью-пятнадцатью килограммами семян, после созревания урожая получали от сорока до шестидесяти килограмм зерна.

А вот поля, принадлежавшие знати, благодаря изобилию рабочих рук, могли похвастаться урожайностью 1:8.

Порой Норман не мог не восхищаться щедростью, с которой земля этого мира одаривала крестьян.

Однако почвы Чернокаменной деревни были скудны и не могли сравниться с другими землями Вепря, где урожайность достигала 1:4. Не исключено, что даже соотношение 1:3 было недостижимо. Сельскохозяйственные технологии нуждались в совершенствовании!

Норман не верил, что при должном уходе и старании земля не сможет дать урожай больше, чем при пассивном подходе.

Он взял гусиное перо и обмакнул его в чернила.

«План развития сельского хозяйства в Чернокаменной деревне: метод севооборота, двухполье, разделение одного му земли на два участка для поочередного выращивания бобов и пшеницы…

Накопление навоза, изготовление инструментов, общественные туалеты, сборщики навоза…»

Строчка за строчкой Норман записывал знания, почерпнутые им из игр и видеороликов в своем прошлом мире.

Развитие Чернокаменной деревни не ограничивалось пустыми словами. Как именно развивать деревню, какие шаги предпринимать — все это требовало от него тщательного планирования.

* * *

— Господин, вызывали? — дверь в ратушу распахнулась, и Норман невольно поморщился от запаха пота.

— У меня есть для тебя задание. — Норман отложил гусиное перо и, подняв с кресла холщовый мешок, бросил его в руки вошедшего Тома.

Том поймал мешок, взвесил его в руке и с усмешкой спросил:

— Господин, вы решили выплатить мне жалованье авансом?

— Бери деньги. Там сто тридцать золотых ния(местная валюта). Съезди в Златовепрь и купи все, что указано в списке. — Норман протянул Тому приготовленный список покупок. — Продукты и инструменты — дело второстепенное. Если в гильдии торговцев Златовепря найдется достаточное количество магических камней, можешь сократить закупку остальных товаров вдвое. Приоритет —магические камни. Гавейн близок к прорыву, а камни помогут ему сэкономить немало времени.

— Гавейн близок к прорыву? — Том вытаращил глаза. — Разве ему не еще далеко до этого?

Норман потянулся и откинулся на спинку стула.

— Да, но штурм пещеры работорговцев подарил ему кое-какие озарения. А как ты? Удалось что-нибудь получить?

Том, все еще улыбаясь, на мгновение замер, затем покачал головой:

— Все как и прежде, немного не хватает.

— Хм… Не торопись. Вы стали оруженосцами всего год назад. По сравнению с теми, кто участвовал в отборе вместе с вами, вы и так сильно продвинулись.

— Пусть Гавейн совершит прорыв, а потом займется твоей подготовкой. Тебе нужно все свое время посвящать тренировкам.

— А сейчас отправляйся в Златовепрь и закупи все необходимое. Возьми с собой людей, найми кузнецов и лекарей.

— Будет исполнено, господин.

Том склонился в поклоне и вышел из ратуши.

Чернокаменная деревня находилась на самом краю владений Вепря, на границе пустоши и королевства Ния. Если идти от Чернокаменной деревни на север, пересечь горный хребет, где располагалась пещера работорговцев, то за ним начиналась бескрайняя каменистая пустошь. Суровый климат и скудные земли позволяли выживать там лишь оркам, гоблинам, троллям и другим подобным им расам.

А на краю пустоши высилась гряда гор, тянущаяся через границы нескольких королевств и служившая естественной границей между ними.

Если же двигаться от Чернокаменной деревни на юг, то дорога вела к городу Златовепрь. Расстояние составляло около четырнадцати-пятнадцати километров. На лошади Том мог преодолеть этот путь туда и обратно меньше чем за два часа, а с обозом, груженым товарами, управился бы за день.

Том отправился в путь сразу же, как только вышел из ратуши. А Норман, доработав свой план развития деревни, нашел десяток спасенных рабов и вместе с ними отправился на поля за деревней.

«Хоть он и свинья, но не настолько, чтобы уничтожить посевы», — с облегчением подумал Норман, глядя на колышущиеся под ветром зеленые ростки пшеницы. В глубине души он был благодарен своему брату Марко за толику человечности.

Норман обернулся к рабам и поманил пальцем самого крепкого из них:

— Как тебя зовут?

— Хозяин, меня зовут Байер, — тихо ответил раб, подбежав к Норману.

— С этого дня ты будешь старшим над ними. Запомни всех, кто пришел сюда сегодня, — сказал Норман Байеру, а затем обратился ко всем: — С сегодняшнего дня вы — первая сельскохозяйственная бригада. Один ошибся — наказание понесут все!

— Слушаемся, хозяин, — пятнадцать рабов преклонили колени.

Норман махнул рукой в сторону поля:

— Можете отличить сорняки от культурных растений?

— Можем.

— В ваши обязанности будет входить осмотр всех полей Чернокаменной деревни каждые пятнадцать дней, прополка, полив, а также ежедневная защита посевов от птиц, зверей и насекомых.

— Будет исполнено, хозяин, — ответили рабы, поднимаясь с колен.

— Начнем отсюда. Инструменты пока не подвезли. Байер, пойдем со мной в деревню. У меня вроде бы хранятся несколько десятков кинжалов, захваченных у работорговцев.

Сказав это, Норман вернулся в деревню в сопровождении Байера.

Все трофеи хранились в ратуше. Оставив Байера ждать у входа, Норман принялся рыться в ящиках с оружием, пока не нашел пятнадцать кинжалов.

Конечно, они не очень-то подходили для прополки, но с ними все же было сподручнее, чем голыми руками.

«Через пару дней вернется Том, тогда появятся и серпы, и мотыги… Можно будет вспахать землю как следует».

Байер отправился на поле с кинжалами, которые дал ему Норман, а сам он продолжил прогулку по деревне.

Местность, на которой располагалась Чернокаменная деревня, не была ровной. Ратуша находилась на самой высокой точке, а от неё вниз спускались террасы.

«Пожалуй, построим общественный туалет у подножия холма, недалеко от входа в деревню. Так вонь не будет доноситься до ратуши», — решил Норман, выбрав место для строительства туалета.

В домах Чернокаменной деревни, как правило, не было туалетов. И дело касалось не только Чернокаменной. Даже в Златовепре Норман видел уборные только в замке.

Что же касается деревенских жителей, то они справляли нужду где попало. Более деликатные отправлялись за околицу, а те, кто не видел в этом ничего зазорного, делали свои дела прямо у себя во дворе.

Еще во времена, когда Норман жил в Златовепре, он натерпелся от такого положения дел. В хорошую погоду все было терпимо — если не считать запаха, — но стоило пойти дождю, как улицы Златовепря превращались в зловонные реки из дождевой воды, смешанной с нечистотами. Эта картина приводила Нормана, который только-только попал в этот мир, в ужас.

По этой причине он старался лишний раз не выходить из замка. Теперь же у него появилась возможность изменить ситуацию, и строительство общественных туалетов стало для него делом чести. Более того, Норман планировал издать соответствующий закон.

Воткнув в землю несколько деревянных кольев, чтобы обозначить границы будущего строения, Норман хлопнул в ладоши:

— Когда вернется Том, начнем строительство. Нужно вырыть яму глубиной в несколько метров. Без надлежащих инструментов тут не обойтись. Не самому же мне браться за лопату.

«Хотя… Было бы неплохо использовать сверхъестественную силу рыцарей для выполнения подобных работ. Жаль только, что в этом мире рыцари занимают слишком высокое положение, и никто не станет использовать их в таких целях», — подумал Норман, концентрируя рыцарскую энергию в руке.

Он слегка присел и ударил по земле. На том месте, где только что была ровная площадка, образовалась неглубокая яма шириной около метра и глубиной сантиметров сорок-пятьдесят.