— Работай по стандартной схеме, — понизив голос, пробормотала сотрудница Бураку, пока они шли. Он как раз наслаждался редким моментом отдыха после субботних занятий, но его снова вызвали — оценивать очередного юного «таланта», чтобы порадовать родителей. — Сначала обучи его основам, а потом расскажи матери, что сын схватывает всё на лету, и отправишь на пробный круг. Если уложится не больше чем на двадцать секунд медленнее рекорда — предложим ей скидку в десять процентов. Если нет, можно снизить до пяти. Это всё равно изначально заложено в стоимость.

Бурак понимал, что жаловаться вслух — себе дороже. Гонки — дорогой спорт, а управление академии обходилось ещё дороже. Именно эти родители платили ему зарплату и, что куда важнее, спонсировали тренировки по-настоящему талантливых детей, которых он изредка находил — тех, в ком он видел искру и кто мог оправдать его надежды.

— Я знаю, знаю, — вздохнул он, с усталостью в голосе. — Всего пару часов назад он возился с группой особенно непослушных детей. — Сколько раз ты будешь это повторять?

— Каждый раз, — парировала она. — Мне не нужно повторение той катастрофы, к которой привёл твой бывший коллега. — Она имела в виду инцидент, когда предыдущий инструктор напрямую заявил богатому отцу, что у его сына нет таланта. Приведя того в ярость, ведь мужчина пытался реализовать свои амбиции через ребёнка, которого считал гением автоспорта.

— Но тот юнец отставал от рекорда на целую минуту! — пробормотал Бурак, вспоминая того юнца. — Если бы он солгал, разве не было бы хуже, когда после всех «тренировок» этот «талант» не показал бы ни на йоту улучшений? — Он припомнил, как удивился, что тому вообще удалось проехать круг, не врезавшись в отбойники из покрышек, что случалось с ним постоянно на предыдущих попытках.

— Ладно, давай сосредоточимся на деле, — отрезала сотрудница, постучав в дверь комнаты ожидания, где она оставила Фатиха с матерью.

— Я привела его, — объявила она, входя и жестом указывая на Бурака. — Это наш инструктор по вож... — Она замолкла на полуслове, удивлённая. Фатих был уже в полной гоночной экипировке, его шлем и балаклава аккуратно лежали на столе рядом — он был явно готов и ждал.

— Я уже подготовила его экипировку, чтобы не тратить слишком много вашего времени. — пояснила Рюмейса, уловив её недоумённый взгляд.

— А, понятно... — сотрудница на секунду запнулась, но тут же совладала с собой. — Это наш инструктор по вождению, Бурак. Он обучит Фатиха основам и проведёт тест.

— Очень приятно, меня зовут Фатих, — тотчас откликнулся он, вскакивая с места и тут же хватая свой шлем и балаклаву. Ему не терпелось поскорее оказаться на трассе. Впервые в жизни ему предстояло управлять картом на настоящей, специально построенной трассе в реальном мире.

— Приятно познакомиться, Фатих, — ответил Бурак, внимательно разглядывая мальчика. Он был снаряжён по всем правилам: экипировка была полной и подходящей. «Вся экипировка есть, а навыков нет?» — промелькнула у Бурака привычная циничная мысль, часто посещавшая инструкторов при виде детей, чьи родители покупали дорогое снаряжение для дилетантских занятий.

Поприветствовав Рюмейсу, он снова перевёл взгляд на мальчика. — Раз у вас вся экипировка с собой, мы можем сразу перейти к базовому инструктажу, если вы готовы.

— Да, можно начинать, — ответила Рюмейса, также поднимаясь, после чего вся группа направилась обратно к крытой трассе.

........

— Ты уже управлял картом? — спросил Бурак Фатиха, который стоял рядом с блестящим красным картом класса «Бамбино», в подшлемнике и шлеме.

— Да.

— Хорошо. Значит, основы ты уже знаешь? Ты учился в другой академии?

— Основы я знаю, — подтвердил Фатих. — Но нет, я не учился в академии. Мама купила мне карт в марте, и с тех пор я каждый день самостоятельно тренируюсь с ним в парке.

— Ладно, — сказал Бурак, вздыхая про себя. «Наверное, мальчишка хвастается, и всего лишь неумело объезжал конусы», — подумал он. — Раз уж ты говоришь, что знаешь правила, для начала ты проедешь несколько ознакомительных кругов. Посмотрим, что ты умеешь, и нужно ли тебе что-то повторить. Понятно?

— Да, — ответил Фатих, и пока он ловко запрыгивал в карт, Бурак уже заводил двигатель.

— Можешь ехать, — сказал инструктор, как только мотор заработал, а Фатих начал подгазовывать, удерживая ногу на тормозе.

— Разве не стоит немного прогреть двигатель? 1 — искренне удивился Фатих, что ему сказали ехать сразу.

— Не нужно, вперёд, — Бурак махнул ему рукой, уже направляясь из пит-лейна в наблюдательную комнату, которая находилась позади.

Получив разрешение, Фатих не стал медлить. Он убрал ногу с тормоза и плавно выехал с пит-лейна. Ещё в зоне ожидания он изучил схему трассы и запомнил её до мелочей, мысленно наметив для себя предварительные гоночные траектории. Теперь оставалось лишь скорректировать их с учётом реального сцепления с покрытием.

.....

Пока Рюмейса и сотрудница поддерживали светскую беседу, Бурак хранил полное молчание, не отрывая пристального взгляда от маленького карта, рассекавшего трассу. Его первоначальное безучастное наблюдение сменилось живым, пристальным интересом.

«Где он этому научился?» — спросил он себя, пока он наблюдал, как Фатих плавно смещается из стороны в сторону на прямых, чтобы прогреть шины, — мальчик явно совмещал ознакомительный круг с прогревочным.

Так прошло три круга. С каждым новым кругом Фатих едва заметно корректировал траекторию, исследуя разные участки трассы, явно проверяя сцепление. Размышления Бурака вдруг прервались, когда он увидел, как мальчик заходит на финальный поворот перед главной прямой. Вместо стандартного торможения Фатих не сбросил газ, а, напротив, раньше добавил его и, сохраняя обороты, отпустил карт на прямую.

«Он пошёл на быстрый круг!» — осенило Бурака, и он тут же схватил секундомер с подоконника, щёлкнув им в тот миг, когда Фатих пересек линию старта/финиша.

Юный гонщик невероятно поздно затормозил для первого левого поворота, точно вписался в апекс и резко ускорился на выходе из поворота. Второй поворот шиканы он прошёл вообще без торможения, а на короткой прямой мотор продолжил выть, так и не сбавив темп.

С каждым новым поворотом изумление в глазах Бурака росло, становясь всё очевиднее. Фатих использовал приёмы, немыслимые для новичка, а уж тем более для шестилетнего ребёнка, чей опыт ограничивался парковыми аллеями. Он использовал технику прогрессивного торможения, на входе в вираж создавая нагрузку на внешние шины для лучшего сцепления, что позволяло ему проходить повороты на более высоких скоростях. На самых узких и скоростных участках он применял тормоз для лёгкого контролируемого заноса, помогая карту повернуться резче. Работа с газом была плавной и точной, а движения рулём — минимальными, что позволяло сохранять импульс и держаться почти идеальной траектории, неизменно находя участки с максимальным сцеплением.

— Господи... — выдохнул Бурак, не в силах сдержать изумления. Он взглянул на секундомер в руке, когда Фатих, завершив первый быстрый круг, стремительно пересек линию старта/финиша, но даже не сбросил скорость, тут же начав второй.

Первый круг показал время [01:35.276]. Бурак мгновенно сбросил основной таймер, не сбрасывая промежуточное время.

На втором круге Фатих отыграл две сотых: [01:35.256].

Третий круг был чуть медленнее: [01:35.263], но всё равно быстрее первого.

А затем время поползло вниз:

[01:35.201]

[01:35.196]

[01:35.163]

[01:35.129]

[01:35.087]

[01:35.026]

И, наконец, на своём десятом круге он показал: [01:34.875].

От круга к кругу он оттачивал траекторию, неуклонно приближаясь к пределу, то улучшая свой предыдущий результат, то повторяя его. Его десятый и последний быстрый круг оказался почти на полсекунды быстрее первого. После этого он проехал охлаждающий круг и плавно зарулил на пит-лейн.

— Вы абсолютно уверены, что он не проходил профессиональной подготовки? — спросил Бурак с неподдельным изумлением, переводя взгляд с секундомера на Рюмейсу. Он вновь прокрутил в памяти слова мальчика — уж не ослышался ли он тогда?

— Нет, никакой, — ответила Рюмейса, с любопытством разглядывая его, недоумевая, к чему эти расспросы. — Он только смотрит гонки Формулы-1 и тренируется на карте, который я ему купила, самостоятельно в парке. Именно поэтому я и решила записать его сюда, чтобы он получил профессиональное обучение.

— Ну что там, Бурак? — вмешалась сотрудница, ожидая от него заученной речи про «потенциал» и внутренне довольная. Сегодня он вжился в роль куда убедительнее — на его лице была неподдельная серьёзность.

— Ваш сын, — повернулся Бурак к Рюмейсе, и в голосе его звучал неподдельный энтузиазм, — только что побил рекорд трассы в классе «Бамбино», улучшив его более чем на семь секунд.

Он перевёл взгляд на Фатиха, который всё так же терпеливо сидел в карте.

— Да он же гений! — воскликнул Бурак, и по его лицу расплылась широкая улыбка, а глаза заискрились. Его осенило: вот он, тот самый ученик, о котором инструкторы мечтают, — тот, кто сможет принести славу и академии, и ему самому.

— Что?! — вырвалось у обеих женщин одновременно, хотя изумляли их совершенно разные вещи. Сотрудница была шокирована, потому что мальчик только что гарантировал себе полную стипендию, одним махом похоронив все её обычные коммерческие уловки. Рюмейса же застыла в радостном потрясении: её сын, так страстно увлечённый гонками, и вправду обладал незаурядным талантом.

* * *

Примечания и интересные факты от Переводчика:

Дисклеймер:

* * *

(1) Прогреть двигатель

Прогрев двигателя, особенно двухтактного (которые часто стоят на картах), важен для доведения масла и металлических частей до рабочей температуры. Это предотвращает износ и обеспечивает стабильную работу. Бурак, действуя по шаблону, игнорирует этот этап для «очередного юного таланта».

* * *