«Я для тебя игрушка?» — с легкой улыбкой спросила Джульетта.

«Конечно же, нет.» — поспешно ответил он и перехватил её запястье.

Леннокс чувствовал: стоит ему промолчать, и Джульетта встанет и уйдет. Навсегда.

Улыбка на её лице казалась ему странной. Он не мог понять, почему она улыбается, и это тревожило.

[За последние месяцы она сильно изменилась.]

[Джульетта Монед раньше была совсем другой - простой, понятной, искренней. Она не умела скрывать эмоции, и в этом была её особая прелесть. Даже когда она внимательно наблюдала за ним, он делал вид, что не замечает. Она тянулась к теплу, боялась остаться одна. Стоило их взглядам встретиться, и она уже улыбалась, а её щеки наливались румянцем. Её чувства легко читались.]

[Но как он тогда называл такую женщину?]

[Новое увлечение.]

«Понятно.» — произнесла она, будто прочитала его мгновенное чувство вины. Улыбка исчезла с её лица.

Иногда, подумал он, легче принять удар ножом, чем видеть такое. Леннокс готов был отдать всё, чтобы вернуть всё обратно.

[Что ему сказать? Что он никогда не устанет от неё?]

«Джульетта...»

Она опустила голову, лицо стало бледным и отстранённым, будто её мысли были далеко отсюда. Ему не нравилось это выражение лица.

«Как мне стать хоть немного умнее?» — спросила она неожиданно.

«Тебе это ни к чему.» — ответил он.

[Знать, какая она на самом деле, и слышать от неё такие слова, совсем не одно и то же. Единственное, чего он сейчас хотел, чтобы она его не возненавидела.]

«Что бы ты ни делала, того, чего ты боишься, не произойдет. Поняла?»

Он не заметил, как почти перешёл на мольбу.

Джульетта смотрела на него пустым взглядом, потом тихо сказала:

«Его Светлость добрый человек.»

Леннокс вздрогнул.

[Похоже, чтобы заслужить титул "доброго", достаточно просто не обидеть.]

Она повторила, как будто хотела в это поверить:

«Я буду тебе доверять.»

***

После инцидента в театре Урсула не сводила с него глаз.

Леннокс не прогнал её сразу. Из-за этого Урсула решила, что всё обошлось. Он не стал развеивать её заблуждение.

[Это не её вина.] — сказала за неё Джульетта.

Единственная причина, по которой он оставил Урсулу рядом - Джульетте она была нужна.

После "Ночи покровительства" Джульетта почти не выходила из спальни. Разве что пару раз, когда он сам выводил её, под предлогом обучения верховой езде или прогулки по оранжереям. Она быстро уставала, будто её накрыла весенняя хандра, и часто засыпала, даже когда они были вместе.

Но на любые упоминания врача отвечала коротко:

[Я просто устала.]

Она заперлась в своей комнате, и чем дольше это длилось, тем сильнее Леннокс начинал тревожиться.

Он сам удивлялся. [Неужели он так тонко улавливает её настроение? Весной Джульетта больше не смотрела на него с прежней улыбкой. Он не мог всё время быть рядом, чтобы угадать, о чём она думает.]

[Не говори глупостей и береги себя.] — только и мог сказать он, уезжая. [А, сам мчался обратно к своим делам, чтобы как можно скорее вернуться в замок.]

Из столицы не было вестей от барона Тира, отправившегося искать Далию. Зимой он не появлялся в столице, и теперь был вынужден поехать.

Конечно, стоило Императору узнать, что герцог Карлайл прибыл в город, как его тут же вызвали.

«Все были в недоумении, почему ты не пришел на новогодний бал. В чём дело?»

Причина была проста. Он думал только о Джульетте.

«Был занят.» — кратко ответил Леннокс.

«Тебе, вроде бы, двадцать девять в этом году?»

«Да.»

«Хм...»

Император, хитрый, как старый лис, пробормотал что-то вроде:

"Он ведь ровесник второго принца, а у того уже ребёнок..." — и пристально на него посмотрел.

«Герцог всё ещё не думает о браке?»

[Вопрос прозвучал слишком уж невинно. Но взгляд выдавал другое.]

[Все знали, что Императорская семья до сих пор злилась на дом Карлайла за то, что тот не согласился на брак с племянницей Императора - его любимицей.]

«Нет.» — коротко ответил он.

В Империи было пять герцогов. Только Карлайлы не имели кровной связи с Императорским домом. Единственный род, на который тот не мог повлиять.

За всю историю дома герцогинь было считанное количество.

В семье Карлайлов был свой уклад, и отсутствие хозяйки считалось нормой.

Но если он вдруг решит жениться. Император точно не оставит это без внимания.

На какой-то миг, пропуская Императорскую болтовню мимо ушей, он представил девушку в белом платье.

Всего лишь миг. Даже сам не понял, откуда взялась эта картина.

Он вернулся в замок через шесть дней.

«Что-то случилось?» — глаза помощника округлились, когда у ворот появился герцог с молодой, нежной на вид лошадкой цвета лесного ореха.

«Купил.» — буркнул Леннокс, будто сам злился на себя за такую наивность.

[Пока он был в столице, постоянно думал: что может развеять хандру Джульетты? Украшения и платья её не интересовали. Но он знал, что она любит животных и у неё настоящий талант к верховой езде.]

[Лошадь была для него большим шагом. Но другого способа порадовать её он не знал.]

Молодая, но спокойная двухлетняя кобыла стояла тихо, моргая большими глазами.

Но Джульетта, которую он надеялся увидеть у ворот, так и не появилась.

«Мисс Джульетта в саду!» — торопливо сказал Эллиот, заметив, как нахмурился герцог.

Он пошел туда. Издалека доносился женский смех.

«Ученицы мадам Урсулы пришли в гости.» — осторожно добавил Эллиот.

В саду, где уже цвели весенние цветы, за столиком собрались несколько дам, в том числе и Джульетта. На ней было тёмно-зелёное платье с кружевами, подчёркивающее светлые волосы, собранные чёрной лентой.

Она не заметила его, слишком увлечённо беседуя с гостьями. Взгляд её был прикован к ребёнку на руках одной из женщин.

«Кхм-кхм, мисс?» — Эллиот кашлянул, и Джульетта наконец повернулась.

«Ах, Ваша Светлость!» — её лицо снова озарилось прежней, яркой улыбкой.

Только после того, как гостьи ушли, она заметила лошадку.

«Это...лошадь?»

«Твоя.»

«Какая красивая!» — Джульетта ахнула, ласково гладя животное.

«Я не видела такой красивой лошади с тех пор, как мне было пятнадцать.»

Она не спешила с седлом и уздечкой, просто не знала, что делать с этим совершенством.

«Как же мы её назовём?»

Улыбка вновь появилась на её лице, словно её дух вернулся.

На обратном пути в замок они шли через сад, и Джульетта рассказывала, чем занималась, пока его не было.

«Ребёнок был очаровательным.» — рассказывала она. «Представьте, крохотные пальчики, а на них - крошечные ноготки...»

[Очаровательный?]

Леннокс не понимал, почему она так восхищается чужим ребёнком.

«Вы не любите детей?» — осторожно спросила она, заметив его взгляд.

«Не то чтобы не люблю. Просто никогда об этом не думал.»

«Но когда-нибудь вы женитесь. У вас будут дети...»

«Нет.» — резко отрезал он.

Джульетта удивлённо распахнула глаза:

«Почему?»

«Это утомительно. И раздражает.»

Она замолчала. И снова, эта тень на её лице.

«Пойдём.» — сказал он.

Они шли по аллее, усыпанной цветущими розами. Было тепло, но в её взгляде читалась тревога.

Он краем глаза посмотрел на неё. [Чёрт. Его слова задели её. Надо было соврать. Сказать, что любит детей.]

Он уже открыл рот, чтобы объясниться, как вдруг Джульетта сказала:

«А ребёнок, похожий на вас, был бы очень милым.»

Он онемел. [Она говорила серьёзно?]

[Если бы ребёнок был похож на неё, может быть. С бледными щёчками, светло-каштановыми волосами и круглыми голубыми глазами...Наверное, он был бы прелестен.]

[Даже если это не был бы его ребёнок.]

[Но дети рода Карлайлов рождались с алыми, как кровь, глазами. Первенцы каждого поколения разрывали матерей изнутри.]

Он резко остановился.

«Проклятая кровь...»

«Что?» — не поняла Джульетта.

Он только чуть усмехнулся:

«Отец так не считал.»

Она не уловила смысла.

Он не хотел рассказывать о родовом проклятии. Не хотел пугать её.

«А я думаю, из вас получился бы хороший отец.» — вдруг упрямо сказала Джульетта, глядя прямо ему в глаза.

«Потому что вы добрый.»

«Разве не так?»

Он встретился с ней взглядом.

[Хочет верить, значит, до конца не уверена.]

[Он не был добрым. Не собирался давать ей ребёнка. И не верил, что станет хорошим отцом.]

Но в её глазах светилась вера. [Он не хотел терять это.]

[Ни за что.]

Он притянул её к себе и прошептал:

«Может быть, ты и права.»