— Этот яркий, солнечный денёк, такой денёк, который заставляет вас чувствовать себя обязанным чего-нибудь устроить. Вы должны сделать что-то веселое, или ‘стать продуктивными.’" — Девон использовал указательный и средний пальцы левой руки, чтобы сделать воздушные кавычки, надеясь, что никто не заметит его обглоданные кутикулы и обкусанные ногти. Затем он продолжил, как он надеялся, зловещим тоном: Это тот день, когда мама заставит косить газон. Но сегодня не день покоса. Сегодня день рождения.

Девон услышал шорох в классе. Кто-то хихикнул, но он даже не поднял глаз от своих бумаг. Он держал голову опущенной, длинные волосы висели как барьер между ним и классом.

Обычно он ненавидел стоять перед классом... по любой причине, но сегодня он был на миссии. Если ему придется читать дурацкое задание для урока английского языка, то он заставит его работать на себя.

Девон продолжил свой рассказ, описывая сцену празднования дня рождения стаи орущих четырехлеток. Он читал о воздушных шарах, клоунах и ярком надувном домике, устроенном посреди зеленой лужайки.

— Но это не обыкновенный надувной домик, — прочел Девон, — Никто этого не знает, но они собираются выяснить... сейчас, — Девон сделал эффектную паузу. Он ничего не слышал. Насколько ему было известно, его учительница Миссис Паттерсон и одноклассники исчезли. Но он не поднял голову, чтобы проверить.

Девон продолжил: Потому что теперь маленькая Галлея ползет к батуту. Она впереди. Ее сестра-близнец Хоуп прямо за ней.

Это был вздох, который Девон услышал с третьего ряда? Он так и думал. Прекрасно. Он завладел ее вниманием. Он ухмыльнулся, продолжая читать: Галлея проделала почти весь путь, ее ярко-розовое платье стучит по надутому красному виниловому полу.

— Быстрее, — подгоняет Хоуп Галлею, толкая. Галлея все еще медленно ползет, пока внезапно ее не засасывает внутрь прыгучего домика. Хоуп хихикает и следует за ней.

Девон снова сделал паузу. Он подходил к главному: Но через секунду Хоуп пожалеет, что последовала за своей сестрой. Всего через секунду она смотрит вниз, когда заползает внутрь. Она поднимает глаза и видит частично съеденное тело сестры, неподвижно лежащее на красном полу. Нет, подождите! Пол вовсе не красный. Он покрыт кровью, — это был визг, который только что услышал Девон? Он продолжал читать: Адом это не дом. Это большой рот, и рот жует, а дальше открывается шире, и Хоуп, теперь кричащая, скользит в…

— Хватит! — закричала миссис Паттерсон.

Девон моргнул. Он по-прежнему не поднимал глаз. Он не закончил.

— Девон Блейн Маркс, — миссис Паттерсон выплюнула каждое из трех имен Девона, будто они были комками слюны. Прежде чем он успел ответить, большая рука миссис Паттерсон появилась перед устремленным вниз взглядом Девона и вырвала историю из его рук. Страницы зашуршали, и он почувствовал жжение от пореза бумаги между большим и указательным пальцами.

В классе было так тихо, что Девон слышал, как за окном щебечет птица. Наконец он поднял глаза на Миссис Паттерсон. — Что?

— Что? — миссис Паттерсон покачала головой, и ее белокурый хвостик заплясал в диком танце.

Миссис Паттерсон была учительницей английского языка, но также тренером по баскетболу для девочек. Она была огромной женщиной, высокой и широкоплечей. Она возвышалась над Девоном, а Девон был ростом 1 метр 75 сантиметров — высокий для своего возраста. Если бы только он обладал достаточной координацией, чтобы быть баскетболистом. Может быть, тогда бы он стал частью…

— Девон, — Миссис Паттерсон смягчила свой низкий голос, и Девон наконец поднял глаза, чтобы взглянуть на ее широкое лицо. Ему даже удалось встретиться взглядом с ее пронзительными голубыми глазами. В её глазах застыл ужас. Все в классе так думали. Она может одним взглядом превратить в груду дыма и пепла. Девон был счастлив, что он все еще стоит, — Явитесь в кабинет мистера Райта, — приказала Миссис Паттерсон.

Девон посмотрел на свой рассказ, скомканный в руке Миссис Паттерсон. Ему хотелось возразить, но он пожал плечами и направился к двери класса.

Хизер сидела на втором сиденье от двери, в третьем ряду. Проходя мимо этого ряда, он встретился с ней взглядом. Это сработало?

Хизер смотрела прямо на него. Смотрела прямо на него! Да!

Хизер Андерс, одна из самых популярных девушек в его классе и, безусловно, самая красивая, ни разу когда-либо, когда-либо не взглянула на Девона. Что касается Хизер и почти всего их девятого класса, то Девон не существовал для них. Если она замечала его существование, то он был всего лишь частью вида, как доска или стул. Если бы не лучший и единственный друг Девона, Мик, и его доброжелательная, но очень раздражающая мама, Девон задался бы вопросом, существует ли он на самом деле. Иногда он не был в этом так уверен.

Но сегодня он существовал. И тут Хизер увидела его. Торжествуя, он улыбнулся ей и, подняв вверх большой палец, неторопливо направился к двери класса

Хизер закатила глаза и сказала: Господи, Девон. Это была нездоровая история.

Девон улыбнулся еще шире и выпрямился, кивнув ей, а затем вышел из класса, словно направляясь на важную встречу, вместо кабинета директора.

И он это сделал.

Хотя Хизер никогда не замечала ранее Девона, он внимательно изучал ее. Он наблюдал за ней. Он внимательно слушал ее. Он хотел знать о ней все.

На прошлой неделе, пока Мик рассказывал о своей последней одержимости супергероями, Девон слушал, как Хизер разговаривает со своими подругами. Она жаловалась на своих четырехлетних сестер-близнецов, Галлею и Хоуп. “Они сводят меня с ума” — сказала она Валери, своей лучшей подруге, — “Я имею в виду серьезно с ума. Мне всегда приходится нянчиться с ними, и я ненавижу это. Они всегда попадают в неприятности, ломают или что-то подобное, и потом я попадаю в неприятности. Я их ненавижу!”

В этот же день миссис Паттерсон дала задание написать оригинальный рассказ. Тогда Девон увидел свой шанс. Он им воспользовался. И извлек из этого максимум пользы.

Кому какое дело, если это будет стоить ему поездки в кабинет директора? Лучшие творческие люди имели скрытые недра, скрывающиеся под поверхностью... и обычно эти недра были неправильно поняты.

Девон и Мик встретились после школы в привычном месте, на краю учительской парковки. Девону не терпелось поговорить с Миком о случившемся c Хизер. Перед тем, как уйти с урока английского, он и не подумал взглянуть на Мика. Он не был уверен, что его друг знал о произошедшем. Мик был склонен мечтать. Его часто ловили за тем, что он просто так смотрел в окно на бог знает что.

Когда Девон подошел к Мику, Мик жонглировал своим ярко-фиолетовым рюкзаком, тигром из папье-маше, пластиковым стаканчиком с завитой соломинкой, стопкой книг, которые явно не поместились бы в переполненный рюкзак, и наполовину съеденной упаковкой шоколадных кексов. Белая глазурь от съеденного кекса прилипла к его нижней губе.

Девон указал на глазурь.

— А? Что? Ох, — Мик вытер рот тыльной стороной руки, в которой держал тигра. Из-за этого он выглядел так, словно его растерзали. Это также заставило его уронить стопку книг, которая шлепнулась на землю и рассыпалась.

Девон покачал головой и наклонился, чтобы поднять их. Он сунул их в свой темно-синий рюкзак, почти пустой. Он уже сделал свою домашнюю работу за день, пока болтался в офисе мистера Райта, и, в отличие от Мика, Девон никогда не читал книги, которые ему не требовалось читать.

— Извини. А, ты их поднял? — спросил Мик, — Спасибо, — Мик покосился на Девона сквозь круглые очки в проволочной оправе. Он откинул свою рыжевато-русую, торчавшую прямо вверх челку с веснушчатого лба, — Кстати, а где твой проект по рисованию?

— Я выбросил его в мусорное ведро.

— Почему? Этот четверо-головый осьминог был неплохим.

Девон пожал плечами: он не сказал Мику, что он считает, что изготовление животных из папье-маше — это для детей, и что учитель рисования, Мистер Стюард, поставил Девону D за проект и прочитал лекцию о следовании инструкциям, вместо того чтобы делать все, что он хочет.

— Это должна была получится фигурка настоящего животного, Мистер Маркс, — сказал тогда мистер Стюард.

— Откуда вы знаете, что нет четырех-головых осьминогов? — ответил Девон, —Исследовано только пять процентов океанского дна.

Это заставило мистера Стюарда замолчать.

Девон не любил читать книги, но это не означало, что он их не читал. Большую часть своего свободного времени он проводил в Интернете.

Мик сунул в рот второй кекс. Мальчики пошли прочь от школы.

Мик шумно отхлебнул через соломинку. — Это был скверный рассказ, Дэв. Меня чуть не стошнило прямо в рот.

Девон легонько подтолкнул Мика. — Отвратительно.

— Не более отвратительно, чем твоя история.

— Что угодно. Но ты видел, что сделала Хизер?

— Она была очень бледная, ну, её лицо. Я думал, она сейчас упадет в обморок.

— Да? Но ты видел, как она на меня смотрела?

Мик взглянул на Девона, который наклонился, чтобы поднять круглый камень. Он швырнул его на знак СТОП, и тот с громким металлическим звоном ударился о середину буквы "О".

— Ну, я видел, как она смотрела на тебя, словно хотела убить.

— Нет. Разве ты не слышал, что она сказала? — Мик поправил свой рюкзак.

— Да. Она назвала историю больной

— Нет, она сказала, что это было "sic", в значении "круто".

Мик скривил свое округлое лицо. — Э, я так не думаю.

Девон снова пожал плечами, поднял еще один камень и кинул в фонарный столб. В награду он получил звучный бонг.

— Дело в том, что она меня заметила. Она разговаривала со мной.

Мик скривил свой маленький рот. — Это уже что-то?

— Конечно же!

Мальчики добрались до железнодорожной станции, находившейся в полумиле от их школы. Они начали пробираться сквозь неподвижные, покрытые граффити товарные вагоны. На железной дороге пахло маслом и креозотом, разносились вялые стуки колес поезда по грязным старым рельсам. В дальнем конце дороги мальчики нырнули в лес, который тянулся на много миль к северу от железнодорожной станции, от нескольких миль к востоку до задней части их западного района. Лес был густой, с огромными елями и болиголовами, которые стояли так близко друг к другу, что закрывали солнце, создавая вечные сумерки. В пасмурный день лес казался еще темнее, как будто он был одной большой тенью, поглощающей и приглушающей слишком громкое, слишком яркое, слишком оживленное безумие, которое большинство людей называют реальной жизнью. Девон любил темноту, и в такой солнечный день, как сегодня, было облегчением нырнуть под деревья и оставить яркий свет позади.

На полпути от железнодорожной станции до их района, если они остановятся на опушке леса, то доберутся до своего "клуба", притона, который они устроили на старой заброшенной заправке, выходящей задом на лес. За те шесть лет, что они были друзьями, они проводили почти каждые будни и выходные в своем клубе.

Если Девон был честен — а он не был честен — он думал, что они уже слишком большие, чтобы иметь клуб. Это было прекрасно, когда они учились в начальной школе и, возможно, даже в прошлом году в средней школе, но теперь это было слишком “детским” для них. Девон перерос их притворные игры в пиратов и космических ковбоев, и он больше не воспринимал коллекцию хлама, которую они накопили за эти годы, как “сокровища". Он не хотел быть одним из двух мальчиков, которым после школы некуда пойти, кроме как на пустую разваливающуюся заправку. Но это не означало, что у него были проблемы с их клубом. Возможно, это больше не было для него детской забавой, но это было место, где можно было уйти от всего дерьма реальной жизни. Это было место, куда он мог пойти и забыть о школе и обо всем том давлении, которое его мама всегда оказывала на него, чтобы он "был кем-то".

"Не заканчивай как я, Девон. Будь кем-нибудь", — повторяла она ему снова и снова и…

— Как ты думаешь? — спросил Мик

— Что? — как долго он шел, не слушая своего друга? Девон понятия не имел, что он пропустил, но решил, что это, вероятно, не так уж и важно. Последним любимым предметом разговора Мика была цифровая математическая игра, над которой он работал. «Это будет похоже на игру в шпионов, только с шифрами», — как объяснил Мик Девону.

В школе Мик и Девон получали в основном " B " и "C", а иногда и "D". Это было не потому, впрочем, что они были глупы. Они не были глупыми. Девон просто никогда не заботился о школе настолько, чтобы ”применить себя " — так говорила его мать. Школа ему наскучила. Зачем усердно работать? Проблема Мика была немного серьезнее. У него были некоторые нарушения обучаемости, которые Девон на самом деле не понимал, а так же проблемы с вниманием. “Мы не собираемся вешать на мальчика ярлык", — однажды сказал отец Мика (по словам Мика), так что Мик никогда ни от чего не лечился. В принципе, насколько мог судить Девон, Мик был похож на ученого, который не мог понять, как играть в школьную игру. Он был влюблен в еду (причина его мягкой, слегка пухлой формы) и фантастические миры любого рода. Мик был переросшим ребенком, почти таким же высоким, как Девон. Вельветовые брюки Мика с высокой талией и застегивающиеся на все пуговицы рубашки с короткими рукавами кричали "ботаник", но его это, похоже, не беспокоило. Девон полагал, что когда-нибудь Мик, вероятно, станет владельцем игровой компании и миллионером.

— Девон! — Мик дернул Девона за рукав футболки.

— Что? — Мик моргнул и огляделся. Они уже должны были быть в клубе. Да, вот там был старый кедр с расщепленным стволом, так что...

А где же заправка?

— Заправки больше нет, — сказал Мик очень тихим голосом.

И он был прав. Заправочной станции больше нет. На её месте громадный желтый экскаватор стоял без дела рядом с грудой обломков, словно дракон, готовый изрыгнуть огонь на поверженного врага.

Мик плюхнулся на поваленное бревно. — Но... — он моргнул и шмыгнул носом, — Наши сокровища.

Девон, который был странно взволнован разрушенным зданием клуба, посмотрел на своего друга. Большие карие глаза Мика увлажнились. Он потер нос.

Девон сел рядом с Миком и обнял его за плечи. — Эй, все в порядке.

— Но это не так! Посмотри!

— Да, я вижу.

— Все наши сокровища, — Мик повторил

— Да, но мы можем найти еще, — не то что Девон желал этого, но Мик не должен был об этом знать.

— Но ведь теперь у нас нет клуба!

Девон слегка обнял Мика, радуясь, что их никто не видит.— Я что-нибудь придумаю.

— Ты так думаешь?

— Конечно. И у нас всё еще есть лес.

— Ну да, это будет работать в такие дни, как сегодня, но...

— Предоставь это мне, — сказал Девон, — А пока давай просто побудем здесь. Несмотря ни на что, мы все равно будем вместе, верно? —он вытянул вперед указательный палец правой руки.

Мик усмехнулся и кивнул. — Вместе, — он вытянул указательный палец правой руки и соединил его с указательным пальцем Девона. Они оба сильно потянули, а затем отпустили.

Девон расстегнул молнию на наружном кармане рюкзака. — Я сохранил шоколадное печенье с обеда. Оно твоё, если хочешь.

Мик просиял. — Правда? Отпадно.

Девон мысленно закатил глаза. Он привык к привычке Мика использовать устаревший или даже вымышленный сленг, но это не означало, что ему всегда это нравилось.

Пока Мик жевал печенье, Девон сказал: Я думаю, сегодня большой день. Может быть, это, — он махнул рукой в сторону груды разрушенной бензоколонки, — знак того, что грядет что-то новое, что-то большое. Я имею в виду, в конце концов, Хизер поговорила со мной сегодня. Все, что мне сейчас нужно сделать, это идти дальше на этом и придумать другие способы привлечь ее внимание.

Мик перестал жевать. Он стряхнул крошки печенья с подбородка. — Э-э-э... я не уверен, что привлечь ее внимание обязательно хорошо. Есть разные виды внимания, верно?

Девон пожал плечами. — Что угодно, — Девон был доволен тем, как сегодня развивался его план; он не собирался позволять Мику отговаривать его, — Эй, — сказал он, — почему бы нам не покопаться в этой куче и не поискать что-нибудь из наших вещей?

Мик, доевший печенье, ухмыльнулся

Миссис Паттерсон, похоже, была недовольна рассказом Девона. Вместо того чтобы игнорировать его, как обычно, она сердито смотрела на него, когда он занял свое привычное место на последней парте рядом с Миком. Хизер еще не пришла.

Как только Девон сел, Мик наклонился и ткнул его в плечо. — Эй, Дев, тебе нужно познакомиться с Келси, — Мик откинулся назад и указал на новенького, сидящего слева от Мика, — Келси, это Девон. Дев, это Келси.

— Привет, — сказал Келси. Он одарил Девона чем-то вроде искренней, дружелюбной улыбки.

Неужели?

Девон заметил Келси еще утром. Он болтался возле лестницы, наблюдая за другими детьми. И тогда, и сейчас Девон думал, что Келси не похож на ребенка, который мог бы дружить с ними. Хотя Девон не одевался с таким занудным самозабвением, как Мик, он ни в коей мере не походил на нормального ребенка. Очень худой для своего роста, Девон знал, что у него было много вещей, работающих против него: очень кривые зубы, а мама не могла позволить себе купить ему брекеты; слишком большие уши — даже если он ходил с длинными волосами, и как можно более грязными, они все равно хотели торчать; слишком длинная шея; и его темные глаза были слишком маленькими и слишком близко посаженными. Когда он учился в начальной школе, один из школьных хулиганов назвал его "птицеловом". Мама любила называть его «спящим лебедем». Да, что угодно.

Но вот появился этот новенький, очень симпатичный (Девон знал, что девочки ищут в мальчиках) новенький, который улыбался Девону так, словно тот был кем-то достойным улыбки. Девон видел, как Келси точно так же улыбался многим детям, когда он был на лестнице.

От улыбки Келси Девон почувствовал себя до смешного хорошо.

— Келси только что переехал сюда, — сказал Мик.

Девон с трудом подавил желание сказать “Да ладно.”

— Его отец работает подрядчиком, — продолжал Мик, — Он переехал для того, чтобы возглавить гостинично-офисный торговый центр, на который мой папа поставил ставку и в итоге не получил, — его ухмылка и блестящие глаза ясно дали понять, что в этих словах не было злобы. Но даже при этом Девон заметил, что улыбка Келси на секунду погасла.

Девон понятия не имел, что на это ответить, поэтому просто сказал: Хорошо.

Достаточно того, что Мик только что упомянул своего часто не работающего отца, который любил ворчать по поводу того, что другие электрики всегда перекупают его. Но Девон надеялся, что этот разговор не закончится тем, что ему придется рассказать о том, что делает его мама. Она работала уборщицей в доме. У нее даже не было собственного дела по уборке дома. Она работала на кого-то другого... Она едва зарабатывала достаточно денег, чтобы они могли жить дальше, но, похоже, считала, что он должен гордиться тем, что они “делают это”. А он и не гордился.

— Я предложил Келси посидеть с нами в обед, — сказал Мик.

— Конечно, — сказал Девон, вовсе не уверенный, что Келси действительно захочет сидеть с ними.

Келси усмехнулся. — Я очень ценю ваше приглашение.

Девон приподнял бровь и окинул взглядом волнистые светлые волосы Келси, голубые глаза, ровные зубы, широкие плечи, классные рваные джинсы и выцветшую черную футболку. — Конечно, — повторил он.

Бессвязные звуки многочисленных разговоров, шуршание одежды, скрип стульев и грохот книг по партам дали Девону понять, что класс заполняется. До него донесся лимонный запах Хизер, и он повернулся, чтобы посмотреть на гладкий блеск ее прямых каштановых волос. Она была одета в темно-зеленую рубашку, которая отлично сочеталась с ее волосами.

— Ладно, прекратите этот бардак, — сказала миссис Паттерсон, — Давайте начнем.

К удивлению Девона, Келси действительно сидел с ним и Миком во время ланча. Это был еще один яркий день, и все были на улице, либо сгрудившись за столиками для пикника, установленными у входа в кафетерий, либо развалившись на траве, которая тянулась от дорожки перед школой до парковки. Девон и Мик прислонились к основанию каменной стены, окружавшей флагштоки.

Камень был шершавый, но теплый. Девон искал Хизер, а Мик продолжил рассказывать о том, как восхитительны бутерброды с арахисовым маслом и медом, когда Келси подошел и сел перед ними, скрестив ноги.

Девон огляделся вокруг, чтобы посмотреть, смотрит ли кто-нибудь на это шокирующее социальное развитие. Там было несколько человек. Двое качков крикнули ''Эй, Келси'' когда они проходили мимо. Келси улыбнулся им.

— Привет, Курт. Привет, Брайан, — он также помахал группе девушек за ближайшим столиком для пикника, и они помахали в ответ. Затем он переключил свое внимание на Мика и Девона.

— Я слышал, что еда здесь отстой, поэтому я принес свою собственную, — сказал он.

Мик помахал своим “восхитительным” бутербродом и сказал с арахисовым маслом во рту: Этшо лушчшее решешние.

Келси рассмеялся. Он действительно рассмеялся, но не так, как будто смеялся над Миком, а так, будто считал его забавным. Он открыл мятый пакет из коричневой бумаги.

— Я люблю старый добрый салат с курицей, — сказал он, — Моя мама делает отличный салат с курицей, — Он указал на мешок Девона, — А что у тебя есть?

Девон пожал плечами. — Вообще-то я не голоден, — Он сунул свой пакет в рюкзак. Правда заключалась в том, что он ел болонскую колбасу на белом хлебе. Его мама покупала и то и другое оптом. И он ненавидел оба продукта. Он ненавидел вкус, и он ненавидел то, что они напоминали ему о начальной школе, когда он думал, что болонья была лучшей вещью в мире. Он перерос эту еду, но их бюджет не соответствовал его вкусовым рецепторам.

Келси откусил кусок сэндвича и огляделся. — Мне здесь нравится. Я люблю солнце.

— Видишь, Дев? Нормальные люди любят солнце, — Мик толкнул Девона ногой и сказал Келси: Дев любит облака. Если бы я не знал его лучше, то подумал бы, что он вампир.

Келси наклонил голову и пару секунд изучающе смотрел на Девона. В течение этих двух секунд у девона было странное чувство, что его оценивают. Но тут Келси рассмеялся и наклонился к Девону. — Ну, он не сверкает на солнце, как те киношные вампиры, — Он снова засмеялся, — Скорее всего, не вампир.

— Я не хочу сосать твою кровь, — сказал Девон с жутким вампирским акцентом.

— Привет, Келси, — раздался звонкий женский голос.

Девон выпрямился. Это была Хизер.

— Привет, Хизер, — сказал Келси, — Ты нашла ту книгу, о которой я тебе рассказывал?

Она стояла в нескольких футах от них и лучезарно улыбалась Келси. — Я нашла. Я собираюсь начать читать её сегодня вечером, — она бросила быстрый взгляд на Мика и Девона, — О, привет, Девон.

Тон голоса Хизер, когда она поздоровалась с Девоном, был совершенно другим, чем тот, которым она сказала Келси. Девон, конечно, это заметил. Часть его мозга говорила ему, что резкие и тяжелые тона в каждом слоге его имени означали сарказм. Другая часть его мозга не обращала на это внимания, его волновало только то, что она поздоровалась с ним.

— Привет, Хизер.

Она наморщила носик, широко улыбнулась Келси и ушла.

— Красивая девушка, — тихо сказал Келси, когда Хизер отошла. Он наблюдал за ней несколько секунд, затем оглядел остальных школьников, его взгляд то и дело останавливался на ком-то, прежде чем двинуться дальше.

— Да, — сказал Мик, — Девон думает…

— Да, это так, — перебил его Девон. Он повернулся и бросил на Мика взгляд, ясно говоривший «заткнись».

Мик был достаточно умен, чтобы спокойно вернуться к своему бутерброду.

Келси начал рассказывать об эксперименте, который они провели на уроке естествознания, и Девон отключился. Он наблюдал, как Хизер оживленно разговаривает с подругами и вполуха слушал, как Келси и Мик обсуждают химические реактивы. Так вот каково это — вписаться в общую картину? Может быть, не совсем, но это было ближе, чем когда-либо за последние годы.

Остаток дня Девон в значительной степени проплыл. Он уже очень давно не чувствовал себя так хорошо. Он даже однажды поднял руку на математике и правильно ответил на вопрос. У мистера Креншоу отвисла челюсть.

Выходя из школы, чтобы встретиться с Миком после конца уроков, Девон прошел мимо Хизер и ее друзей, слонявшихся возле шкафчиков. Хизер стояла спиной к коридору. Друзья выстроились перед ней полукругом. Там были Валери и Джульетта, а также её третья ЛП, Габриэлла. Парень Габриэллы, Куинси, тоже стоял рядом; по какой-то непонятной Девону причине Куинси всегда тусовался с тремя девушками.

— Я решила, что буду снимать свои собственные фильмы, — Хизер отбросила волосы назад через плечо, — Я не хочу быть актрисой. Я хочу быть за камерой.

Девон не стал раздумывать. Он просто остановился рядом с Хизер и начал говорить. Не обращая внимания на друзей Хейзер, он протиснулся боком к ней и сказал: Если вы собираетесь снимать фильмы, вам следует делать фильмы ужасов. Даже фильмы ужасов Кампи могут получить хороших зрителей.

Хизер отступила на шаг и оглядела Девона с ног до головы.

Он продолжал говорить: Если ты решишь снимать фильмы ужасов, дай мне знать. У меня есть двоюродный брат, у которого есть клоунский грим и костюмы. Вы могли бы сделать жутко-клоунскую историю.

Хизер постучала красным ногтем по груди Девона. Подчеркивая каждое слово с тем, что могло бы быть презрением... но может быть нет, она произнесла: Прекрати, прекрати, прекрати.

Она развернулась и бросилась прочь. Ее друзья последовали за ней, но не раньше, чем Валери, чьи светлые кудри подпрыгнули, когда она покачала головой Девону, сказав: Ты очень странный.

Девон смотрел, как они уходят, и потирал то место, к которому прикасалась Хизер. Она дотронулась до него!

Когда Мик и Девон уходили из школы, Мик ждал, что Девон заговорит о своих поисках нового клуба, но Девон не стал говорить об этом.

— Она действительно прикоснулась ко мне! — говорил Девон. Он только что закончил рассказывать Мику, как разговаривал с Хизер в коридоре. Мику показалось, что Девон выставил себя полным идиотом, но тот так не считал. Он на самом деле думал, что комментарий Хизер и ее палец, прижатый к груди, стоили того, чтобы волноваться.

Мик немного беспокоился о Девоне. Казалось, что он просто немного бредит.

Не то чтобы Мик считал, что Девон не заслуживает внимания Хизер. Конечно заслуживает. Родители Мика учили его, что внешность ничего не значит, и каждый в равной степени заслуживают любви и других хороших вещей. Мик вынужден был признать, что на самом деле он не был уверен, что мир устроен именно так. Он, конечно, не видел такого отношения в школе, но он доверял своим родителям.

Мимо носа Мика с жужжанием пролетела пчела, и он отскочил назад, размахивая перед носом своей кружкой. Жидкость плескалась. Он наблюдал, как Девон бросил камень в сцепку на конце одного из вагонов. Он попал прямо в цель.

Но он упустил важный момент со своими выводами с Хизер. Последней попыткой Девона завязать разговор был замах и очень, очень большой промах.

Мик усмехнулся. Его отец гордился бы этой спортивной метафорой. В молодости Мик не любил спорт, но в последнее время увлекся бейсболом, который очень любил его отец. Мику понравилась статистика.

Когда они нырнули в лес, Мик сказал: Что происходит с поиском нового клуба?

— А? — Девон говорил о волосах Хизер. Он моргнул и посмотрел на Мика

— Нового клуба? — повторил Мик.

— Ох, конечно. Я все еще ищу что-то хорошее, но в то же время, я спрятал одеяло, брезент и несколько веревок в лесу рано утром. Я подумал, что мы могли бы построить форт и сделать его похожим на наш лагерь.

Мик усмехнулся. — Бомбмезно! Потрясающе.

Мик заметил, как Девон вздохнул. Он знал, что Девону не нравятся его выражения, но ему было все равно. Они делали Мика счастливым, а Мик любил делать все возможное, чтобы быть счастливым. Он был почти уверен, что Девон думает, что Мик не заботится о том, чтобы вписаться в школьное общество. Но Мику было не все равно. Он заботился об этом так сильно, что ему было больно думать о том, как сильно все игнорировали их обоих, но альтернатива—выставить себя на показ и быть отвергнутым — была определенно чем-то, чего Мик не хотел. И он, и Девон привыкли справляться с этим одинаково —игнорировали всех остальных и занимаясь своими делами.

Через несколько минут они добрались до небольших зарослей болиголова, приютившего пару валунов. Девон подошел к одному из валунов и вытащил одеяло, брезент и веревку. Вдвоем они ухитрились натянуть брезент так, чтобы получилась покосившаяся и провисшая крыша, и расстелили одеяло на земле между валунами.

— Итак, давай проведем мозговой штурм, — сказал Дев, когда они устроились, и Мик предложил ему картофельные чипсы для барбекю, которые он купил в торговом автомате после школы. Каждый день мама давала ему деньги, чтобы он покупал какую-нибудь вредную пищу из автомата. Это была его награда за то, что он пережил еще один день. Иногда он покупал что-нибудь сладкое, и обычно съедал это немедленно. Иногда что-нибудь соленое и обычно откладывал, чтобы поделиться с Девоном.

— Насчет клуба? — спросил Мик, — Это и есть наш мозговой штурм?

Девон хрустнул чипсиной и сказал: Нет. О Хизер и о том, как я смогу больше контактировать с ней.

— Э-э-э? Чувак, я все еще не уверен, что ты с ней хоть как-то сблизился.

Девон проигнорировал Мика. — Мне нужно найти способ произвести на нее впечатление, — сказал он.

— Это плохая идея, — сказал Мик.

— Что не так?

— Делать что-то, чтобы произвести на кого-то впечатление. Моя мама говорит, что именно тогда мальчики совершают глупые ошибки.

Девон швырнул камень в папоротник, растущий у основания одного из деревьев, держащих брезент. — Да какая разница, что говорит твоя мама?

— Э-э? А я знаю?

— Да, но тебе не следует знать.

— Как насчет того, чтобы поговорить о походе, который мы собираемся совершить в субботу? — спросил Мик, — папа говорит, что если мы пройдем на пару миль дальше к северу, чем обычно, то обнаружим суперский водопад.

— Может, нам стоит поискать места для её фильмов, — предложил Девон, — Я мог бы дать ей список хороших мест. Это должно сделать её счастливой.

— По-видимому, рядом с водопадом растет какое-то редкое растение, — снова попытался Мик, — Было бы здорово, если бы мы его нашли.

— Зачем Хизер понадобится растение? —сказал Девон.

Мик рассмеялся, но потом понял, что Девон говорит серьезно. Девон не слушал ничего из того, что говорил Мик. Мик вздохнул. Это было похоже на то, как если бы Девон попал под чары ведьмы. Мик задумался, как бы ему их сломать.

К удивлению Девона, на следующий день Келси снова встретился с ними за ланчем. Он даже принес своим новым друзьям сэндвичи с куриным салатом.

— Я думаю, вы бы хотели попробовать их, — сказал Келси, — мама сама печет хлеб. Это просто потрясающе.

Сегодня Девону больше нравилась погода. Над головой скопилось так много облаков, что они закрывали большую часть солнца.

— Эй, — сказал Келси, указывая большим пальцем на небо, — Твоя любимая погода.

Он это помнит? Девон улыбнулся. — Да.

Девон наблюдал за Келси. Казалось, Келси подружился с каждым ребенком в классе. Как ему это удалось?

Может быть, только потому, что он хорошо выглядит? Может, дело в одежде? Сегодня на нем были мешковатые черные брюки и серая футболка. На нем была черно-красная клетчатая рубашка, завязанная на талии. Девон никогда не заботился об одежде настолько, чтобы знать, что правильно, а что неправильно носить. Не было причин беспокоиться. Его мама могла позволить себе покупать ему две пары джинсов и кучу футболок каждый год. Это ограничивало его выбор одежды.

— Так ты знаешь все типы облаков? — спросила Келси, — Мы учили их в школе в прошлом году, и единственный тип что я помню, это слоистые. А это какой? — он указал наверх.

— Кучевые облака, — не подумав, ответил Девон.

Может быть, так оно и было. Келси разговаривал так, словно ему было не все равно, чем кто-то занимается. Ему действительно было не все равно, или это притворство? Девон прищурился и внимательно посмотрел на Келси, когда тот спросил Мика о его супергеройских часах. — Я видел этот последний фильм, — сказал Келси, — Это была дурь.

Келси начинал действовать Девону на нервы.

Минутка. Что? Почему? Девон нахмурился. Почему Келси не давал ему покоя? Он должен быть рад, что новенький тусовался с ними. Он был очень рад. Но он так же был раздражен. Просто это так легко пришло к Келси. Слишком легко. Это было нечестно.

Девон фыркнул.

Мик и Келси посмотрели на него. — Ну и что же? — сказал Мик.

— О, извините. Просто пришла в голову глупая мысль. Не важно.

Келси склонил голову набок и посмотрел на Девона так пристально, что ему показалось, будто он заглянул ему в душу. Затем Келси усмехнулся и кивнул, как будто все понял. Но как он мог это сделать?

— Разве ты не ненавидишь, когда мозгу приходят в голову глупые мысли? У меня он все время так, — сказал Келси, — Как будто у него есть собственный разум, — он засмеялся.

Мик тоже засмеялся, — У мозга есть свой собственный разум. Это очень хорошо.

Девон выдавил из себя смешок: Да, ха-ха.

На самом деле он смеялся над собой, потому что говорил как ребенок, когда думал, что это несправедливо. Будто. К этому времени он, как никто другой, должен был знать, что жизнь несправедлива.

— А чем вы, ребята, занимаетесь после школы? — спросил Келси, — Я изучил все, что есть, и еще не решил, во что ввязываться.

Девон не хотел отвечать на этот вопрос. Они с Миком не занимались спортом и не посещали никаких клубов... кроме их “клуба” из двух человек. У них ничего не было.

Мика этот вопрос не испугал. — У нас был клуб, — сказал он с наивной честностью, — очень классный притон на заброшенной заправке, но его снесли. Дэв сказал, что собирается искать для нас новое место.

Келси доел сандвич и вытер рот черной салфеткой. Кто пользуется черными салфетками?

— Тусовка? — он наклонился вперед, — Ну, знаешь, лучшие места для тусовок — это заброшенные здания. Мои друзья и я в прошлой школе действительно увлеклись городскими исследованиями. Мы нашли несколько клёвых мест. Когда я узнал, что еду сюда, я попросил одного из своих приятелей дать мне знать, есть ли здесь что-нибудь, что стоит проверить. Он этим занимается.

— Круто, — сказал Мик.

— Но я могу помочь с этим клубом.

— Ты можешь? — Мик тоже доел свой сэндвич, но не стал вытирать куриный салат, размазанный по щеке.

Келси указал на него и, не смеясь, сказал: У тебя там небольшое пятно.

— О. Спасибо, — Мик вытер лицо тыльной стороной ладони.

Келси улыбнулся. — Мои родители купили огромный старый фермерский дом прямо за городом. Мама говорит, что это историческое или что-то в этом роде. Меня это не волнует, но мне нравится, что за домом есть большая старая мастерская. Она вся в беспорядке, как будто провисает и начинает разваливаться, и ей нужна краска, новая крыша и все такое. Папа строит домашний офис и магазин на другой стороне дома, так что он сказал, что я могу иметь мастерскую для тусовки для вечеринок и все такое, если я ее починю. Хотите мне помочь? Папа сказал, что купит все необходимое. Я просто должен сделать свою работу. Он научил меня, так что я знаю, как строить. Но с друзьями веселее. Мы могли бы переделать мастерскую и сделать ее нашим пристанищем.

Неужели он только что сказал: "с друзьями веселее"? Девона так и подмывало заколоть Келси и посмотреть, не робот ли он. Дети просто так не говорят таких вещей.

У Мика, похоже, не было с этим проблем. Он практически подпрыгивал. — Просто офигенно!

Келси рассмеялся.— Рад, что ты так думаешь, — он улыбнулся Девону, — А как насчет тебя?

— Офигенно, — сказал Девон как можно более сухо. Но он улыбнулся, — Звучит действительно здорово.

И это произошло. Несмотря на то, что он возмущался тем, как легко Келси проскользнул в их класс, он должен был признать, что было бы здорово, если бы дружба с Келси дала им билет во внутренний круг. Если бы они помогли построить притон, а Келси устраивал вечеринки, их бы пригласили.

— Отлично, — сказал Келси. Он вытащил телефон и отправил сообщение, — Есть один старик, Джордж, сосед, с которым я подружился. Я только что написал ему, чтобы он отвез нас завтра после школы в строительный магазин. Он сказал, что может отвезти меня, когда мне это понадобится.

Через пару секунд телефон Келси заиграл гитарный рифф. Он взглянул на него, — Да, он отвезет, — он взглянул на часы и встал.

Мик и Девон тоже встали. Пора было идти в класс.

— Встретимся завтра после школы у флагштоков, — сказал Келси, — У папы есть большой двойной пикап с дополнительной кабиной. Места хватит всем нам. Он ярко-красный. Вы легко найдете его.

— Капитал, дружище! — сказал Мик с фальшивым британским акцентом.

Келси рассмеялся и протянул Мику кулак для удара.

— Очень хорошо, — подыграл он. Он тоже протянул Девону кулак. Девон стукнул его и сказал ”увидимся", когда они вошли в школу.

Он заметил и проигнорировал трепет в животе, доставая книги из шкафчика. Он был взволнован предложением Келси, но не был уверен, что это хорошая идея, слишком волноваться по этому поводу. Жизнь имела обыкновение разочаровывать его.

Хотя, возможно, все должно было измениться. Когда Хизер пронеслась мимо и холодно посмотрела на него, он позволил себе поверить в возможность перемен.

Мик был так возбужден, что едва мог усидеть на месте. Он не мог заснуть прошлой ночью, потому что был слишком взволнован о помощи Келси в построении клуба. Или, ладно, тусовки. Клуба. Тусовки. Что угодно.

Мама заметила, что у Мика темные круги под глазами, когда он встал, и разрешила ему выпить чашку кофе. Теперь он возбужден от кофеина. Он прожжужал уши Девону по дороге в школу, и на каждом уроке его нога подпрыгивала, как баскетбольный мяч, брошенный профессионалом. Эй. Была еще одна спортивная метафора, но он не любил баскетбол. Как насчет такого?

Это был третий урок за день. Они занимались обществознанием. Не самое любимое занятие, но он выдержит.

Как обычно, Мик и Девон сидели в задней части класса, где стены были увешаны картами, а суровый Мистер Джентри возвышался над детьми в первом ряду. Мик заметил, что Келси сидит в конце третьего ряда рядом с двумя футболистами. Келси сидел, откинувшись на спинку стула, так что он видел детей в левом углу комнаты, но не Мистера Джентри впереди. Мик наблюдал, как взгляд Келси остановился на нём и Девоне. Келси слегка улыбнулся им и кивнул.

— Сегодня, — сказал мистер Джентри, — мы поговорим о справедливости, —Он смотрел поверх своих черных очков для чтения в толстой оправе, которые обычно висели на кончике его крючковатого носа

Мик подумал, что мистер Джентри немного похож на орла. У него были седые волосы, и он обычно носил каштановое. У него были близко посаженные глаза, как у Девона. И еще этот нос.

— Что такое справедливость? — спросил Мистер Джентри.

Никто не поднял руки.

"Я знаю, что это риторический вопрос, когда слышу его", — подумал Мик.

— У каждой культуры есть своя концепция справедливости, — продолжал Мистер Джентри, — Эта концепция, как правило, выводится из многих областей исследований. Наша система правосудия, например, исходит из этики, рационального мышления, закона, религии и просто общих представлений о справедливости. Однако в основе всего этого обычно лежит какое-то внутреннее чувство. Правосудие — это, в большинстве случаев, интуитивно понятно. Мы знаем это, когда чувствуем, — он окинул взглядом класс, — Так что же для вас значит справедливость?

Это был не риторический вопрос. Однако Мик даже не подумал поднять руку. Поднятие руки на уроке потребует пересадки мозга или, возможно, одержимости или заражением чужеродным симбионтом.

Келси поднял руку и сказал: Справедливость уравновешивает чаши весов.

— Что это значит? — спросил Мистер Джентри.

— Она устраняет отрицательную сторону, так что бы отрицательная не смогла перевесить положительную.

— Интересная перспектива, — сказал мистер Джентри.

Мик нахмурился.

Хизер.

Что же такого было в Хизер, что так очаровало Девона?

Конечно, она была хорошенькой, но Мику она казалась пустышкой. И она не была такой уж хорошенькой. В классе были девушки и похорошее. Он подумал, что Девон немного не в себе из-за Хизер, хотя в целом Девон казался немного взбалмошным. Мик уже начал думать, что Девон подцепил симбионта. Что-то было в его глазах, что-то не совсем... правильное.

— Я думаю, справедливость это расплата, — сказала Хизер.

— Расплата, — повторил Мистер Джентри.

— Да, — сказала Хизер, — Как кто-то обижает тебя, так что ты должен обижать его в ответ.

— Слово "расплата" звучит несколько расплывчато, — сказал мистер Джентри. - Возможно, оно слишком открыта для интерпретации. А что, если расплата зайдет слишком далеко?

Хизер пожала плечами. — Несчастные случаи случаются, — Она засмеялась, и весь класс засмеялся вместе с ней. Девон расхохотался громче всех.

Мик заметил, что Келси не смеется. Мик тоже не смеялся. Дрожь пробежала по его спине.

Девон не думал, что этот день когда-нибудь закончится. Каждый урок был медленным и скучным, с социальными исследованиями, получившими награду. За исключением веселого комментария Хизер "несчастные случаи случаются", остальная часть класса была суше, чем жареный цыпленок его матери, который был настолько сухим, что трудно было поверить, что птица вообще когда-либо была живой.

Но, наконец, день закончился, и они с Миком направились к выходу из школы, чтобы встретиться с Келси. Фасад школы. Насколько это было потрясающе? Больше никаких ускользаний в клуб для неудачников.

Мик подбежал к Девону сразу за главными дверями школы. Мимо них толпились дети, бегущие к автобусам. В кои-то веки Девон не находил раздражающим жужжание пятничного полудня. Он так же почувствовал жужжание, словно маленькие электрические угри скользили по его коже.

Он заметил, что Мик вел себя так, словно весь день был подключен к электрической розетке. Он был нервным и судорожным. Но Девон все понял. Кроме того, он чувствовал себя странно счастливым от всего происходящего. В кои-то веки он наслаждался желтыми стенами школьного коридора (которые по большей части напоминали ему сырой яичный желток и вызывали рвотные позывы). Он не обращал внимания на все школьные запахи — химический запах ковра, пыльный запах мела, пота, жевательной резинки, чесночный запах от сегодняшнего школьного обеда. Вместо того, чтобы чувствовать чуждость, он чувствовал себя привычно.

— Ты готов? — спросил Мик, дергая Девона за рукав.

Девон усмехнулся: Готов.

Они протиснулись через двойные стеклянные двери и оба оглядели дорогу в поисках ярко-красного грузовика "Дьюли". Келси был прав. Его невозможно упустить.

Они направились к нему и встретились с Келси, когда он выбежал из спортзала. — О, вы здесь.

Келси казался искренне довольным. Девон был удивлен.

Келси поднял руку и помахал бородатому мужчине за рулем грузовика. Мужчина с улыбкой помахал в ответ.

Девон задумался, каково это, когда взрослый мужчина улыбается тебе. Нет, серьезно, давай говорить правду. Интересно, подумал он, каково это-иметь рядом взрослого мужчину, скажем, вроде отца ... и точка.

Единственное, что он помнил о своем отце, это то, что он был злой человек, который бросал вещи в его маму. Девону было три года, когда его отец ушёл. С тех пор они с мамой остались одни.

Келси провёл Девона и Мика к пикапу. Девон заметил, что несколько ребят посмотрели на него и Мика так, словно они были пещерными людьми, сбежавшими из каменного века. Бумажный самолетик пролетел мимо головы Девона, едва не задев его нос; он даже не потрудился обернуться и посмотреть, откуда он прилетел. Он не сводил глаз с огромного красного пикапа.

— Привет, Джордж, — сказал Келси, когда они подошли к грузовику. Они с Джорджем проделали замысловатое трепыхание пальцами в области плеча, — Это Девон, — Келси кивнул на Девона, — и Мик.

— Приятно познакомиться, сэр, — Мик протянул руку... и выронил книги, которые держал подмышкой.

Прежде чем Девон успел дотянуться до них, Келси наклонился и поднял.

Джордж, на вид лет шестидесяти с чем-то, пожал Мику руку.— В этом "сэр" нет необходимости. Зови меня Джордж, — он повернулся к Девону и протянул ему руку.

Девон пожал ее. Она была толстой и мозолистой, — Привет, э-э, Джордж.”

Келси сложил книги в стопку и вернула их Мику. Мик сдвинул их и ухмыльнулся. - Спасибо!”

— Ладно, — сказал Джордж, — Как насчет…

— Привет, Келси! — раздался голос Хизер.

Девон резко обернулся и посмотрел на нее. Сегодня на ней была обтягивающая ярко-красная рубашка. Он провел большую часть английского, глядя на нее, и теперь был счастлив снова увидеть ее.

Хизер проигнорировала его пристальный взгляд, но Габриэлла одарила Девона взглядом с тяжелыми веками, призванным заставить его почувствовать себя червяком. Он скорчил ей гримасу, и она вцепилась в Куинси, который притянул ее к себе и сказал Джорджу: Хорошее оборудование.

— Спасибо! — Джордж ухмыльнулся и похлопал по капоту своего пикапа, как будто это была собака, — У меня под капотом 6,2-литровый V8, 420 лошадиных сил и 460 фунтов крутящего момента.

— Ого, — сказал Куинси, — Прекрасно, — он прислонился к передней части грузовика, как будто позировал для рекламы. Габриэлла хихикнула и встала рядом с ним.

Девон стиснул зубы.

Куинси и Габриэлла были самыми красивыми людьми в школе. Габриэлла была латиноамериканкой, и, возможно, когда-нибудь она действительно станет звездой, о которой говорила всем и каждому. Она была так прекрасна. Куинси, темноволосый, но с более светлой кожей, выглядел как плохой мальчик, которым Девон когда-то пытался казаться, разрезая порезы на джинсах, разрывая футболки и сутулясь еще больше. Для Девона это не сработало; все, что он получил, - это лекцию от своей мамы о том, как заботиться о своих вещах и стоять прямо

— Что ты делаешь в эти выходные, Келси? — спросила Хизер.

Келси указал на Мика и Девона. — Мы идем в строительный магазин за тем, что нам нужно, чтобы превратить старую мастерскую в отличное место для тусовки.

Хизер бросила быстрый взгляд на Девона, затем улыбнулась Келси.— Звучит забавно. Я люблю самодельничество.

Келси улыбнулся.— Это круто.

Хизер положила руку на плечо Келси: Знаешь, я действительно хороший дизайнер. Я помогла маме сделать сюрприз-пещеру для папы, — она повернулась к своим друзьям, — Помните, как мы строили книжные полки от стены до стены?

Три девушки засмеялись, тыча в друг друга в восторге от какой-то локальной шутки. Девона чуть не стошнило. У Валери, очень мелкой девочки, которая носила достаточно косметики для десяти девочек, был гнусавый голос, который превращался в гудок, когда она смеялась. А Джульетта, высокая и стройная, хихикала, как маленькая девочка, отчего у девона заболели зубы.

Куинси оттолкнулся от грузовика: Я безумно владею молотком.

Келси секунду смотрел на Куинси без всякого выражения. Затем он улыбнулся и сказал: Это здорово.

Девон не думал, что Келси считает это замечательным. Он казался раздраженным. Но почему?

Хизер взяла Келси за руку: Как насчет того, чтобы устроить в эти выходные строительную вечеринку? Мы все можем прийти и помочь.

Келси открыл рот, но прежде чем он успел что-то сказать, Джордж ухмыльнулся и сказал: Я могу помочь тебе приготовить барбекю.

Хизер указала на грузовик. — Тогда пошли за продуктами.

Келси перевел взгляд с Хизер и ее друзей на Мика и Девона.

Хизер продолжила: Брат Куинси собирался отвезти нас домой, но ему нужно куда-то уехать. Мы могли бы пойти с тобой в магазин, а потом, может быть, ты мог бы отвезти нас домой?”

— Конечно, — сказал Джордж, — С удовольствием. Но, — он обвел взглядом собравшихся, — Вы не все влезете в машину

— Конечно, влезем, — сказала Хизер, — Нас всего пятеро, плюс ты и Келси.

— Семь плюс я и Келси, — сказал Джордж, указывая на Девона и Мика.

Хизер взглянула на Девона и Мика. Она помахала рукой в воздухе: О, они могут ехать сзади.

— Нет. Извини, — сказал Джордж, — Это противозаконно.

С того момента, как появились Хизер и ее подруги, Девону казалось, что он наблюдает за происходящим из стеклянного кокона. Он понимал, о чем все говорят, слышал раздражающий смех девочек, но все это было приглушено. Несмотря на то, что они стояли всего в нескольких футах от Девона, они чувствовались очень далеко, как будто он смотрел на них с киноэкрана. Остальные его чувства, казалось, были отключены. Он больше не чувствовал запаха выхлопных газов автобусов, рвущихся прочь от школы. Он не чувствовал ни одежды на своем теле, ни мостовой под ногами. Теперь ему казалось, что туман скатывается в его маленький кокон, и он просачивался внутрь него, погружая его мозг во мрак, который делал мышление почти невозможным. Может быть, поэтому он и удивился, когда увидел, как Мик шагнул вперед и сказал Келси: Я думал, что сегодня с тобой поедем только мы с Девоном.”

Келси нахмурился и посмотрел на всех присутствующих. Девон знал, в чем проблема. Келси спрашивал себя: "Должен ли я быть придурком и отмахнуться от двух неудачников, или игнорировать красивых девушек?''

Это не будет трудным выбором. Келси все еще держал Хизер за руку!

Тут заговорил Джордж: А как насчет этого? Мы сделаем две поездки. Я отвезу кого-нибудь из вас, а потом вернусь за остальными. Это всего в десяти минутах езды. Ждать придется недолго.

Келси с трудом перевел дыхание. — Спасибо, Джордж.

Хизер улыбнулась Келси и потянула его к пассажирской двери пикапа. — Подойди. Мы можем разделить переднее сиденье. Я достаточно мала, для того чтобы мы оба могли поместиться под ремнем безопасности, — она хихикнула.

Келси пожал плечами и позволил Хизер отвести себя к передним сидениям. Остальные забрались на задние сидения. Куинси оттолкнул Мика, когда тот протиснулся вслед за остальными тремя девушками.

На секунду показалось, что Джордж собирается возразить против количества детей на заднем сиденье, но потом он пожал плечами и сел за руль. Все четыре двери захлопнулись.

Джордж опустил стекло. — Я вернусь за вами, ребята.

Как только Джордж завел свой 6,2-литровый V8—что бы это ни значило-двигатель, кокон Девона рухнул. Он даже почувствовал, как у него заложило уши, когда воздух вокруг него, казалось, снова приспособился к реальному пространству и времени. Его чувства тоже были в полной боевой готовности.

Первое, что он унюхал, была виноградная газировка в стаканчике Мика. Затем он почувствовал запах бензина, когда большой красный грузовик уехал с недолговечным оптимизмом Девона. Он знал, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Он почувствовал, как Мик дернул его за рубашку.

— Хочешь посидеть там и подождать? — Мик указал на бордюр и пососал через соломинку. Он плюхнул свой мягкий зад на бордюр и сложил рюкзак и книги рядом с собой.

Мимо пронеслась машина, полная подростков, и кто-то пронзительно свистнул. Кто-то еще крикнул: неудачники!

Девон повернулся спиной к подъездной дорожке. Он повернулся к лесу и сказал: Я не буду ждать. Я иду домой.

Мик оторвал рот от соломинки. Его верхняя губа была окрашена в фиолетовый цвет: Э? Почему?

Девон взглянул на Мика. Он выглядел жалко, сидя там со своим стаканчиком. Девон хотел огрызнуться на него и уйти, но десять лет дружбы и тысячи “вместе взятых” пальцев удержали его немного под контролем: Серьезно? Ты спрашиваешь меня, почему?

Мик нахмурился, потом кивнул.

Девон вздохнул и сел на тротуар рядом с Миком.

— Ты действительно думаешь, что после тридцати минут, которые понадобятся Джорджу, чтобы отвезти их, вернуться за нами и доставить в магазин, нас примут в группу? Тебе не кажется, что это маловероятно и чуточку странно? И я сейчас если что очень саркастичен, на случай, если ты не понял это.

Мик задумался на несколько секунд. Девон ждал.

Наконец Мик вздохнул. — Да, я понимаю, что ты имеешь в виду.

Он шмыгнул носом и пососал соломинку. — Зачем Келси это сделал? Почему он не заставил их подождать?

— Снова. Серьезно? Ты спрашиваешь об этом? Разве ты не видел, что он сказал Хизер?

Мик скривил губы и посмотрел вверх уголком глаза, как будто смотрел повтор на крошечном экране справа и слева. Он нахмурился. — Я думал, она сделала ему предложение.

— Какая разница! Он согласился, когда она предложила ему сесть на переднее сиденье.

Мик подумал и кивнул. — Действительно.

Девон встал. — Так ты идешь со мной или нет?

Мик вздохнул. — Да, наверное, — он поднял свой рюкзак, и Девон взял стопку книг Мика.

— Значит ли это, что наш клуб не может находиться у Келси? — спросил Мик, когда они направились к лесу.

— Да, я думаю, что именно это и означает.

Мик все еще чувствовал себя немного расстроенным из-за того, что случилось с Келси, когда он встретил Девона на их прогулке в субботу утром. Он старался не позволять вещам слишком сильно беспокоить его. Если бы он позволял, то все время чувствовал бы себя несчастным. На самом деле он не хотел быть несчастным.

Мик и Девон жили в районе, который был не так хорош, как хотелось бы Мику. Он не был ужасным, он видел и похуже. Но и этот не был хорошим. Оставшиеся с тех времен, когда город принадлежал лесозаготовительной компании, дома в их районе были маленькими, старыми и почти идентичными, за исключением автомобилей и мусора, которые стояли рядом с ними. Когда Мик и его родители переехали в их дом, они сказали Мику, что это только временно — ему не придется вечно делить свою комнату с младшей сестрой. Но он по-прежнему делил свою комнату с младшей сестрой Дебби, что было терпимо только потому, что Дебби, которая любила шить, сделала занавеску, чтобы разделить их крошечную комнату. Это, а также тот факт, что у обоих были наушники и они в основном проводили время за чтением или за компьютером, удерживало их от желания убить друг друга.

Иногда Мик завидовал Девону, потому что у него была своя комната, но он вспоминал, что у Девона не было отца, даже ленивого отца, который никогда не зарабатывал достаточно денег. По крайней мере, у Мика был отец, и отец любил его. Это было лучше, чем собственная комната, подумал он.

Мик, с рюкзаком, набитым всякой дрянью, газировкой, водой, маленьким фотоаппаратом и дополнительным солнцезащитным кремом, рысцой поднялся по потрескавшейся и пыльной дорожке к выцветшей голубой входной двери Девона. Все дома в округе были обшиты серым сайдингом и имели голубые входные двери — некоторые были ярче других.

Мик немного боялся постучать в дверь. А что если Девона там нет?

То, как Девон вел себя прошлой ночью, заставило Мика задуматься. Девон все меньше и меньше походил на друга, к которому Мик привык. Как будто что-то грызло Девона изнутри. Это съедало его улыбки и, ну, его личность.

Мик моргнул, когда открылась синяя дверь.

— Здравствуйте, Миссис Маркс, — обратился он к высокой худощавой женщине с коротко стриженными темными волосами. На Миссис Маркс была бледно-желтая форменная рубашка и темно-синие форменные брюки. Под карими глазами у нее залегли круги, а тонкие губы были плотно сжаты. Увидев Мика, она выдавила из себя полуулыбку.

— Он почти готов, Мик.

За спиной матери появился Девон. Мик заметил, что в доме пахнет овсянкой и лимонами.

— Повеселитесь сегодня, мальчики, — сказала миссис Маркс.

Девон поднял рюкзак и ухмыльнулся. — Мы так и сделаем!

Мик почти сделал двойной дубль. Судя по голосу, Девон был в полном восторге от их похода. Неужели старый Девон вернулся?

Если так, то это офигенно.

Водопад был там, где обещал отец Мика, и он был таким же классным, как и обещано. Мальчики нашли большой плоский камень у основания водопада, достаточно далеко, чтобы брызги не попадали на них, но достаточно близко, чтобы видеть бурлящую пену, клубящуюся у основания водопада. Водопады были не такими высокими, но зато широкими и довольно мощными, вероятно, потому, что стояла весна и они питались зимними снежными стоками. Мик любил слушать, как вода с ревом низвергается с вершины утеса в каменный бассейн внизу.

Водопад был спрятан в роще елей; казалось, что мальчики были в пышной зеленой пещере в далекой стране. Это было просто волшебно, подумал Мик. Он бы не удивился, если бы из леса, пританцовывая, выскочили белки с бурундуками и запели. Конечно, он знал, что этого не произойдет, но водопад казалось сделал это возможным.

Настроение Девона тоже казалось делало это возможным. Девон все утро был спокоен. У него это… Что это было? Круто. Это было круто. Он вел себя так, как будто он был всем этим. Это было безумием.

Мик должен был признать, что этот Девон нравился ему больше, чем тот, который заставлял его нервничать последние несколько дней. Да, Девон все еще был одержим этой девушкой, Хизер, но, по крайней мере, он говорил и улыбался.

Девон встал и сделал снимок самой высокой ели за водопадом. — Я думаю, что это будет отличное место для сцены в одном из фильмов Хизер, — сказал Девон.

— Э-хах, — Мик понятия не имел, что сказать, когда Девон заговорил о Хизер. Указание на то, что Хизер явно недолюбливала Девона, не принесёт ничего хорошего. Поэтому он использовал мамину технику "КУИНЗ" — "кивать, улыбаться и издавать непонятные звуки".

Девон сделал еще пару снимков, а потом сел и вытащил из рюкзака упаковку крекеров с арахисовым маслом. Он толкнул локтем Мика: У меня для тебя сюрприз.

— Ты принес десерт? — Мик уже съел свои упакованные кексы и все еще был голоден.

Девон рассмеялся: Нет. Никакого десерта. Извини. Но я нашел для нас новый клуб.

Мик выпрямился: Неужели? Где?

— Это тоже часть сюрприза. Я сделал то, что предложил Келси. Я искал поблизости заброшенные места и нашел одно. Я отведу тебя туда в понедельник после школы.

— Почему не сегодня?

Девон ухмыльнулся так хитро, что у Мика на секунду перехватило дыхание.

— Это слишком далеко. Мы должны идти на восток, на железнодорожную станцию, а не на запад, к нашим домам, как обычно.

— Э-э-э... ладно, — почему Мик вдруг почувствовал, что Девон что-то скрывает? Он открыл рот, чтобы спросить, что случилось, но потом закрыл его. Возможно, здесь требовался более тонкий подход. Что бы ни происходило с Девоном, Мик подумал, что было бы разумнее наблюдать и ждать, а не встречаться с ним лицом к лицу.

Девон доел крекеры, стряхнул крошки с лица и встал. — Пошли. Я хочу разведать больше мест для Хизер.