Плоская и толстая. Эти два слова пришли Саре в голову, когда она посмотрела в зеркало. Что она часто и делала.

Как может человек с таким округлым животом быть плоским, как гладильная доска? Другие девушки могли бы описать свои формы как песочные часы или грушу. Но Сара была похожа на картофелину. Глядя на свой выпуклый нос, торчащие уши и то, как все ее части, казалось, прилипли к телу наугад, она вспоминала куклу из серии ''Смешивай и Сочетай'' с разными глазами, ушами, носами, ртами и другими частями тела, которые можно было наклеить на куклу, чтобы сделать ее забавной. И вот какое прозвище она придумала впоследствии для себя: миссис «Смешивай и Сочетай».

Но, по крайней мере, у куклы миссис «Смешивай и Сочетай» был мистер «Смешивай и Сочетай». В отличие от девочек в школе, которых она называла красавицами, у Сары не было парня или какой-либо перспективы на него. Конечно, был один мальчик, на которого она смотрела, о котором мечтала, но она знала, что эти чувства не взаимны. Она догадывалась, что ей, как и кукле в её одинокие дни, придется просто ждать, пока не появится какой-нибудь столь же непростительно выглядящий парень.

Но ей нужно было закончить подготовку к школе. Все еще глядя на своего злейшего врага, зеркало, она нанесла немного туши и розового тонированного бальзама для губ. На день рождения мама наконец разрешила ей слегка накраситься. Она тщательно расчесала свои густые, мышиного цвета волосы. Это было так хорошо, как только могло получиться. И это было нехорошо.

Стены комнаты Сары были украшены фотографиями моделей и поп-звезд, вырезанных из журналов. Их глаза были дымчатыми, губы полными, ноги длинными. Они были стройными, соблазнительными и уверенными в себе, молодыми, но женственными, и их идеальные тела одеты в одежду, о которой Сара даже не могла мечтать. Иногда, собираясь утром, ей казалось, что эти богини красоты смотрят на нее с разочарованием.

"О, — казалось, говорили они, — И вот это ты носишь?'' Или: ''Нет никакой надежды на то, что ты станешь моделью''.И все же ей нравилось, что там были богини. Если она не могла видеть красоту смотря в зеркало, то, по крайней мере, она могла видеть ее, когда смотрела на стены.

На кухне мама была одета для работы в длинное платье с цветочным принтом, ее длинные волосы цвета соли с перцем были распущены.

Ее мама никогда не красилась и не делала ничего особенного со своими волосами, и у нее была склонность набирать вес вокруг бедер. И все же Сара вынуждена признать, что у мамы была природная красота, которой ей самой недоставало. "Может быть, красота перескакивает через поколение", - подумала Сара.

— Привет, кексик, — сказала мама. — Я взяла несколько рогаликов. У меня такие, как ты любишь, с семенами. Хочешь, я тебе один в тостер положу

— Нет, я просто возьму йогурт, — сказала Сара, хотя ее рот наполнился слюной при мысли о поджаренном рогалике, намазанном сливочным сыром, — Мне не нужны все эти углеводы.

Мама закатила глаза.

— Сара, в этих маленьких стаканчиках из-под йогурта, на которых ты живешь, всего девяносто калорий. Удивительно, что ты не падаешь в обморок от голода в школе, — она откусила большой кусок рогалика приготовленный для себя, сложив верх и низ вместе, как сэндвич, — Кроме того, — сказала мама с набитым ртом, — ты слишком молода, чтобы беспокоиться о углеводах.

— "А ты уже слишком взрослая, чтобы не беспокоиться о них," — хотела сказать Сара, но сдержалась.

— Йогурта и бутылки воды будет достаточно, чтобы продержаться до обеда.

— Как хочешь, — сказала мама. — Но этот рогалик восхитителен.

В этот раз Сара добралась до школьного автобуса вовремя, так что ей не пришлось идти пешком. Она сидела одна и смотрела уроки макияжа на своем телефоне.

Может быть, на следующий день рождения мама разрешит ей носить не только тушь для ресниц, ВВ-крем и тонированный бальзам для губ. Она могла получить то, что ей нужно, чтобы сделать настоящую контурную пластику, чтобы ее скулы выглядели более выраженными, а нос менее выпуклым. Профессиональная обработка бровей тоже очень помогла бы. Прямо сейчас она и ее пинцет вели ежедневную битву против бровей.

Перед первым уроком, доставая учебник из шкафчика, она увидела их. Они расхаживали по коридору, как супермодели на подиуме, и все останавливались, чтобы посмотреть на них. Лидия, Джиллиан, Табита и Эмма. Они были болельщицами.

Они были королевской крови, звезды. Были теми, кем хотела быть каждая девочка в школе и с кем хотел быть каждый мальчик в школе.

Они были прекрасны.

У каждой девушки была своя особенность красоты. У Лидии светлые волосы, голубые глаза и румяное лицо; а у Джиллиан огненно-рыжие волосы и кошачьи зеленые глаза. Табита была темноволосой, с шоколадно-карими глазами и блестящими черными волосами, а у Эммы были каштановые волосы и огромные, как у лани, глаза. У всех были длинные волосы, чтобы они могли быть роскошно распущенны по плечам. Девушки были стройными, но с достаточным количеством изгибов, чтобы украсить их одежду в груди и бедрах.

А одежда!

Их одежда была такой же красивой, как и они сами, вся она покупалась в дорогих магазинах больших городов, которые посещались во время каникул. Сегодня все они были одеты в черное и белое: короткое черное платье с белым воротничком и манжетами у Лидии, белая блузка с черно-белой мини-юбкой в горошек у Джиллиан, блузка с черно-белыми полосками у…

— Кто они, пингвины? — Голос прервал восхищенные мысли Сары.

— А? — Сара обернулась и увидела Эбби, свою лучшую подругу с детского сада. На ней было какое-то отвратительное пончо и длинная свободная юбка в цветочек. Она выглядела так, будто должна была управлять будкой предсказаний на школьном карнавале.

— Я сказала, что они похожи на пингвинов, — произнесла Эбби. — Будем надеяться, что поблизости нет голодных тюленей, — она издала громкий лающий звук, а затем рассмеялась.

— Ты сошла с ума, - сказала Сара. — Я считаю, они выглядят идеально.

— Ты всегда так говоришь, — сказала Эбби. Она прижимала к груди учебник по обществознанию. — И у меня есть теория, почем.

— У тебя есть теория на любой счет, — сказала Сара. Это было правдой. Эбби хотела стать ученым, и все эти теории, вероятно, пригодятся ей в один прекрасный день, когда она будет работать над своей докторской диссертацией.

— Помнишь, как мы играли в Барби когда были маленькими? — спросила Эбби.

Когда они были маленькими, у них были розовые чемоданы, наполненные Барби, их различной одеждой и аксессуарами. Они по очереди несли свои чемоданы в дома друг друга и играли часами, останавливаясь только для того, чтобы выпить сок и перекусить крекерами.

Тогда жизнь была такой легкой.

— Да, - сказала Сара. Это было забавным. Эбби почти не изменилась с тех пор, по-прежнему заплетала волосы в те же косы и носила очки в золотой оправе. Брекеты и несколько дюймов роста были единственными изменениями. И все же, когда Сара смотрела на Эбби, она могла, по крайней мере, видеть, что потенциал красоты у нее был. Эбби имела безупречную кофейно-кремовую кожу и поразительные карие глаза. У нее было изящное, стройное тело, даже если оно скрывалось под отвратительными пончо и другой мешковатой одеждой; после школы она посещала уроки танцев. У Сары не было красоты, и это мучило ее. Эбби же была красива, но недостаточно, чтобы обращать на это внимание.

— Моя теория, — сказала Эбби, оживляясь, как всегда, когда читала лекцию, - заключается в том, что раньше ты любила играть с Барби, но теперь, когда ты слишком взрослая для них, тебе нужна замена Барби. Эти пустоголовые модницы — твоя замена Барби. Вот почему ты хочешь играть с ними.

Играть? Иногда казалось, что Эбби все еще маленький ребенок.

— Я не хочу с ними играть, - сказала Сара, хотя и не была уверена, — Я слишком взрослая, чтобы играть с кем-то. Я просто восхищаюсь ими, вот и всё.

Эбби закатила глаза, — А чем тут восхищаться? Тот факт, что они могут сочетать свои тени для век с их нарядами? Если позволишь, я продолжу восхищаться Марией Кюри и Розой Паркс.

Сара улыбнулась. Эбби всегда была такой занудой. Симпатичный ботаник, но все же ботаник. — Ну, ты никогда особо не интересовалась модой. Я помню, как ты обращалась со своими Барби.

Эбби улыбнулась в ответ, — Ну, был один, которого я побрила наголо. А еще была та, с волосами зеленого цвета и волшебным маркером, она выглядела как какой-то сумасшедший суперзлодей, — Она пошевелила бровями, — Вот если бы эти маленькие королевы позволили мне так с ними играть, я бы заинтересовалась.

Сара рассмеялась, — Это ты у нас суперзлодей.

— Нет, — ответила Эбби, — просто умник. Вот почему я намного веселее, чем эти чирлидерши, — Эбби слегка помахала рукой и поспешила в класс.

За обедом Сара сидела напротив Эбби. Была пятница, день пиццы, и на подносе Эбби лежал один из школьных прямоугольных ломтиков пиццы, чашка фруктового коктейля и пакет молока. Школьная пицца была не самой лучшей, но все равно это было пиццей, а пицца всегда хороша. Правда слишком много углеводов. Вместо этого Сара зашла в салат-бар и заказала зеленый салат с нежирной заправкой из винегрета. Она любила салат с соусом «Ранчо» гораздо больше чем винегрет, но в «ранчо» было гораздо больше калорий.

Другие дети за столом были занудами, которые торопились с обедом, так как хотели поиграть в карты до звонка. Сара знала, что красавицы называли этот стол столом неудачников.

Сара ткнула в салат тупой пластиковой вилкой, — А что бы ты сделала, — спросила она Эбби, — если у тебя было миллион долларов

Эбби усмехнулась, — О, это просто. Сначала я бы...

— Подожди, — сказала Сара, потому что знала, что именно Эбби собирается сказать, — Ты не можешь отдать их обществу защиты прав человека, бездомным или кому-то еще. Деньги нужно просто потратить на себя.

Эбби улыбнулась, — И поскольку это воображаемые деньги, я не должна чувствовать себя виноватой.

— Вот именно, — сказала Сара, хрустя морковкой.

— Хорошо, — Эбби откусила кусочек пиццы и задумчиво прожевала, — Ну, в таком случае я бы использовала деньги для путешествий. Сначала в Париж, я думаю, с мамой, папой и братом. Мы останавливались бы в дорогих отелях, ходили на Эйфелеву башню и в Лувр, ели в лучших ресторанах, пили кофе в дорогих кафе и наблюдали за людьми. А что бы ты сделала?

Сара принялась гонять салат по тарелке, — Ну, я бы точно профессионально отбелила зубы, сходила бы в один из элитных салонов, подстриглась и покрасилась. Блондинка, но реалистично выглядящая блондинка. Я получала бы процедуры по уходу за кожей и преображение лица с действительно хорошим маникюром, а не дешевым аптечным видом. И мне сделают операцию на носу. Есть и другие косметические процедуры, которые я хотела бы иметь, но я не думаю, что они будут делать их на ребенке.

— И они не должны этого делать! — сказала Эбби. Она выглядела потрясенной, как будто Сара сказала что-то очень плохое, — Серьезно, ты готова пройти через всю эту боль и страдания только для изменения внешности? Мне удалили гланды, и это было ужасно. Я больше никогда не буду оперироваться без надобности, — она пристально посмотрела на Сару. — Кстати, что у тебя с носом?

Сара поднесла руку к носу, — Разве это не очевидно? Он огромен.

Эбби рассмеялась, — Нет, это не так. Это просто обычный нос. Красивый нос. И когда ты думаешь об этом, есть ли у кого-нибудь действительно красивый нос? Носы немного странные. Вообще-то мне больше нравятся носы животных, чем людей. У моей собаки очень милый нос.

Сара бросила взгляд на столик красавиц. У всех были идеальные крошечные носы, очаровательные маленькие пуговки. Ни одного картофельного носа в этой связке.

Эбби посмотрела на стол, на который смотрела Сара. — О, опять пингвины? Ладно, дело в том, что пингвины могут быть милыми, но все они выглядят одинаково. Ты — личность, и ты должна выглядеть как личность.

— Да, я уродливый тип, — сказала Сара, отодвигая тарелку с салатом.

— Нет, симпатичная особа, которая слишком беспокоится о своей внешности, — Эбби протянула руку и коснулась предплечья Сары, — Ты очень изменилась за последние пару лет, Сара. Раньше мы часто говорили о книгах, фильмах и музыке. Теперь все, о чем ты хочешь говорить — это о том, как тебе не нравится твоя внешность, и о всей одежде, прическах и макияже, которые ты хотела бы себе позволить. И вместо того, чтобы иметь на стене милых зверюшек, как ты привыкла, у тебя есть фотографии всех этих тощих моделей. Детеныши животных нравились мне гораздо больше.

Сара почувствовала, как гнев подступает к горлу, словно желчь. Как смеет Эбби судить ее? Друзья это те люди, которые тебя не осуждают. Она встала. — Ты права, Эбби, — сказала она достаточно громко, чтобы все присутствующие повернулись к ней, — Я изменилась. Я уже выросла, а ты нет. Я думаю о взрослых вещах, а ты все еще покупаешь наклейки, смотришь мультики, рисуешь лошадей!

Сара так рассердилась, что ушла, оставив свой поднос на столе, чтобы кто-нибудь другой убрал.

К концу занятий у Сары созрел план. Она больше не собиралась сидеть за столом неудачников, потому что не собиралась быть неудачником. Она будет настолько популярной и красивой, насколько это возможно.

Удивительно, как быстро ее план встал на свои места. Вернувшись домой, она порылась в ящике комода, где хранила деньги. У нее было двадцать долларов от бабушки на день рождения и еще десять из карманных денег. Этого было достаточно.

Магазин косметики и парфюмерии находился всего в пятнадцати минутах ходьбы от ее дома. Она могла добраться туда и обратно и сделать все, что нужно, до того, как мама вернется домой в шесть.

В ярко освещенном магазине ряд за рядом стояли косметические принадлежности: щетки и щипцы для завивки волос, фены, лак для ногтей и косметика. Она направилась к разделу с надписью "цвет волос". Ей не нужно было иметь миллион долларов, чтобы стать блондинкой. Она могла бы сделать это за десять баксов и выглядеть на миллион. Сара выбрала коробку с надписью "чистая платина", украшенную изображением улыбающейся модели с длинными, светящимися волосами цвета белого золота. Красиво.

У женщины за кассой были явно крашеные ярко-рыжие волосы и накладные ресницы, делающие ее похожей на жирафа. — ''Теперь, если ты хочешь, чтобы твои волосы выглядели как на картинке, тебе придется сначала их обесцветить,'' — сказала она.

— Как их отбелить? — спросила Сара. Ее мама иногда использовала отбеливатель и воду, чтобы вымыть полы. Конечно, это не одно и то же.

— Тебе понадобится перекись водорода, которая находится в разделе номер два, — сказала кассирша.

Когда Сара вернулась с пластиковой бутылкой, женщина посмотрела на нее прищуренными глазами, — А твоя мама знает, что ты собираешься покрасить волосы, милая

— О, конечно, — сказала Сара, стараясь не смотреть ей в глаза, — Мама не возражает.

Она не знала, будет ли мама возражать или нет, при этом догадывалась, что скоро узнает.

— Ну, тогда это хорошо, — сказала она, пробивая покупки Сары. — Может быть, она сможет тебе помочь. Убедитесь, что ты получишь хороший и равномерный покрас.

Дома Сара заперлась в ванной и прочитала инструкцию по применению краски для волос. Она казалась достаточно простой. Она надела пластиковые перчатки, которые прилагались к набору краски для волос, накинула полотенце на плечи и нанесла на волосы перекись водорода. Она не знала, как долго держать перекись, поэтому села на край ванны, поиграла в несколько игр на своем телефоне и посмотрела несколько уроков макияжа на YouTube.

Сначала у нее зачесалась голова. Потом она начала гореть. Она «горела» так, словно кто-то бросил Саре в волосы горсть зажженных спичек. Сара быстро набрала в своем телефоне: "как долго оставлять перекись в волосах. "

Ответ, который появился: "не более 30 минут''. Как давно она ее оставила? Она вскочила на ноги, схватила съемный душ, включила холодную воду, наклонила голову над ванной и начала брызгать. Холодная вода успокаивала ее пылающую голову.

Когда Сара посмотрела в зеркало ванной, ее волосы были совершенно белыми, будто она стала старухой задолго до своего времени. В ванной воняло хлоркой, отчего у нее текло из носа и слезились глаза. Она приоткрыла окно и открыла флакон с краской для волос.

Пришло время завершить ее превращение.

Она встряхнула ингредиенты для окрашивания волос в бутылочке для отжима, разбрызгала смесь по всем волосам и помассировала их. Она поставила будильник на телефоне, чтобы он зазвонил через двадцать пять минут, и приготовилась ждать. К тому времени, когда мама вернется домой, Сара будет выглядеть совершенно другим человеком.

Она счастливо играла на телефоне, пока не зазвонил будильник, а затем снова ополоснулась съемным душем. Она не стала утруждать себя кондиционером, который прилагался к набору для окрашивания волос, потому что ей не терпелось увидеть результат. Сара вытерла волосы полотенцем и подошла к зеркалу, чтобы посмотреть на себя новую.

Она закричала.

Она закричала так громко, что соседская собака залаяла. Волосы у нее стали не платиновыми, а грязно-зелеными. Она вспомнила Эбби в детстве, когда та красила волосы своей Барби зеленым маркером. Теперь Сара была той самой Барби.

Но как? Как она могла сделать что-то, чтобы сделать себя красивой и в конечном итоге стать еще более уродливой, чем раньше? Почему жизнь так несправедлива? Она побежала в свою комнату, бросилась на кровать и заплакала. Она, должно быть, плакала в мучительном сне, потому что позже ее мама уже сидела на краю кровати и когда Сара проснулась спросила: "что здесь произошло?"

Сара подняла голову. Она видела шок в глазах матери. — Я... я пыталась покрасить волосы, - всхлипнула Сара, — Я хотела быть блондинкой, но я...

— Твои волосы зеленые. Я это вижу, - сказала Мама. — Ну, я бы сказала, что у тебя будут последствия, если ты покрасила волосы без моего разрешения, но я думаю, ты уже испытываешь некоторые из них. Ты все равно будешь убирать в ванной. Правда сейчас нам нужно посмотреть, что мы можем сделать, чтобы сделать тебя менее похожим на ... Марсианина. — Она коснулась волос Сары, — Уф, на ощупь как солома. Слушай, надень ботинки. Парикмахерская в торговом центре должна быть еще открыта. Может быть, они смогут это исправить.

Сара надела туфли и засунула свои моховые локоны под бейсболку. Когда они добрались до салона и Сара сдернула шапочку, стилист ахнул, — Хорошо, что вы позвонили девять-один-один. Это определенно чрезвычайная ситуация с волосами.

Через полтора часа у Сары снова были каштановые волосы, теперь на несколько дюймов короче, потому что стилисту пришлось отрезать поврежденные концы.

— Ну, — сказала мама, когда они сели в машину по дороге домой, — это была большая часть моей зарплаты. Наверное, мне следовало просто отпустить тебя в школу с зелеными волосами. Это сослужило бы тебе хорошую службу.

Сара вернулась в школу не в сиянии славы платиновой блондинки, а в своем обычном мышино-коричневом обличье. Тем не менее, когда подошло время обеда, она решила, что даже без светлых волос не будет сидеть за столом неудачников. Она обслужила себя из салатного бара, а затем прошла мимо того места, где сидела Эбби. Ей не нужно было, чтобы Эбби критиковала ее сегодня.

Когда она подошла к столику красавиц, в животе у нее образовался узел. Должно быть, они решили, что сегодня день джинсов, потому что все они были одеты в симпатичные узкие джинсы с облегающими верхушками цвета драгоценных камней и соответствующие скользящие парусиновые туфли.

Сара села на противоположном конце стола, достаточно далеко, чтобы не показаться навязчивой, но достаточно близко, чтобы они могли включить ее в разговор, если захотят.

Она подождала несколько минут, ожидая, что кто-нибудь из них скажет ей уйти, но никто этого не сделал. Она почувствовала облегчение и надежду, но потом поняла, что никто из них даже не заметил ее. Они просто продолжали свой разговор, как будто она была невидимой.

— Она этого не говорила

— Ох, она так сказала!

— Нет!

— Да!

— И что же он ответил?

Сара перекладывала салат на тарелке и пыталась следить за разговором, но понятия не имела, о ком они говорят, и уж точно не собиралась их спрашивать. Возможно, они даже не услышат ее. Если они Сару не видят, то, скорее всего, и не слышат. Она чувствовала себя призраком.

Сара взяла свой поднос и направилась к мусорке, отчаянно желая выбраться из кафетерия, отчаянно желая выбраться из всей школы, в самом деле.

Однако осталось еще два урока, которые надо вытерпеть — скучные социальные занятия и глупая математика. Потерявшись в своих мыслях, она врезалась в высокого парня, вываливав остатки своего салата на его хрустящую белую рубашку.

Сара посмотрела в голубые, как океан, глаза Мэйсона Блэра, самого идеального парня в школе, который, как она всегда надеялась, мог заметить ее.

— Эй, смотри, куда идешь, — сказал он, снимая кусочек огурца со своей дорогой дизайнерской рубашки. Покрытый винегретом овощ оставил идеальный маслянистый круг в середине его груди.

— Извини, — пискнула она, затем бросила остатки из тарелки в мусорное ведро и выбежала из кафетерия.

Какой кошмар! Она хотела, чтобы Мейсон заметил ее, но не так. Не так, как уродливую, неуклюжую девушку с поврежденными, вьющимися каштановыми волосами, придававшую новый смысл словам "бросила салат". Ну почему у нее всё должно было пойти не так? Красавицы никогда не делали ничего глупого или неуклюжего, никогда не унижались перед симпатичным мальчиком. Их красота была подобна броне, защищающей от жизненной боли и смущения.

Когда учебный день наконец подошел к концу, Сара решила пройтись до дома пешком. Учитывая, как прошел ее день, она не считала, что должна рисковать снова оказаться с большой группой детей.

Это было бы первым шагом к катастрофе. Она шла одна, говоря себе, что с таким же успехом могла бы привыкнуть к одиночеству. Она всегда будет одна. Сара прошла мимо «Brown Cow», киоска с мороженым, куда красавицы ходили со своими парнями после школы. Смеясь, они сидели вместе за столиками, делясь молочными коктейлями или мороженым. И конечно же, красавицы могли съесть столько мороженого, сколько захотят, не прибавив унции. Жизнь была так несправедлива.

Чтобы добраться до своего дома, Саре пришлось пройти мимо мусоропровода. Это уродливое пространство грязи, заполненное разрушенными трупами автомобилей. Здесь были разбитые пикапы, раздавленные внедорожники и автомобили, которые превратились в ржавые кучи хлама

Она была уверена что никто из красавиц не проходил мимо столь отвратительного места по дороге домой.

Даже несмотря на то, что свалка была ужасной - или, может быть, потому, что Сара была такой ужасной, она не могла смотреть на помойку, когда проходила мимо. Она была похожа на проезжающего мимо водителя, глазеющего на аварию у обочины дороги.

Ближайшая к забору машина определенно вписывалась в категорию "куча хлама". Это был один из тех больших старых седанов, на которых до сих пор ездят только очень пожилые люди, такие машины мама Сары называла сухопутными яхтами. Эта яхта знавала и лучшие времена. Когда-то он был светло-голубым, но теперь стал в основном ржаво-оранжево-коричневым. В некоторых местах ржавчина проела весь металл, а кузов машины был настолько изношен, что казалось, будто на него напала разъяренная толпа с бейсбольными битами в руках.

И тут она увидела руку.

Из багажника машины торчала тонкая, изящная рука, маленькая белая ладошка с растопыренными пальцами, словно махала приветствуя. Или махала прося помощи, как будто кто-то тонет.

Сара сгорела от любопытства. К чему была привязана эта рука? Ворота свалки были не заперты. Никто, казалось, не смотрел на нее. Оглядевшись по сторонам, дабы убедиться, что поблизости никого нет, она вошла на свалку.

Она подошла к старому седану и дотронулась до «его» руки, а потом и до самой ладони. На ощупь рука была металлическая. Сара нашла ручку багажника и потянула ее, но рычаг не поддавался. Машина была настолько помята и потрепана, что багажник больше не открывался и не закрывался должным образом.

Сара вспомнила историю, которую однажды читала ее классу учительница начальных классов о короле Артуре, единственном, кто смог вытащить меч из камня. Сможет ли она вытащить эту куклу или что там еще из разбитого автомобиля? Она огляделась вокруг, пока не нашла крепкий плоский кусок металла, который, возможно, мог бы послужить заменой лома.

Сара уперлась ногой в помятый бампер машины, просунула кусок металла внутрь багажника и потянула. В первый раз, багажник вообще не поддался, но во второй раз, это было так, словно он открылся, выбив ее из равновесия. Сара упала навзничь и приземлилась задницей в грязь. Она встала, чтобы осмотреть владельца руки.

Было ли это куклой, брошенной уже выросшей из игрушек девочкой в мусорку?

Сара вытащила куклу из багажника и поставила ее на ноги, хотя, взглянув на нее, не была уверена, что слово "кукла" подходит для нее. Кукла была на несколько дюймов выше самой Сары, и у неё были такие суставы, что ее конечности и талия казались подвижными. Это была марионетка? Робот?

Что бы это ни было, оно было прекрасно. У нее большие зеленые глаза с длинными ресницами, розовые губы Купидона с кругами на щеках. Ее лицо раскрашено, как у клоуна, но как у очень симпатичного клоуна. Рыжие волосы были собраны в две косички на макушке, а тело было гладким и серебристым, с длинной шеей, тонкой талией и округлыми бедрами, бюстом. Ноги и руки были длинными, тонкими, изящными. Она выглядела как роботизированная версия великолепных супермоделей, чьи фотографии висели на стенах комнаты Сары.

Откуда же она взялась? И зачем кому-то понадобилось избавляться от такого прекрасного, совершенного предмета?

Ну, если тот, кто положил эту штуку на свалку, не хотел ее оставлять у себя, то это сделает Сара. Она подняла робота в форме девочки и обнаружила, что он удивительно легкий. Она несла ее боком, обхватив рукой за тонкую талию.

Дома, в своей комнате, Сара поставила девочку-робота на пол. Робот был немного потускневший и пыльный, как будто какое-то время пролежал в мусорной куче. Сара пошла на кухню и взяла тряпку с флаконом чистящего средства, которое должно было быть безопасным для металлических поверхностей. Она обрызгала и протерла переднюю часть робота, дюйм за дюймом, с головы до ног. Сияние от чистоты делало его еще более красивым. Когда Сара встала за роботом с другой стороны, она заметила переключатель в нижней части его спины. После того, как она закончила вытирать его, она переключила переключатель. Ничего не произошло. Сара отвернулась, слегка разочарованная. Но робот все равно был классным, даже если он ничего не делал.

Но тут какой-то дребезжащий звук заставил Сару обернуться. Робот дрожал всем телом, как будто собирался либо набирать обороты, либо совсем сломаться. А потом все стихло.

Сара снова смирилась с мыслью, что робот ничего не делал.

Пока не произошло это.

Талия робота повернулась, заставляя его верхнюю часть тела двигаться. Он медленно поднял руки, а затем опустил их. Его голова повернулась к Саре, казалось, что он смотрит на нее своими большими зелеными глазами.

— Привет, дружище, — произнесла она слегка металлическим голосом молодой девушки, — Меня зовут Элеонора.

Сара знала, что это существо не может говорить с ней лично, но чувствовала, что так оно и есть, — Привет, — прошептала она, чувствуя себя немного глупо из-за того, что вступила в разговор с неодушевленным предметом, — Меня зовут Сара.

— Приятно познакомиться, Сара, — сказала девушка-робот.

Как же она произнесла имя в ответ? "Должно быть, у этого робота довольно сложный встроенный компьютер или что-то в этом роде", - подумала Сара. Об этом мог знать ее брат, он учился в колледже специализированном на компьютерных науках.

Робот сделал несколько удивительно плавных шагов в сторону Сары. —'Спасибо, что спасла меня и привела в порядок, Сара, — сказала Элеонора.

— Я чувствую себя как новенькая, — Она сделала красивый, женственный поворот, ее короткая юбка развевалась.

У Сары отвисла челюсть. Была ли эта штука способна на настоящий разговор, на настоящие мысли? — ''Гм, ты не против? Сейчас, - сказала Элеонора положив свою холодную, твердую маленькую руку на щеку Сары. — Скажи мне, что я могу для тебя сделать, Сара. "

Сара уставилась на безучастно красивое лицо робота, — Что ты имеешь в виду?

— Ты помогла мне. А теперь я должна сделать для тебя что-нибудь приятное. Элеонора склонила голову набок, как прелестный щенок, — Чего ты хочешь, Сара? Я хочу, чтобы все твои желания сбылись.

— Да так, ничего особенного, — ответила Сара. Это была неправда, но действительно, как этот робот мог заставить ее желания сбыться?

— ''Все чего-то хотят, — сказала Элеонора, убирая волосы с лица Сары, — Чего хочешь ты, Сара?"

Сара глубоко вздохнула. Она смотрела на изображения моделей, актрис и поп-звезд на стенах своего дома.

Элеонора была роботом, и она не осудила бы Сару, — Я хочу, чтобы, — она прошептала, чувствуя себя неловко. — Я хочу... стать красивой!

Элеонора захлопала в ладоши, — Стать красивой! Какое чудесное желание! Но это большое желание, Сара, а я маленькая. Дай мне двадцать четыре часа, и у меня будет план, как осуществить его.

— Хорошо, конечно,— сказала Сара. Но она ни на минуту не поверила, что этот робот способен преобразить ее внешность. Она даже не могла до конца поверить, что ведет с ним настоящий разговор.

Когда Сара проснулась на следующее утро, Элеонора стояла в углу, такая же неподвижная и безжизненная, как и другие декоративные предметы в комнате Сары, не более живая, чем игрушка Фредди Фазбера, с которым она спала до 6 лет. Может быть, разговор с Элеонорой был просто особенно ярким сном.

В тот день, когда Сара вернулась домой из школы, Элеонора повернулась на другой бок, подняла и опустила руки и плавно подошла к Саре.

— Я приготовила тебе кое-что, Сара, — сказала она. Робот заложил руки за спину и достал ожерелье. Это была массивная серебряная цепочка с большим, мультяшным серебряным сердечком, висящим на ней. Это было необычным украшением.

Хорошеньким украшением.

— Ты сделала это для меня? — сказала Сара.

— Да, — сказала Элеонора, — Я хочу, чтобы ты дала мне обещание. Я хочу, чтобы ты надела это ожерелье и никогда, никогда его больше не снимала. Ты обещаешь, что всегда будешь его носить?

— Обещаю, - сказала Сара. — Спасибо, что сделала его для меня. Оно очень красивое.

— И ты тоже будешь красивой, — сказала Элеонора. — Поскольку твое желание так велико, Сара, я могу исполнять его лишь понемногу. Однако если ты всегда будешь носить его, то каждое утро, после сна ты будешь немного красивее, чем накануне, — она протянула ожерелье, и Сара взяла его.

— Хорошо, спасибо, — сказала Сара, все так же ни на минуту не поверив Элеоноре. Но она все равно надела ожерелье, потому что оно было красивым.

— Выглядит прекрасно на тебе, — сказала Элеонора, — А теперь, чтобы ожерелье сработало, ты должна позволить мне спеть тебе перед сном.

— Например, сейчас? — спросила Сара.

Элеонора кивнула.

— Но сейчас еще рано. Мама еще даже не вернулась с работы-

— Чтобы ожерелье сработало, ты должна позволить мне спеть тебе перед сном, — повторила Элеонора.

— Ну, я думаю, что могу немного вздремнуть, — сказала Сара, не совсем уверенная, что она уже не спит и не видит сны.

— Ложись в постель, — сказала Элеонора, плавной походкой направляясь к кровати Сары. Несмотря на то, что она была роботом, все в Элеоноре было таким женственным и прекрасным.

Сара откинула одеяло и легла в постель. Элеонора присела на край кровати и погладила Сару по волосам своей маленькой холодной рукой. Она пела:

''Ложись спать, ложись спать,

Ложись спать, моя милая Сара,

После сна, после сна

Мечты станут явью.''

Прежде чем Элеонора пропела последнюю ноту, Сара уже спала.

Сара обычно была сонной и раздражительной по утрам, но сегодня утром она проснулась в отличном настроении. Элеонора, как она заметила, неподвижно стояла в углу комнаты в своей позе неодушевленного предмета. Каким-то образом присутствие Элеоноры заставляло Сару чувствовать себя в безопасности, как будто робот стоял на страже.

Может быть, Элеонора была действительно просто неодушевленным предметом, подумала Сара, вставая с постели. Но потом она протянула руку и нащупала серебряный кулон в виде сердца. Он висел прямо у нее под горлом. Если ожерелье было настоящим, то и разговор с Элеонорой тоже должен быть настоящим. Когда она убрала руку с ожерелья, то заметила кое-что еще.

Ее рука. Точнее, обе ее руки. Они были более стройными и подтянутыми, а их кожа, обычно желтоватая, была здоровой и сияющей. Сухие участки кожи, к которым она была склонна, исчезли, и обе руки были мягкими и гладкими на ощупь. Даже ее обычно потрескавшиеся локти были мягкими, как носы котят.

И ее пальцы-когда она прикоснулась ими к своим рукам, они тоже почувствовали себя по-другому. Она вытянула руки, чтобы осмотреть их. Ее некогда короткие пальцы были длинными, изящными и заостренными. Ее некогда короткие, узловатые ногти теперь были длиннее кончиков пальцев и имели форму идеальных овалов. Удивительно, но они были также окрашены в великолепный нежно-розовый цвет, каждый ноготь напоминал идеальный лепесток розы.

Сара подбежала к зеркалу, чтобы хорошенько рассмотреть себя. То же самое сочетание лица, носа и тела, но теперь с идеальной парой рук и кистей. Она вспомнила слова Элеоноры, сказанные прошлой ночью: "каждое утро ты будешь немного красивее, чем накануне".

Сара определенно была немного красивее. Может быть, именно так все и должно было получаться-чтобы каждое утро какая-то часть её тела преображалась?

Она метнулась в угол, где стояла Элеонора, — Я люблю свои новые руки и кисти! Спасибо! — сказала она неподвижному роботу, — Значит, я буду просыпаться каждое утро с одной новой частью, пока полностью не буду преображена?"

Элеонора даже не пошевелилась. Ее лицо сохраняло все то же выражение лица.

— Ну, может быть, мне просто подождать и посмотреть, а? — сказала Сара, — Спасибо снова, — она встала на цыпочки, поцеловала робота в холодную твердую щеку и поспешила на кухню завтракать.

Ее мама сидела за столом с чашкой кофе и половинкой грейпфрута.— Ух ты, мне даже не пришлось кричать на тебя, чтобы ты поднялась сюда утром, — сказала мама, — Что происходит?

Сара пожала плечами: ''Ну, не знаю. Я только что проснулась с хорошим самочувствием. Наверное, я хорошо поспала'', — она насыпала в миску немного кукурузных хлопьев и залила их молоком..

— Ну, когда я вернулась домой, ты уже спала. Я думала разбудить тебя к ужину, но ты была без сознания, как огонек, — сказала мама. Она смотрела, как Сара сгребает хлопья, — И ты начала есть нормальную еду. Может быть, ты хочешь половинку этого грейпфрута?"

— Конечно, спасибо, — сказала Сара.

Когда она потянулась за грейпфрутом, мама схватила ее за руку, — Слушай, а когда ты успела отрастить ногти?

Сара знала, что не может сказать "вчера вечером", поэтому она сказала: "За две недели, я думаю."

— Ну, они выглядят фантастически, — сказала мама, сжимая ее руку, прежде чем отпустить, — И здоровыми тоже. Ты принимала те витамины, которые я тебе купила?

Сара не делала этого, но все равно сказала "да".

— Хорошо, — сказала мама, улыбаясь. — Это определенно того стоит.

После завтрака Сара одела розовую рубашку, которая идеально подходила к цвету ее ногтей, и отвела немного времени на прическу и макияж. В школе она чувствовала себя чуть менее незаметной.

Пока она мыла руки в туалете, туда вошла Джиллиан, одна из красавиц. Она посмотрела в зеркало на свое безупречное лицо и волосы, потом перевела взгляд на руки Сары. — О, я обожаю этот лак, — сказала она. Сара была так потрясена, что едва смогла произнести: "спасибо."

Джиллиан выскочила из туалета, несомненно, чтобы присоединиться к своим популярным подружкам.

Но она уже видела Сару. Она заметила Сару, и ей понравилось в ней по крайней мере одно. Весь остаток дня Сара улыбалась про себя.

Элеонора в основном вела ночной образ жизни. Когда последние лучи зимнего дневного света начали меркнуть, она поворачивала талию, опускала, поднимала руки и ожила.

— Привет, Сара, – сказала она своим жестяным маленьким голоском, — Ты сегодня стала чуть красивее, чем вчера, как я и обещала?

— Да, — ответила Сара. Она не могла припомнить, чтобы когда-нибудь испытывала такую благодарность, — Спасибо.

Элеонора кивнула.—Хорошо. А ты хоть счастливее, чем вчера?

— Да, — сказала Сара.

Элеонора похлопала в свои ладошки.— Отлично. Это то чего я хочу. Исполнить твои желания и сделать тебя счастливой.Сара все еще не могла до конца поверить, что это в действительности происходит.— Очень мило с твоей стороны. Но зачем ты это делаешь?— Я уже сказала почему. Ты спасла меня, Сара. Ты вытащила меня из свалки, почистила и вернула к жизни. И теперь я хочу исполнить твои желания как крестная фея. Тебе нравится это?

— Да – сказала Сара, – Кому может не понравится крестная фея?— Отлично, — сказала Элеонора, — Тогда никогда, никогда не снимай это ожерелье, и позволь мне спеть тебе. Когда проснешься, опять станешь чуть красивее

Сара колебалась. Она знала, что ее мама посчитала странным увидеть Сару спящей рано вечером. Если бы Сара каждый вечер засыпала рано, ее мама беспокоилась бы, что она заболела или что-то в этом роде. Кроме того, была проблема с домашним заданием. Если она перестанет делать уроки, это тоже вызовет подозрения, как дома, так и в школе.

— Я позволю тебе спеть мне перед сном, — сказала Сара, — Но может быть, давай через несколько часов? Мне нужно поужинать с мамой, а потом сделать домашнее задание.

— Если ты так хочешь, — сказала Элеонора с легким разочарованием в голосе. — Но ты должна позволить мне уложить тебя спать как можно раньше. Очень важно, чтобы твоя красота отдыхала.

После ужина со спагетти и полутора часов математики с английским, Сара быстро приняла душ, почистила зубы и надела ночную рубашку. Затем она подошла к Элеоноре, которая неподвижно стояла в своем углу.

— Я готова, — сказала Сара.

— Тогда ложись в постель, как хорошая девочка, - сказала Элеонора.

Сара забралась под одеяло, и Элеонора подошла к кровати своей раскачивающейся походкой. Она села на край кровати и протянула руку, чтобы дотронуться до кулона в форме сердца Сары, — Не забудь всегда носить его и никогда, никогда не снимай, — сказала Элеонора.

— Я запомню, — сказала Сара.

Элеонора погладила Сару своей маленькой холодной рукой и спела ей колыбельную:

''Ложись спать, ложись спать,

Ложись спать, моя милая Сара,

После сна, после сна

Мечты станут явью''.

И снова Сара заснула, не успев понять, что на нее нашло.

Она проснулась, чувствуя себя отдохнувшей, а встав, то, казалось, стала чуть прямее, чуть горделивее, чуть ... выше?

Она подбежала к зеркалу и задрала ночную рубашку, обнажив ноги. Они были великолепны. Она больше не была коренастой Миссис ''Смешивай и сочетай'' с нелепыми ногами, прилипшими к ее коренастому телу. Ноги у нее были длинные и стройные, с подтянутыми икрами и изящными лодыжками, как у манекенщицы. Когда она провела по ним руками, кожа чувствовалась гладкой и изящной. Она заметила что ногти на ее идеальных, восхитительных пальцах ног были обработаны таким же розовым лаком, как и на руках.

Сара обычно посещала школу в джинсах, чтобы лучше прикрыть свои короткие конечности. Но сегодня она собралась надеть платье. Она подбежала к шкафу и достала прелестное платье цвета лаванды, которое мама купила ей прошлой весной. Тогда ей не нравилось, как платье смотрится, но теперь оно демонстрировало ее длинные, стройные руки и ноги. Она надела несколько балеток и полюбовалась своим отражением в зеркале.

Она все еще выглядела не совсем так, как хотела бы (Во-первых, картофельный нос остался прежним), но она определенно делала успехи. Она нанесла немного косметики, которую ей разрешалось носить, причесалась и спустилась на кухню.

Ее мама стояла у плиты, помешивая яйца на сковороде, — ''Поглядика на себя! Ты просто сногсшибательна! — мама с улыбкой оглядела ее с ног до головы, — Сегодня фотосессия или что-то в этом роде?"

— Нет, — ответила Сара, садясь за стол и наливая себе стакан апельсинового сока, — Просто сегодня мне захотелось сделать над собой усилие

— Есть ли кто-то особенный, ради которого ты стараешься? — спросила мама дразнящим тоном.

На мгновение мысли Сары вернулись к Мейсону Блэру, но затем она вспомнила, как наткнулась на него и опрокинула салат.— Нет, наверное, только для себя.

Мама улыбнулась, — Ого, это действительно приятно слышать. Не хочешь яичницу?

Сара внезапно ощутила сильный голод.— Конечно, — сказала она.

Ее мама приготовила яичницу и тосты, а затем присела. — Я не знаю, что это такое, — сказала мама, — но за последние пару дней ты стала казаться мне гораздо более взрослой и легкой в общении, — она отхлебнула кофе и задумалась, — Может быть, ты просто прошла через затруднительную стадию в прошлом году или около того, и начинаешь перерастать ее

Сара улыбнулась, — Да, я думаю, что так оно и есть.

Это затруднительное положение было всей моей жизнью до того, как я встретила Элеонору, — подумала Сара.

В школе Сара заметила Эбби в коридоре и почувствовала острую тоску по ней.

У них так много общего, начиная с тех времен, когда они рисовали пальцами и играли в прятки. Но Эбби была упряма. Если Сара подождет извинений от Эбби, то этого может и не случится.

Она подошла к Эбби.— Привет

— Привет, — Эбби рылась в своем шкафчике, даже не посмотрев на Сару.

— Послушай, — сказала Сара, — Мне очень жаль, что я наговорила тебе столько гадостей

Наконец Эбби взглянула на нее.— Эй, ты не ошиблась. Я все еще люблю мультфильмы, наклейки и лошадей.

— Да, и в этом нет ничего плохого. Наклейки, лошади и мультфильмы-это очень мило. И ты очень милая. Мне очень жаль. Останемся друзьями? — она протянула руку, и Эбби рассмеялась, обняв ее вместо этого.

Когда Эбби высвободилась из объятий, она оглядела Сару с головы до ног.

— Эй, ты подросла что ли? — Эбби никак не могла этого объяснить.

— Нет, я просто работаю над осанкой.

— Ну, ты определенно преуспеваешь.

Элеонора уложила Сару ее обыденной милой колыбельной. Этим утром в постели она оглядела свое тело, в поисках изменений. К ее удивлению, те части тела, которые раньше были мягкими и дряблыми, теперь стали тугими и подтянутыми, а те, что были плоскими и детскими, теперь стали округлыми и женственными.Сара выбрала приталенную футболку и мини-юбку для школы.За завтраком она спросила маму. — Мы можем пойти за покупками в эти выходные?— Ну, я получу зарплату в пятницу, так что это не обсуждается, — сказала мама, попивая кофе, — Тебе нужно что-то конкретное?Сара опустила взгляд на свою грудь, смущенно улыбаясь

— Ох! — удивленно сказала мама. — Ну, это произошло незаметно. Конечно, мы можем купить тебе несколько подходящих бюстгальтеров, — она улыбнулась и покачала головой. — Я не могу поверить, как быстро ты растешь.

— Я тоже не могу поверить, — это была правда.

— Такое чувство, будто это происходит за одну ночь, — сказала мама.

"Потому что так оно и есть", — подумала Сара.

В школе Сара чувствовала на себе чей-то взгляд. Мальчишеские глаза. Впервые она почувствовала, что ее заметили. Она чувствовала, что на нее смотрят. Это было головокружительно. Захватывающе.

В коридоре по пути к кабинету английского языка трое симпатичных мальчиков взглянули на нее, переглянулись и что-то зашептали, а потом рассмеялись.

Но это не было насмешкой или сатирой.

Удивляясь тому, что они сказали, Сара оглянулась и наткнулась прямо на... Нет, этого не может быть! Только не это! ...Мейсона Блэра.

Она почувствовала, что краснеет, и приготовилась к тому, что он снова скажет ей смотреть, куда она идет.

Но вместо этого он улыбнулся. У него были действительно великолепные зубы, ровные и белые.

— Мы должны перестать вот так натыкаться друг на друга, — сказал он.

— Вообще-то я думаю, что это я столкнулась с тобой, — сказала Сара. — По крайней мере, на этот раз я не несла салат.

— Да, — его улыбка была ослепительной, — Это было действительно забавно.

— Да, — сказала Сара, хотя ей показалось странным, что он назвал произошедшее с салатом забавным. Когда инцидент происходил, он казался раздраженным.

— Ну, если ты собираешься и дальше сталкиваться со мной, то мне, по крайней мере, нужно знать твое имя. Я не могу просто продолжать называть тебя салатовой девушкой.

— Я Сара. Но ты можешь меня называть салатовой девушкой, если хочешь.

— Очень приятно познакомиться, Сара. Я Мейсон.

— Я знаю, — она могла бы сама себя пнуть. Так много сделано только для того, чтобы держаться в тени.

— Ладно, ладно, увидимся позже, Сара салатовая девочка, — он одарил ее последней вспышкой улыбки.

— Увидимся, — сказала Сара. Она продолжила свой путь к кабинету английского, но все, о чем она могла думать, это о том, что у нее только что был разговор, нормальный разговор с Мейсоном Блэром.

В классе Сара села рядом с Эбби.

— Мейсон Блэр только что разговаривал со мной, — прошептала Сара. — То есть, по-настоящему разговаривал со мной.

— Я не удивлена, — прошептала Эбби в ответ, — В тебе есть что-то особенное.

— Что ты имеешь в виду?

Эбби наморщила лоб, задумавшись

— А я и не знаю. Я не могу точно выразить это словами. Как будто ты светишься изнутри наружу.

Сара улыбнулась, — Да, именно так оно и есть, — но на самом деле именно изменения снаружи заставляли ее светиться изнутри.

Вечером, когда Элеонора проснулась, Сара обняла ее. Было странно обнимать что-то такое твердое и холодное, и когда руки Элеоноры обхватили Сару, она почувствовала вспышку того, что могло бы быть страхом, но быстро отогнала это чувство. Бояться было нечего. Элеонора была ее подругой.

— Элеонора, — сказала Сара, отстраняясь от объятий, — Я так счастлива с моим новым телом. Это просто замечательно. Большое тебе спасибо!

— Я рада, — сказала Элеонора, склонив голову набок. — Все, чего я хочу, это чтобы ты была счастлива, Сара.

— Ну, я гораздо счастливее, чем была до того, как нашла тебя, — сказала Сара, — Сегодня все эти люди заметили меня. И им понравилось то, что они увидели. Даже парень, в которого я была влюблена, заговорил со мной.

— Это замечательно, — сказала Элеонора, — Я рада, что смогла исполнить все твои желания.

Внезапно яркое настроение Сары омрачилось.

— Ну, — сказала она, — не все из них, — она коснулась своего картофельного носа.

—Неужели? — в голосе Элеоноры звучало удивление, — Чего же ты все еще хочешь, Сара?

Сара глубоко вздохнула, — Я люблю свое новое тело, — сказала она. — Я действительно люблю его. Но я из тех, кого некоторые парни издалека называют симпатичными, но вблизи далеко не симпатичными.

Элеонора снова склонила голову набок, — Хорошенькая издалека? Я не понимаю, Сара.

— Ну, знаешь, парни говорят "она прекрасно выглядит издалека, но не подходи слишком близко к ее лицу".

— О! Далеко не красавица! — сказала Элеонора, — Теперь я все понимаю. — она рассмеялась металлическим смехом, — Это очень забавно.

— Это не так смешно, когда речь о тебе, — сказала Сара.

— Полагаю, что не так, — сказала Элеонора. Она коснулась щеки Сары, — Сара, ты действительно хочешь, чтобы я его изменила? Ты хочешь новое лицо?

— Да, я хочу, — сказала Сара, — Я хочу маленький носик, полные губы и высокие скулы. Я хочу длинные темные ресницы и красивые брови. Я больше не хочу выглядеть как Миссис «Смешивай и сочетай»

Элеонора снова рассмеялась своим звонким смехом. — Я могу сделать это для тебя, Сара, но ты должна понять, это масштабное изменение. Посмотрев в зеркало и увидев более длинные ноги или более округлую фигуру, понимаешь, что эти части тела выглядят так, будто ты выросла. Может быть, быстрее, чем ожидалось, но все же рост ребенка — это нормально. Это то, что, как ты знаешь, произойдет. Впрочем, всю свою жизнь ты смотришь в зеркало, на свое лицо и говоришь "Это я". Это правда, что твое лицо немного меняется, когда ты растешь, однако некоторые прежние черты остаются. Увидеть совершенно другое лицо в качестве своего отражения может быть настоящим шоком.

— Я хочу, чтобы это был шок, — сказала Сара, — Я ненавижу свое лицо таким, какое оно есть.

— Очень хорошо, Сара, — сказала Элеонора, глядя ей в глаза, — Пока ты в этом уверена.

После того как Сара поужинала с мамой и сделала домашнее задание, она приняла душ и приготовилась к тому, что Элеонора снова уложит ее спать.

Но когда она уютно устроилась под одеялом, ей в голову пришла тревожная мысль.— Элеонора?

— Да, Сара? — она уже стояла возле кровати Сары.

— А что подумает моя мама, если утром я сяду завтракать и у меня будет совершенно другое лицо?

Элеонора села на кровать. — Это хороший вопрос, Сара, но она ничего не заметит. Она может подумать, что ты выглядишь особенно отдохнувшей или здоровой, но она не заметит, что твое простое лицо сменилось совершенным. Матери всегда думают, что их дети красивы, поэтому, когда твоя мать смотрит на тебя, она всегда видит прекрасное.

— О, хорошо, — сказала Сара, снова чувствуя себя расслабленной. Неудивительно, что мать не понимала ее проблем. Она думала, что ее дочь уже красива. — Тогда я готова.

Элеонора коснулась сердцевидного ожерелья сары

— А ты помнишь…

— …Что я всегда должна носить его. Да, я запомнила.

— Хорошо, — Элеонора погладила Сару по волосам и снова запела:

''Ложись спать, ложись спать,

Ложись спать, моя милая Сара,

После сна, после сна

Мечты станут явью''.

Как и прежде, Сара почувствовала изменения еще до того, как увидела их. Проснувшись, она коснулась своего носа. Она чувствовала не картофельную луковицу, а дерзкое маленькое острие. Она провела руками по щекам и ощутила четко очерченные скулы. Она прикоснулась к своим губам и обнаружила, что они стали еще более пухлыми, чем прежде. Она вскочила с кровати, чтобы взглянуть на лицо.

Это было потрясающе. Человек в зеркале, осматривающий Сару, казалось был совершенно другим человеком, чем раньше. Элеонора была права: это шок. Но это приятный шок. Все, что она ненавидела в своей внешности, исчезло и сменилось абсолютным совершенством. Глаза у нее теперь большие, темно-синие, окаймленные длинными черными ресницами. Ее брови были изящными дугами. Нос у нее был крошечный и совершенно прямой, а губы напоминали розовый бантик Купидона. Ее волосы, все еще каштановые, стали более пышными и блестящими, ниспадая красивыми мягкими волнами. Она оглядела себя с головы до ног. Она улыбнулась сама себе своими ровными белыми зубами.

Красиво. У нее было теперь всё таким.

Она оглядела одежду в своем шкафу. Ничто из нее не казалось достойным ее красоты. Может быть, когда мама повезет ее по магазинам за бюстгальтерами, они также смогут выбрать несколько нарядов. После долгих раздумий она наконец выбрала красное платье, которое купила по своей прихоти, но так и не нашла в себе мужества надеть. Но сейчас она заслуживала быть в центре внимания.

Школа воспроизводила теперь совсем другое впечатление. Она чувствовала на себе взгляды всех: и парней, и девушек. Когда она посмотрела на красавиц, которые тоже сегодня были одеты в красное, они посмотрели на нее не с презрением, а с интересом.

За обедом она поздоровалась с Эбби и направилась прямиком туда, где сидели красавицы. На этот раз она не села прямо за их столик, а сделала вид, что небрежно прошла мимо него.

— Эй, новенькая, — окликнула ее Лидия, — Ты хочешь посидеть с нами?

Она даже отдаленно не была новичком в школе, но внешне выглядела как новенькая, — Конечно, спасибо, - сказала Сара, стараясь говорить небрежно, как будто ей было все равно, с кем сидеть — с ними или с кем-то еще, но внутри у нее все кипело от взволнованности, словно она вертела колесиками.

Все красавицы ели салаты точно так же, как и она.

— Так, — сказала Лидия, — как тебя зовут?

— Сара, — она надеялась, что Сара-это имя, которое они сочли приемлемым. Оно было не таким уж и плохим. Это было совсем не похоже на Хильду или Берту.

— Меня зовут Лидия. Лидия тряхнула своими блестящими светлыми волосами. Она была такой хорошенькой-достаточно хорошенькой, чтобы стать моделью. Она прекрасно вписалась бы в картину, висевшую на стенах комнаты Сары, — А это Джиллиан, Табита и Эмма.

Они, конечно, не нуждались в представлении, но Сара сказала "Привет" так, словно никогда раньше их не видела.

— Итак, — сказала Лидия, — от кого твое платье?

Сара достаточно насмотрелась модных показов по телевизору, чтобы понять, что Лидия спрашивает о модельере, — Это с Пятой авеню Сакса, - сказала она. Это была чистая правда. На этикетке платья действительно было написано "Сакс Пятая авеню". Однако Сара и ее мама купили его в местном благотворительном магазине. Ее мама была так взволнована, когда они нашли его. Она любила экономить.

— Как часто ты бываешь в Нью-Йорке? — спросила Лидия.

— Раз или два в год, — солгала Сара. Она однажды была в Нью Йорке когда ей было одиннадцать. Они с мамой посмотрели бродвейское шоу, добрались на пароме до статуи Свободы и отправились к Эмпайр-Стейту. Они не делали никаких покупок в модных магазинах. Единственное, что Сара купила в сувенирном магазине — футболку с надписью "я люблю Нью-Йорк". После нескольких стирок она стала тонкой, как папиросная бумага, но иногда всё же Сара все еще спала в ней.

— Итак, Сара, — сказала Эмма, глядя на нее своими карими, как у лани, глазами, — чем зарабатывают на жизнь твои родители?

Сара постаралась не ощетиниться при слове "папа".— ''Мама-социальный работник, а папа… — до того, как отец бросил ее и маму, он был дальнобойщиком. Теперь она даже не была уверена, чем он занимается и где живет. Он много переезжал, часто менял подруг. Он звонил ей на Рождество и на день рождения. — ... он юрист. "

Красавицы одобрительно закивали головами.— Еще один вопрос, — сказала Джиллиан, рыжеволосая девушка с кошачьими зелеными глазами. — У тебя есть парень?

Сара почувствовала, как вспыхнуло ее лицо, — Нет, в данный момент нет.

— Ну, — сказала Джиллиан, наклоняясь вперед, — А есть ли мальчик, который тебе нравится?

Сара знала, что ее лицо должно быть таким же красным, как и платье.— "Да. "

Джиллиан улыбнулась.— И его зовут…?

Сара огляделась вокруг, чтобы убедиться, что его нет поблизости.— Мейсон Блэр, — почти прошептала она.

— О, он такой горячий, — сказала Джиллиан.

— Определенно нет, - эхом отозвалась Лидия.

— Горячий, — хором повторили остальные девушки.

— Итак, — сказала Лидия, оглядывая Сару, — Не ходи за нами по пятам, как щенок, но если ты хочешь посидеть с нами за обедом, то садись. По воскресеньям после полудня мы ходим в торговый центр, примеряем одежду и макияж, иногда покупаем мороженое. Это неубедительно, но что-то надо делать. Этот город ооочень скучный, — она театрально зевнула.

— Такой скучный, — Сара согласилась, но внутри у нее все гудело от возбуждения.

Лидия кивнула.— Мы немного поболтаем и посмотрим, как пойдут дела. Если всё пойдет хорошо, может быть, ты сможешь пойти в группу поддержки на следующий испытательный срок.

Сара вышла из столовой, улыбаясь про себя. Эбби догнала ее.

— Похоже, у тебя там было какое-то напряженное собеседование, — сказала Эбби. На ней были серые спортивные штаны и толстый фиолетовый свитер, который никак не подчеркивал ее фигуру.

— Да, вроде того. Однако они пригласили меня потусоваться, так что я думаю, что прошла проверку, — она не могла удержаться от улыбки.

Эбби приподняла бровь, — И это именно те друзья, которые тебе нужны? Те, что заставляют тебя пройти проверку?

— Они классные, Эбби. Они знают всё о моде, макияже и парнях.

— Они слишком маленькие, Сара. Они такие же мелкие, как дождевая лужа. Нет, я беру свои слова обратно. Они настолько мелки, что делают дождевую лужу похожей на океан.

Сара отрицательно покачала головой. Она любила Эбби как подругу, действительно любила, но почему она так осуждает ее?— Но ведь они правят школой. Вот как это работает. Это красивые люди, которые получают то, что хотят, — она посмотрела на великолепную смуглую кожу Эбби, на ее поразительные карие глаза. — Ты тоже могла бы быть красивой, Эбби. Ты была бы самой красивой девочкой в школе, если бы забыла про очки с косами и купила себе не такую мешковатую одежду.

— Если бы я не носила очки, то натыкалась бы на стены, — сказала Эбби с легким раздражением в голосе, — И мне нравятся мои косы с мешковатой одеждой. Особенно этот свитер. В нем очень уютно, — она пожала плечами. — Наверное, я просто нравлюсь себе такой, какая есть. Извини, если я недостаточно модная для тебя. Я не такая, как чирлидерши и все эти модели с поп-звездами, чьи фотографии ты расклеила по всей своей комнате. Но знаешь что? Я хороший человек, и я не сужу людей по внешности или финансам, мне не нужно проводить испытания, чтобы решить, позволю ли я тусоваться им со мной или нет! — Эбби посмотрела на нее. Лицо Сары пытливо блеснуло, — Ты изменилась, Сара. И не в лучшую сторону, — Эбби повернулась спиной к Саре и зашагала по коридору.

Сара знала, что Эбби немного злится на нее. Но она также знала, что извинения и объятия все исправят, как только она немного остынет.

После звонка, направляясь к школьному автобусу, Сара вдруг почувствовала рядом с собой чье-то присутствие.

— Привет, — произнес мужской голос.

Она повернулась и увидела Мейсона Блэра, выглядевшего идеально в голубой рубашке, подчеркивающей цвет его глаз.— О ... привет.

— Итак, Лидия сказала, что вы, ребята, говорили обо мне сегодня в кафетерии.

— Ну, я … — Сара боролась с желанием убежать.

— Слушай, если тебе больше нечего делать, может быть, пойдем к «Brown Cow» и выпьем молочного коктейля?

Сара улыбнулась. Она с трудом могла поверить в свою сегодняшнюю удачу.— Мне действительно больше нечего делать, так что давай.

«Brown Cow» представлял собой небольшой сарай из бетонных блоков, где продавали мягкое мороженое и молочные коктейли.

Это было прямо через дорогу от школы, но Сара обычно сопротивлялась искушению остановиться там, так как всегда беспокоилась о своем весе.

Она стояла рядом с Мейсоном у стойки, где всегда принимала заказы одна и та же скучающая пожилая дама, — Шоколад, ваниль или свирл? — спросил он ее.

— Свирл, — сказала она, открывая сумочку.

— Нет, — ответил Мейсон, поднимая руку, — Я все понял. Это дешевое свидание. Я могу с этим справиться.

Он сказал свидание. Это было действительно свиданием. Первым у Сары.

Они сидели друг напротив друга за столиком. Мейсон набросился на свое мороженое, но Сара откусывала понемножку. Она не хотела есть как свинья перед Мэйсоном, и она боялась, что мороженое капнет на платье и сделает ее похожей на неряху. Но даже с застенчивостью она должна была признать, что холодное сливочное угощение было восхитительным.— Я целую вечность не ела мороженого, — сказала она.

— А это еще что? — сказал Мейсон, — Следишь за своим весом?

Сара кивнула.— Об этом не стоит беспокоиться, — сказал Мейсон. — Ты выглядишь великолепно. Это очень забавно. Ты ведь уже давно ходишь в эту школу, верно? Не знаю, как я только сейчас тебя заметил.

Сара почувствовала, что краснеет.— Ты заметил меня, когда я, неся поднос, столкнулась с тобой , ведь так?

Мейсон посмотрел на нее своими темно-синими, как океан, глазами.— Тогда я не обратил на тебя должного внимания. Мне явно нужно быть более внимательным.

— Мне тоже, — сказала Сара, — что бы постоянно не натыкаться на людей с подносами.

Мейсон рассмеялся, показав свои великолепные белые зубы.

Сару поразило, насколько уверенно она чувствовала себя в своей новой внешности. Она могла бы есть мороженое с симпатичным парнем и шутить с ним. Прежняя Сара была бы слишком застенчива. Не то чтобы симпатичный парень вообще пригласил бы миссис «Смешивай и сочетай» на свидание.

Как только они покончили с колбасками, Мейсон спросил: Если хочешь, я могу проводить тебя домой.

Сара почувствовала укол беспокойства. Отец Мейсона был врачом, а мать-преуспевающим агентом по продаже недвижимости, чье лицо красовалось на рекламных щитах. Его семья, вероятно, жила в особняке в фешенебельном районе города. Она не была готова к тому, что он пойдет с ней мимо мусорной свалки к простому маленькому бунгало с двумя спальнями, которое она делила со своей матерью-одиночкой, живущей от зарплаты до зарплаты.— Э-э ... вообще-то мне сегодня нужно выполнить пару поручений. Может быть, в другой раз?

— Ну, конечно. Хорошо, — Саре показалось, или он выглядел немного разочарованным? Он посмотрел на свои ботинки, потом снова на Сару, — Эй, может быть, мы могли бы как-нибудь сходить куда-нибудь по нормальному? Сходим когда-нибудь в кино, поедим пиццы?

Сара была почти уверена,что ее сердце только что перевернулось.— Мне бы этого очень хотелось.

Его лицо засияло.— А как насчет субботнего вечера? Если ты, конечно, свободна.

Сара с трудом подавила желание рассмеяться. Был ли хоть один субботний вечер без свободного времени? И все же ей не хотелось, чтобы это прозвучало слишком нетерпеливо.— Да, я думаю.

— Отлично. Тогда мы всё спланируем заранее.

Сара не могла дождаться, когда Элеонора проснется, чтобы рассказать ей о своем дне. Наконец, спустя, казалось, целую вечность, Элеонора повернулась, подняла руки и сказала: "Привет, Сара''.

Сара подбежала к Элеоноре и взяла ее за руки.— О, Элеонора, у меня только что был самый лучший день в моей жизни!

Элеонора повернула голову.— Расскажи мне об этом, Сара.

Сара плюхнулась на кровать и приподнялась на подушке.— Я даже не знаю, с чего начать. Красавицы позволили мне сесть за их столик во время обеда, а потом пригласили встретиться с ними в торговом центре в воскресенье.

Элеонора кивнула.— Это хорошие новости, Сара.

Сара наклонилась вперед и обняла старого плюшевого мишку Фредди Фазбера, лежавшего на ее кровати.— А потом Мейсон Блэр повел меня после школы за мороженым и пригласил на ужин и в кино в субботу!

— Это очень интересно, — Элеонора подошла ближе к Саре, наклонилась и коснулась ее щеки, — А он красивый мальчик, Сара?

Сара кивнула. Она не могла перестать улыбаться.— Да. Очень.

— Ты счастлива, Сара?

Сара рассмеялась и повторила: ''Очень".

— Все желания исполнены?

Сара не могла придумать ни одного другого желания. Она была прекрасна и совершенна, и ее жизнь была прекрасна и совершенна.— "Да, все".

— Тогда у меня тоже есть все, о чем я мечтала, — сказала Элеонора. — Но помни, даже если твои желания исполнились, ожерелье все равно останется на тебе. Ни…

— …Никогда, никогда не снимать его. Я помню, — сказала Сара. Ей всегда хотелось спросить Элеонору, что произойдет, если она снимет его, но какая-то часть ее боялась узнать ответ.

— Твое счастье делает счастливой и меня, Сара, — сказала Элеонора.

Сара почувствовала, как на ее прекрасные голубые глаза навернулись слезы. Она знала, что у нее никогда не будет лучшей подруги, чем Элеонора.

В субботу Сара была в волнении. С того момента, как она проснулась, все её мысли крутились вокруг свидания. За завтраком она слишком нервничала, чтобы много есть, хотя мама приготовила любимое блюдо сары — французский тост.

— ''Ты можешь отвезти меня в пиццерию к шести?'' — сказала она.

— ''Конечно'', — сказала Мама, листая газету.

— ''И ты просто оставишь меня, да? Ты не пойдешь со мной?"

Мама улыбнулась, — ''Я обещаю, что не подвергну опасности ваши отношения, позволив твоему новому кавалеру мельком увидеть мое ужасное лицо".

Сара рассмеялась, — ''Дело не в этом, ты очень красивая. Просто это выглядит немного по-детски, когда твоя мама идет с тобой на свидание, понимаешь?''

— ''Я знаю, — сказала Мама, потягивая кофе, — Мне тоже когда-то было четырнадцать, хочешь верь, хочешь нет".

— ''И ты каталась на своем динозавре с ним, когда ходила на свидания?'' — спросила Сара.

— ''Иногда, — ответила мама. — Но обычно я просто приглашала мальчика погулять в нашей семейной пещере. — она взъерошила волосы Сары. — Не будь такой умной, а то я могу решить, что слишком стара и дряхла, чтобы отвезти тебя сегодня вечером. Ты уже придумала, что наденешь?"

Услышав этот вопрос, Сара издала драматический стон.— ''Я не могу решить! Я имею в виду, что это просто пицца и кино, поэтому я не хочу одеваться так, как будто это самое важное событие в моей жизни. Но в то же время то, как я выгляжу, действительно важно!"

— ''Надень джинсы и красивую блузку. Ты очень милая девушка, Сара. Ты будешь отлично смотреться в этом"

— ''Спасибо, мам, — Она вспомнила слова Элеоноры о том, что матери всегда считают своих детей красивыми. Она знала, что ее мама сказала бы ей то же самое еще до того, как ей помогла Элеонора.

Когда мама Сары въехала на стоянку у пиццерии "палаццо", в животе у Сары так запорхали бабочки, что она даже представить себе не могла, что там найдется место для пиццы. Но она знала, что выглядит очень мило, так что это было некоторым утешением.— Напиши мне, когда фильм закончится, и я приеду за тобой, — сказала Мама. Она потянулась и сжала руку Сары, — Хорошо повеселись".

— Я постараюсь,- сказала Сара. До недавнего времени идея о свидании с Мейсоном Блэром была столь же реалистична, как и идея о ее свидании с крупной поп-звездой. Это была всего лишь фантазия, то, о чем она так мечтала, но никогда не думала, что это сбудется. Почему она так нервничала, когда наконец-то сбылось? Может быть, именно это и заставляло ее нервничать ... тот факт, что она так сильно этого хотела.

Но когда она вошла в дверь пиццерии палаццо и увидела Мейсона, ожидающего ее перед станцией хозяйки, ей сразу стало легче. Он встал и сверкнул своей великолепной улыбкой.— Привет. Ты отлично выглядишь, — сказал он.

— Ты так считаешь? — она действительно считала, что бирюзовый топ, который она выбрала, хорошо сочетается с ее глазами. Мейсон был одет небрежно, в толстовку с капюшоном и футболку с изображением из какой-то видеоигры, но он выглядел великолепно в чем угодно.

После того как они устроились в одной из красных кожаных кабинок с такими же клетчатыми скатертями, Мейсон взял меню и спросил: ''Тонкая корочка? Толстая корочка? Какие-нибудь любимые начинки?"

— Я очень покладистая любительница пиццы, — сказала Сара. Несмотря на свою прежнюю нервозность, она действительно начала чувствовать голод. — Вообще-то я очень люблю пиццу. За исключением одной вещи. Никаких ананасов на пицце, никогда".

— Согласен! — рассмеялся Мейсон, — Пицца с ананасом сплошная мерзость. Она должна быть нелегальной.

— Я рада, что мы пришли к согласию, - сказала Сара, — Если бы мы этого не сделали, мне, наверное, пришлось бы просто уйти отсюда и бросить тебя.

— И я бы это вполне заслужил, — сказал Мейсон, — Люди, которые едят пиццу с ананасами, заслуживают того, чтобы побыть в одиночестве.

Они сошлись на тонко нарезанной пицце с пепперони и грибами и за едой непринужденно болтали о своих семьях и хобби.

У Мейсона было много интересов, и Сара поняла, что их у нее, вероятно, недостаточно. До появления Элеоноры она проводила слишком много свободного времени. Теперь, когда эта проблема была решена, ей нужно было немного отдохнуть, Послушать больше музыки, почитать больше книг, может быть, заняться йогой или плаванием. В детстве Сара любила плавать, но когда она пошла в среднюю школу, то стала слишком застенчивой, чтобы позволить кому-нибудь увидеть ее в купальнике.

К тому времени, когда они с Мейсоном подошли к кинотеатру, Сара почувствовала, что они уже довольно хорошо узнали друг друга. Он был не просто симпатичным. Он был милым и забавным. А в темном кинотеатре, когда он потянулся и взял ее за руку, это был самый прекрасный момент идеального вечера. Когда она вернулась домой и уже надевала ночную рубашку, Элеонора тихонько подошла к ней сзади и положила руку на плечо.

Сара была поражена, но быстро пришла в себя.

— Привет, Элеонора, — сказала она.

— Привет, Сара. Как прошло твое свидание? — спросила она.

Сара почувствовала, как от одной только мысли об этом на ее лице расцветает улыбка.— Это было здорово, — сказала она. — Он великолепен, но мне он также очень нравится как личность, понимаешь? Он спросил, не хочу ли я пойти с ним на баскетбольный матч на следующей неделе. Я не интересуюсь баскетболом, но Мэйсон мне определенно интересен, так что я пойду.

Элеонора рассмеялась своим жестяным смешком.— Значит, сегодня вечером все было так, как ты и предполагала?

Сара улыбнулась своей подруге-роботу.— Это было даже лучше.

— Я так рада, что ты счастлива, — сказала Элеонора и вернулась на свое место в углу. — Спокойной ночи, Сара.

Утром Сара нашла свою маму в прачечной.— Ты не могла бы отвезти меня сегодня днем в торговый центр, чтобы встретиться с моими подругами? — спросила она.

Мама оторвалась от разгрузки сушилки и улыбнулась.

— В эти выходные ты просто светская бабочка. Когда ты должна с ними встретиться? — она сложила полотенце и положила его в корзину для белья.

— Они только сказали, что днем, — —ответила Сара.

— Это довольно расплывчато, не так ли? — сказала мама, складывая еще одно полотенце.

— Ну, не знаю. Судя по тому, как они это произносили, мне казалось, что я просто должна знать, что они имели в виду, — она была так потрясена тем, что красавицы приняли ее, пусть даже на испытательный срок, что боялась задавать у них вопросы.

— Твои новые друзья считают тебя экстрасенсом? — сказала мама.

— Тебе не нравятся мои новые друзья, не так ли? — сказала Сара.

— Я не знаю твоих новых друзей, Сара. Я просто знаю, что это были девушки, которые раньше не уделяли тебе времени, а теперь они вдруг приглашают тебя потусоваться с ними. Это довольно странно. Я имею в виду, что изменилось?

"Я изменилась", — подумала Сара. Просто посмотри на меня. Но она сказала: "Может быть, они просто наконец решили, что я симпатичный человек".

— Да, но почему они так долго думали? — сказала мама, — Знаешь, какой твой друг мне нравится? Эбби. Она умна, добра и прямолинейна. С таким человеком, как Эбби, всегда знаешь, что делать.

Сара не хотела говорить маме, что они с Эбби сейчас не разговаривают друг с другом, поэтому вместо этого она сказала: ''Как насчет того, чтобы отвезти меня в торговый центр в два часа?"

— Хорошо, — мама швырнула в нее полотенцем, — А теперь помоги мне сложить одежду.

Как только Сара высадилась в торговом центре, она поняла, что Лидия так же ничего не сказала о том, где с ними встретиться. Торговый центр был не так уж велик, но достаточно велик, чтобы превратить их поиски в довольно сложную игру в прятки. Она могла написать Лидии, но ей казалось, что для того, чтобы быть принятой группой, она должна понять, как не делать из себя помеху. Если ее приняли в группу только на испытательный срок, то она не хотела совершать никаких ошибок. Одно неверное движение — и она снова будет обедать за столом проигравших. После нескольких минут раздумий она решила отправиться в ''Diller's'', самый дорогой универмаг в торговом центре. Красавицы определенно не будут болтаться в каком-нибудь месте подешевле.

Интуиция у нее была хорошая. Она нашла их в передней части магазина косметики, где они примеряли помаду.— Сара, у тебя получилось! — сказала Лидия, одарив ее улыбкой своими красными губами. Как только Лидия улыбнулась ей, остальные девушки тоже заулыбались.

— Привет, — сказала Сара, улыбнувшись ответ. Она действительно смогла найти их, не так ли? У нее была потрясающая внешность, великолепный, приятный парень и дружба с самыми красивыми девушками в школе. Она никогда бы не подумала, что ее жизнь будет такой прекрасной.

— О, Сара, ты должна попробовать эту помаду, — сказала Джиллиан, протягивая ей золотой тюбик, — Эта розовая с блёстками помада будет смотреться идеально с твоим тоном кожи.

Сара взяла тюбик, наклонилась над зеркалом гримерной и нанесла помаду. Это действительно было очень мило с стороны Джиллиан. Она была под стать розовому лаку для ногтей, который, казалось, никогда не исчезал с ее пальцев рук и ног. — Похоже на помаду, которую носит принцесса, — сказала она, с удовольствием изучая свое отражение.

— Это действительно так, — сказала Табита, открывая тюбик другого цвета.

— Её Королевское Высочество Принцесса Сара.

— Ты обязательно должна это понять, — сказала Лидия, одобрительно глядя на нее.

Сара попыталась незаметно проверить цену на упаковке губной помады. Сорок долларов. Она надеялась, что ее шок не проявится. Это было больше, чем она заплатила за наряд, в который она была одета. Но опять же, она, вероятно, не могла купить помаду в комиссионном магазине. — Я подумаю об этом, — сказала она.

— О, продолжай, — сказала Эмма. — Побалуй себя.

— Сначала я хочу еще немного осмотреться, — сказала Сара, — поскольку только что приехала сюда.

Она не хотела признавать, что в ее кошельке было достаточно денег только для газировки и замороженного йогурта. Однако красавицы покупали помады, тени для век, румяна и карандаши для бровей, доставая пачки наличных или кредитные карточки своих родителей. Покончив с макияжем, они отправились смотреть вечерние платья, потому что, как выразилась Лидия, ''выпускной уже не за горами''.

— А разве это проходит не только в младших и старших классах? — спросила Сара.

— Это проходит только для младших и старших школьников, и для их свиданий,— сказала Лидия, — Но если ты найдешь кого-нибудь из младших или старших, кто возьмет тебя с собой, попасть туда будет совсем просто, — она толкнула локтем Сару, — Жаль, что Мейсон не старше тебя.

— Да, — ответила Сара. Но она вовсе не это имела в виду. Ей нравился возраст Мейсона таким, каким он был. Кроме того, она не была уверена, что готова встречаться с парнем постарше.

Платья действительно были прекрасны. Они содержали цвета драгоценных камней: аметист, сапфир, рубин, изумруд. Одни были блестящими, другие-гладкими, как ткань атлас, а третьи — прозрачными от кружев и тюля. Они по очереди примеряли платья, лепили их перед зеркалом и фотографировали друг друга на телефоны. После получаса наблюдения за ними с кислым выражением лица подошла продавщица и спросила: "Девочки, вы действительно заинтересованы в покупке чего-нибудь, или вы просто играете в переодевание?"

Они бросили платья и, хихикая, сбежали из отдела одежды.

— Не думаю, что мы очень понравились этой продавщице, — сказала Джиллиан, когда они вышли из магазина.

— Да какая разница? — сказала Лидия, смеясь. — Она не имеет права судить меня. Она просто работает в магазине. Она получит минимальную зарплату, если ей повезет. Держу пари, она даже не может позволить себе купить одежду, которую продает.

Они пошли в ресторанный дворик, ели замороженные йогурты и смеялись над тем, какими непослушными они были.— Девочки, вы собираетесь что-нибудь купить или просто играете в переодевание? — повторяла Лидия снова и снова, передразнивая продавщицу

Они все рассмеялись, и Сара засмеялась вместе с ними, хотя ей показалось, что они были немного суровы к продавщице, которая просто пыталась делать свою работу. Джиллиан и Эмма оставили платья, которые они примеряли, скомканными стопками на полу гардеробной. Теперь продавщице, вероятно, придется убирать за ними.

Но кто она такая, чтобы критиковать красавиц? Это была большая честь, что они пригласили ее на встречу. Это было гламурно и волнующе, как будто она была гостьей в реалити-шоу. Не важно, что они говорили или делали, она была счастлива просто быть включенной. Вчера ее свидание с Мейсоном было идеальным,и теперь она должна была быть с красавицами. Как она могла выразить свою благодарность Элеоноре? Ничего из того, что она могла бы сказать, никогда не будет достаточно.

В ту ночь, когда Элеонора ожила, Сара вскочила и обняла крепкое маленькое тело робота.

— Спасибо тебе, Элеонора. Спасибо тебе за прекрасные выходные.

— Всегда пожалуйста, Сара, — Элеонора обняла ее в ответ, и, как всегда, ощущение было странным. В ее объятиях не было никакой мягкости. — Это самое малое, что я могу сделать. Ты дала мне так много.

Сара счастливо уснула, но ее покой был нарушен странным сном. Она была на свидании с Мейсоном, сидела в кинотеатре, но когда он потянулся, чтобы взять ее за руку, она схватила не его, а крошечную, белую, металлическую и холодную руку Элеоноры, ту самую, за которую она схватилась, чтобы вытащить девушку-робота из багажника машины. Когда она повернулась, чтобы посмотреть на Мейсона, сидевшего рядом с ней, он уже превратился в Элеонору. Элеонора улыбнулась, обнажив полный рот острых зубов.

Во сне Сара закричала.

Она открыла глаза и увидела, что Элеонора стоит над ее кроватью, опустив голову и глядя на нее пустыми зелеными глазами.

Сара ахнула: ''Я разговаривала во сне?"

— Нет, Сара.

Сара посмотрела на Элеонору, которая стояла так близко к кровати, что почти касалась ее.

— Тогда почему ты стоишь у моей кровати?

— Разве ты не знаешь, Сара? — сказала Элеонора, протягивая руку, чтобы расчесать волосы Сары. — Я делаю это каждый вечер. Я присматриваю за тобой. Я оберегаю тебя.

Возможно, это было из-за сна, но по какой-то причине Саре не хотелось позволять Элеоноре прикасаться к себе. — Оберегаешь от чего? — спросила Сара.

— Оберегаю от угрозы. От любой угрозы. Я хочу защитить тебя, Сара.

— Ну, ладно. Спасибо, наверное, — она оценила заботу Элеоноры, оценила всё, что та сделала для нее, но всё же было жутко, когда кто-то наблюдал за тобой, а ты об этом даже не знаешь, даже если это делают с самыми лучшими намерениями.

— Я могу постоять у двери, если тебе так удобнее, — сказала Элеонора.

— Да, это было бы здорово. — Сара была почти уверена, что не сможет снова заснуть, когда Элеонора стоит прямо над ней.

Элеонора подошла к двери и встала на страже.

— Спокойной ночи, Сара. Спи спокойно.

— Спокойной ночи, Элеонора.

Сара плохо спала. Она не знала, что именно, но что-то было не так.

В кафетерии Сара стояла в очереди вместе с другими красавицами, ожидая, когда они освободят свои подносы. Лидия написала ей накануне вечером, что сегодня они все будут в своих узких джинсах, так что Сара тоже надела свои. Она купила джинсы, несколько топов и пару пар симпатичных туфель, когда мама возила ее по магазинам на прошлой неделе. Они также купили несколько бюстгальтеров, которые делали ее новую фигуру более привлекательной.

— Ты можешь себе представить, во что она одета? Она одевается как дошкольница, — сказала Лидия

— Как дошкольник из бедной семьи, — добавила Табита.

Сара с ужасом поняла, что девушка, которую они критиковали, была Эбби, которая опустошала свой поднос перед ними. Правда, Эбби была одета в розовый комбинезон, так что комментарий дошкольника был не слишком далек от истины. Но мне казалось подлым сводить всю ценность человека как личности к одежде, которую она носила. — Это Эбби, — услышала Сара собственный голос. — Она очень милая. Она была моей подругой еще с детского сада. — она чуть было не сказала "лучшая подруга", но вовремя остановилась.

— Да, — сказала Лидия, смеясь, — Но ты же покупала новую одежду с детского сада, а она нет.

Красавицы тоже рассмеялись. Сара попыталась улыбнуться, но ей это не удалось.

Когда настала очередь Сары опрокинуть свой поднос, она наступила на что-то скользкое возле мусорного бака. Ее новые туфли были очень милыми, но очень скользкими. Казалось, что падение длилось целую вечность, но она была уверена, что это всего лишь вопрос нескольких секунд. А потом она уже лежала на спине, прямо перед всей школой.

— Сара, это так забавно! — сказала Лидия, — Ну и недотепа! — она согнулась пополам от смеха. Все красавицы смеялись вместе с ней, говоря: "ты видела, как она упала?"и "она упала на пол, как тонна кирпичей "и" как неловко. "

В ошеломленном состоянии Сара не могла понять, кто из девушек что говорит. Их голоса казались далекими и искаженными, как будто Сара пыталась услышать их под водой.

Сара попыталась подняться, но с ее телом происходило что-то странное. Она слышала странные лязгающие звуки и не могла понять, откуда они исходят. Чувствовалось, что они исходят изнутри нее. Она дрожала и дергалась, но не могла заставить свое тело двигаться так, как обычно. Ее тело больше не было под ее контролем. Она была напугана. Неужели она сильно ушиблась? Может быть, кто-нибудь вызовет её маму? Вызовет скорую помощь?

И почему ее новые друзья не помогают ей? Они все еще смеялись, все еще шутили о том, как глупо она выглядит и как это смешно.

Затем смех красавиц сменился криками. Как будто издалека Сара услышала голос Лидии: "Что с ней происходит? Я ничего не понимаю!"

— Я даже не знаю! — сказала одна из других девушек. — Кто-то же должен что-то сделать!"

— Позовите учителя, быстро! — сказал другой.

Ужасная мысль пришла в голову Саре. Она приложила руку к своей шее. Ожерелье, которое подарила ей Элеонора, - ожерелье, которое никогда, никогда не снималось, - исчезло. Должно быть, она уронила его во время падения. Она повернула голову и увидела на полу чуть дальше, чем на расстоянии вытянутой руки. Она должна была вернуть его обратно.

Чья-то рука протянулась ей на помощь. Сара подняла глаза и увидела, что рука принадлежит Эбби. Сара взяла ее и позволила поднять себя в неловкое положение стоя.

Когда Сара посмотрела вниз на свое тело, она поняла причину криков девочек. Ее тело менялось. Ниже пояса она уже не была девушкой из плоти и крови, а представляла собой беспорядочную коллекцию шестеренок, велосипедных спиц и колпаков, ржавого металлического хлама. Бесполезные детали, которым самое место на свалке.

Она встретилась взглядом с Эбби и увидела ужас подруги перед тем, кем она была и кем стала.

— Мне...мне надо идти, - сказала Сара. Ее голос звучал по-другому, металлически и резко.

Эбби протянула ей ожерелье. — Ты уронила это, - сказала она. В ее глазах блеснули слезы.

— Спасибо тебе, Эбби. Ты хороший друг, — сказала Сара. Она ничего не сказала красавицам, которые все попятились от нее и перешептывались между собой.

Сара схватила кулон и побежала так быстро, как только ее новые, неуклюжие, самодельные металлические ноги могли унести ее из столовой и из школы. Домой. Она должна была вернуться домой. Наконец, спустя, как ей показалось, несколько часов, она добралась до своего дома. Каким-то чудом ей удалось вставить ключ в замочную скважину. Она звала и звала через гостиную и дальше по коридору, крича: "Элеонора! Элеонора!'' Ее голос был ужасным металлическим скрежетом.

Элеоноры не было в углу комнаты Сары. Сара открыла шкаф, заглянула под кровать, проверила ящик.

Никакой Элеоноры.

Сара топала по дому, обыскивая мамину комнату, ванную, кухню, все время выкрикивая имя Элеоноры своим новым ужасным голосом.

Гараж был единственным местом, куда она не заглядывала. Она воспользовалась кухонным входом, но с дверными ручками было уже трудно справиться. Наконец, после нескольких отчаянных минут возни, она оказалась в темном гараже.

— Элеонора! — она снова позвала. Её челюсть была напряжена, и ей становилось все труднее и труднее произносить слова. Имя Элеоноры прозвучало так: "э-э-эх"

Может быть, девушка-робот специально пряталась от нее. Может быть, это была какая-то шутка или игра. Она посмотрела на высокий, как потолок, шкаф для хранения вещей у задней стены гаража. Похоже, это было хорошее укрытие.

С некоторым трудом она ухватилась за ручку дверцы шкафа и потянула.

Это была настоящая лавина. Прозрачные пластиковые пакеты с разными предметами разного веса и размера вывалились из шкафа и упали на пол с глухим, тошнотворным стуком.

Сара уставилась в пол. Сначала ее мозг даже не мог осмыслить то, что она увидела. В одном мешке лежала человеческая нога, в другом-человеческая рука. Это не были части тела взрослого человека, и они не казались результатом несчастного случая. На дне мешков скопилась кровь, но конечности были аккуратно отрублены, как при хирургической ампутации. Еще один мешок, набитый окровавленными змееподобными внутренностями и чем-то похожим на печень, соскользнул с полки шкафа и с мокрым шлепком упал на пол.

Почему в ее гараже оказались части тела? Сара ничего не понимала до тех пор, пока не увидела маленькую сумку, в которой лежал знакомый нос в форме картофелины. Она закричала, но звук, который вырвался из нее, был похож на визг тормозов автомобиля.

Позади нее раздался металлический звенящий смех.

Нижняя часть тела Сары была почти неподвижна, но она заставила себя повернуться лицом к Элеоноре.

— Я сделала так, чтобы твои желания исполнились, Сара, — сказал симпатичный робот с металлическим смешком, — А взамен ...

Сара заметила нечто, чего никогда раньше не видела на Эленоре, — пуговицу в форме сердца, расположенную чуть ниже шеи Элеоноры, которая была точной копией ожерелья в форме сердца Сары.

Элеонора снова рассмеялась и нажала на кнопку в форме сердца. Она дернулась и затряслась, но также заметно смягчилась, ее серебряная отделка приобрела розоватый оттенок Кавказской кожи. В считанные мгновения она стала для Сары мертвым звоном. Старая Сара. Настоящая Сара. Та самая Сара, которая в конце концов не так уж плохо выглядела. Тот, кто провел слишком много времени, беспокоясь о внешности.

Эбби оказалась права. Она была права во многих вещах.

Элеонора натянула старые джинсы Сары, один из ее свитеров и теннисные туфли. — Ну что ж, ты определенно осуществила мои желания, — сказала Элеонора, улыбаясь прежней улыбкой Сары. Она нажала на кнопку, открывающую дверь гаража. Солнечный свет залил комнату, и Элеонора-Сара слегка помахала ей рукой, а затем выскочила на солнечный свет и пошла по тротуару.

Уши Сары наполнились оглушительным звоном и лязгом. Она не могла контролировать свои движения. Различные ржавые металлические части отделились от нее и с грохотом упали на пол. Она разваливалась на части, превращаясь в уродливую мусорную кучу, безобразный набор мусора, который нужно выбросить и забыть. В старом зеркале, прислоненном к стене гаража, она увидела себя. Она больше не была хорошенькой девушкой, да и вообще девушкой. Она совсем не походила на человека. Она была ничем иным, как ржавой, грязной кучей хлама.

Ей стало грустно, потом страшно. А затем она и вовсе ничего не чувствовала.