“Господин Хейлз, почему вы?” - неуверенно спрашивал Ольд, его руки были спрятаны за спиной.

“Успокойся, Ольд,” - Артур отмахнулся. Сидя в палатке, он заполнял какие-то бумаги, быстро что-то перечёркивая.

“Но…”

Ольда не покидала мысль о Феликсе. Он прикинулся членом Цитадели, так ещё и странное поведение его господина. Эти урывки не слаживались у него в голове, это был полный хаос, без понятного ответа.

Ольд хотел что-то сказать, но перо, которым писал на бумаге Артур, сломалось у него в руке. Тот злобно подешал, заставив Ольда полностью понять позицию Хейза.

Господин Ольда вспоминал рану, которую нанёс Ид, и его бредни. Всё потому, что та ночь была последней, когда принц был в пределах зоны влияния Артура. После той ночи последователи принца разбежались в разные стороны материка и скрылись на долгие годы. Встреча с принцем давала повод волноваться о надежности своих людей, что знали по какой причине здесь Хейз.

Когда Ольд покинул палатку, которую наспех установили из-за вероятности дождя и повторения шторма, Артур, сидя на бочке и за быстро сделанным столом, пытался найти новое перо на замену старому.

Окинув взглядом пару сумок, его ноги быстро донесли до нужной, там, где он взял первое перо. Рывшись в сумках, его голова сама преподносила сцены битвы. Тот разговор перерос в самый настоящий бой между огромными группами людей.

"Только по воле Юной Мисс…" - такая мысль преследовала его и тогда и сейчас.

**

Ид нанёс ему рану через всю грудь, чудом Хейз выжил, а бой, где умерли десятки последователей Первого Ордена, закончился на словах Юной Мисс, она рыдая просила прекратить. Артур не помнил, и не знал, чем закончился бой. Его голова запомнила одно - его спасла Юная Мисс.

Но это было не так отчасти. Даже тогда, в ту ночь, перед Юной Мисс и лежащим без сознания Артуром и его людьми, предстал принц - Ноктис. Его глаза давали понять его намерение защищаться до конца. Он, как и всегда, появлялся по одной причине – защите тела, ключа к вратам...

Многие не понимали действий Юной Мисс, которая всеми силами пыталась не провоцировать Ноктиса, потому что только она и он слышали, как земля, воздух, все вокруг них шептали им на уши слова. Они адресованы одному Ноктису, но их значения сумела понять и Юная Мисс: защитить Феликса, защитить тело любой ценой.

Шёпот длился недолго, затихший за первые секунды после потери сознания Хейза. Словами и приказами Юная Мисс сумела отвести своих людей от людей Феликса. В свою очередь, они покорно слушали Ноктиса, зная, на что он был способен, и только они видели всю силу Ноктиса, защищающего тело.

Ноктис злобно провожал взглядом Юную Мисс. Он не пытался ей навредить, только по одной причин: его миссии. Мужчина на руках Юной Мисс, Артур, был ранен лишь Идом, что мог отчасти игнорировать законы, которым подчинялся Ноктис.

Ноктис часто вмешивался в дела Феликса. Он брал контроль над телом, зная, как опасно жить возле Шепчущего Замка. Сколько желаний убить его было проявлено за такое короткое время пребывания с Артуром. Ноктис бы убил его, но Юная Мисс всеми способами защищала его от копья Ноктиса.

Ему пришла в голову одна мысль: уйти. Феликс имел опыт жизни за пределами Замка. Его военный поход во времена Имперского Марша дал ему опыт, хоть он несопоставим с опытом Ноктиса. Но даже так, после Лортена, ада, он вернулся и сумел выжить там, даже когда Ноктис не мог проявить себя.

Принять решение Ноктису помогли Ид и Дрэго. Они месяц за месяцем, день за днем строили планы. Они делали всё не ради Ноктиса и его миссии, а ради друга - Феликса. Ноктис отлично это понимал и знал, что его считают чем-то чужеродным, а не частью своего друга, таким же врагом, как и Артур с Юной Мисс. Но пока их цели совпадают, Ноктису не зачем вредить им. Он так думал с первой их встречи и до дня битвы…

Ветер дул, и ночь несла в себе перемены, которые навсегда изменили структуру власти в Шепчущем Замке, но только Ноктис и Юная Мисс знали, и понимали, чтобы они не сделали и не предприняли, приписанные шепотом события не изменить

**

Обед, когда солнце было в зените, сменился закатом, когда все люди Артура быстро собрались и готовились к отправке. Пока господин Хейз вместе с Ольдом руководил процессом, четыре пары по два человека отправились на небольшую разведку, и все четыре группы направились в разные направления.

Одна пара, словно следящая за следами Феликса, направилась к ниму. Идя по следам, выдавленной траве, почве, и поломанным палочкам, они быстро нашли его.

"Это он?" - спросил один, он был потрясен тем, что Артур говорил правду о том, что Феликс не ушел далеко.

"Да," - другой просто кивнул головой.

"Сначала он отпускает, а потом заставляет нас искать..." - первый покачал головой.

"Смотри, не попадись с такими словами Хейзу, ты знаешь господина, он отрежет тебе язык и на этом все закончится."

Первый махнул рукой и добавил:

"Где-то здесь должен быть ребенок?" - он огляделся.

"Да, вон он," - второй указал куда-то.

Немного дальше, от места падения Феликса, одиноко сидел и дремал Бернард. Он облокотился на тяжелую сумку и спал, его лицо было довольным. Второй мужчина подошел, пока первый рассматривал Феликса.

Попытавшись аккуратно взять сумку, она оказалась невероятно тяжелой, особенно для ребенка, которому на вид было около года. Глаза второго мужчины мгновенно наполнились удивлением, а мурашки пробежали по его спине.

Обернувшись, он увидел в горле своего напарника меч, что мигом разделил туловище и голову, срезав её оттуда.

Второй мужчина, попытался схватиться за меч, но он почувствовал ману, тело Феликса освободило её в умеренном количестве, укутав лишь ступни и острие меча. Когда чёрные словно смола глаза Феликса посмотрели в глаза мужчины, тот дрогнул и на мгновение остановился. Расстояние в десять метров было преодолено за секунду, два быстрых вертикальных удара, что отсекли ему руки. Следом за этим удар в живот отправил того в полет к дереву, а вместе с этим, меч полетел с рук Феликса к туловищу мужчины, прибив того к дереву.

"Прости, Бернард," грозно произнес Ноктис. "Феликс говорил, что не даст тебе увидеть такое, но я не он..."

Черные глаза Ноктиса мерцали с надвигающейся тьмой, и он посмотрел в сторону лагеря. У него на губах играла ледяная улыбка, а шепот разнесся, словно предвещая надвигающуюся бурю…