Сумерки. Эта пара быстро охватила окрестности леса. Повозки, которые вот-вот должны были тронуться и двинуться дальше, ждали приказа Хейлза. Он, одевшись в кожаную броню, смотрел вдаль вместе с Ольдом.

“Где они, Ольд?” — голос Артура был грубым и раздраженным. Его карие глаза всматривались в гущу темного леса.

Ольд не мог ответить на этот вопрос; он уже послал людей в поисках тех двоих, и они также не вернулись. Ольд, так же как и Артур, предполагал, что они могли быть мертвыми, но Феликс казался слишком слабым, чтобы одолеть пятерых его людей.

Хейлз мотал головой, ему не нравилось всё: действия его подчиненных, погода на улице, встреча с Феликсом... Его правая рука крепко сжимала рукоять его меча…

**

Покамест Ноктис смотрел в направлении лагеря, солнце освещало спящего Бернарда. Но резко, когда Ноктис попытался сделать шаг, его правую ногу что-то схватило. То была не сильная хватка, не достаточно сильная, чтобы его остановить, но он остановился и посмотрел.

То был Бернард, он крепко обнимал грязную обувь Ноктиса, пытаясь встать на ноги.

“Игрушка Феликса?” — чёрные глаза смотрели на ребёнка, и вдруг они дрогнули.

“Голова кружится?” — чуть не потеряв равновесие, Ноктис сделал шаг назад левой ногой.

Тело совсем не восстановилось после боя с Кристофом, и Ноктис это прекрасно понимал. Он контролировал ману в венах маны и грамотно усиливал своё тело, заставляя его быстрее восстанавливаться. Это был невероятный контроль маны, хоть это и не могло вылечить тело, но подавить боль вполне.

“ Странно, словно, над телом снова берёт контроль Феликс. Не уж то, понимает мои намерение…” — Ноктис посмотрел на ребёнка.

“ Неужели из-за тебя такая реакция? Он изменился, хоть и не значительно…” — Ноктис сжал кулак и посмотрел вдаль, пытаясь подавить головокружение.

Бернард подавал свой голос, который всеми силами пытался привлечь внимание Ноктиса, но тот игнорировал его в попытках усмирить боль.

“Не получается… Мне уже тяжело стоять. Если он так и продолжит, придётся уступить. Но эта псина так близко ко мне.”

Ноктис посмотрел на окровавленный меч. Выпрямив руку, его глаза метнулись к Бернарду.

“Ты мешаешь. Отпусти меня и жди Феликса! Или!” — Он еле держался на ногах. Чем больше он терял контроль над телом, тем меньше его слушалась мана, и тем сильнее он чувствовал боль в теле.

Замахнувшись, рука остановилась и не слушала Ноктиса. Он удивительно смотрел на это.

“ Разум начал брать верх над телом, удивительно,” — меч упал на землю.

Ноктис упал следом. Он смотрел на колышущиеся кроны деревьев, и запах крови доносился до его ноздрей. Он вздохнул, понимая, что ему ещё не скоро сможет вновь дышать как сейчас. Но резко он почувствовал, как Бернард залез на грудь.

Это было привычное место для ребёнка, самое родное и защищённое, которое он имел.

“ Ха! Прощай, Бернард. Кто бы знал, что у него появится нечто ещё более дорогое, чем сестра,” — Ноктис закрыл глаза, ожидая "забвения".

Но резкие слова малыша заставили его открыть глаза.

“ Па-па,” — это были два звука, которые чужды Ноктису; они были адресованы Феликсу, но что-то в самой глубине Ноктиса треснуло.

Он глядел ошарашено на мальчика, и в его сознании появлялись картины давно забытого прошлого. Уголки губ Ноктиса приподнялись, и головная боль прошла, контроль над маной был вернулся обратно.

“Живя бы в третий раз, никогда бы не имел дело с детьми,” — Ноктис ласково прижал его к груди и встал.

Ноктис приложил руку к левой ране на своем боку; она болела, но мана помогала убрать эту боль. Он помахал головой и двинулся к уже порванной сумке.

“ Я бы ушёл, Бернард, но если оставим Артура, он пошлёт хоть тысячу псин за нами, прикрываясь чем угодно, как и раньше…” — Ноктис погладил голову Бернарда. — “Я не идиот, как Феликс. Если надо убить, значит надо убить.”

**

“Сколько нам ещё придется ждать?!” — Кальсен спросил своего друга. Они стояли в самом конце колонны, а Артур был спереди. Кальсен и его друг смотрели на темнеющее небо, которое скоро превратилось бы в звёздное. Они забирались на повозки, ложились на бочки и смотрели на небо, что заставляло их наслаждаться такой долгой дорогой, но сейчас они оба были порознь. Кальсен стоял смотря в начало колонны, Трики же вырезал из дерева куклу, пытаясь сосредоточиться.

“Я не знаю, Кальсен! Ты достал со своими вопросами, тебе что, на жопе ровно не сидится?” — Трики указал на пень, на котором сидел Кальсен.

В мгновение, спокойные глаза Кальсена напряглись, он с гневом посмотрел на Трики. Но долго это не продлилось, он покачал головой и начал пристально смотреть в начало этой колонны повозок, чтобы увидеть господина Ольда.

Трики же продолжил вырезать статую из веточки. Он отдавал их сиротам как игрушки или отдавал в церковные приюты. С ним туда ходил и Кальсен, который всюду сопровождал тихого и спокойного Трики. Но сегодня ему не дали заняться любимым делом, и он даже не поспал, как и большая часть рыцарей сегодня.

Его нога тряслась, создавая характерный шум. Кальсен не обращал внимания, а другие были слишком далеко от него. Усиливая своё тело маной, он точными движениями руки придавал форму дереву…

“Чёрт, порезался…” — подумал про себя Трики смотря на палец.

Деревянная фигура Юлианы начала мгновенно покрываться его кровью. Она была ещё не доделана, но уже обрела формы божества, которые можно было увидеть практически в каждой церкви.

Трики поднял взгляд на Кальсена, и внезапно боль возникла у его шеи. Она быстро переросла в невыносимую, и желание кричать появилось моментально, но его рот лишь открылся, не издавая привычных человеческих звуков.

“Что… происходит?...”

Его взгляд мутнелся, всё плыло, и мозг кричал о невероятно резкой боли. Когда он закрывал глаза и моргал, а потом снова их открывал, он видел своё тело. Из шеи тек поток крови, который полностью испачкал деревянную куклу. Руки Трики крепко держали её. Когда он снова моргнул, он увидел Кальсена и его спину. Тот глядел на повозки.

“ Кальсен… Нет…” — Трики закрыл глаза, и его сознание улетучилось…

“Эй, Трики, ты чего затих?...” - но резко, спину Кальсена словно ударило электричеством.

Его передернуло, а волосы на теле встали дыбом в голове появилось одно слово:

“Мана!”

Схватившись за булаву, он мигом развернулся, его глаза сразу увидели труп друга. Кальсен попытался крикнуть, ища при этом убийцу глазами, но резкий удар в челюсть, а после разрез артерии и всей шеи, заставил того замолчать на века…

Ноктис смотрел на Артура, на его спине был Бернард, а тело всё хуже слушало его команды.

“ Вот и ты, псина…” — подумал про себя Ноктис, когда увидел Артура.

Две черные слезы покатились с разных сторон лица Ноктиса, оставляя две черные линии на лице.

**

Глаза Артура дрогнули, его тело передернулось, а меч мгновенно был вытащен из ножен. Ольд с удивлением посмотрел на озлобленного Артура, боясь за своих людей, на которых мог обрушиться его гнев.

“ Что только что произошло?... Что за сила только что подавила мою заповедь?!” — подумал он. Когда его глаза расширились, он не понимал, что происходит.

Метка на его руке, круг на тыльной стороне ладони, начал терять свой тёмный цвет, часть заповеди начала исчезать под воздействием какой-то неведомой силы. Артур чувствовал эти колебания в самых дальних концах этой колонны…