Рет

Рет сидел в своём кресле в зале совета и кипел от ярости.

– Объясните мне, пожалуйста, почему это вообще должно волновать кого-то, кроме меня и моей жены? – прорычал он сквозь зубы, сверля гневным взглядом трёх волков перед собой.

За последние полчаса атмосфера в зале совета накалилась до предела, поэтому…просто на всякий случай…Бэррин и два его стражника встали по обе стороны от Рета. Хотя, в отличие от своего Короля, который готов вгрызться в глотки волков, они держатся вполне спокойно. Пока что.

Волки закатили глаза. Леррин, второй в стае после Лукана, окинул Рета своим надменным взглядом. Именно этот мужчина был тем, кто настоял на сегодняшнем совете. Честно говоря, Рет удивился тому, что Лукану хватило ума не засветиться во время этой публичной катастрофы.

– Ты сделал человека своей Королевой, но так и не укрепил ваш брак соитием? И это не наше дело? – прорычал Леррин. – Церемония единения прошла успешно… вы двое убедили нас в этом. Мы думали, что наш род продолжится. И что теперь? Все племена уже в курсе, что она не отдалась тебе. Это принижает твоё положение, и принижает всех нас.

Помимо них, на совете было не меньше дюжины мужчины, главные лица своих племен, и сейчас все они вслушивались в каждое слово Леррина.

Рету оставалось только молиться, чтобы этот волчий бред не смог заставить их усомниться в его мужестве.

– Элию привели в наш мир против её воли! Ничего не объяснив ей! И бросили её в центр Кровавого Обряда. А потом её заставили выйти замуж за чужака.

– Ты ей не чужак!

– Но если говорить о лишении девственности, то я чужак! – прорычал Рет. – Она ещё не готова, и я не собираюсь принуждать её из-за ваших личных принципов!

– Что за бред! – выплюнул Леррин, и два других волка напряглись. – Любая женщина, будь то Анима или незнакомка из мира людей, отдалась бы тебе даже не думая усомниться, и ты прекрасно понимаешь это. Она никогда не станет одной из нас! Она не наша Королева! – прорычал Леррин, даже не задумываясь о том, как опасны эти слова.

Атмосфера накалилась, послышались напряжённые вздохи. Рет подался импульсу и вскочил на ноги, но лёгкий хлопок по спине от Бэррина напомнил ему, где он находится.

Сдерживая свой гнев, Рет медленно подошёл к Леррину, игнорируя остальных присутствующих. Напряжение в зале совета сгустилось.

– Повтори это ещё раз, но подумай хорошо, прежде чем я перегрызу тебе глотку за измену Короне! – прорычал Рет.

Взгляд Леррина остался ледяным, но все почувствовали, как он напрягся. Он сказал лишнее и прекрасно понимает это, но это не значит, что он дурак. В конце концов, он получил своё – он нашёл больное место Рета.

– Я неправильно выразился, – рявкнул Леррин. – Но, я надеюсь, присутствующие поймут меня правильно. Она не из нашего мира, ей чужды наши обычаи и законы. Она заставила тебя выбрать её, вместо того, чтобы сразиться за тебя в честном бою, и потом она отказала отдаться тебе в вашу брачную ночь!

– Она пришла из мира с совершенно другими обычаями. Ей пришлось пережить кровавую бойню, и разве мы имеем право винить её за осторожность?

– Я не был в человеческом мире и не знаю, может ли мы винить её. Но я знаю тебя, и имею полное право винить тебя за то, что ты привёл её к нам, – высказался Леррин. – Как мы, народ Анимы, должны доверять женщине, которая живёт по другим законам? И так как ты сам выбрал её, почему мы должны доверять твоему решению? Если она так сильно отличается от нас, то почему ты вообще так уверен, что из неё получится достойная Королева Анимы?

Из горла Рета вырвался грозный рык.

– Ты должен доверять мне, потому что я твой Король, я ваш Альфа, и я уже доказал всей Аниме, что я заслуживаю доверия своего народа!

В зале совета воцарилась гробовая тишина. Леррин и Рет молча сверлили друг друга взглядом, и ни один из них не собирался становиться тем, кто разорвёт напряжение. Всё тело Рета было натянуто, как струна, до тех пор, пока Леррин не разорвал зрительный контакт.

– Как скажете, Ваше Величество, – процедил сквозь зубы Леррин. – Анима доверят тебе, но позволь мне стать первым, кто скажет это: если ты ошибся на её счёт…эта ошибка затмит все твои достижения.

От ярости, Рет стиснул зубы настолько сильно, что его клыки чуть не раскрошились в порошок.