Клац-клац-клац.

Три удара молота - и очередной огромный стальной костыль вбит в землю.

Она пару раз пинает его ногой, проверяя, прочно ли он держится, затем переходит к следующему месту. И снова удары молота.

Клац-клац-клац.

Звук вбиваемых кольев разносится эхом. Если бы кто-то другой занимался подобным на равнине за пределами Франтимо, его бы сочли сумасшедшим, ищущим смерти.

Этот звук мог привлечь всех монстров в радиусе полутора километров.

Но на самом деле всё происходило с точностью до наоборот. О том, какова была участь монстров, привлечённых этим звуком, свидетельствовали разбросанные вокруг строительной площадки трупы.

Там валялось несколько десятков тел разной степени разложения. Все они — её рук дело. На телах монстров не было следов порезов. Она дробила и перемалывала пришедших на звук монстров.

Вес кувалды, которой она орудовала, составлял 80 килограмм.

Она была единственной, кто мог так сражаться в этих местах. И у неё было прозвище, известное больше, чем её имя.

— Молотобаба!

— А? Хансу, ты что ль?

Кхм, она выпрямилась и посмотрела на приближающихся солдат. С расстояния примерно в 400 метров знакомое лицо помахало рукой. Хотя, точнее будет сказать, что он не шёл, а едва волочил ноги, еле переставляя их.

— Ну и видок у вас. Можно подумать, вы спасли страну, и не раз.

— И это твоё приветствие? Да мы чуть не сдохли, пока шли под этой бешеным солнцем и ливнем!

— Ха! Солдаты, называется, а уже ноете… А, кстати. Раз уж вы пришли, уберите-ка трупы, валяющиеся вокруг.

— А?

— Не прикидывайся глухим, давай, шевелись.

— С чего это вдруг? Нам вообще-то отдохнуть надо.

— Вот. Уберёте и отдохнёте.

Это был совсем не шутливый тон. Хансу вышел из себя:

— Да почему ты вечно до меня докапываешься?!

Видимо, сказалась усталость. Хансу сам не заметил, как потянулся рукой к рукояти меча. Увидев это, Молотобаба фыркнула.

— Хансу, ты чего такой милый, когда мы видимся в кои-то веки?

— С чего это мы должны слушаться тебя? У нас с тобой вообще разные…

Бум. Она топнула ногой. Словно желая прервать затянувшуюся тираду Хансу.

На её икре, толщиной с голень, отчётливо вздулась мышца. Кувалда, высотой по грудь взрослому мужчине, в её огромной руке казалась игрушечной.

Привлёкши таким образом внимание своих подчинённых, она небрежно произнесла:

— Кстати, это напомнило мне об одном случае, 20 лет назад.

— …Что, вдруг?

— Тогда был один парень, такой же милый, как ты…

Хансу почувствовал неловкость. Вид у Молотобабы был такой, словно она погрузилась в воспоминания.

— Знаешь, что с ним стало?

— …Откуда мне знать. Что, помер от горя после твоей смерти?

— Нет.

Но то, что она произнесла дальше, не походило на печальную историю. Молотобаба издала боевой клич:

— Он там! Ребёнка мне нянчит и рыдает!

От её зычного голоса, полного невероятной мощи, не только Хансу вздрогнул.

Парх-парх-парх, вспорхнули птицы, сидевшие на деревьях. Подчинённые, которые хотели было возразить, когда она приказала им убирать трупы, тут же втянули головы в плечи и отступили.

В этот момент вперёд вышел щуплый мужичок с виноватым видом.

— Дорогая. Еда готова…

— А. Перца побольше положила?

— Да.

— Молодец… Если б я знала, что эти придут, я бы их заставила готовить. Ладно, пошли есть. Хансу! Вы тут уберите всё, а потом отдыхайте или спите, как хотите!

Никто не посмел возразить ей. Только Хансу пробормотал себе под нос:

— Тоже мне, повод для гордости — мужика похитила и замуж за себя выдала.

Непонятно, подходящий ли это был момент для смеха, но и Адриэнне было не до веселья.

— Э… Кхм, Йохан?

— Да. Я слышал. Я уже пришёл в себя, можешь убрать руку с моего затылка.

Усталости после долгого перехода как не бывало. Как будто он отлично выспался. Покрутив головой, чтобы размять шею, Йохан окинул взглядом стоящих перед ним персонажей.

Хансу и Молотобаба.

В [Окне характеристик] Хансу отображались мелкие навыки, отточенные за долгую службу, а в [Окне характеристик] Молотобабы — её невероятные физические данные.

— Ностальгия.

На лице Йохана появилась улыбка.

Оба персонажа ему нравились.

***

Обычно при слове "битва" люди представляют себе, что происходит на земле. Выстроившиеся в ряд солдаты или мчащиеся в атаку всадники.

Но если спросить мага, он представит себе совсем иную картину. Их поле боя — это место, где разворачиваются потоки энергии, то есть небо.

Наверняка именно это и видит сейчас мой любимый персонаж, Молотобаба Крещендо. Она смотрит на небо не для того, чтобы оценить погоду.

— Эта девка с каждым разом всё искуснее.

Наверняка только я и Хансу знаем, кого она имеет в виду под "девкой". Ведьма равнины, Карнес. Пока мы распаковывали вещи и обустраивались, она, закончившая свой молниеносный обед, ковырялась в зубах веточкой и говорила:

— Эй, Хансу. Пока вы там болтаете, давно бы уже всё убрали.

— Говори, когда вытащишь изо рта перец. Небось, уплетал за обе щеки, забыв про голодного сына?

— Ага. Мой муж отлично солит суп. Когда уберёте? Скоро стемнеет.

— Неважно, сколько человек, главное — убрать… Эй! А ну, соберитесь-ка.

Все, кроме меня, использовавшего [Автопропуск], вымотались. Чтобы решить, кто будет убирать трупы, мы тянули жребий. И не повезло одной брезгливой девушке.

— Фу. Как можно трогать трупы…

Сразу видно, что она изнеженная барышня. Не хотела выделяться и поэтому не стала отказываться. Но подделать жребий невозможно, поэтому ничего не поделаешь.

Я спокойно поднял руку и сказал:

— Давайте я уберу.

Разумеется, я вызвался не ради этой девушки. Но, видимо, она посчитала это жертвой, поэтому, стиснув зубы, тоже подняла руку.

— Я помогу.

Это была Адриэнна с перекошенным лицом.

Кому-то эта сцена могла показаться трогательной. Ведь все до предела вымотались после долгого перехода.

— Хоо~

Хансу присвистнул, глядя на меня и Адриэнну. А потом, обращаясь к парням, которые пытались кадрить Адриэнну, сказал:

— Видали? Вот как надо кадрить. Красиво же.

— ……

Больше никто не вызвался помочь. Все молча смотрели на меня и Адриэнну, идущих к трупам, а потом опустили глаза. Благородство Адриэнны — редкое качество.

Отойдя на небольшое расстояние от остальных, я спросил:

— Зачем ты вызвалась, Адриэнна?

— Тот же вопрос к тебе, Йохан.

— У меня личные причины.

— Тот же ответ… Что ты делаешь?!

Я воткнул меч Мюлькана в живот гоблина. Мой меч без труда разрезал уже начавшую разлагаться плоть и вынырнул наружу вместе с небольшим кусочком меди.

— Среди монстров есть те, кто особенно любит всё блестящее. Они заглатывают драгоценности. Поэтому я вызвался, чтобы проверить, нет ли в их животах чего-нибудь ценного.

Говорю так, но сам удивляюсь себе, что остаюсь невозмутимым, копаясь в трупах.

Впрочем.

Я и тогда был таким, когда разрубил тело капрала пополам.

Выбросив подальше распотрошённого гоблина за пределы строительной площадки, я воткнул меч в следующий труп и спросил:

— А каковы твои личные причины?

Адриэнна поморщилась, увидев, как я ковыряюсь в трупе окровавленным мечом. Но не ушла от ответа.

Подражая моей манере речи, она ответила:

— Среди людей есть те, кто хранит в себе нечто, что сверкает ярче драгоценностей. Они превращают это в нечто великое. Я вызвалась, чтобы узнать, что хранится в тебе.

Я слегка поперхнулся.

— Во мне нет ничего такого.

— Наверняка те, кого ты спас, думают иначе. Тот оклеветанный ученик, кажется, его звали Сабаки?

— Кто знает.

Я пожал плечами.

Если вспомнить описание персонажа Сабаки, то он, скорее всего, не благодарен мне, а пылает ненавистью к тому, кто его подставил.

Я продолжал потрошить монстров, а Адриэнна оттаскивала вспоротые трупы подальше. Адриэнна цинично назвала это "практикой в академии по специальности похоронного бюро".

Монстров было много, поэтому уборка заняла немало времени. Когда мы закончили и вернулись, среди солдат разносился аппетитный запах.

— Ох, слюнки текут…

— От запаха аж в теле слабость.

Послышалось, как дети сглатывают слюну. Молотобаба, как ни крути, была щедрой женщиной, и в уплату за уборку трупов она отдала им целого кабана. Этого хватило бы на всех с лихвой.

Наверное, поэтому командир Хансу заставил уставших учеников тянуть жребий, чтобы убирать трупы. Чтобы поскорее накормить измождённых ребят.

Он зачерпнул из разогретого котла половником, подул и попробовал. А потом, в первую очередь, спросил у нас:

— Парочка, что убирала трупы. У вас с обонянием всё в порядке?

— Да.

— Нет.

— Хм… Тогда пусть сначала поест парень. А девушка поест попозже.

Отодвинув столпившихся ребят, Хансу протянул мне миску с большим куском мяса. Отведав его, я почувствовал, как защипало в носу.

С миской в руках я отошёл подальше от остальных. Прислонившись к стене строящегося здания, я медленно смаковал еду.

Это блюдо часто готовила Мири.

***

— Йохан. Наша очередь.

От голоса девушки, назвавшей моё имя, я с трудом разлепил веки.

Спина немного болела, наверное, из-за того, что место, на котором я лежал, было твёрдым. Тёмное небо над головой казалось огромным глубоким колодцем.

В Сеуле не увидишь такого усыпанного звёздами ночного неба. Да ещё и три полные луны разного размера. Такого не увидишь нигде на Земле.

— Поэтому они и служат указателем.

— …Да?

— Что это игровой мир.

— Игровой… мир?

Глядя на недоумевающую Адриэнну, я поднялся на ноги. Наверное, то, что у нас с ней дежурство в одно время, — это забота командира Хансу.

Я посмотрел в сторону часовой башни. 11:27. Перед сном командир Хансу сказал, что ночной марш-бросок начнётся в полвторого ночи.

— У нас последнее дежурство?

— Да.

— …Видимо, командир позаботился о нас.

Адриэнна кивнула. Само собой, первое и последнее дежурство — самые лёгкие.

Из шеренги спящих ребят послышался стон "кхы". Вполне понятная реакция. В отряде 20 человек.

Дежурят по двое, значит, на сон каждому отводится по 9 часов.

Но этого времени катастрофически мало, учитывая дальность перехода и отвратительную погоду. Можно сказать, что мы на себе испытали все прелести ведьминых помех.

— Как твои ноги?

— В порядке. Правда, помыться негде… Прошу простить меня за такой вид, Йохан.

— Что ты, не стоит извинений.

Несмотря на свои слова, Адриэнна успела привести себя в порядок. Эта привычка доводить свой внешний вид до совершенства, несомненно, была привита ей с детства, как члену императорской семьи.

Я внимательно посмотрел на окно её характеристик.

[Имя: Адриэнна (псевдоним)]

[Класс: Главный персонаж]

[Сила: 3, Ловкость: 6, Чувства: 4, Здоровье: 4, Обаяние: 7, Мудрость: 5]

[Особые навыки]

[Обещание правителя 1 ур. (Секретная техника императорской семьи): Позволяет заключать с другими людьми соглашения при их согласии. Если другая сторона нарушит соглашение, данный персонаж это почувствует.]

[Закручивание 2 ур.: Нейтрализует вражеский выпад и наносит немедленную контратаку. Если противник не разгадает этот приём, он никогда не провалится.]

[Этот персонаж получил титул «Искатель истины», но ещё не использовал его.]

Возможно, я слишком долго смотрел. Заметив мой взгляд, она смутилась, кашлянула и указала на мою голову.

Стряхнув с волос заползших туда жучков, я снова посмотрел на окно её характеристик.

Титул [Искатель истины].

Как и [Ещё один оригинал], он даётся в награду за развитие своей особенности до предела. И с его помощью я могу предположить, какова её особенность.

[Искатель истины] — это награда за особенность [Правда]. Как ни странно, она прямо противоположна одной из двух моих особенностей — [Обман].

— Что ты там разглядываешь?

В наш разговор с Адриэнной вмешался грубый голос. В этом месте только у одной женщины мог быть такой мужественный голос.

Дрррррррррррррр.

Она волокла свою кувалду по земле, приближаясь к нам. Я решил проигнорировать её вопрос, а Адриэнна, поклонившись, сказала:

— Вы не спите?

— Я сова, девушка.

Адриэнна, собиравшаяся было кивнуть, вдруг замерла. И, словно желая удостовериться, что не ослышалась, посмотрела на меня. Наверняка у меня было такое же выражение лица.

Она обратилась к Адриэнне на "вы".

— Вы знаете, кто я?

— Не криви такое милое личико. Я не поведусь. А теперь, парень. Я повторю свой вопрос.

Она подошла ко мне и присела на корточки.

— Что ты там "читал"?

У меня ёкнуло сердце. Неужели она знает про [Окно характеристик]? Хочется верить, что нет.

Я сделал вид, что не понимаю, о чём она.

— Что… читать?

— Ты шевелил губами. Не говори, что бормотал. Что ты читал?

— …Почему я должен отвечать?

— Если не ответишь, я проверю, что крепче — моя кувалда или твоя голова.

Адриэнна испугалась, услышав её внезапную угрозу, но я — нет.

— Не строй такое страшное лицо. Я не поведусь.

— Почему?

— От тебя не пахнет.

— Не пахнет?

Она понюхала свою рубашку, от которой разило потом. И только заметив кольцо у меня на пальце, хлопнула себя по своему широкому лбу.

— А, этот род волков? Который продул всё своё состояние в азартные игры?

— …Официальное название — род Эсперц.

— Хммм…

Она посмотрела вдаль, в сторону часовой башни, и сказала:

— Девушка. Дежурство длится час, верно?

— …Да.

— Значит, достаточно.

…Странно.

Сейчас самое начало сценария "Спасителя из иного мира". В этот момент Молотобаба не должна проявлять особого интереса к ученикам.

Её единственная забота — строительство крепости, которая после события [Охота на ведьм] станет опорным пунктом.

Но…

Почему она проявляет интерес в этот момент?

Её глаза, устремлённые на меня, были полны решимости.

— Может, поговорим немного?

В каждом слове чувствовалась невероятная сила. Повторюсь, она — один из моих любимых персонажей.

Но что совершенно непонятно, так это её действия в "этот момент".

Что-то не так.

Я уже сталкивался с подобным.

Моё незначительное отклонение от сценарного маршрута разрослось и в итоге погубило главного персонажа.

Несомненно, и на эту Молотобабу действует какая-то переменная, которую я вызвал.

Нельзя оставлять это просто так.

Как и в случае с Сабаки, нельзя допустить ещё одного внезапного изменения. Прежде чем ситуация выйдет из-под контроля, я должен узнать, в чём дело.

Нет, я должен это предотвратить.

— Давай поговорим.

***

Та-так-та-.

Пляшущие на лице отблески костра создавали причудливую атмосферу. Но больше всего выделялась сама Молотобаба.

Другими словами…

Она спокойно раздавила ногой проползающую мимо змею, положила её на свою кувалду и, поджаривая на костре, с аппетитом облизывалась.

И при этом истории, которые она рассказывала, были весьма необычными.

Адриэнна уже заслушалась её.

— Надеюсь, я не ослышалась? Онг и Карнес?

— Нет, всё верно, девушка.

Имена знаменитостей, прозвучавшие из уст Молотобабы, произвели на Адриэнну сильное впечатление. Как бы там ни было, и в хорошем, и в плохом смысле, великий маг Онг и ведьма равнины Карнес — личности, изменившие ход военных действий империи.

— То есть, вы учились в академии… вместе с Онгом и Карнес?

— К несчастью, да. Мы втроём вечно околачивались вместе. Эх, было это 20 лет назад.

Адриэнна украдкой осмотрела лицо Молотобабы, стараясь не выдать своего любопытства.

В академию обычно поступают в 18 лет, а значит, если её слова — правда, то ей должно быть около 40 лет. Но Адриэнна не могла найти ни единого признака старения на её крепком теле.

"Кто же эта женщина?"

Всё, что ей известно, — это их разговор.

Молотобаба Крещендо.

Женщина, осмелившаяся заявить, что построит свою крепость на равнине к востоку от Франтимо, на передовой империи.

Возможно, только одним этим поступком она могла прославиться наравне с Онгом и Карнес. Но Адриэнна никогда не слышала о ней, даже когда жила в императорском дворце.

"Может, она не гонится за славой?"

Даже Гладиатор Весны Бастия в своём последнем интервью признался. Что в основе его поступков лежит желание прославиться.

Но эта женщина, чей поступок, возможно, ещё более странный, не прославилась. Наверное, потому, что ей не нужна слава.

Прежде чем затянувшееся молчание стало неловким, Адриэнна сказала:

— Благословенный был год. Сразу три мага в один год.

— Кто знает. Из-за поступков одной особы не уверен, что его можно назвать благословенным.

Разумеется, под "одной особой" Молотобаба подразумевала ведьму Карнес.

Женщину, насылающую адскую погоду на наступающие войска империи.

Благодаря этому маги академии были вынуждены постоянно противостоять магическим выпадам Карнес. Если бы не это, Франтимо давно бы уже стал куда более разнообразным городом.

Полон наводнений, землетрясений, снегопадов и испепеляющей жары.

— Не знаю, что там думают в народе…

Молотобаба перевернула змею на своей кувалде, словно на сковороде.

— Но я считаю, что Онг был мелочным.

— …Потому что он оставил после себя только часовую башню?

— Нет. Потому что он вообще ушёл.

Молотобаба не предавалась воспоминаниям. Она просто пыталась сдержать свой гнев, говоря:

— Что та девка, которая хочет уничтожить неугодную ей империю, что тот ублюдок, сбежавший из неугодной ему эпохи, для меня они оба одинаковы. Не хотят брать на себя ответственность.

Адриэнна подумала, что под "ответственностью" Молотобаба подразумевает "жизнь" или "положение". Но на самом деле речь шла о "дружбе".

Можно сказать, это её кредо. Некоторые истории должны заканчиваться в ту эпоху, когда они начались.

20 лет назад.

У троих юношей и девушек, у которых в академии обнаружился магический дар, были особенности [Время], [Созидание] и [Подчинение].

Проблема была в последней, Карнес, обладательнице особенности [Подчинение]. Падшая, она с каждым днём всё больше превращалась в чудовище. И Молотобаба, как её подруга, решила остановить её.

"Но ты, Онг, решил сбежать".

Когда она доходила до этого момента в своих мыслях, на душе неизменно становилось горько.

Онг даже не считал её и Карнес своими друзьями.

Молотобаба продолжила:

— Никто не выбирает эпоху и место, в которых ему родиться. Как пол или расу, эпоху и место не выбирают, а принимают и обустраивают. Поэтому я и считаю, что эти двое — трусы.

Молотобаба потянула к себе кувалду и посмотрела на поджаренную змею. От жара та сморщилась.

— Хотя, маги — народ своевольный, что уж тут скажешь.

Адриэнне показалось, что она пытается оправдаться, но она не стала указывать на это. Молотобаба, принюхиваясь, втянула носом аппетитный запах жареной змеи. На её лице проступила борьба.

Адриэнне показалось, что она понимает, в чём дело.

— Не предлагай, Молотобаба. Честно говоря, даже если я буду помирать с голоду, то трижды подумаю, прежде чем съесть такое.

— А зря, это деликатес.

Молотобаба не стала уговаривать. Широко раскрыв рот, она подула на хорошо прожаренную змею и засунула её в рот целиком.

Пока она с довольным видом пережёвывала, мужчина, всё это время молча слушавший, произнёс:

— Так вот, какое отношение этот длинный рассказ имеет к твоему интересу ко мне?

— Ах да. Я забыла сказать… Перед уходом Онг оставил мне пророчество.

— Пророчество?

Йохан был ошеломлён.

Какое ещё пророчество?

Ни в одном из созданных им описаний не было ничего подобного. Поэтому он на мгновение заподозрил, что Молотобаба лжёт.

— И что за пророчество?

— Он сказал, что придёт тот, кто сможет спасти этот мир.

Йохан чуть с ума не сошёл. В его голове эхом отдавалось название созданной им игры.

— Он постигнет этот мир с помощью языка, и с его же помощью он сможет спасти или погубить этот мир.

Невероятно.

Неужели Онг "предвидел" его истинную сущность?

Йохан решил пока притвориться, что не понимает, о чём речь.

— …И что, я и есть этот спаситель? С чего ты взяла?

— Он сказал, что спаситель придёт с символом восходящей империи и принесёт с собой символ справедливости.

Само собой, символ империи — это императорская семья.

— Адриэнна — это, должно быть, псевдоним, которым пользуется принцесса? Не знаю только, какая по счёту.

— …Почему ты так решила?

Йохан всё ещё делал вид, что не понимает, о чём речь. Но в этот момент [Дыхание смерти] ударило ему в нос.

— Этот паршивец, опять юлит.

Пшшшшшшшшш.

Раскалённая на костре кувалда погрузилась в грязь, испуская пар.

Йохан похолодел.

— Если уж я подыграла тебе, то можешь не прикидываться дурачком. Тот меч, что у тебя. Это же меч Мюлькана!

От её слов Йохан пришёл в отчаяние, а Адриэнна — в ужас.