Выступления других школ продолжились даже после столь бурной презентации.

Первогодки из-за этого изрядно смутились, но сэмпаи работали нормально, как будто ожидали такие распри.

В перерыве после выступления старшей школы Сэйран советник Фуджимори и глава Мисасаги покинули аудиторию и вместе с советником префектурной Нагумо перебрались в другой конференц-зал. Большая часть посетителей, нахлынувшая после полудня тоже направилась туда.

По словам Амэно, там представят более подробный доклад о неожиданной встрече с жителем Ложной планеты.

В аудитории, видимо, не участвующие в этой части программы, вчетвером остались Хомура с Тооей, Амэно и Инари.

Несмотря на долгожданную презентацию результатов, Хомура разочаровалась из-за сокращения публики, и чувствовала вину перед другими школами, мысленно накрутив себя, однако, по-видимому, это просто было проявление излишнего беспокойства.

Оставшиеся выступления наоборот оказались более оживлёнными и азартными, словно проходили в классе самостоятельных занятий. И как будто с самого начала выступающие не замечали почётных гостей.

Когда старшую префектурную школу Сагитани Эхимэ осыпали аплодисментами в конце презентации, в качестве завершения выступлений Оодзорэ почтительно пригласил одного человека:

— Пожалуйста приветствуйте председателя спецкомитета по Мнимой Земле, депутата палаты советников, Мисасаги Ёсихиро.

Мужчина в костюме с седыми волосами встал и, используя трость, направился к трибуне.

Этот мужчина занимал самое видное место среди почётных гостей и, не вставив ни слова за всё время, лишь тихо наблюдал за залом.

— Д… депутат? Мисасаги… он сказал?!

Ей закивали.

«Именно. О чём тут говорить?» — кивнул Тооя, обращаясь к ней взглядом.

Рядом с Хомурой, которая всё никак не могла поверить услышанному, Инари, занимающая место не вернувшейся Канаэ, посмотрела на сцену, подперев щёку рукой, и пробормотала:

— ...Отец Маё. Хоть он и в возрасте.

— Ты встречалась с ним?

— Да, несколько раз. На прошлогоднюю ЛА он тоже приходил.

«Что я натворила перед столь важным человеком?», — обхватила голову руками Хомура. — «А ещё отец главы Мисасаги?.. И депутат, член парламента Японии?!»

Это означало, что он такой же кровный родственник принцессы Субару...

Паникующую Хомуру впечатлил высокий мужчина.

Прислонив трость, член парламента Мисасаги, достойно стоявший на трибуне, спокойно взглянул на зал.

У него были загадочные глаза, которые сразу притягивали взгляды учащихся.

Хомуру на мгновение даже посетило наваждение, будто он переглянулся с ней.

— Я счастлив, что в этом году снова смог встретиться со всеми исследователями Ложной планеты.

Он выступал перед совершенно затихшей аудиторией.

Приятно звучащий голос, словно упругая тетива лука.

— Вы отправились на далёкие территории Мнимой Земли, где вам не могли гарантировать какую-либо безопасность, на планету, которую не достигнет никакое покровительство, и вернулись, не потеряв ни одной жизни. Возможность внимательно слушать ваши доклады из разных регионов — наша радость. Каждая ваша улыбка — наша гордость.

Участники устремили взгляды на члена парламента.

И Кома-сэмпай, и Тага-сэмпай, и Нагасино с планшетом в руках, и стоящий по стойке смирно Оодзорэ, и сложившая руки за головой и жующая жвачку Нанакубо. И даже Тэнрю, во время выступлений откинувшийся на спинку стула, выпрямились и, скрестив руки на груди, серьёзно слушали.

...А?

Лишь Инари по соседству с Хомурой сидела склонившись с отсутствующим видом, подперев щеку рукой. Но это, по-видимому, поведение непредвиденного вторженца.

Однако, похоже, в её глазах отражался не отец главы Мисасаги. И подавно не пейзаж за окном, а почему-то её взгляд гонялся за профилем лица того, с кем она недавно ожесточённо спорила.

Хотя Хомура отчего-то обеспокоилась этим, её внимание, естественно, вернулось к речи члена парламента, западающей в сердце.

— ...Обойдёмся без скучных приветствий. Со всеми главами и третьегодками Экспедиционных клубов каждой школы у меня будет время поговорить позднее. Ожидайте его с нетерпением.

У меня есть для вас два объявления, которые я хочу, чтобы все исследователи запомнили.

Во-первых, данный разговор ограничивается этими стенами, однако нынешнее правительство вскоре обновит состав кабинета министров. То есть всех глав министерств Японии заменят.

Кроме того принятие законопроекта, давно находившегося на рассмотрении в парламенте почти подтверждено, и с целью создания нового административного органа обе палаты парламента приступили к корректировке этого законопроекта. В конце года заработает «Управление по освоению Ложной планеты» в качестве внешнего учреждения Кабинета министров. Можно сказать, усилия нашей страны в исследовании Ложной планеты вышли на новый этап.

Управление по освоению Ложной планеты… Часто слышавшая подобные грубоватые названия, даже Хомура прекрасно понимала, почему большое число участников сразу подались вперёд. Это было предчувствие зарождения, вроде долгожданного хит-номера, который, наконец, исполнили на скудном на зрительские симпатии концерте.

— Подобного рода правительственное учреждение следом стали основывать Соединённые Штаты Америки, Китайская Народная Республика, Республика Индия. Пост первого начальника управления, в перспективе, хоть и самонадеянно, займу я.

Член парламента в ответ на раздавшиеся громкие аплодисменты поклонился.

— Спасибо. Это был долгий путь. Хоть я так и говорю, сам я не ступал на поверхность Ложной планеты. И всё это именно благодаря ранее приложенным усилиям исследователей. Именно благодаря помощи представителей Экспедиционного отдела Тэнрю-куна и Оодзорэ-куна. Отныне я смогу выстроить позицию для более оперативной поддержки всех вас.

Оодзорэ молчаливо поклонился и поблагодарил в ответ. Однако перед тем как стоящий рядом Тэнрю успел снова дать себе волю, он принял странную позу, склонив голову набок и сложив руки:

— Другое, гораздо более радостное сообщение.

Японское отделение UNPIEP встречает новый Экспедиционный клуб. Кадзума-кун из старшей школы Аоба Сэндай, и Фукуда-сан из старшей школы Канан Исиномаки, не поднимитесь?..

Двое учащихся, названных по имени членом парламента, поднялись. Это были парень и девушка, которые впервые появились при представлении резервных участников.

Они встали на трибуне рядом с членом парламента.

— Как упоминал ранее Оодзорэ-кун, они в основном командировались в старшую школу Хиёшизака и действовали в качестве резервных участников.

Эти ученики, участвуя в исследованиях старшей школы Хиёшизака, прошли пешком 3000 километров, и обеспечили себе плацдарм для строительства базового лагеря в районе, соответствующем району города Сэндай на Ложной планете.

Сперва они обретут форму вида Экспедиционного клуба из двух человек, Кадзума-кун в нём станет первым главой, Фукуда-сан переведётся из Исиномаки, но приготовления к принятию новичков в члены Экспедиционного клуба с нового семестра следующего года уже завершены.

Согласно обследованию, в настоящее время в том же районе, находятся семь подтвержденных экзаменуемых, которые выполнили условие по IE-реакции и изъявили желание присоединиться к Экспедиционному клубу в будущем. Можно сказать, его ждут хорошие перспективы.

Мы рассчитываем, что изучение территории, соответствующее региону Тохоку, которое началось лишь с помощью дальних экспедиций старшей школы Хиёшизака, технологического училища Эттю Такаока и старшей школы Сэйран, в будущем разовьётся.

Естественно раздались аплодисменты.

Те двое учащихся, должно быть, были третьего и второго года. То есть парень-сэмпай, заявленный первым главой, закончит школу перед встречей новых членов в следующем году.

Хоть они и нервничали, в зал смотрели горделиво.

Их улыбки были направлены в сторону места старшей школы Хиёшизака.

Главу Камикому, сидящую в центре, переполнили эмоции. Вопреки ожидаемой шутке, вроде подтрунивания над Тооей, по её щеке катилась горячая слеза.

Камикома сама захлопала в ладоши и тыльной стороной руки часто вытирала слёзы. Её выражение лица, подобное которому Хомура никогда не видела, смешивало в себе гордость и опустошённость.

Рядом Тага с беспокойством посмотрел сверху вниз на Камикому.

Покидая сцену, учащиеся из района Сэндай поклонились члену парламента и всем участникам старшей школы Хиёшизака.

Член парламента повернулся к залу с неустрашимой улыбкой, словно ястреб, и завершил речь:

— На этих выступлениях представили множество восхитительных достижений. Однако поистине незаменимыми являются ваши неудачи. Именно ошибки — ваше сокровище, и ваш подлинно блестящий результат. Неудачи смущают, тяготят сердце и заставляют цепенеть ноги. Даже оглядываясь назад сквозь года, приукрасить их не получится. Также, к счастью, наша японская исследовательская организация Ложной планеты ещё не понесла жертв, не потеряла никого. Тем не менее когда-нибудь обязательно придёт время платить за это. Неудачи обитают в местах, которые бросают нам вызов. В тот момент, когда столкнёмся с жертвами, как мы оценим их?.. Это будет продемонстрировано нами, взрослыми, и вашим отношением к ежедневным вызовам и неудачам.

Когда череда выступлений окончилась, большое число участников из других школ подошли к Инари.

Однако она быстро покинула аудиторию, не обратив внимания даже на старых знакомых.

— По-постой, Инари-сэмпай… — впопыхах погналась за ней Хомура. Снова оно.

«Стесняешься спустя долгое время?» — доносились со спины дразнящие голоса. Но в данной ситуации Хомура очень беспокоилась, зная дикий нрав Инари, который если вырвется наружу, то и не остановишь.

Она как-то догнала Инари в коридоре и отчаянно удержала:

— Сэмпай-та, куда ты идёшь?

— Возвращаюсь.

— Какое там возвращаюсь, разве ты не только что пришла?!

— Я не на экскурсию приехала. Моя работа закончена. Работа помощника Аоко. Сделать что-нибудь для вас, беспомощных первогодок.

Парочку, ведущую диалог не прерывая шаг, догнали Тооя и Амэно.

Амэно внезапно вытаращила глаза и зацепилась за речь Инари:

— Работу? Что за сделка между тобой и Чиаю-сан? Деньги?! Сколько получила?!

— А-а, отстань, заткни ей рот, Тооя!

— Так-то кораблей в это время уже нет, — отметил Тооя, которому, похоже, оказалось это не по силам.

— Пешком вернусь.

— Пешком?! — поразилась Хомура, на что Амэно дополнила: — Известно, что до порта Накама идёт лесная дорога.

Нет-нет-нет.

— И-и всё же, невозможно, уже ночь наступила! В смысле, если тебе здесь настолько не нравится, зачем было специально сюда...

— Обед здесь — Окинавская кухня, понимаешь?

Хомура и Амэно суетливо вцепились в Инари с обеих сторон.

Когда уже Инари собиралась раздражающе закричать, иностранный чиновник UNPIEP, появившийся из двери, приложил палец к губам и вынес предупреждение: «Тс-с».

Они были перед неким конференц-залом.

Из двери как раз проглядывались ведущие встречу с участниками с трибуны Мисасаги-сэмпай и советник Фуджимори, а также советник префектурной Нагумо, являющийся представителем директоров, подведомственной Японскому отделению UNPIEP.

Доклад об обнаружении жителя Ложной планеты всё ещё продолжался с того времени.

От увиденного краем глаза сквозь щёлку становилось понятно, что атмосфера на сессии вопросов и ответов, раскалилась добела, и вступить в неё не просто.

И Инари и Хомура внезапно остановились по случаю и ненадолго засмотрелись.

Державшаяся Хомура, снявшая руку с плеча Инари, вздохнув, обратилась к ней с просьбой:

— ...По крайней мере, пожалуйста, сходи и поговори с Мисасаги-сэмпай.

— Не хочу. Нам особо не о чем разговаривать. Меня позвала Мори-чан и я поневоле приехала, и это не значило, что я специально пришла повстречаться с Маё.

— Добралась досюда и всё ещё говоришь такое...

Инари снова без церемоний зашагала.

Когда они вышли наружу из вестибюля пансионата, тропическое небо окрашивал густой багровый закат.

Инари стряхнула назойливо вцепившихся Хомуру с Амэно и гневно заявила:

— Не собираюсь я оставаться здесь. Даже если нет другого парома, я могу остановиться на ночлег в гавани.

— Это на другой стороне острова, понимаешь? Пойдёшь пересекать джунгли ночью-ю?!

«Это плохо?»

Бросив сердитый взгляд на Хомуру, она вздохнула с недовольной физиономией и смягчилась:

— Я не нахожу себе места от таких выступлений.

— Э...

Инари внезапно посерьёзнела и уставилась на Хомуру с Тооей.

Заходящее солнце освещало профиль её лица.

— Группы из других школ, выступавшие на трибуне, все казались крутыми. Выглядели так, будто исполняли важные обязанности, которые другие люди неспособны?

— ...Да. — Точно так и Хомура лишь кивнула. — Но… ведь сэмпай помогла мне, не так ли?

— Подниматься на такой пьедестал почёта, получать похвалу и аплодисменты — ничего плохого. Но отдельно мы не являемся особенными избранными людьми. Когда тебя забрасывают на Ложную планету, каждый будет делать всё возможное. Без этого не выживешь.

— ...Хочешь сказать, это культ, где все следят друг за другом и не позволяют опередить себя? — произнёс Тооя.

— Именно! Тооя, ты вдруг догадался?.. «Честные усилия, идущие на пользу людям», и «открываем путь в будущее», легко понять. Это феромонный марш муравьёв, который ниже уровня таких добровольцев. Путь, который не выбирал самостоятельно.

— Н-но разве это не великолепно?

Хомура вряд ли забудет улыбающееся лицо и слёзы гордой Комы-сэмпай, которую видела ранее.

— Да, прекрасно-прекрасно. Подвиг, выходящий за рамки возможностей среднего старшеклассника. Обычное такое явление. Но абсолютно никаких шансов добраться до приманки, болтающейся перед носом. Даже после трёх лет оголтелой работы ничего не останется! — выплюнула Инари, а затем резко развернулась к лесу и быстро ушла.

— Постой. Тооя-кун, задержи её. Уже солнце село.

— Так-то… разве она не производит впечатление, что по-любому справится в одиночку с пятью и десятью хабу[1]? Этакая Кинтаро-девушка.

— Ты издеваешься?!

— Вот именно. Подожди, пожалуйста, Сунао-сан! — Амэно громким голосом окликнула уменьшившуюся Инари и подбежала к ней.

Видимо, пыталась уговорить. Она достала что-то из-за пазухи и с пылом произнесла речь.

Однако не прошло и минуты как она вернулась к наблюдавшим со стороны Хомуре и Тоое.

Инари снова направилась к лесу и исчезла на входе в темноватую лесную дорогу.

Увидев довольное лицо вернувшейся Амэно, Хомура обалдело спросила:

— ...Что произошло, Амэ-чан?

— «Спасибо, признательна тебе» — сказала-а она!

— А?

— Я бояла-ась, что под её ногами лесная дорога наверное будет темна, и передала ей фонарик, аптечку и затем воду, которые носила с собой на всякий случай! — сияя, покраснела Амэно.

— Я говорила остановить её! А ты подтолкнула в спину! И что нам теперь делать?

— ...Вот те на, ничего не попишешь. — Тооя, почёсывая затылок, проверил время по своему терминалу и зашагал за Инари. — Хиноока и Амэно, возвращайтесь. Я что-нибудь придумаю.

— Я тоже пойду...

— Всё нормально. Ни к чему, чтобы вы ввязались в соревнование странного упрямства. Сразу по возвращении расскажите Мори-чан.

— А у-ужин? Роскошный ужин окинавской кухни?!

Отдаляющийся Тооя, не ответив на вопрос Хомуры, проверил функционирование фонарика вытащенного терминала и, светя им над головой, исчез на лесной дороге.

Амэно попыталась успокоить расстроенно выглядящую Хомуру:

— Если доверимся Такуми-сану, то всё будет хорошо. Ведь если у него есть терминал, мы можем связаться с ним по всему острову.

— ...Правда?..

Вновь столовая пансионата.

В конечном счёте, поужинали лишь Хомура с Амэно.

Тем не менее Амэно, естественно, не ела.

Хоть это и был первый день ЛА, ужин получился довольно одиноким.

Меню долгожданной, разнообразнейшей местной кухни при еде в одиночку наводило тоску...

За окнами виднелся тёмный лес, освещаемый полумесяцем, а на горизонте вдали мерцали огни рыболовных и грузовых кораблей.

Амэно, сидевшая напротив Хомуры, невинно глядела на выбранное той блюдо, хотя ранеепротянула принесённый с собой кабель питания и адаптер из розетки в стене и воткнула его конец внутрь своей парки.

— Это зарядка аккумулятора, да? Вроде еды Амэ-чан, верно? Хотя в клубной комнате я такого ещё не видела.

— А, да. Для повседневной жизни мне достаточно просто заряжаться ночью в комнате Чиаю-сан или у себя дома.

На дисплее адаптера отображалось более 50% оставшейся энергии.

— Хм-м, один раз в день питаешься? Даже мне это не по силам… А окинавское электричество немного отличается на вкус? Каково оно?

— Ага… своеобразное. Мощное, хотя грубое ощущение, вероятно из-за большого потребления в этом комплексе сегодня вечером. Отличается от мягкого вкуса большого острова. Хомура-сан, попробуешь?

Сказав так, она шурша вытащила белый треугольный штекер из-под парки.

— Нет-нет-нет, это несколько чересчур дерзко.

Похоже, для зарядки у Амэно имелась частично проводящая точка на коже живота, и туда вставлялся штекер.

— Ах, знаешь, заменив аккумулятор на Ложной планете на особую, высокой ёмкости металло-воздушную батарею, я буду работать намного дольше?

— Но разве аккумулятор не сломается на Ложной планете? Да даже на сегодняшних выступлениях было достаточно разговоров о том, как ста-ало бы легко, если бы могли использовать электричество на месте.

— Как я слышала, потребовалось пять лет на решение проблемы с поломками той батареи. На данный момент, единственное решение, что придумали — это космические зонды Ложной планеты, которые оснащены автономной световой схемой, как я.

«Кхем», — надулась от гордости Амэно.

— Только Амэ-чан? И как это работает?

— Если ты заинтересована в деталях, посещение института технических исследований Хонба пойдёт тебе на пользу. Руководитель разработки тоже был заинтересован в тебе, Хомура-сан.

— Институт Хонба — это дом Амэ-чан, да?.. Постой, мной? Руководитель разработки?

Амэно кивнула.

— Хотя если позволит Чиаю-сан, — с кривой улыбкой добавила она.

Амэно запустила руку под парку и вновь присоединила штекер.

— Однако мне приходится питаться кратковременными закусками в общественных зонах беспроводной подзарядки, похожие на те, что вы используете, обычно не осознавая того.

— Это-то наклейки со знаком электричества в кафе, на некоторых местах в трамвае и скамейках на автобусных остановках?

— Да. Вот так ладонью. Хотя это немного неприлично.

С оттопыренными средним и безымянным пальцами, она легонько положила руку формой знака V на стол.

— Ого, ого, понятно, — кивнула Хомура.

Вероятно из-за наличия таких зон подзарядки по всему городу, сама Хомура, можно сказать, не испытывала проблем от полностью разряженного аккумулятора портативной электроники. Если только не забросит её на несколько лет, либо очень долго не будет ею пользоваться.

Таким образом, в частности, если вспомнить акт зарядки, то в лучшем случае это была парковка для электровелосипедов.

— Самая вкусная — это-о полоса электромобилей на заправке. Я пристрастилась к обильно плотному и роскошному вкусу… Хотя в последнее время из-за набирающих популярность автомобилей на топливных элементах, они никак не попадаются мне даже в точках заправки Чиаю-сан… — отвлеклась Амэно. — Но все опаздывают. Судя по нынешнему положению, глава и Чиаю-сан после выступлений пойдут прямо на собрание глав?

— Э-э, уже такое время?

Безусловно, время открытия собрания глав, в основном третьегодками почти настало.

— Тооя-кун с Инари-сэмпай тоже никак не вернутся. Вот ведь… Чем они там занимаются?

— ...Волнуешься?

— Что с твоими глазами?

После непростого ужина Хомура покинула столовую и отправилась осматривать пансионат изнутри.

Видимо, почти все участники Экспедиционных клубов вернулись в комнаты, и внутри стояла тишина.

Не в настроении возвращаться в комнату, она только и слонялась без дела.

— Не Хиноока-сан ли? Одна? А Тооя?

Окликнувшим её оказался Отомару из Асано Канадзавы.

Рядом с ним находилась Химэкава из технической Томакомаи:

— Добрый вечер, Хиноока-сан.

Хомура заметила знакомых участников и облегчённо вздохнула:

— И вам добрый вечер. Тооя-кун на прогулке.

— Прогулке? В такую темень? Что это значит?

Хомура объяснила про Тоою, погнавшегося за Инари.

Объяснить так, что у слишком вольной Инари не ненормальный характер, скрывая сложные обстоятельства внутри клуба, оказалось для неё труднейшей задачей, и пара слушателей её, наверное, поняла… или не поняла.

— У вас какая-то совместная работа, Отомару-кун и Химэкава-сан? Клубные дела?

— Нет, мы просто случайно оказались тут.

— Мы посторонние на собрании глав, так что сейчас не знаем, чем себя занять.

— В это время рабочих групп тоже нет. Но как-то странно. Словно меня внезапно вышвырнули.

— Верно. То же чувство. Почему-то меня оставили вместе с Игучи-сан. Хотя похоже сэмпаи пошли в купальню.

— Игучи тоже?

— Да.

Игучи была первогодкой в старшей школе Асано Канадзавы, и потому соклубницей Отомару. По-видимому, аналогичное положение, как и с Отомару. Хомура вздохнула и проворчала:

— Здесь обстоятельства иные, но исчез один, исчезла вторая, и незаметно я соло-игрок, хотя мне… одиноко...

— Как мне говорили, в киоске на территории кофейни есть роскошное шеквашевое[2] мороженое, поэтому, Хиноока-сан, сходим вместе поедим? А ты, Отомару, как?

Хомура без колебаний кивнула. У Отомару тоже не было причин отказываться.

По пути Химэкава робко спросила:

— Кстати, Хиноока-сан, а где Амэ-чан?

— Амэ-чан? Амэ-чан должна присутствовать на собрании глав, и она ушла к Мори-чан. Потому я сейчас одна.

— Вот как? Досадно… страшно досадно...

Химэкава с некоторой решимостью повернулась к Хомуре:

— Хиноока-сан. Не возражаешь, если я погощу сегодня в комнате старшей школы Сэйран?

— О-о? А так можно?

Отомару ответил на вопрос Хомуры, повернувшейся к Химэкаве:

— Насчёт можно, все комнаты распределены между парнями и девушками. Я тоже нахлебничаю в Томадэн. Хотя несмотря на то, что на Ложной планете парни и девушки нередко спали вповалку, уже поздно об этом волноваться. А, Химэкава, ты не придёшь в комнату девушек моей школы?

— Я уже разговаривала с главой Ширагику Асано Канадзавы. Поскольку это драгоценная возможность, я, нынешние три ночёвки, каждую ночь по порядку, буду навязываться в комнаты девушек разных школ. Однако для сэнсэев это тайна.

— Ах… Так это операция Химэкавы-сан по захвату подружек?! Хорошо, хорошо-о, непременно приходи. Футонов в комнате у нас в избытке.

— Большое спасибо, Хиноока-сан. В настоящее время я в процессе её выполнения. Пожалуйста, спроси также у главы Мисасаги.

— Ага. Поняла, — вернула себе оживлённость и радостно кивнула Хомура.

— Ого. А это недурно, — отметил Отомару.

— Отомару-кун, если ты тоже устал от лагеря парней моего Томадэн, не стесняясь отходи в другую комнату и не беспокойся об этом.

— Нет, всё в порядке. Мне и сейчас достаточно весело… Ты, в основном, так и говоришь про своих сэмпаев?

— Нельзя?

— Да нет, ведь о тебе, Химэкава, говорили как о неком дьяволе, которого когда злят, выпадает красный снег. Мне рассказывали… как сложенное нижнее бельё было сдвинуто на 5 миллиметров, мясо из тушёнки исчезло и стало походить на краску, растворившуюся в воде… и как появился пустой патрон от плёнки для фотоаппарата, а их выкинули из лагеря в метель ночью, пока они честно не признались, что фотографировали.

— Однако это всё правда.

— Правда...

Отомару тоже бесстрашно поведал свою историю мучительных испытаний.

Пока то да сё, троица забеспокоилась о позднем возвращении Тоои и Инари, отчего они вышли в вестибюль пансионата, чтобы посмотреть на положение вещей. Поход в кофейню отложили.

А тут ещё с верхней лестничной площадки раздался голос:

— Эй, подождите-е! Да, вы!

Сорвиголова-старшеклассница в юбке соскользнула по перилам.

— Оп-па, вот ты где, Химэкава. И компашка первогодок тоже.

— ...Ха-а.

Окликнувшей их оказалась девушка-участница второго года префектурной Нагумо, Нанакубо. Это сразу же стало понятно благодаря цветной оправе её очков и многофункциональным наушникам.

— ...Нанакубо-сэмпай?

Невольно произнёсшая имя Хомура получила крайне злобный взгляд в ответ.

У-у… страшно...

— Никакой я не твой сэмпай. Слушьте, мы собираемся на пляже Уфара. Не проболтайтесь советникам. Настучите — по-жёсткому будет. Сбор в 18:45. BC-экипировка. Не опаздывать.

— Э-э, что это вообще за?

— Заткнись. Не парься, помалкивай и приходи. Отомару, Игучи тоже скажи. С Кувадзоно… я недавно виделась, так что… Хиноока, ты отвечаешь за Тоою. И передай этому болвану Сахо, я никак не могу поймать его. В реальности, он в комнате парней?

Хотя Хомура оторопела от поспешной речи, она только неловко кивнула. Пляж Уфара — название маленького побережья, не такого далёкого от пансионата. Только одного она не поняла:

— Что за BC-экипировка?

— Ха-а? Иди спроси Инари. Я очень занята, говорю. А-а-а, вот блин, короткая соломинка...

— Послуша-ай, Тооя-кун и Инари-сэмпай!..

Однако прежде чем она сообщила об их отсутствии, Нанакубо быстро покинула их.

Хомура, попытавшаяся погнаться за Нанакубо, сбросила оцепенение и её плечи резко опали.

— Э-э, и-и что это было-о? Не понимаю-ю-ю.

— BC, вероятно, — это сокращение от beachcombing. Проще говоря, собирать всякую всячину на берегу.

— Собирать всякую всячину… Тогда, BC-экипировка, это надо переодеться в купальник?

— Наверное? Гм. — Химэкава, всё ещё не понимая ситуацию, склонила голову набок. — В такую ночь? Если рабочая группа направится в лагуну на судне, то завтра было бы самое время.

— Хм-м… Нанакубо-сэмпай такая странная.

— Химэкава так частенько говорит, но... — проворчал Отомару, криво улыбаясь. — Мне трудно иметь дело с префектурной Нагумо из-за ощущения некой натянутости.

— Да. Мне тоже несколько… — поддержала Хомура.

Хорошего впечатления о префектурной Нагумо у Хомуры от той перепалки во время сессии вопросов и ответов не сохранилось. Впечатление «трудно иметь дело», казалось, понемногу приблизилось к «страшно».

— Вот как? — Химэкава откровенно ответила парочке. — Но запомнила. Все наши имена. Нанакубо-сэмпай.

То ли у неё стальные нервы, то ли она просто тупоголовая. Невзирая на удивление, Хомура заключила:

— Интересно, нам не остаётся ничего, как идти по приказу сэмпая?.. Хотя от того, что втайне позвали только первогодок, у меня неприятное предчувствие...

Лишь плохая ассоциация главенствовала, а Хомура была полна тревоги. С нетерпением ожидаемое купание в море теперь вызывало опасения.

Несмотря на беспокойство, все они на данный момент вышли ко входу.

Вслед за этим, поистине своевременно, к зданию пансионата вернулась долгожданная парочка.

— Инари-сэмпай!.. Тооя-кун?!

Хомура изумилась их ужасающему виду, и сообщение Нанакубо вылетело из головы. Так или иначе она подбежала к ним:

— Ч-что там с вами случилось?!

— Пф-ф! Двумя словами не обойдёшься!!!

Инари прошла мимо Хомуры и, капая грязной водой, вошла в пансионат. В её волосах запутались листочки папоротника и даже лоза растения из бобовых.

За ней последовал Тооя. За ним следовали двое охранников, подведомственных Японскому отделению UNPIEP, которые патрулировали пансионат внутри и снаружи. А также подозрительный мужчина, одетый в жилет репортёра (порванный) камуфляжного рисунка.

Мужчину, покрытого грязью с ног до головы, крепко удерживали охранники с обеих сторон. А тут ещё...

— А… плата за стирку-у-у!

Всё ещё гневаясь, Инари рывком повернула назад и огрела мужчину ударом с полулёта по спине.

«Гуэ-э», — просочился из лёгких мужчины бесформенный стон как у лягушки.

— Чёрт подери, грязный новостник, своенравщи-ик.

— С-сэмпа-ай, Аоко в номере 214! Ключ от комнаты!..

Затем, снова вернувшаяся ко входу Инари вырвала ключ-карту, протянутую Хомурой, и ушла, недовольно, но негромко шагая.

— Да в чём дело-то?..

Тем не менее раны, по-видимому, отсутствовали, а по её поведению чувствовался избыток энергии.

Тооя, наблюдавший за доставкой подозрительного мужчины, присоединился к ошеломлённой Хомуре и остальным.

— Опоздали, прости, Хиноока. Я невероятно оголодал.

— Прости, что поела вперёд вас… Так, что именно случилось-то?

Тооя горько усмехнулся Хомуре, заглядывающей в его измазанное грязью лицо, и снял замаранные очки:

— Да. Папарацци, скажу тебе. Фотограф-вуайерист, нацеленный на сенсации.

— Э-э-э.

— Прятался в лесу и когда заметили, попытался сбежать...

Из рассказа Тоои: он погнался за Инари по лесной дороге и стал спорить с той посреди леса.

Пререкаясь они шли по лесной дороге и через некоторое время Инари обратила внимание на звук. Инари настаивала, что шум, доносившийся с места немного поодаль от тропинки, не был топотом диких животных.

Как ни крути, это было опасно, поэтому Тооя известил с помощью терминала охранников, вверив им это дело. Между тем Инари сама полезла в чащу.

Волей-неволей Тооя последовал за ней.

В итоге, получилось, что производившим шум оказался несанкционированный вторженец, но следуя за убегающим, притом неопытным нарушителем в густых зарослях, парочка стала углубляться в лес, и под конец вместе с пойманным они скатились по склону долины.

— И вы поймали его?.. Вдвоём?

— Потрясающе! Прямо подвиг, Тооя, — высказал в приподнятом настроении Отомару.

— Нет-нет-нет, это ведь сумасбродство?! Безрассудство?! Какие-нибудь раны… С тобой всё в порядке?

Назойливо отталкивая руку Хомуры, попытавшейся вытереть грязь с его лица носовым платком, Тооя нахмурился в раздражении:

— Нет, всё напрасно. Оказалось слишком поздно.

— Слишком поздно?.. — усомнилась несмогшая ухватить смысл слов Тоои Хомура.

— ...А-а, как и сказал Тооя-кун.

Услышав слова «тайные фотографии», Химэкава, тут же доставшая свой терминал и управлявшаяся с ним, вновь пробормотала равнодушным тоном:

— В блоге обозревателя Экспедиционного клуба уже начала ходить информация. Огромный взрыв количества запросов по ключевому слову «Нуттерианин». В скором времени это появится в публичных новостях.

На экране результатов поисков показанного терминала, новостные заголовки, расходящиеся в реальном времени, прокручивались словно водопад.

Хомура опешила.

Отомару закрыл лицо руками и посмотрел вверх. Но сразу же пришёл в себя.

— ...Иначе говоря, да. Они опередили официальное объявление ООН, так? Но раз так, то это не большая проблема, верно? Ведь от штаба UNPIEP немедленно соответствующая информация...

— Это только перехваченный текст утёк?.. А видео?

По сравнению с Отомару, тон голоса Химэкавы звучал немножко серьёзнее.

Тооя легонько покачал головой:

— Об этом я не знаю. Сейчас, возможно, покупатели договариваются о ценах с нелегальными новостными сайтами, игнорирующими соглашение по информации. В любом случае, мы уже не можем в это вмешаться.

Не в состоянии уловить размах текущей ситуации, Хомура схватилась за голову:

— В-верно. Почти такое время, но нас позвали… Ух, у нас уже не так много времени, понимаете?

— Позвали?

Хомура торопливо объяснила Тоое. Когда он услышал о загадочном созыве первогодок от Нанакубо, то неожиданно на это сообщил: «Выглядит интересно» и широко приподнял уголки рта.

— Оставлю это на тебя, Хиноока.

— Э-э?

— Ну, мне ведь надо присутствовать на собрании глав. Так-то скоро время открытия. Сейчас не тот случай, чтобы сушить одежду здесь.

«А, вот как?» — Отомару с Химэкавой поняли и кивнули.

Только Хомура пребывала в недоумении.

— Хиноока… Ты снова безответственно пропустила мимо ушей разговор? На собрании в основном появляются три человека: глава, замглавы и советник от всех Экспедиционных клубов. Замглавы у нас не определён, однако сегодня я буду временным замглавой… Мы это решили, помнишь?

— Неужели так и было?.. Эм… но...

— Я понятия не имею, что это за созыв, но отдельно они тебя есть не будут, верно? Сходи с Амэно.

— Но-но Амэ-чан тоже говорила, что должна появиться на собрании, знаешь? «Сегодня я представляю космические зонды Ложной планеты института технических исследований Хонба!» — что-то подобное, полная воодушевления.

— Недавно, а, вот как? — Тооя кивнул. Хомура ещё больше нахмурилась.

— Послуша-ай, но-о мне будет уныло идти одной.

— Не проблема, Хиноока-сан. Ведь я тоже укрепилась в решении пойти. Давайте вместе примем посвящение в братство нашего спортивно-ориентированного вертикально структурированного общества.

— Э-э?

— Я тоже буду. Или стоит сказать, мне надо поскорее позвать эту Игучи, а то станет опасно… Что ж, постарайся на собрании глав, Тооя! — заявил Отомару.

— Да. Позже расскажи нам.

Отомару и Химэкава покинули место, объединившись с членами клубов тех же годов.

Остались Хомура и Тооя.

— ...Ушли.

Тооя попытался положить руку на её плечо, однако внезапно Хомура увернулась. Хоть он и высох, его рука всё ещё была покрыта грязью.

— Ты не будешь одна, — сообщил несколько радостный Тооя.

— Ты про кого?

— Второгодку, похожую на первогодку.

Примечания переводчика:

1. (Жёлто-зелёная куфия) Вид ядовитых змей семейства гадюковых.

2. Citrus depressa. Небольшой, зелёный цитрусовый фрукт. Родом из Тайвани и Окинавы.