Оставив дом Инари позади, парочка направилась прямо в спортзал.

В автобусе с кондиционером они пили какой-то сок.

Пассажиров в первый день летних каникул было немного для буднего дня.

— Неудобно, что я не могу сразу просмотреть отснятые фотографии, — пробурчала Хомура, сидящая рядом с Тооей.

Поскольку они специально навестили дом Инари, девушка сделала фото на память во время лекции по обращению с камерой.

На фотоснимке были изображены двое в непонятной обстановке: напряжённый Тооя и отец Инари, показывающий знак мира, с улыбкой до ушей.

...Но у неё должно было получиться.

— Во всяком случае, плёнку проявит машина, так что всё путём. Ну, частная автопроявочная машина Экспедиционного клуба, видать, довольно дорого стоит?

— Не знала о таком. Ах, Мори-чан и компания кичились тем, что сами занимались проявкой.

— Не похоже, что Мори-чан корпела над чем-то подобным.

— Вот уж точно. Так или иначе, непременно свалила на кого-то другого.

Скорее всего.

Быть может затруднения того человека привели в итоге к фотоаппарату для Ложной планеты и автоматической проявочной машине?

Узкая дорога прорезывала гребень холма и тянулась дальше. За окнами автобуса проплывали краски летней зелени и ясного неба.

— Спортзал? Я бываю там только на школьных мероприятиях и чтобы поддержать Цую с её чирлидингом. А что насчёт тебя, Тооя-кун?

— М? Да, по-своему.

— ...А, ясно. Соревнования?

Тооя кивнул.

К слову о спортзале, это место не только для чирлидинга, ещё в нём проводятся различные спортивные отборочные турниры. Разумеется, юноша знал о нём.

— Отец Инари-сэмпай сказал, что она проходит реабилитацию в спортзале. Интересно, там есть помещения для такого?

— Как знать. Я не в курсе.

— Тооя-кун, ты не сожалеешь, что оставил кэндо?

— А? Нет, я не бросал его.

— Ты же участвовал в национальном слёте, разве нет?

— Да говорю тебе, не бросал я его. И я уже точно не участник, — поправил Тооя очки на переносице и сердито посмотрел на Хомуру.

— Разве не было человека, который пытался удержать тебя?

— Эм-м… Нет, всё оказалось довольно просто.

— Правда? А тебе не было грустно?

— Я и сейчас заглядываю в додзё. Только вот отец, похоже, был раздосадован.

— Хм-м… «Не преследуйте тех, кто оставил вас»? — немного задумавшись, пробормотала Хомура.

— Сейчас мы идём на встречу с Инари-сэмпай — это ровно оно. Преследуем ушедшего.

— Угх.

Хомура и Тооя прибыли в городской спортзал.

Здесь было ожидаемо много людей, а само помещение переполняла энергия летних каникул.

Они поочерёдно заглянули в различные помещения и зал для собраний, но похожая по комплекции на Инари-сэмпай девушка им на глаза не попалась. Вдобавок, тщательно поразмыслив, они поняли, что не знают её в лицо.

— У неё, видимо, сердитое лицо. Наверное.

— И какое оно конкретно?

— ...Ну-у, я мельком видел её в альбоме. В женской раздевалке не было чего-нибудь?

— Предлагаешь унюхать по запаху? Я ведь не ты, Тооя-кун, ни за что.

— О чём это ты?

...Они корили друг друга за непродуманность плана и бродили взад-вперёд по зданию, и вдруг встретились с целью в неожиданном месте.

— Тооя-кун, постой.

— ...А?

Окликнутый Тооя удивлённо посмотрел в указанном направлении.

Маленький закрытый корт, которому они так долго не уделяли особого внимания.

С тренировочной площадки, на которой была растянута невысокая сетка, как в бадминтоне, доносились энергичные возгласы на иностранном языке.

Посреди загорелых игроков из Юго-Восточной Азии быстро двигалась фигурка небольшого роста.

— Реаби…литация?

Тооя молчал.

Проворно передвигавшаяся девушка, подпрыгнув, замахнулась ногой и пнула ею с пронзительным криком, эхом отразившемся в зале.

Сплетённый из пластика мяч далеко залетел на корт соперника.

Быстро среагировавший защитник не смог отбить его, и он, отскочив в неожиданном направлении, явно улетел за линию.

— Круто-о… Впервые вижу такую игру с мячом!

— Се-сепактакрау[1]? Что за дела?!

Выздоравливающая девушка и подобная акробатическим порханиям в воздухе игра с мячом.

И Хомура, и Тооя поразились непредвиденной комбинации.

Не замечая двух зрителей, девушка давала пять сокомандникам.

Не меняя ранее занятой позиции на корте, она, невзирая на разницу в росте, не отставала от окружающих её взрослых и одинаково соревновалась с ними как в нападении, так и в защите.

Яркая земляного цвета одежда. Короткие шорты не скупясь выставляли напоказ ноги, на вид неспособные на прыжки такой мощи.

Светлые волосы были собраны в пучок, и, кажется, сзади свисала прядь, навроде хвостика. Ростом она была лишь немногим ниже Хомуры.

Их пёстрая одежда как бы намекала, что они были любительской командой, но картина тренировки поистине впечатляла. Однако, когда взгляд парочки на мгновение зацепился за девушку, — двигалась она ловко, её бойкие движения были наполнены энергией — они лишь безмолвно стали наблюдать за ней.

Тренировочная игра приостановилась, и девушка вновь вышла за границу корта.

Стекающий пот она вытерла полотенцем. Отдышалась и потихоньку привела дыхание в порядок.

Хрупкое, но вместе с тем невероятное тело, способное выполнять смелые приёмы, которые, казалось, нарушали сами законы гравитации.

— Что?

Вдруг она впервые посмотрела на них.

Похоже, девушка концентрировалась на игре и совсем не обратила внимание на появившихся зрителей.

С блеском в глазах она уставилась на парочку, всё это время поджидавшую её.

Пристально посмотрела… на Тоою… на Хомуру, будто просвечивала рентгеном и видела насквозь и систему ценностей, и характер собеседника.

Слегка нервничая, Хомура заговорила:

— Извините, Инари-сан… эм-м, Инари Сунао-сэмпай?

— Именно.

Девушка хлебнула из бутылки спортивного напитка и вновь заговорила:

— Вы ученики Аоко?

— Да.

— Я...

— А, этот голос. Поняла. Новички Экспедиционного клуба, — тотчас подняла палец Инари, не встречаясь с ними взглядами.

— Да… Я — Тооя Такуми, навещавший тебя... ранее.

Похоже, Тоое было весьма неуютно.

Под влиянием момента Хомура представилась, приняла от него эстафету и продолжила отвечать.

— Недавно мы заходили к тебе домой и узнали, что ты здесь.

— Хе-е… м?

А тут ещё сокомандники по сепактакрау провозгласили сбор.

Характерный отзвук. Иностранные слова с долгими согласными, пестрящие маленькими «цу»[2].

Инари склонила голову в извинении и, жестикулируя, ответила:

— Мааф! Селамат тинггал, джумпа лаги[3]!

Услышав её слова, Хомура с Тооей только и хлопали глазами.

— Дада сама-сама[4]!

— Дада сама-сама!

Поставив точку обменом бодрыми репликами(?), сокомандники снова вернулись к тренировке.

Тем временем Инари-сэмпай подняла свои вещи с пола, одна покинула корт и ушла.

Парочка спешно последовала за ней.

— Инари-сэмпай, это невероятно! Вы свободно владеете иностранным языком?! — не сдержала восхищённого возгласа Хомура.

— Нет, вообще не знаю. Просто использую в нужные моменты. Что-то-там-незийский язык.

Хомура пошатнулась.

— Э, но разве ты не в команде игроков в этот ножной волейбол?

— Не-а. Но я видела их ранее, и меня это заинтересовало. Потому я иногда приезжаю сюда и составляю им компанию. Они хорошие парни. Наси-горенг у них тоже супервкусный.

— Наси-горенг...

Наси-горенг — индонезийская версия жареного риса.

В таком случае, они — группа поваров, работающих в этническом ресторане?

— Ой, ты ведь тоже любишь этническую кухню, Тооя-кун?

Хомура попыталась начать разговор о том, что ей вспомнилось, но, кажется, сам Тооя не очень-то был настроен на это.

Он как-то догнал быстро шагающую Инари, поравнялся с ней и формально спросил:

— У вас не найдётся сейчас времени, Инари-сэмпай?

— Нет.

Невольно парочка замедлилась.

Такие колкости Хомура привыкла слышать от Кудзё-сан.

Разумеется, это не означало, что она стала невосприимчива к подобному, однако...

Однако Инари с писком чиркнула спортивным кедом по полу и тут же остановилась.

— У меня есть ещё одно дело… Как насчёт пройтись со мной?

Главный вход в спортзал.

Ненадолго исчезнув в раздевалке, Инари показалась у входа и вдруг неистово рванула с места. «Бежи-и-и-им!!!» — повинуясь приказу, парочка, не понимая причины, влетела на остановку и вскочила в как раз остановившийся автобус.

Они снова ехали по городу.

Троица заняла места в хвосте. Почему-то Инари села в центре. Хомура с Тооей, расположившись по бокам от сэмпай, пыхтели, переводя дух, и ехали вперёд, не зная конечного пункта.

Инари вытащила из сумки изрядно набитый магазинный пакет, положила к себе на колени и начала с рвением поглощать его содержимое.

Из пакета выглядывали… сэндвичи, лежащие на онигири, вафли — на желейном напитке. Бутылочка сока. На вид они не выделялись ни сладостью, ни горечью, ни питательным балансом, как ни крути, взятое без разбору с магазинных полок. Вдруг Инари почему-то обратила внимание на девушку и протянула ей энергетический батончик:

— Будешь?

От внезапного предложения Хомура опешила.

При движениях от Инари исходило лёгкое благоухание, видимо, аромат задержался после душа.

— А, тогда возьму одну!

Инари с распущенными волосами производила совсем другое впечатление.

Тонкие, словно волнистый шёлк, волосы: ухаживать за такими явно проблематично.

Мысли Хомуры занимали всё ещё несколько влажные, подпрыгивающие пряди Инари, которые она, наверное, из-за спешки до конца не высушила.

При виде сидящей рядом хрупкой девушки совершенно невозможно было представить, что совсем недавно она демонстрировала такие акробатические трюки.

Инари повернулась и также предложила энергетический батончик Тоое:

— А ты?

— Нет… я не так давно пил сок… — отказался Тооя без прикрас.

Хомура отчаянно сделала ему знак глазами вне видимости Инари.

Её действия дали результат, и он с крайней неохотой протянул руку:

— Ну… возьму.

«Шлёп» — передала ему Инари, будто хлопнула по ладони.

Она вновь повернулась к собственному источнику калорий и возобновила его поглощение.

— ...Активно двигаюсь — одолевает голод.

На самом деле она, набивая рот онигири дополна, простонала: «Афифофихауф-офовефаефхохох», — но на слух они расшифровали таким вот образом: «Поскольку я снова буду двигаться, мне надо пополнить энергию»

— Мемафофофитьмефиу.

Э-э, опять физкультура? — изумилась парочка.

Они хотели узнать подробности, но когда Инари мало-помалу проглотила всё и передохнула, то спросила первая:

— Хомура, почему ты сопровождаешь его? Ты из студсовета или чего ещё?

— Сопровождаю из-за того, что, так сказать, я, в общем, — начала Хиноока, а в конце пробормотала: — член… Экспедиционного клуба.

— Хм-м. Два человека в этом году.

— Да… — начала Хомура, но покачала головой. — Есть е-ещё один, знаешь? Нас трое участников-первогодок.

Верно. Забудешь вот так и попадёшь впросак.

— В таком случае сверхбогатый урожай. В прошлом году я была единственной.

— Ясно… так оно и было.

Инари положила в рот соломинку от пакета яблочного сока и посмотрела на пейзаж за окном.

— Ну, это — прошлая история… для меня.

Троица вышла из автобуса на конечной остановке маршрута.

— Зоопарк?

Здесь располагался известный в префектуре природный парк животных.

Хомура посещала его несколько раз, но впервые слышала о спортивном объекте внутри парка.

— Со скидкой, а-а, а-а, три билета, пчхи!

Инари поднесла карточку учащегося и приобрела входные билеты.

Когда она вернулась к парочке, то раскрыла билеты веером, протянула их: «Вот», — и сунула каждому в руку по одному.

— Ах, спасибо… Что с вами, сэмпай?

Инари неистово и беспрерывно тёрла внутренние уголки глаз.

Хомура удивлённо склонила голову набок, когда девушка достала из сумки маску против пыльцы.

— Сэмпай, я заплачу за себя, — сообщил Тооя и попытался вручить деньги.

Инари, не слушая его, быстро пробралась в парк.

Хомура и Тооя волей-неволей последовали за ней, будто второстепенные персонажи в группе.

Инари, совершенно не обращая внимания ни на семейство индийских слонов, ни на чёрного носорога, ни на маленькую армию горных обезьян, ни на дремавшую капибару, ни на стаю фламинго, ни на чепрачного тапира пробивалась вглубь парка, целиком погрузившись в ходьбу.

Тем временем она постоянно чихала, хоть и была в маске.

Хомура тревожилась за состояние сэмпая, но в ней также пробудился интерес к парку, который она посещала довольно давно.

— А-а-ах… кроли… лягуши… свинки… — проходила она мимо контактного уголка с маленькими животными, мучительно сопротивляясь...

На территории, окружённой высокими стенами, находился бассейн, который повторял по форме глыбу морского льда голубовато-белого оттенка.

Там располагалась смотровая площадка с видом на любимых многими полярных медведей.

Полярный медведь — другое название белого медведя.

Внутри бассейна свободно перемещались двое.

Инари встала на цыпочки и вцепилась в ограждение из прозрачного нержавеющего акрила. Она возбуждённо окинула взглядом просторный бассейн.

Однако Инари, глаза которой покраснели и опухли, явно искала кого-то другого.

— У-у… его нету...

Надежды не оправдались, и у неё вырвался стон искреннего разочарования.

Хомура обеспокоенно взглянула на профиль Инари:

— Сэмпай… всё в порядке?

— Полапке… пол… полап...

...Не похоже, что она была в порядке.

Её пальцы непроизвольно сгибались и разгибались в воздухе, будто требовали подать платок.

Не утерпев, Тооя передал ей бумажный платочек, и она сразу высморкалась.

— Может...

— У сэмпая...

— Аллергия на животных?

— Аллергия на животных?

Но Инари тут же сама отринула догадку кохаев:

— Нет. Пыльца.

А затем она снова расчихалась. Это серьёзно.

Хомура с сочувствием поддержала её.

— Какой ужас… Здесь много волосатой пыльцы...

«Пчхи!» — кивнула Инари.

Хомура смутилась в душе, хоть и не стала показывать этого. Вероятно, Тооя тоже.

Она вспомнила сказанное ранее на Ложной планете, когда Мисасаги-сэмпай обнаружила следы, которые, по-видимому, принадлежали диким животным, и что с Инари Сунао они смогли бы различить их детальнее.

И всё же, это непостижимое противоречие. В самом деле аллергия на животных.

Между тем, мужчина-смотритель, обутый в резиновые сапоги, вошёл на территорию.

Он встал на возвышении и стал бросать медведям по несколько японских ставрид из ведра в руке.

Полярные медведи плюхнулись в воду своими гигантскими телами и, плавая, по очереди ловили корм под водой.

— Белые медведи — умелые пловцы, — пробормотал в восхищении Тооя.

— Точно. Быть может, ты здесь впервые, Тооя-кун?

— Нет. Но был довольно давно.

— ...А-а… ясно.

Тем временем, смотритель услышал чихание Инари и невольно посмотрел на них.

Когда время полдника для белых медведей закончилось, мужчина-служащий вернулся в домик смотрителя. В то же время Инари спустилась с ограды и направилась куда-то.

— М? Сэмпай?

— Идём.

Местом назначения оказался вход в ту самую подсобку, находившуюся внутри айсберга.

Когда она привела их к удалённому служебному входу, скрытому от посетителей, как раз открылась дверь, и появился недавний мужчина.

— Здравствуй, Сунао-чан. Добро пожаловать.

Инари отрывисто поклонилась и вежливо опустила голову.

Не зная о связи мужчины с Инари, вынужденная повторить за ней парочка тоже поклонилась.

— Друзья? И не всегдашняя Нэякава-сан, да? В целом, только лица, имеющие допуск, могут войти, но...

Мужчина немного обеспокоенно посмотрел на Хомуру и Тоою.

На нагрудном бейдже значилось «Киторо». Необычное имя.

— Эти ребята… кохаи… из Экспедиционного клуба в школе, — пережёвывая слова, пробормотала Инари под маской.

— Хо-о! — мгновенно засверкал глазами мужчина. — Тогда исключительно для вас, — сказал он и поманил за собой ребят, которые поспешили пройти через служебный вход.

Стоило им войти в домик смотрителя, как в нос ударил стойкий запах, а температура понизилась.

Поскольку место находилось внутри искусственного айсберга, оно немного напоминало пещеру, а атмосферой походило на здание Экспедиционного клуба с его немногочисленными окнами.

Тооя в хвосте группы пытливо рассматривал интерьер, когда Хомура воскликнула:

— Ах...

Взгляд её пал на белого медведя, который сидел внутри домика смотрителя и раскачивался взад-вперёд.

В его облике едва заметно прослеживалась невинность. Это был медвежонок, который вырос почти до взрослого зверя.

— Пол… Это Пол? Он так вырос! — вскрикнула от изумления Хомура.

Верно. Медвежонка звали Пол.

Хомура вспомнила его, хотя совершенно забыла имя.

Но когда девушка в прошлый раз посещала зоопарк, он находился в особой стеклянной комнате разведения и был маленьким, как плюшевая игрушка.

Смотритель кивнул:

— Угу, вырос. Сейчас его вес — двести двадцать пять килограмм.

Хомура просто изумилась этой цифре, но Инари рядом приуныла:

— Значит, он очень похудел… По-ол!

Когда Инари окликнула его, медвежонок проревел и подошёл к ним.

Кончиком носа он давил на решётчатое дверное окно и не замолкал.

— Подожди, подожди немножко, Пол.

Инари тоже волновалась. Она оглянулась на смотрителя с мольбой на лице:

— Киторо-сан, извините. Прошу вас.

— Да… Знаешь куда идти?

Как только Инари получила ключ с биркой, из рук мужчины, она оставила позади Хомуру с Тооей и почти бегом преодолела проход.

— Ах-х, сэмпай? — обернулась Хомура, но той уже и след простыл.

С другой стороны Тооя снова поблагодарил мужчину:

— Спасибо вам, Киторо-сан. Мне здесь тоже ужасно интересно, но впустить нас сюда… это ничего?

— Так если вы члены Экспедиционного клуба, то разве не привыкли к медведям?

От слов господина Киторо, Тооя и Хомура вместе покачали головами.

Киторо посмеялся над их синхронностью:

— Табличек «Не входить!» тут нет совсем. Да вот пускать сюда учеников младшей и средней школы я уже привык по опыту профессии. Ну, есть небольшое обстоятельство. Если об этом напишут в интернете, вероятно, будет плохо. В этом плане, раз вы члены Экспедиционного клуба… — ответил Киторо и навострил уши вглубь прохода.

Звучным эхом отозвалось хлопанье двери, а затем щелчок замка, и вскоре вернулась Инари.

Увидев её необычную одежду, Хомура аж в испуге отступила спиной к стене.

— Отлично-о, я готова-а! — хлопнула она рукавицами.

Пока из-под больших очков и маски, закрывающих лицо, не раздался бормочащий энергичный голос, девушка не узнала, что это была Инари-сэмпай… или скорее человек.

Всё тело сверху донизу было полностью облачено в белое. Совсем как защитная одежда, которую носят сапёры.

Маленькая и стройная Инари стала похожа на очень низкий и толстый талисман Мишлен, она встала в боевую позу перед дверью комнаты разведения...

Выдержка Хомуры дала сбой, и та разразилась смехом:

— У, пф, аха-ха-ха-ха! Сэмпай, как вас раздуло, а-ха-ха-ха-ха!

— Ну ты, своим смехом… к... — укорил её Тооя, хотя сам тоже отвёл голову и чуточку дрожал.

Инари была поглощена разминкой, не замечая кохаев.

Киторо легонько подтолкул Хомуру и Тоою, которые тут же послушно отступили назад, и белый мешковатый пухлик сам отодвинул задвижку двери комнаты разведения, топнул защитной обувкой и влетел внутрь.

«...Э?» — удивился Тооя. Мысли его остановились, тогда как стоящая рядом Хомура задыхалась от смеха и продолжала держаться за бока.

Кроме того господин Киторо с их стороны плотно закрыл засов.

Э? Э?!

Внутри комнаты находился медвежонок, хотя, стоит сказать, полярный медведь весом двести двадцать пять килограмм. Он громогласно проревел и вышел навстречу Инари.

Радостный голос Инари разносился по комнате разведения и иногда перемежался чиханием.

— Ва-ха-ха, ва-ха-ха-ха-ха-ха, Пол, Пол, По...

Обнявшая его длинную шею Инари улетела прочь, когда её грубо стряхнули.

Она покатилась, словно шар для боулинга, и смачно ударилась о дверь.

— А-а-а-й! Сейчас больно было-о-о!

Возмущённо покрикивая, девушка тут же вскочила на ноги и вновь бросилась на грудь Пола.

Только сейчас Хомура, наконец, поняла ситуацию и окаменела, так и оставшись согнутой от хохота.

— Не может быть...

— Ч-что она… Кинтаро[5]?

— Да, «сумо-тренировка против медведя♪», приятные вещи говоришь ты мне, — пропел господин Китаро.

— Тонкая лирика...

— Это не важно! Сэмпай умрёт! Станет как постиранное белье пропущенное через сушилку, понимаете?

— Угу.

От беспечного ответа смотрителя Хомура ещё больше побледнела.

Хомура оглянулась, услышав разносящийся слева и справа смех, и вновь испугалась того, что Пол зубами держал Инари за загривок и размахивал той из стороны в сторону.

— А ну отпусти, от-пу-с-ти! Ро-а-а-а-а!!!

К слову, физическая близость, при условии глубокой преданности, звучит замечательно, но, судя по всему, это было физическое противостояние, вылившееся в насилие.

Инари потёрлась щекой о щеку медведя — отлетела от его удара; вскочила ему на спину — он раздавил её перекатом...

Однако Инари тем временем не собиралась сдаваться: обхватила шею Пола ногами, как краб, выгнулась назад, использовала стену и нанесла удар с лёту… Безумие.

Если Хомура войдёт в этот контактный уголок (жёсткий режим) и десяти секунд не пройдёт, как прольётся её кровь. Белоснежный и пушистый полярный медведь, под внешней плюшевостью которого скрывались страшные острые клыки и тёмно-голубоватого цвета язык, без сомнений был диким зверем.

— Пол был таким милым...

— Невероятно… зазря бодрятся.

— Ага. Ну, как оба устанут, так и успокоятся, вот, — сел господин Киторо на ближайший ящик с инструментами.

Он абстрагировался от звуков из комнаты разведения, где раздавались и презрительные насмешки, и взрывы хохота, и внезапные вопли.

Несмотря на тревогу за безопасность Инари, Хомура вдруг представила себе, как бы та девочка… Сузуран поступила в такой ситуации.

«Разве та девочка, рассекающая по полям и горам верхом на огромном белом волке, не бросалась бы на Пола, не уступая даже Инари-сэмпай?» — рисовалась у неё в голове подобная совместная игра.

— Сэмпай сюда часто приходит? — спросила Хомура, ненадолго засмотревшись на их возвышенный способ физического контакта.

— Да. Как и Сахо-кун из такого же Экспедиционного клуба.

— Сахо-кун… А, Акихо-кун из Хиёко?

— Да-да, — кивнул господин Киторо.

Участники Экспедиционного клуба старшей школы Сэйран после инцидента с принцессой Субару повторно навестили Экспедиционный клуб старшей школы Хиёшизака с благодарностью за оказанную помощь.

Тогда они познакомились с одним из тамошних новых участников — парнем Сахо Акихо.

Он был новичком-исследователем Ложной планеты, таким же, как и Хомура с Тооей.

Тооя, который взирал на шоу гетерогенного единоборства, развернувшееся по другую сторону решётчатого окна, обернулся.

— Часто приходит… Сахо такой же, как Инари-сэмпай?..

— Уха-ха-ха, это никому не под силу, кроме Сунао-чан. Она специалист по Полу. Сахо задолго до вступления в Экспедиционный клуб являлся постоянным посетителем нашего парка. Настолько, что если животному нездоровилось, мы извещали его.

— Ого. Несколько неожиданно.

— О-о, вот как?

Юноша Сахо был человеком совершенно уникальным.

Хомура на первой же встрече обменялась с ним электронными адресами и стала часто получать от него сообщения, но, когда это зашло слишком далеко, он получил двойную порцию порицаний разом от советника Фуджимори и Комы-сэмпай.

Но это потому, что Хомура, читавшая его сообщения, хохотала и какое-то время не могла сосредоточиться на текущем обучении и послешкольных занятиях.

— Сунао-чан на время запретили близкий контакт. Бедняжка… Только с прошлого месяца ей разрешили посещать Пола.

— …С прошлого месяца? Значит, до этого...

Тооя встал рядом с господином Киторо и прислонился спиной к боковой стене.

Хомура, обменявшись взглядом с юношей, скромно спросила:

— Не могли бы вы рассказать нам об этом?..

— Конечно. Ну, надеюсь, она на меня не разозлится, — согласился Киторо. — ...Вы ведь знаете, что её госпитализировали на некоторое время, да? Аппетит к Сунао-чан всё не возвращался. Ещё исхудала как веточка — кожа да кости: я мог бы поднять её одной рукой.

— Аппетит не возвращался… Анорексия? — осведомился Тооя.

— Она, — кивнул Киторо. — Но пересилив невозможное, она пришла повидаться с Полом. Самое ужасное время — инвалидное кресло. Очевидно, что я не мог позволить ей войти в комнату разведения в таком состоянии. Она очень старалась, восстанавливала силы и, наконец, с прошлого месяца получила разрешение.

— Пока что… я сомневаюсь в этом, хотя...

...Сзади доносились ещё более громкие отзвуки рукопашного боя.

Натянуто улыбаясь в ответ на искреннее впечатление Хомуры, господин Киторо продолжил:

— Хлопотно было. Пол тоже весьма трудный детёныш. Похоже, он как-то освоился в здешней среде, но всё же часто ему нездоровилось. Надеюсь, Пол возьмёт пример с реабилитации Сунао-чан и тоже поправится… Эти двое похожи на старшую и младшего.

— Старшую сестру и младшего брата? — переспросил Тооя.

— М-м, если правильно помню, Пола откуда-то из-за границы взяли на попечение...

Хомура вспомнила табличку, которую ранее видела в специальной комнате разведения.

— Опека?.. В таком случае он правда родился в дикой природе? — уточнил Тооя.

— Верно. Пол родился не здесь. И даже не в иностранном зоопарке...

При этих словах перед внутренним взором Хомуры мелькнула Сузуран.

Сузуран оправилась от временной слабости и благополучно вернулась к родной матери.

«Она в хорошем расположении духа? Не чувствует ли себя одинокой в Японии без волков, с которыми вместе росла?» — подумала Хомура.

Девочка и без того не была готова к непривычной жизни. Хомуре наказали, чтобы она по возможности оставила её в покое, так как Сузуран и так завалена информацией для изучения и освоения и должна наладить отношения с новой семьёй, однако… девушка очень беспокоилась.

— По правде говоря, Пола ещё детёнышем под опеку взял отец Сунао-чан. Во время сбора материалов в Арктике. Подробнее вам расскажет её отец. В итоге пока мы не решились принять его к нам, и окружающая среда не оказалась готова, Пол жил вместе с ними в доме Инари. Потому старшая сестра и младший брат.

— Но что с аллергией на животных у Инари-сэмпай?!.. — вопросила Хомура.

— Удивительно, но в присутствии Пола симптомы легче.

— Что?

— Такое бывает?..

На ум Хомуры пришла дикая фантазия.

Медвежонок, будто вырезанный из прелестного кристалла, ковыляя, преследовал крохотную Инари.

Девочка, которая ласково трётся щекой о щёку медвежонка, что сдерживал сонливость и почти задремал у её постели.

Хомура по собственному желанию заменила Инари собой в такой дикой фантазии и играла с медвежонком.

Прямо слюна изо рта.

— Было бы замечательно, будь у меня белоснежный пушистый младший брат-медведь, а не нахальная и коварная младшая сестра...

— Ты… не говори таких необдуманных вещей даже в шутку… — серьёзно одёрнул её Тооя.

— Плюшевый медведь превратился в груду мышц, и ты бы не устроил с ним честный реслинг… М?

Пока они слушали рассказ, оба заметили, что в комнате разведения звуки совсем стихли.

Вслед за Тооей, Хомура поразилась и боязливо заглянула в дверь, чтобы посмотреть, не закончилась ли их игра скверным образом.

— Спят.

Инари и Пол уже лежали обнявшись и сонно посапывали друг на дружке, а их плечи мерно поднимались и опускались.

Некоторое время они тихо наблюдали за мимолётным отдыхом большого младшего брата и маленькой старшей сестры.

Вечер первого дня летних каникул.

Троица расположилась в одном из уголков ресторана Freshness Burger.

Покинувшие природный парк животных Хомура с остальными вернулись к станции Хонмачи.

Они поблагодарили господина Киторо, который уделил им время, несмотря на большую занятость, и все вместе вернулись на автобусе.

Инари, ещё недавно засыпающая на ходу, сейчас совсем переменилась и сидела скрестив руки на груди, как командующий перед выстроившейся на столе шеренгой гамбургеров. Это была военная операция с ресурсами — попытка покорить всё меню.

— Простите, что заставила таскаться со мной сегодня. Вы оба, вероятно, проголодались. Ешьте, если хотите.

Хомура сглотнула.

Она не могла отказаться — мышление слишком замедлилось от голода.

— Можно? Что бы выбрать?. Тогда куриный. Приятного аппетита, — без всякого стеснения взяла она в руки еду. — Но всё же Пол сегодня был славным. Клыки немного пугали, но… его спящая мордашка всё такая же, как у невинного ребёнка!

«Ху-ху-ху-ху», — кивнула и слегка покраснела Инари.

Когда, попивая апельсиновый чай, девушка подметила, что рука Тоои так и не сдвинулась с места, она подтолкнула к нему огромную армию бургеров.

— Ты тоже поешь, Тооя Такуми. Тебе не нравятся гамбургеры?

— Не бывает таких старшеклассников, которые не любят колу и гамбургеры, — своенравно поддразнила его Хомура, отчего Тооя обратил на неё раздражённый взор.

— Полагаю, это обыденность.

— Вот.

Инари безапелляционно передала Тоое самый крупный двухэтажный бургер.

Тооя и правда сдерживал голод, так что смирился и поклонился Инари.

«Фм», — вздохнула сама Инари и протянула руку к ближайшему бургеру.

— Пол всегда в той комнате разведения?

— Нет, но… за ним глаз да глаз нужен. Ему позволяют выходить наружу при возможности. Только, по словам ветеринара, в его мозге, похоже, есть аномалия...

Инари помахала руками перед Хомурой, которая услышала подобное и посерьёзнела.

— Но он постепенно поправляется. Так что всё в порядке. Не стоит тревожиться.

— Надеюсь, вскоре я смогу наиграться с ним на свежем воздухе.

— Поиграешь. Скоро, — пообещала Инари.

От такого Хомура облегчённо вздохнула и спросила:

— Инари-сэмпай, будучи ребёнком вы путешествовали по миру? Твой отец показывал нам фотографии.

— Да. Путешествовала или скорее жила по несколько месяцев. Африка, Амазонка, азиатские горы и поля, полинезийские джунгли тоже. Потом Антарктида? Вроде ездили повсюду. Хотя есть места, которые я уже совсем и не вспомню.

Инари в фотоальбоме.

Ещё ребёнок, без аллергии на животных.

На фото Инари резвилась с львёнком, не страшась спала, прислонившись к гигантской ящерице, взгромоздила сову на голову, а когда заплакала — её вылизал леопард...

— Там была уйма интересных фотографий животных. То есть ты пошла в Экспедиционный клуб под влиянием отца?

— Это не потому, что я особенно люблю животных. Хотя, несомненно, я не противилась активности на свежем воздухе.

— Тогда что стало поводом для вступления? — справился Тооя.

Этаж с гамбургерной являлся неподходящим местом для обсуждений Экспедиционного клуба, но, к счастью, посетителей вокруг не было.

— Хочешь узнать? Мори-чан и глава затащили меня.

— Ах, первый глава? До сих пор не встречалась с ним.

— ...А Мисасаги-сэмпай? — спросил Тооя с сомнением.

— Маё?.. Похоже, Маё не стремилась меня привлечь.

— Э-э? — невзначай возвысила голос Хомура.

Тооя рядом с ней тоже смутился.

— Именно. Да и никаких специальных навыков и знаний у меня не имелось, а ещё аллергия на пыльцу. Да даже IE-реакция была ниже среднего.

Инари наверняка ответила точно, хотя для Хомуры такой ответ выглядел как излишне скромный.

— Н-но Мисасаги-сэмпай очень пылко убеждала меня тогда вступить в клуб. Н-ну, делала она это тайком, без моего ведома. Но вообще разве у вас нет выдающихся рефлексов, Инари-сэмпай?! Вы ведь были гораздо способнее и пригоднее для Экспедиционного клуба, чем я, показушница?

— Вот… поэтому… — Рука с гамбургером запнувшейся Инари плавала в воздухе по кругу. — Довольно! Мы пришли сюда не за этим! — Инари уставилась на Тоою и воинственно вспыхнула: — Ну и?!

— Вернись, пожалуйста, в Экспедиционный клуб, Инари-сэмпай.

— Маё сказала тебе.

— Нет. Я сам прошу.

— Что? Признание? Ай нид ю?

— Как мы уже говорили, сейчас нас четверо, но в реальности участвовать в экспедиции могут трое, а среди опытных людей — лишь одна Мисасаги-сэмпай. Единственная. Без тебя, Инари-сэмпай, мы не сможем поддерживать клубную деятельность.

Тишина в ответ.

Злобно смотря на Тоою, Инари по чуть-чуть затолкала в рот бургер с беконом и омлетом. И когда она тут же схватила ещё один — на этот раз бургер оказался с острым соусом сальса — вцепилась в него зубами, не очень-то смотря на взятое, и агрессивно запихала его в самое горло.

Хомура нахмурилась от вредного для пищеварения обжорства, но Инари по-прежнему не сводила взгляда с Тоои, который тоже неотрывно глядел прямо в лицо Инари.

Она проглотила и...

— Не сможете поддерживать клубную деятельно-о-о-ость? Типичный ответ-то. Скучный, его может придумать каждый, — протараторила Инари, вытирая поданной Хомурой бумажной салфеткой рот, измазанный сальсой. — Пф. Мне не важна какая-то там официальная позиция. Расскажи-ка свои истинные мотивы. Пришёл сюда, чтобы по-дружески поболтать со мной?

— М...

Тооя на мгновение проглотил слова, но тут же решился и высказался:

— Потому что тебе это нужно, Инари-сэмпай. Это совсем не официально. Мы не можем оставить Мисасаги-сэмпай одну. К тому же я...

Инари пошла в лобовую и надавила на него своим непоколебимым серьёзным взглядом.

— Меня раздражает, что Экспедиционный клуб распекают за никчёмность и вот так просто уходят.

— Хочешь наверстать одно очко? — парировала Инари.

«Ох, поскольку он кэндо-юноша?» — хлопнула в ладоши Хомура от такого ответа.

Однако...

— Ты тоже?

— Э-э? Эм-м, я… — внезапно стала объектом атаки и растерялась Хомура.

Хомуре, до простого суматошной и весёлой по натуре, видимо, было сложно заговорить в такой атмосфере. Тогда неожиданно из её уст вырвались зацепившие душу слова:

— Н-не увлекайся Экспедиционным клубом. Интересно, что это значит?..

— М? О чём ты?

— Не ты ли ранее говорила мне это, Инари-сэмпай? Забыла? — спросил Тооя.

— ...Вроде… говорила, — в раздумье склонила голову Инари и подняла глаза на потолочный вентилятор.

В этот момент Хомура восстановила настрой:

— Мисасаги-сэмпай и Инари-сэмпай помогали друг другу в клубной деятельности целый год, верно? Разве это не расточительство: не воскрешать эту командную работу? Вообще-то даже мы находимся в затруднительном положении. Базовый лагерь, построенный вами, разрушен.

— Пф-ф.

Она сказала «Пф»?

Несмотря на то, что он должен быть домом Экспедиционного клуба, к которому без сомнения сама Инари заботливо приложила руку.

Из-за высокомерного поведения Инари Хомура невольно поступила опрометчиво:

— Б-более того! Мы сделали поразительное открытие! Как услышишь о нём, обязательно захочешь вернуться.

Тооя рядом двинулся, очевидно, стремясь остановить забежавшую вперёд Хомуру.

Инари взглянула той в глаза, скрестила руки на груди и прошептала:

— Обнаружили нуттериан?

Yes — поворот направо.

Но игральная кость по-прежнему совершенно неподвижна...

— Аха-ха, ну и как оно? В любом случае, это удивительное открытие… поэтому...

Хоть её и шокировал слишком внезапный и быстрый ответ собеседницы, Хомура всеми силами постаралась отреагировать уклончиво. Отведя взгляд в сторону, она поняла, что её собственные усилия оказались совершенно бессмысленными.

Лицо Тоои застыло от испуга. Даром, что одно это являлось слишком красноречивым ответом, вдобавок он, опешив, ещё раз оглянулся вокруг. По-прежнему в ресторане занимали столик лишь они.

— Чего… Вы пришли, чтобы сообщить мне это? Охо-х.

Он понял, что потянувшаяся и вздохнувшая Инари тоже равнодушно осмотрела зал.

— Эй, Тооя-кун…

— Нет, ведь...

Хомура вполне понимала, что характером он не подходит для секретов, так что безусловно это была её ошибка.

Однако ещё больше сомнений у Хомуры вызвало поведение Инари.

— Инари-сэмпай… знала?.. — понизила голос Хомура и приблизилась вперёд.

Отряд Экспедиционного клуба старшей школы Сэйран, к которому принадлежит Хомура и остальные, неожиданно столкнулся с неизвестным человеческим родом Ложной планеты, принцессой Иоцумисумару — полукровкой, рождённой от жителя Ложной планеты и землянина.

Почему к сенсации о том, что человечество впервые встретилось с пришельцем, она относится так спокойно?

Игнорируя сомнения и опасения Хомуры, Инари грузно откинулась на спинку стула и равнодушно отхлебнула напиток.

— Вы… так ничему и не научились. Вылизаны Маё.

Их собеседница — сэмпай, несмотря на это Хомура не смогла скрыть раздражение от такой недооценки. Пыл Хомуры, которая вскочила со стула, чтобы возразить, охладили слова Тоои, переставшего волноваться.

— Да, ещё много неизученного. Нами, — произнёс спокойным тоном Тооя, прекрасно сдерживая гнев. — Но сэмпай нам всё любезно объясняет.

— Само собой вас обучат тому, что удобно Маё, — с издёвкой произнесла Инари и помахала рукой.

— В таком случае… пожалуйста, обучите нас, Инари-сэмпай. Научите. Если сделаем что-то опасное, распеките нас по полной.

От таких слов Хомуры, Тооя вытаращил глаза в несколько шутовской манере:

— Что я слышу от Хинооки...

— Эй, Тооя-кун.

Понаблюдав за парочкой, Инари немного смягчилась в лице, однако её решение не изменилось.

— Маё ошибается. Пока этот упрямец не прозреет, в Экспедиционный клуб я категорически не вернусь.

— Упрямец… Да похоже оба хороши...

Хомура не понимала, что именно настолько мешает Инари. Девушке казалось, что, даже тотчас расспросив её до мельчайших деталей о причинах, она скорее отдалится от сэмпая и приблизится к более опасной грани, чем к желаемой доброте в отношениях.

Тооя тоже не спешил и в данный момент терпеливо сдерживался.

— Я не сдамся. А потому снова приду.

— На здоровье. Но демонстрировать доверие и учтивость — излишне. Ведь со следующего семестра я вернусь в школу. И как обычно, сможем встретиться в школе?

— Понял. Верно.

А когда Хомура помыслила о встретившихся в школе Мисасаги-сэмпай и Инари-сэмпай, то тут же почувствовала себя невыносимо.

Инари положила недоеденный бургер на поднос:

— Спасибо за угощение, сэмпай… А с этим что?

— Как-никак я много заказала. Берите сколько хотите, — Инари подтолкнула Хомуре тяжеленный поднос.

— Хм. Тогда давайте разделим поровну такую щедрость? Сэмпай, который?

— Мне… у-у… хватит, — тягостно держалась за живот Инари.

— Не бывает старшеклассниц, что не любят гамбургеры. Вот, один, — ухмыльнулась Хомура.

— Ох… ладно… любой. Во всяком случае, пробовать его я не буду.

— Тогда прошу новинку Тандоори Чикен. Я возьму это и это. А остатки Тоое, держи. Мне не очень нравится голубой сы-ыр.

— Угу. Такой ход событий я предвидел.

Заходящее солнце, боковая дорога у городского парка перед станцией.

Хомура с Тооей шли к станции. Инари — на автобусную остановку у станции.

Парочка следовала позади невысокой Инари. Все трое шагали обратно короткой дорогой.

— Кстати. Пара слов от ненадёжного сэмпая, прогуливающего школу, — на прощание тыкнула Инари пальцем в парочку. — СМИ начинают активничать. Обратите внимание на своё окружение. Основательно проверьте близких. И не только СМИ. Остерегайтесь друг друга, чтобы не оказаться вовлечёнными в безрассудный скандал.

— Старая история, и о таких важных моментах мы узнали как раз от Мисасаги-сэмпай.

— А, понятно.

От резкой реплики Тоои, Инари, видимо, выйдя из себя отвернулась и пошла вперёд.

Натянуто улыбаясь, Хомура поддержала её:

— Но так было и со мной сегодня, хотя мы невольно теряем бдительность и по рассеянности выбалтываем государственную тайну… Тооя-кун, а может Инари-сэмпай получает внутреннюю информацию от отца?

— Э-э… сеть охвата СМИ уже настолько распространилась? — спросил Тооя.

— Хм-м. Ну-у, почём знать? Я не действующий член клуба. И настолько не в курсе. Но скоро, вероятно, поймёте, даже если вам это не понравится, — многозначительно сообщила Инари, шагающая к нему спиной.

Несмотря на это, Хомура почувствовала себя слегка зябко.

А под конец, вдруг, до сего момента непреклонная сэмпай будто исчезла, и Инари Сунао с лицом беспомощной девушки обернулась к парочке:

— Тооя Такуми… Хиноока Хомура...

Это наверняка был маленький совет, который она поистине хотела им передать.

— ...не забивайте себе в голову мыслями, что реальна только Ложная планета.

Примечания переводчика:

1. Популярный в Юго-Восточной Азии вид спорта. Представляет собой командную игру, ведущуюся на площадке, разделённой низкой сеткой, через которую игроки двух противостоящих команд перебрасывают мяч ногами и головой, стараясь не допустить падения мяча на своей половине площадки и отбить его на чужую половину так, чтобы он коснулся покрытия.

2. Означает удвоение согласного звука следующего за ним слога и при транслитерации передаётся удвоением соответствующей согласной буквы.

3. С индонезийского: «Извините! До свидания, увидимся!»

4. От души пожалуйста!

5. Герой японского фольклора, который подружился с животными и обладал сверхъестественной силой.