Му Сянь стоял под светом, его тело было прямым словно дерево, свет окрашивал его белые щеки легким блеском, делая его брови темными и красивыми. Но глаза были словно покрыты льдом, а губы серьезно сжаты.

— Отпусти мою Хуа Яо, — сказал он.

Его суровый взгляд был очень упрям. И он падал прямо на меня. 

Я почувствовала себя неловко от его пристального взгляда.

Ну, или я была немного смущена. В конце концов, я находилась в объятиях его брата, Кении. Однако я очень удивилась его словам. Это было слишком слащаво для холодного и молчаливого полководца. Что значит это его "моя"? Даже звучит нелепо.

 — Истребитель 'Снайпер 3', без устройства слежения, полон ядерной энергии, подготовка завершится через 3 минуты. Я отпущу ее, когда встречусь с флотом,— прозвучал голос Кении у меня над ухом.

— Мой драгоценный младший брат, даже не пытайся сделать что-либо.

Му Сянь замолчал на мгновение, затем поднял руку и тихим голосом повторил слова в устройство связи.

Я начала успокаиваться, так как такая сделка была вполне ожидаема. Я даже стала спокойнее, потому что Му Сянь не позволит, чтобы со мной что-то случилось.

Му Сянь сообщил подчиненным, чтобы они готовились к полету и снова посмотрел на меня. Кения замолчал, он был очень слаб. Все мы, трое, на некоторое время погрузились в тишину.

Сердце мое заколотилось под горящим взглядом Му Сяня, поэтому я перевела свой взгляд на пол, но через короткое мгновение не удержалась и подняла глаза, увидев, что он не отрывает глаз от моей ноги.

Я проследила за его взглядом и внезапно осознала, что у меня покраснели щеки. Я не обратила на это внимание, но изначально, юбка, которая была до колена, была задрана до бедра, поэтому большая часть моих ног была на всеобщем обозрении. Брюки Кении прилипли к моим ногам, сам он цеплялся за мою талию, полулёжа на мне сверху, обнимая меня.

Мое сердце пропустило удар — это конец, Му Сянь наверняка в ярости. Я опасаюсь не того, что он разозлится, я просто не хочу ссориться с ним, тем более из-за такой причины.

Думая об этом, я смотрела на его лицо, что становилось все мрачнее и мрачнее. Я боялась, что он потеряет контроль, как и сказал Кения. Я не знаю всех подробностей того дела, но рассказ Кении меня впечатлил. Он был словно бешеная собака, которая могла укусить каждого.

Я думала о разной ерунде, когда он вдруг заговорил:

— Это ты выпустила ракету? — раздался его глухой голос, в котором совершенно было неясно настроение говорящего.

Я замерла, однако, прежде чем я успела сказать хоть что-то, Кения вдруг спросил:

— Это ты сбросила? Где она взорвалась?

Его голос был суровым, я, не смогла сказать правду и нечленораздельно пробормотала:

— Я случайно бросила несколько светошумовых бомб, и они нигде не взорвались.

Кения холодно усмехнулся и не стал выпытывать у меня подробности, наверняка, потому что понимал— исход очевиден и переспрашивать - бесполезно, поэтому не стал тратить свои силы. Я вздохнула с облегчением, и поднял глаза, чтобы встретиться взглядом с Му Сянем.

Совершенно неожиданно он задумчиво посмотрел на меня, уголки его рта приподнялись в подобии слабой улыбки.

Решив, что его привлек сигнал, я немного возгордилась, что уничтожила вместо него вражеское войско. Я только хотела рассмеяться, однако он тут же среагировал и поджал губы. 

«Он хотел улыбнуться мне в ответ? Нет, это невозможно».

Я сделала каменное лицо и перевела взгляд в другую сторону.

В это время в дверях послышался звук шагов, и раздался чей-то голос:

— Командир, истребитель готов, согласно вашим условиям.

Выражение лица Му Сяня стало серьезным, словно в воду опустилось:

—Все эвакуированы на световую милю, — затем он посмотрел на Кению и сказал: —Если она пострадала, я без колебаний казню твоих друзей.

Кения усмехнулся:

— Не беспокойся об этом. Я всегда был с ней предельно вежлив. Не так ли, Хуа Яо?

Я, конечно же, кивнула, соглашаясь.

Му Сянь напрягся, замолчал на короткое мгновение, а затем внезапно поднял руки и сбросил свою военную куртку.

— Без шуточек, — холодно сказал Кения.

Му Сянь повесил свою куртку на спинку стула:

— Она замерзла, пусть наденет.

Я невольно коснулась своей руки. Все солдаты были в военных куртках, а я - только в одной тоненькой юбке. Я совершенно не обратила на это внимание, потому что была в постоянном напряжении. Теперь же, после того, как он сказал об этом, я сразу же почувствовала, что у меня замерзли руки, а ноги онемели, словно пронизанные холодным воздухом. Но как он узнал об этом?

Кения усмехнулся и ответил:

— Хорошо. Но ты должен ответить мне на один вопрос. Почему ты приготовился прыгнуть заранее на Слюдовой планете? Как ты узнал о моем плане?

Я посмотрела на Му Сяня, так как меня этот вопрос тоже интересовал.

Му Сян сказал с каменным лицом:

 — Тогда я не знал о твоем плане. Я узнал уже после того, как вы установили ядерную бомбу.

— Не знал? Ты выжил только, благодаря удаче? — усмехнулся Кения.

Мне это тоже показалось странным.

Му Сян заметил спокойно:

— Я изначально не собирался сражаться с твоим флотом.

— Почему?

— Все они — солдаты Империи, — равнодушно сказал Му Сянь, — меня не интересуют их жизни.

Я была потрясена. Хотя тон Му Сяня был равнодушным, но в этом был некий смысл. Я ожидала, что он совершенно лишен каких-либо человеческих эмоций думать, в том же ключе, что и я.

— Ха! Только по этой причине? Думаешь, я поверю в это? — голос Кении был немного пренебрежительным, казалось, будто он смеялся над собственными словами.

Наверняка, он вспомнил что-то, что я сказала когда-то.

— Верно, у меня есть еще одна причина, из-за чего я отказался от боя, — Му Сянь пристально посмотрел на меня.

Мое сердце вдруг пропустило удар. Мне стало неловко, и я отвернулась от него.

И, конечно же, он медленно произнес:

— ...Хуа Яо, пригнись.

***

Я ковыляла вместе с Кенией в обнимку.

Его руки лежали на моих плечах, а тяжелое тело прижималось ко мне. Мы шли очень медленно.

Выйдя из команты, мы подошли к командному залу. Там было пусто. Похоже, все были захвачены в плен. Только одна сторона лимитирующего экрана все еще мигала.

Му Сянь, ответив на вопрос, сразу вышел.

Кения сдержал обещание. Оперившись на стул и направляя на меня пистолет, он надел на меня пальто Му Сяня. Плотная ткань, кажется, все еще хранило остаточное тепло мужского тела, что дарил чувство тепла и защищенности.