Он начал целовать мою шею. Он касался меня горячим языком, словно маленькой щеточкой, щекоча каждый дюйм моей кожи.

Я ощутила страх, и застыла, словно меня ударила молния. Казалось, будто водяная змея, внезапно перепрыгнувшая от основания ушей к моей голове, шипя, снова поползла вниз.

И прежде, чем я успела прийти в себя, она устремилась к моей спине и ногам, и все мое тело, казалось, было парализовано.

Я часто задышала и чуть ли не крикнула:

— Перестань!

Его язык остановился, и он посмотрел вверх.

Тогда я заметила, что его губы были красными и опухшими, вероятно, потому что поцелуй был слишком долгим и слишком жестким, а верхняя губа была немного потрескавшейся. Его глаза были затуманены, темные зрачки, казалось, были покрыты некой пленкой, и мне пришло в голову слово «растерянность».

 — Му Сянь…

Слова так и вертелись на языке, но я все еще думала, как правильно выразить свои мысли:

— Ты сказал, что не будешь прикасаться ко мне до свадьбы. Надеюсь, ты сдержишь свое обещание.

Его глаза, наконец, прояснились, и он сказал, посмотрев на меня пристально:

— Хорошо.

Его голос все еще был хриплым, но я вздохнула с облегчением—он не станет нарушать своего слова.

***

И действительно, он уперся руками в пол, перевернулся и сел рядом.

Я тоже села, привела в порядок юбку и военную форму. Он же стянул скафандр, оставив только темно-серую рубашку и брюки и поправил свой воротник.

Я подумала, что пора сойти с космического корабля, но он снова поднял руку, обнял меня за плечи, оперся своей головой и слегка потерся щекой о мои длинные волосы.

—Кения целовал тебя? – раздался внезапно его мягкий голос, казалось, без малейшего намека на злость.

Но узнав его теперь, я поняла, что такой спокойный голос не означает, что он не зол.

Я терпеть не могла подобные расспросы, поэтому ответила:

— Ну да. Он поцеловал меня. А ты откуда знаешь?

Рука на моем плече вдруг напряглась.

— Я учуял это, — медленно ответил он.

Тут я осознала - недаром его лицо изменилось, когда он впервые начал меня целовать, он учуял запах Кении на мне.

— Сколько? — спросил он вдруг.

 — Что? —спросила я непонимающе.

Он молча обнял меня за талию и повернул к себе. Пригвоздив меня своими черными и проницательными глазами, он медленно спросил:

— Сколько раз он тебя целовал? — его голос стал суровым.

Хорошо, что он не расспрашивал раньше, теперь же, я вспомнила принуждение Кении. 

Это было ужасно. Если бы я не отреагировала быстро, боюсь, произошло бы непоправимое.

Все это, благодаря ему. Но сейчас он начал расспрашивать и захотел узнать, сколько раз Кения целовал меня?

В его понимании, его собственничество намного важнее моих чувств, моего унижения, не так ли?

Огонь ярости взметнулся ввысь в моей душе.

—Куда именно? – спросила я, уставившись на него.

Он был ошеломлен, его глаза помрачнели.

— Ты спросил сколько раз, куда в губы? В шею? Или руки? — спросила я медленно.

Он мгновенно замер.

Лицо, тело, даже глаза и дыхание, кажется, застыло все.

— Я устала, мне нужно отдохнуть.

Я оттолкнула его и встала, он по-прежнему сидел и не двигался. Я знаю, что мои слова ранили не только его, но и меня тоже. Но, посмотрев на его реакцию, мне кажется, это было круто.

Я поправила юбку и взялась за ручку двери.

***

Он вдруг закричал:

— Мопу, немедленно пришлите все материалы из командного пункта Кении, включая материалы видеонаблюдения.

— Да, — прозвучал далеко голос Мопу.

Мое сердце пропустило удар.

Тогда он увидит, что приставание Кении не достигло цели?

Вспомнив о словах Кении, я испугалась, что он потеряет контроль и причинит мне вред. Лучше всего будет быстро покинуть это замкнутое пространство. Подумав об этом, я повернула дверную ручку изо всех сил.

Но дверь не поддалась.

Я не почувствовала подвоха и подумала, что это из-за того, что я была недостаточно сильна, и собиралась попробовать еще раз, когда застыла в шоке.

Я не могла двигаться.

Руки, ноги и все тело были связаны невидимыми оковами.

«Он снова использовал свою духовную силу! Негодяй!»

Теплое тело тихо прижалось к моей спине, он схватил меня за талию и обнял, а его подбородок слегка прижался к моим волосам.

Его белоснежные и длинные руки на фоне темно-серой рубашкой, расстегивали пуговицы моего военного мундира одну за другой.

— Что ты творишь? — мой голос прервался, когда он стянул с меня форму и бросил на землю.

Затем он расстегнул застежку моей юбки.

Мой разум опустел, когда гладкая ткань соскользнула с моего тела, а его руки легли на плечи.

— Ты не сдержал свое слово... ах!

Тело внезапно поднялось в воздух, он поднял меня и положил на пол. На ощупь подо мной было мягко - он расстелил на полу свою военную форму и прикрыл свое огромное тело.

Было очевидно, что произойдет сейчас, я сразу же вспомнила ту ночь четыре года назад, и все тело бросило в дрожь.

Я зажмурилась. Я знала, что это произойдет, рано или поздно, но все равно чувствовала себя униженной.

Внезапно шею обдало теплым дыханием, затем что-то будто коснулось моей кожи.

Это были не губы, но и не его сильные пальцы. Мне было немного щекотно, но касание было настолько деликатным, что я едва могла его почувствовать.

Через некоторое время его дыхание и то, что коснулось моей кожи, медленно спустилось по шее к груди и талии.

Я услышала звук его глубокого дыхания, что было немного странно, открыла глаза и тут же замерла.

«Он... нюхает меня?»

Его нос обнюхивал мою кожу дюйм за дюймом. То что меня только что коснулось—это был кончик его прямого, слегка прохладного носа.

Я вдруг поняла.

— Ты хочешь понюхать, где Кения его трогал меня?

— Да.

Я выдохнула с облегчением, значит, он не собирался нарушать свое обещание.

— Тогда перестань использовать свою умственную силу, чтобы связывать меня.

Он не ответил, но я попробовала шевельнуться, и мне это удалось.

Поскольку он просто хотел понюхать меня, я не стала сопротивляться или говорить, чтобы не раздражать его.

Видеть такого большого мужчину, лежащего на мне сверху, который нюхает меня, было странно и щекотно.

Я резко сказала:

— Стой!

Он остановился и посмотрел на меня.

Я застыла в удивлении.

Его глаза были полны тьмы. Бледные щеки алели, словно огонь, и даже кончики его ушей были красными.

Увидев, что он замер, я быстро села, в итоге, моя грудь снова ударила его по носу.

Он молча протянул руку и коснулся кончика носа. Даже и представить не могла, о чем он в этот момент размышляет.

Тем временем я быстро подобрала скомканную форму и накинула ее себе на плечи. К счастью, он не останавливал меня.

Я наклонилась и начала застегиваться. Когда я застегнула две пуговицы, он подхватил меня.

Мое сердце сжалось, его объятия стали теснее, и бархатным голосом он произнес мне прямо в ухо:

— Прости, Яо, прости меня!

Я растерялась — он извиняется?

— Я собирался убить Кению. Я чуть не потерял тебя… Это больше никогда не повторится.

Его тон был неописуемо нежным, таким нежным, что все мое тело, казалось, просто размякло.

Я лежала в его руках, не шевелясь и не говоря ни слова.

Он сел на пол, посадил меня к себе на колени, его лицо приблизилось ко мне, и он крепко поцеловал меня.

Мне стало неловко находиться в такой интимной позе, я хотела отвернуться, но он схватил меня за подбородок, и я не смогла пошевелиться.

— Яо, я видел раны Кении, также я видел, как ты рисковала и сбрасывала бомбы ради моей победы, — он уставился на меня, прерывисто дыша:

— Ты очень верная, и будучи твоим мужем, я отплачу тебе вдвойне!

«Верная? Он думает, что пошла против Кении из-за него?

Я взорвала подкрепление Кении, значит, поэтому он сделал такой вывод?

 Так вот почему он был в таком в хорошем настроении, неудивительно, что он так долго целовал меня.

Подумал, что он нравится мне?

Но разве ему не все равно, нравиться он мне или нет?

 Неважно, что он там думает, это недоразумение было слишком велико. Но почему я сейчас здесь, если я могла сбежать?»

 Я посмотрела в его обжигающие глаза и почему-то не смогла сказать правду.

 В этот момент снаружи внезапно раздался голос Морин.

— Кхе-кхе… Ваше Высочество, извините, что беспокою вас и мисс. Вас срочно вызывает Его Величество император!

Это в первый раз, когда я услышала, что кто-то называет Му Сяня «Ваше высочество».

Выражение лица Му Сяня застыло, и он встал со мной на руках.