Сун Наньши с непроницаемым лицом смотрела на распростёршихся перед ней ниц практиков. В какой-то момент её вдруг охватило беспокойство: справятся ли они с этой ватагой юных максималистов.

За пределами Духовного зеркала лица наставников, ещё мгновение назад растроганных их речами, помрачнели. Стоящие рядом невольно принялись неискренне утешать: — Ничего-ничего, главное, что у них благие намерения. Добросердечные и честные — видно, что вы их хорошо воспитали. Лица наставников лишь тогда немного посветлели.

Внутри Духовного зеркала Сун Наньши глубоко вздохнула и спросила: — Сможете подняться? Несколько юношей: — Сможем, сможем. Они, перепачканные пылью и грязью, кое-как поднялись на ноги.

Сун Наньши спросила: — Время не ждёт, нам нужно продолжать путь. Вы выдержите? Услышав это, несколько человек тут же уставились на братца-осла, стоявшего рядом с ней. И им, таким слабым, жалким и израненным, показалось, что эта добросердечная Бессмертная дева приготовила божественного зверя именно для них. Бессмертная дева и впрямь нежная, добрая и заботливая. Они тут же выпрямили спины и заявили: — Выдержим!

Сун Наньши осталась довольна. — Отлично, тогда пойдёмте. А затем на их глазах взобралась на спину братца-осла и протянула руку вниз.

Юноши тут же смутились, переглядываясь друг с другом. — Н-неудобно как-то, — застеснялись они. Как можно позволить Бессмертной деве тянуть их наверх? Один из юношей оказался посмелее и робко протянул свою нетерпеливую ручонку…

Как вдруг позади раздался ледяной голос: — Посторонись. Юноша: — ? Они застыли и невольно обернулись. Юнь Чжифэн с холодным лицом стоял за их спинами: — Вы загораживаете мне дорогу.

Он прошёл мимо юношей и, подойдя, схватил Сун Наньши за руку. Юноша, протянувший руку: — … Его ручонки задрожали на холодном ветру.

Сун Наньши, сдерживая смех, одним рывком втащила Юнь Чжифэна наверх. Смущение на лицах юношей мгновенно застыло.

За пределами Духовного зеркала наставники глубоко вздохнули и закрыли глаза, чтобы не видеть позора своих учеников. Стоящие рядом всё так же неискренне утешали: — Юношеская влюблённость, всего лишь юношеская влюблённость.

Юнь Чжифэн, усевшись позади Сун Наньши, снисходительно произнёс: — Теперь мы можем идти. Юноши: — … Они посмотрели на божественного зверя под двумя полными сил людьми, а затем на свои дрожащие от ран ноги. Они спросили: — Вот так… идти? Неужели божественный зверь был не для них?

— Братец-осёл не позволяет никому другому садиться на него, — объяснила Сун Наньши. — Вы сможете следовать за нами на мечах? Если нет… Она как раз хотела предложить им свой Компас Судьбы, как вдруг Юнь Чжифэн метнул Летающий меч, который увеличился в воздухе. Он снисходительно обратился к ним: — Забирайтесь. А затем, уже мягче, добавил, обращаясь к Сун Наньши: — Твой Компас Судьбы пока не понадобится.

Сун Наньши: — … Практики: — … Они почему-то почувствовали себя униженными.

В этот момент Юнь Чжифэн ещё и спросил: — Сможете забраться? Помочь вам? Несколько человек тут же твёрдо ответили: — Не нужно! Они, пошатываясь на дрожащих ногах, взобрались на меч. Юнь Чжифэн лишь цыкнул языком.

И вот они снова отправились в путь, ведя за собой ватагу израненных и перепачканных бедолаг.

Группа юношей следовала за ними на Летающем мече, а Сун Наньши, ехавшая впереди, беззвучно давилась смехом. Юнь Чжифэн знал, над чем она смеётся. От этого у него загорелись уши, и он крепче обнял её. — Очень смешно? — с непроницаемым лицом спросил он. Сун Наньши кашлянула и села прямо: — Так, в меру. Юнь Чжифэн ей ничуть не поверил.

Увидев это, Сун Наньши огляделась по сторонам, а затем бросила взгляд в ту сторону, где, по её ощущениям, находилось Духовное зеркало. Она не видела, что происходит снаружи, но чувствовала, что за ними постоянно наблюдают. За пределами Духовного зеркала все сидели смирно, с предельно серьёзными лицами, словно это не они только что с живейшим интересом подглядывали за молодёжью. Император клана яо даже незаметно приблизизил Духовное зеркало.

Сун Наньши цыкнула языком, недоумевая, с чего это снаружи за ними так пристально наблюдают. Она прикрыла их ладонью и, обернувшись, быстро поцеловала Юнь Чжифэна в щёку. Юнь Чжифэн: — ! Он инстинктивно хотел потянуться за ней, но Сун Наньши прижала палец к его губам и прошептала: — Выйдем — тогда и продолжим. В сердце Юнь Чжифэна поднялась волна неудержимого волнения. Но когда Сун Наньши убрала руку, они, не считая лёгкого румянца на щеках, выглядели как ни в чём не бывало.

Зрители, вытягивавшие шеи, чтобы лучше видеть: — … Что же произошло в тот миг, когда всё потемнело! Неужели есть что-то, на что им, старикам, нельзя смотреть?! Их эмоции были настолько бурными, что Император клана яо невольно кашлянул и произнёс: — Не подобает подглядывать. Молодёжь, что с них взять. Они там заняты, а нам нужно всё подготовить снаружи, чтобы помочь им, когда они выйдут! Услышав это, все тут же закашлялись и устремили взоры в небо, вновь приняв вид мудрых старших и занявшись делом. Но молодые практики, которых выбросило наружу раньше, всё ещё вытягивали шеи. С ними всё в порядке! Они молоды! Им можно смотреть!!

А в Водном Зеркале Луны Сун Наньши и Юнь Чжифэн лишь обменялись понимающими улыбками. Братцу-ослу стало тошно от их нежностей, он фыркнул и тут же прибавил ходу. Они ехали ещё некоторое время, и пейзаж вокруг постепенно становился всё более пустынным.

Глаза юношей позади вдруг загорелись, и они начали перешёптываться: — Это же то самое место, где мы столкнулись с той шайкой из школы Цанлань? Сун Наньши услышала их и тут же остановилась. — Школа Цанлань? Вы знаете, где они? В нынешней ситуации нам нужно найти их как можно скорее.

При этих словах глаза юношей заблестели, и они проявили необычайный энтузиазм. Один из практиков тут же выпалил: — Я знаю! Я знаю! Совсем недавно мы столкнулись с этой бандой идио… то есть, с этими практиками из школы Цанлань. Мы не сошлись во мне… то есть, мы обменялись парой любезностей, а потом они направились в ту сторону! Он с явным воодушевлением указал пальцем.

Сун Наньши: — … Ей показалось, что в его словах было что-то странное, да и их воодушевление выглядело подозрительно. Словно они замышляли недоброе. Она переглянулась с Юнь Чжифэном.

— Ведите, — прямо сказал Юнь Чжифэн. Практики, настолько израненные, что могли упасть замертво на ровном месте, тут же воспряли духом и принялись хлопать по Летающему мечу, поторапливая его. Юнь Чжифэн с недоумением на лице ускорил полёт меча.

Проследовав в указанном направлении совсем недолго, они и вправду увидели нескольких практиков, окружённых демонами-отступниками. Состояние этих практиков было немного лучше, чем у юношей, но ненамного. Лицо Сун Наньши омрачилось, и она уже собиралась броситься на помощь.

Однако юноши оказались ещё проворнее. Они, словно погоняя лошадь, захлопали по Летающему мечу Юнь Чжифэна и заносчиво проревели: — Придурки из школы Цанлань! Твой дедушка пришёл вас спасать! Сун Наньши, только что слезшая с осла, пошатнулась и чуть не упала. Но и те, что были напротив, оказались хороши. Сами еле живые, а туда же — резко обернулись и тут же огрызнулись в ответ: — Это ты кого придурком назвал?!

Сун Наньши глубоко вздохнула. Так вы потому так рвались на помощь, что хотели побыть их дедушками? Внезапно её снова охватило беспокойство. Сможет ли она чего-то добиться с такой командой? Такое же беспокойство испытывал и Император клана яо. Он посмотрел на сцену в Духовном зеркале, затем на стариков, которые, едва обменявшись благодарностями, тут же вцепились друг другу в глотки из-за слова «придурок», и тяжело вздохнул. Есть ли в этом Мире заклинателей хоть кто-то надёжный?

Четверть часа спустя Сун Наньши с отрешённым видом сидела на земле, наблюдая, как две группы практиков, перевязывая друг другу раны, продолжают обзывать друг друга придурками. Она подумала, что, должно быть, именно так и выглядит юношеская дружба. Она провела рукой по лицу и спросила: — Ну что, вы надумали? Путь впереди опасен, пойдёте с нами? Практики из школы Цанлань хором ответили: — Раз уж эти придурки идут, то и мы пойдём! Сун Наньши: — Что ж, ладно.

Им двоим ничего не оставалось, кроме как с трудом тащить за собой эту огромную толпу. По пути они наткнулись на Гуй Цина и Цзюэ Минцзы, которым как-то удалось оторваться от целой толпы демонов-отступников.

Сун Наньши не стала на них нападать, так как за её спиной было слишком много больных и раненых. Увидев это, те двое принялись издеваться: — Сун Наньши, а я-то думал, ты всеми правдами и неправдами пыталась нас задержать, чтобы обогнать на пути наверх. А ты, оказывается, таскаешь за собой этот бесполезный мусор. Лица раненых и здоровых практиков позади неё побагровели от гнева, а самые импульсивные уже готовы были броситься в драку.

Сун Наньши остановила их жестом и, прищурившись, посмотрела на двоих. — Думаешь, сможешь нас обогнать? — спокойно спросила она. Те двое с презрением окинули взглядом практиков за её спиной. — Что ж, поживём — увидим, — невозмутимо ответила Сун Наньши. — Поживём — увидим? — расхохотался Гуй Цин. — Зачем мне ждать? Я поднимусь наверх раньше тебя! И они тут же исчезли.

Глаза молодых и вспыльчивых практиков позади неё готовы были метать огонь от ярости, а Юнь Чжифэн посмотрел на Сун Наньши. Она была не из тех, кто сносит обиды. Если её задевали, она отвечала тут же. Это было не в её стиле.

И тут он увидел, как Сун Наньши, глядя на кипящих от гнева практиков, спокойно спросила: — Злитесь? — Конечно! — громко крикнул кто-то. — А какой толк от злости? — подлила масла в огонь Сун Наньши. — Если они поднимутся первыми, мы все можем остаться здесь. — Мы не будем обузой! — тут же выкрикнул кто-то, выпятив грудь. — Верно! Мы не будем обузой! — Мы покажем им, на что способны! — Мы защитим Бессмертную деву Сун и прорвёмся на последний уровень! — Братья! Вперёд! Толпа молодых людей, словно накачанная стимуляторами, вскипела. Даже те, кто был постарше и сдержаннее, воспылали праведным гневом.

Юнь Чжифэн невольно взглянул на Сун Наньши. «Какое коварство», — подумал он. В тот же миг он услышал, как Сун Наньши воодушевляет толпу: — Верно! Фортуна переменчива! Не смейте унижать юношу за бедность! Юнь Чжифэн пошатнулся и едва не упал.

Тем временем, в другом месте, Цзян Цзи под мёртвым взглядом Чжу Сю тоже выкрикивал: «Не смейте унижать юношу за бедность!», ведя за собой толпу то ли воодушевлённых, то ли совершенно сбитых с толку практиков в атаку на демонов-отступников. Это место, казалось, превратилось в его личное поле битвы. Он весь так и светился аурой Лун Аотяня, и под этим сиянием все встреченные им практики падали к его ногам и присягали на верность. Поиск людей шёл с невероятной скоростью.

Чжу Сю подумала, что с её старшим братом явно что-то не так. Или, вернее, когда другие сталкивались с её старшим братом, с ними определённо становилось что-то не так. Очень странно. Чжу Сю печально вздохнула, достала блокнот, чтобы записать число найденных на этот раз людей, а затем махнула рукой старшему брату, который как раз покончил с демонами-отступниками: — Закончил? Закончил — значит, пора на следующую точку. Конвейер по сбору младших братьев… то есть, по поиску людей.

Если Цзян Цзи и его команда работали как конвейер по поиску людей, то Юй Цзяоцзяо устроила конвейер по сносу голов. Юй Цзяоцзяо не очень везло: людей она встретила мало, а вот демонов-отступников — предостаточно. И все эти демоны были человекоподобными. Для Юй Цзяоцзяо это было огромным испытанием. И вот, Чи Шуань молча наблюдал, как его возлюбленная, пронзительно визжа от ужаса, одним ударом кулака сносит головы одну за другой.

Первая группа практиков, которую они встретили, застала именно такую картину. Увидев, как хрупкая на вид девушка оказалась в окружении демонов-отступников, они уже собирались, презрев опасность, броситься на помощь, но тут… Их лица окропила кровь от снесённой головы. Демоны-отступники замолчали. Они тоже замолчали. Поэтому, когда девушка, покончив с демонами, сжимая кулаки и заикаясь, предложила им следовать за ней, они без лишних слов согласились. Конечно, они не испугались. Они просто прониклись уважением к этой воительнице.

Так, каждая группа в своём неповторимом стиле обошла окрестности. Когда им показалось, что они осмотрели почти всё, они направились к условленному месту встречи. Собравшись вместе с огромными толпами людей, они переглянулись и осознали одну вещь.

— А где Избранник Будды и остальные? — спросила Сун Наньши. Не успела она договорить, как сзади раздался грохот, сотрясающий землю. Они обернулись и увидели, как к ним несётся Избранник Будды, взвалив на плечо младшего брата Ло Шуя. За ними следовала толпа практиков… и ещё бо́льшая толпа демонов-отступников. — Ты что, разворошил их логово?! — в ужасе прокричала Сун Наньши. — Откуда благодетельница знает? — обрадовался Избранник Будды. Сун Наньши: — … Она глубоко вздохнула: — К бою! Ну конечно, не стоило ей питать никаких иллюзий насчёт тандема Избранника Будды и младшего брата Ло Шуя.

Когда они наконец расправились с этой ордой демонов-отступников, прошла уже четверть часа. Все тяжело дыша, сидели посреди гор трупов и рек крови. Сун Наньши принялась пересчитывать людей. — Триста сорок. — произнесла она. При этих словах у всех на сердце стало тяжело. Вошло четыреста двадцать восемь практиков. Они не знали, скольких выбросило наружу, но нынешнее число было явно слишком мало. К этому времени почти все, кого не выбросило с первого уровня, попали на второй. Это означало, что если они собрали всех, кто остался, то, за вычетом выброшенных, кто-то определённо погиб здесь.

Сердца тех, кто наблюдал снаружи через Духовное зеркало, сжались ещё сильнее. — Двадцать восемь, — сказал Император клана яо. За вычетом тех, кого выбросило, они потеряли двадцать восемь практиков. Сун Наньши и её спутники действовали достаточно быстро, и это число было уже невелико, но в такой ситуации никто не осмелился бы сказать, что это малая цена. Кто-то, оглядев практиков в Духовном зеркале и не найдя своего ученика, без сил рухнул на землю.

У Сун Наньши не было времени на раздумья. Она глубоко вздохнула и спокойно сказала: — Они теперь впереди. Нам нужно их догнать. Вперёд! — Бессмертная дева, вы уверены, что мы не станем для вас обузой? — с сомнением спросил кто-то. Не успел он договорить, как его стукнули по голове. — Какой ещё обузой! — злобно прорычал другой. — Мы должны проложить путь для Бессмертной девы и остальных! Сун Наньши улыбнулась: — Верно. Вы должны проложить для нас путь. Она подняла голову, её взгляд стал острым. — Мы идём!

И вот так, ведя за собой толпу больных и раненых, которых Гуй Цин и Цзюэ Минцзы назвали бы обузой, она решительно шагала вперёд. Шаги за её спиной были неровными, но Сун Наньши каким-то шестым чувством уловила в этом беспорядочном топоте твёрдую решимость.

Это была их решимость идти в гору, зная, что там тигр, и её, Сун Наньши, решимость делать то, что кажется невозможным. Она внезапно поняла, почему Шэнь Бинъи так и не смог овладеть триграммой Цянь. Потому что он считал всех живых существ муравьями. Он не верил, что муравьи способны спастись от всепоглощающей волны, не верил, что жизнь может спасти сама себя.

Раньше Сун Наньши тоже не верила. Она всегда считала, что с её пессимистичным и самонадеянным характером, даже овладев обеими триграммами, Цянь и Кунь, она смогла бы постичь лишь Кунь. Но к счастью, к счастью, она встретила этих людей. Она встретила соучеников, которых считала всего лишь картонными персонажами, и они приняли её. И тогда она начала принимать этот мир. Она также встретила Юнь Чжифэна, и он полюбил её. И тогда она начала любить этот мир.

Узнав, что Юнь Чжифэн и есть Демон Юнь из Оригинальной истории, она иногда в шутку думала, что спасла его. Но в глубине души она знала, что это Юнь Чжифэн, Цзян Цзи и остальные спасли её. Иначе за долгие годы жизни практика, равнодушно взирая на мир, она могла бы стать вторым Шэнь Бинъи. Но, к счастью, кто-то удержал её.

Поэтому Шэнь Бинъи выбрал Триграмму Смерти, а она — Триграмму Жизни. И потому она была готова учиться ценить других и ценить себя. Уважать жизнь и благоговеть перед ней. Она верила, что и муравьям под силу свернуть горы и пересечь моря.

Сун Наньши шла вперёд, шаг за шагом. С каждым шагом духовная энергия вокруг неё становилась плотнее, но она этого не замечала. Её душевное состояние, которое другим было труднее совершенствовать, чем собственный уровень развития, прорывалось на новый уровень, но она и этого не замечала.

— Плохо! — крикнул кто-то рядом. — Мы создали слишком много шума, ещё одна группа демонов-отступников преградила нам путь. Сун Наньши, не сбавляя шага, бросила: — Чего застыли! В бой!