Говорят, что слухи на один процент состоят из правды, на девяносто — из лжи, и на девять — из предрассудков.

Но когда распускали слухи о том, что палач, посланный Святым Престолом для расследования неожиданного убийства на Темзе, был вампиром, один процент правды благополучно похоронили.

Едва заметив клюквенно-красные глаза, бледную кожу и роскошные малиновые волосы, люди, поверив беспочвенным слухам, становились мрачнее тучи. Они продолжали верить в эту околесицу, невзирая на то, что собственными глазами видели, как палач разгуливает под солнцем и жуёт рогалик с сыром, расследуя убийство на Риверсайд-стрит.

Двадцатитрёхлетняя девушка, убитая на Темзе, стала жертвой жестокого нападения посреди ночи во время прогулки.

— Район Риверсайд оцеплен. Судя по показаниям очевидцев, возможно, это был вампир из семьи Грэм.

Погибшую звали Манита Ховард, и горожане были безутешны. Не прошло и трёх лет с момента подписания закона о признании прав иных рас, как в самом сердце Лондона произошло убийство.

— Ты правда вампир?

Розали повернулась на голос девочки лет десяти-одиннадцати, которая смотрела на неё снизу вверх.

Офицеры, которые вводили девушку в курс дела, опешили, но не стали уводить ребёнка, потому что никто не ожидал, что тот начнёт задавать столь грубые вопросы.

— Почему для расследования убийства моей сестры послали какого-то вампира?

— Согласно договору, заключённому в 1645 году, чистокровные лорды-вампиры того времени были связаны кровным контрактом с людьми. Даже если бы я была вампиром, какая разница? Люди живут бок о бок с вампирами сотни лет, и большинство вампиров безобидны для людей. Они пьют кровь только тех, с кем связаны контрактом.

Девочка ненадолго замолчала и сжала руками подол своей юбки.

— Я не хочу, чтобы ты видела тело моей сестры.

— Я не занимаюсь осмотром жертв или поиском следов на месте преступления.

— Какая разница?! Ты всё равно пьёшь человеческую кровь! Что вообще здесь делает вампир? Пусть Ватикан или кто-нибудь другой прикажет ей уйти!

В этот момент человек за спиной Розали, протянувший рукой к трупу, замер.

— Продолжай, Гил, — сказала Розали, не отводя взгляд от дующегося ребёнка.

Только тогда девочка заметила, что рядом был ещё один человек, и подняла на него взгляд.

Мужчина не двинулся с места.

Это был человек с очень необычной внешностью. Его кожа была смуглой, а волосы — такими белыми, что его легко можно было принять за старика, но стоило присмотреться и становилось понятно, что это молодой человек чуть старше двадцати. Однако он привлекал много внимания не только из-за внешности, нехарактерной для англичан. Он не снимал капюшон и свои странные очки даже в помещении.

— Оставленный на теле запах принадлежит роду Бистмонд.

Один из полицейских, услышав это, сделал растерянное выражение лица.

— Подумать только, этот вампир действительно смог нарушить Лондонский договор и сбежать… Как такое могло произойти?..

— С этого момента я занимаюсь делом Маниты Ховард.

Офицер Рейнольдс снял шляпу и осторожно попытался успокоить ребёнка:

— Хейзел. Я понимаю, что ты чувствуешь, но этот человек не вампир. Мисс Эвенхарт…

Хейзел, которой в этом году исполнилось всего одиннадцать, была юна и ничего не слышала ни о законах, связанных с иными, ни о Лондонском договоре. Она была готова расплакаться в любую секунду.

— Вы все просто хотите избавиться от меня! Я слышала всё, что говорят люди на Риверсайд-стрит! Да, это правда, что у нас нет родителей! Но мы жили честно! Почему моей сестре пришлось пройти через это? Передайте всем несчастным вампирам, что я желаю им сгореть на солнце и умереть!

Это были довольно жестокие слова для маленького ребёнка. В конце концов Хейзел вывели из морга, не дав услышать ответ Розали. На какое-то время опустилась тишина.

— Прошу прощения за это. Хейзел со своей сестрой жили одни, а теперь… Она просто ошеломлена. Этот ребёнок живёт в захолустье в четвёртом районе.

Лондон был разделён на несколько районов. В первом районе жили люди из высшего общества. За ним следовал второй район, который также был недалеко от центра. Другими словами, чем выше число в названии района, тем ниже там безопасность и уровень жизни.

— Вы ведь понимаете, о чём я? Любой уважающий себя человек слышал о семье знаменитого мага, графа Эвенхарт. Это ведь тот самый род, что переломил ход Кровавой Бойни, верно? — второй полицейский, стоявший рядом с офицером Рейнольдсом, продолжал говорить, словно пытался сменить тему. — Мы впервые видимся лично. Не думал, что вы так молоды. Я бы, скорее, принял за Эвенхарт вашего спутника.

Однако полицейский перестарался в своих попытках разрядить обстановку. Все застыли на местах, когда он высказал своё нескромное мнение о палаче. Офицер Рейнольдс сразу перебил коллегу, чтобы не позволить ему сказать больше ничего необдуманного.

— Вампиры с рыжими волосами действительно встречаются довольно часто. Но сегодня мы все усвоили урок: не стоит судить людей только по внешности. Впредь мы будем внимательнее. А сейчас давайте пройдём на место происшествия.

В сопровождении полицейских Розали обошла низовье реки, где, как говорят, и была убита Манита Ховард. Осмотрев брусчатку, она обнаружила, что там ещё остались следы крови.

— Очевидцы утверждают, что Маниту с укушенной шеей волокли ещё около тридцати шагов. Но в конечном итоге вампиру удалось сбежать, а Манита потеряла столько крови, что не смогла пережить ночь. Её сестра, Хейзел, была с Манитой, когда она умерла.

Розали стояла в тени перед кровавым пятном на брусчатке.

Её спутник повернулся спиной к солнцу, а затем снял очки и перчатки. Он провёл рукой по следам крови на каменной брусчатке.

— Слишком грязно для обычной трапезы. Странно, что Бистмонский пожиратель крови допустил такую грубую ошибку. Возможно, он не привык, чтобы на него охотились… Или же это вампир из списка разыскиваемых Ватиканом.

— Где он сейчас?

— Не знаю. След обрывается.

— Не думаю, что Бистман умеют летать.

— След обрывается у реки. Похоже, он переплыл её, — он снова надел очки и перчатки.

— Вампир, переплывший реку? — переспросил офицер Рейнольдс. — Такое возможно?

— Не все вампиры дрожат при виде воды, — ответил мужчина, качая головой. — Боязнь воды можно преодолеть с помощью тренировок, а если вампир долгое время живёт неподалёку от реки, то он просто привыкает к этому так же, как к человеческому обществу. Особенно если это вампир, живущий в Лондоне.

— Когда начнём охоту?

— Когда проголодается, он выйдет из укрытия и начнёт бродить в поисках жертвы. Городские улицы всегда были соблазнительным охотничьим угодьем для вампиров. Заняв одну территорию, они редко покидают её, поэтому скоро он должен снова появиться.

— Дай знать, если понадобится помощь.

Розали бросила последний взгляд на площадь. Она о чём-то задумалась.

— …Могу я узнать адрес той девочки, Хейзел?