— Ха! Они что, совсем не боятся фанатов? Вот же наглецы, — с насмешкой пробормотал президент Ю Мён Ху, глядя на статьи, распространившиеся по всему интернету.

Учитывая репутацию, которую нужно поддерживать, и отношения, которые важно сохранять, подача иска против новостного агентства была худшим возможным решением.

— Может, опубликуем новую статью? Например, про Ли Кан Юна.

— У тебя на него что-то есть? — спросил президент, прищурившись.

— Пока нет, но если я буду следить за ним круглые сутки, уверен, что-нибудь найду.

— Неплохая мысль. Хорошо, я дам тебе команду. Напиши статью про Ли Кан Юна. Может, потом он сам придёт ко мне на поклон.

— Понял.

Пэ О Мин вернулся на своё место чтобы собрать оборудование, после чего покинул здание компании.

(Примечание анлейтера: автор, похоже, совершенно забыл, кто такой Пэ О Мин — это ведь тот самый главный редактор из предыдущих глав, который говорил: «С World лучше не связываться»)

Когда дверь за ним закрылась, президент Ю Мён Ху нахмурился, глядя на документы, пришедшие из суда.

— Скоро ты увидишь, что бывает с теми, кто меня разозлил.

Его глаза пылали решимостью.

***

После шоукейса группа Eddios официально начала активную деятельность.

Шоукейс, прошедший в «Доме ангела» в Вонджу, получил хорошие отзывы. Группа представила позитивный образ, объявив, что все доходы от продаж альбома будут переданы на благотворительность.

Естественно, общественность отреагировала очень положительно.

Хотя статьи о скандале с Хан Джу Ён время от времени всё ещё появлялись в интернете, общее мнение постепенно менялось в положительную сторону. На этот раз World Entertainment действовали умнее, активно сотрудничая со СМИ и принимая большинство предложений об интервью.

— Я думала, что в World Entertainment одни красавчики-композиторы вроде Muse, но и вы, директор, настоящая красавица.

— Благодарю. Вы тоже хорошо выглядите, мисс Да Юн.

— Ох уж эти бизнесмены… умеете вы говорить комплименты.

— Ха-ха-ха.

Ли Хён Джи давала интервью в студии World Entertainment для популярной телепередачи HMC «Новости шоу-бизнеса: Ночной выпуск».

Несмотря на растущую популярность компании среди молодых артистов, никто толком не знал, чем занимается World Entertainment. Поэтому, чтобы совместить интервью с экскурсией по офису, телеканал HMC прислал своего лучшего репортёра — Хан Да Юн.

Интервью проходило в тёплой, дружеской атмосфере.

Для Ли Хён Джи это было первое интервью на национальном телевидении, но она держалась уверенно. Спокойно представляя компанию, она говорила о планах на будущее, вызывая у зрителей интерес.

Хан Да Юн кивнула, слушая ответы, и наконец задала главный вопрос:

— …Недавно произошёл неприятный инцидент. Мне неловко об этом спрашивать, но…

— Всё в порядке.

— Как известно, World Entertainment вступила в судебное разбирательство с одной новостной компанией по делу, связанному с Eddios. Почему вы, как молодая компания, решились на такой шаг? Ведь большинство артистов не осмеливаются выступать против общественного мнения, даже когда страдают от ложных публикаций.

Это был вопрос, который волновал многих.

В противостоянии между знаменитостями и СМИ звёзды почти всегда оказываются в проигрыше. Пресса способна вознести артиста на вершину — или уничтожить его карьеру одним лишь заголовком.

Поэтому большинство звёзд предпочитало молчать, даже когда им причиняли значительный ущерб.

— Это очень деликатный вопрос. У людей есть право знать, а артисты — публичные личности. Интерес публики естественен, и удовлетворять его — задача журналистов. Но артисты тоже люди.

Ли Хён Джи сделала глоток остывшего кофе и продолжила:

— Личная жизнь есть у каждого, и она должна оставаться неприкосновенной. Только тогда артист может искренне отдавать себя сцене. Но, к сожалению, некоторые представители прессы порой переходят границы, мешая нам работать. Да, сами артисты не всегда могут пойти против СМИ, но мы, World, не станем сидеть сложа руки, если кто-то из нашей семьи (family) пострадает.

— Из вашей семьи?

— Я говорю о World Family. Мы не можем позволить, чтобы подобное повторилось. Поэтому у нас не было иного выхода, кроме как действовать решительно.

Её твёрдая уверенность была запечатлена камерой.

Обычно компании и артисты избегали интервью во время подобных инцидентов, ограничиваясь анонимными комментариями или телефонными заявлениями.

Но Ли Хён Джи открыто пригласила журналистку в офис и дала интервью лично — так, что вся страна увидела её решимость.

— Чёрт, World просто молодцы!

— Приятно видеть, как компания защищает своих артистов. Одобряю!

— Директор Ли Хён Джи такая красавица. Женюсь на ней!

— Поздно, она уже моя.

После выхода интервью общественное мнение склонилось на сторону World Entertainment.

Дела Eddios шли отлично, а аккуратный, спокойный образ Ли Хён Джи вызывал уважение и симпатию.

Однако Hidden Catch не собирались сдаваться.

«Ли Хён А из White Moonlight на ужине с мужчиной средних лет. Подозрение на спонсорство?»

(п.п: слово «спонсорство» в контексте означает сексуальные услуги за поддержку.)

Это был контрудар — новая волна провокационных статей.

На этот раз целью стала Ли Хён А.

Папарацци сфотографировали её за ужином с профессором Чхве Чан Яном, с которым она обсуждала новую песню, и уже через полтора часа статья появилась в сети.

21:00.

Не прошло и получаса после публикации.

—*всхлип* То, что там написали, это не правда... я бы никогда... *всхлип*

Кан Юн тяжело вздохнул, слушая по телефону плачущую Ли Хён А.

— Сначала успокойся.

— Я… я просто поужинала с профессором, как обычно, я не сделала ничего плохого... но теперь мне страшно… очень страшно…

Ли Хён А была в ужасе.

Слово «спонсорство» производило разрушительный эффект. Фото «сомнительного характера» и пара двусмысленных фраз вызвали лавину оскорблений в её адрес.

— Сейчас к тебе приедут директор Хён Джи и менеджер Дэ Хён. Не выходи из дома и не лезь в интернет, ясно?

— …Да.

— Никаких соцсетей, никаких новостей. И не думай об этой статье, хорошо?

Он повторил это несколько раз, прежде чем повесить трубку.

Кан Юн беспокоился, что Ли Хён А может сотворить с собой что-то плохое, у неё ведь не было закалки звезды, прошедшей через подобные скандалы. Ему самому хотелось поехать к ней, но, зная, что Хён Джи и менеджер уже в пути, он решил заняться устранением последствий.

— Начнём с опровержения.

Первым делом требовалось опубликовать статью с официальным разъяснением от имени World Entertainment.

Кан Юн связался со всеми знакомыми журналистами — даже обратился за помощью к президенту Чжу Ман Джи.

— Понятно, если дело обстоит так, я помогу

— Огромное спасибо.

Чжу Ман Джи, выслушав объяснение, пообещал подключить знакомых репортёров.

Прошло меньше двух часов с момента публикации скандала.

Кан Юн позвонил профессору Чхве Чан Яну.

— …Хорошо. Если нужно, я сам всё объясню.

Профессор охотно согласился помочь, узнав о ситуации.

— Спасибо. Ты не против, если опубликую некоторые твои личные данные, чтобы быстрее урегулировать это дело?

— Конечно, делай, как считаешь нужным.

Профессор не стал спорить — его самого шокировал появившийся из ниоткуда скандал.

Получив разрешение, Кан Юн разместил пояснение на официальном сайте World и в фан-клубе White Moonlight «Reverse Luna»:

...Мужчина на фото — профессор Чхве Чан Ян из Университета искусств Халлео. Вокалистка White Moonlight Хён А встретилась с ним, чтобы обсудить песню, но была сфотографирована папарацци…

После этого к офису World Entertainment начали прибывать журналисты — как знакомые Чжу Ман Джи, так и те, с кем связался сам Кан Юн.

Он лично подал им кофе и обратился с просьбой:

— Уважаемые журналисты, посвятившие жизнь правде…

Он не жалел комплиментов, хотя обычно не любил заискивать.

Журналисты с радостью согласились помочь в обмен на возможность позже взять интервью у артистов World Entertainment.

Не прошло и часа, как в интернете начали появляться статьи-опровержения:

«Вокалистка White Moonlight Ли Хён А встретилась профессором музыкального университета, чтобы обсудить песню»

«Мужчина на фото — бывший преподаватель Ли Хён А»

«Из-за мелких недоразумений звёзды падают с неба» — Хён А жалуется, что теперь и с наставником нельзя поесть спокойно.

***

Скандальная статья, вышедшая в девять вечера, была опровергнута к полуночи — примерно через три часа после публикации.

***

На следующее утро.

После публикации опровержения большинство злобных комментариев исчезло.

Кан Юн, не сомкнувший глаз всю ночь, наблюдая за реакцией в сети, сидел в кресле, устало глядя в пустоту.

— Доброе утро, или, не совсем доброе…

Ли Хён Джи, с такими же уставшими глазами, как у него, поздоровалась и протянула Кан Юну бутылочку энергетика.

— Спасибо. Ох… как же бодрит. Как там Хён А?

— Заснула только под утро. Комментарии под статьёй были просто ужасны, особенно из-за слов о “спонсорстве”.

— Тема слишком щекотливая. Надо включить этот случай в иск против этих ублюдков.

— Они выпустили опровержение только в семь утра.

Ли Хён Джи нахмурилась — злость и раздражение были написаны у неё на лице.

Выражение “спонсорство” само по себе звучало слишком провокационно.

Добавив в конце вопросительный знак, журналисты оставили себе возможность отступить, ведь можно было сказать: «ну мы ведь не утверждали».

Чем больше было просмотров, тем сильнее рушилась репутация звезды, оказавшейся в статье.

Кан Юн сжал губы.

— Это, видимо, их ответ на наш иск. Решили пойти в атаку.

— Я тоже так думаю. Ничего другого от журналистов я не ожидала.

— Похоже, они дают понять, что пойдут на крайние меры, если мы не отзовём иск.

— Что будем делать? — спросила Ли Хён Джи.

Кан Юн на мгновение закрыл глаза.

«Нельзя поддаваться эмоциям. Если сейчас покажем слабину — потом нас просто раздавят».

После короткой паузы он спокойно ответил:

— Продолжим судиться. Насколько я знаю, адвокат, которого ты мне порекомендовала, прекрасно справляется.

— Да, у него хорошие связи.

— Постарайся включить этот инцидент в иск. Мы не можем всё время только защищаться.

Ли Хён Джи кивнула и передала папку Чон Хе Джин.

***

В офисе World Entertainment царила суета из-за конфликта с Hidden Catch, но артисты компании почти не пострадали.

Каждый раз, когда Hidden Catch выпускали статью о World Entertainment, вскоре появлялось официальное опровержение.

До Рождества оставалась неделя.

Интернет по-прежнему кипел из-за медийных скандалов. Сначала количество хейтерских комментариев было огромным, но постепенно люди выработали иммунитет к “спекулятивным” статьям, и доверие к Hidden Catch стало стремительно падать.

В результате просмотры начали снижаться.

Если неделю назад достаточно было опубликовать любую провокационную статью — и счётчик просмотров взрывался, то теперь они даже не попадали в первую десятку.

***

В офисе президента Hidden Catch.

Президент Ю Мён Ху с грохотом швырнул книгу на стол и взревел:

— Вы статьи пишете ногами? Или у вас руки из задницы растут, а?!

Журналист Пэ О Мин опустил голову, но внутри кипел от злости.

«Чёрт… сам попробуй, тупой ты ублюдок!»

Качество фотографий и текстов не изменилось.

Зато изменилась аудитория — от постоянных скандалов люди просто устали.

К тому же опровержения появлялись менее чем через два часа после публикации, и теперь реакция людей была скорее: «А, опять эти».

— Собака ты сутулая! Ответь мне, почему просмотров вдвое меньше, чем раньше?! Если и дальше так пойдёт, рекламодатели уйдут, а мы подохнем с голоду, понял?!

Он вымещал злость на ни в чём не повинном Пэ О Мине.

— Господин президент, мы следим за ними круглосуточно, пишем статьи каждый день. Но World Entertainment не только не устает, а, наоборот, каждый раз отвечает. Думаю, наши статьи даже помогли им стать популярнее.

— Я сказал, мне нужно, чтобы их репутация упала! Чтобы они! Не смогли! Продолжать! Этот! Чёртов! Суд! Ты меня понимаешь?!

— Мы стараемся, но люди…

— Не хочу слушать оправданий. Иди работай!

Президент Ю Мён Ху раздражённо отмахнулся.

Пэ О Мин с трудом подавил ярость и вышел из кабинета.

— Ну и как с таким идиотом работать… — пробормотал он себе под нос.

Президент Ю Мён Ху, оставшись один, зажёг сигарету и устало выдохнул дым.

***

— Это уже начинает раздражать, — сказала Ли Хён Джи, глядя на новую статью Hidden Catch о Ким Джи Мин.

— Они же должны знать, что мы их фотографируем… не понимаю, зачем продолжают.

Пробормотал Кан Юн, не скрывая недоумения.

(п.п: тут не совсем понял, но оставил прямой перевод, может, дальше "выстрелит")

Однажды мужчина и женщина, похожие на журналистов Hidden Catch, даже залезли во двор его дома, пытаясь сфотографировать Ким Чжэ Хуна.

— Я слышала, что Ю Мён Ху может быть жестоким, но не думала, что до такой степени.

— В итоге страдают артисты. Да и менеджеры тоже.

Кан Юн чувствовал вину перед своими артистами и сотрудниками.

Хотя он и был готов принять этот урон ради того, чтобы подобного больше не повторилось, но жить под постоянным прицелом папарацци было мучительно тяжело.

И всё же его усилия не прошли даром.

— Скоро мы их уничтожим, — сказал он.

— Ого, президент, ты такой злой — усмехнулась Ли Хён Джи, доставая документы, полученные от адвоката.