Тем временем Кан Юн продолжил говорить:

— В общем, Кэрри Клаудия собирается провести тур по США с мая по июль. Недавно появилось объявление о поиске танцовщицы, которая выйдет с ней на сцену во время исполнения заглавной песни — Coming.

— Постой… так ей нужна танцовщица? Да ещё с мая по июль?! — голос Джу А стал громче.

— Оппа, у меня в это время свои выступления. И вообще — танцовщица? Ты ведь прекрасно знаешь, кто я, и предлагаешь такое?

— Как бы то ни было, в Америке ты новичок. Не зацикливайся на том, что будешь танцовщицей. Думаю, отказываться от такой возможности — не лучшая идея.

— Это…

Он был абсолютно прав.

После слов Кан Юна Джу А замолчала.

— Джу А. Даже если ты лучшая в Азии, здесь ты — никто…

— Аргх… Не нужно мне напоминать, я и сама всё прекрасно понимаю!

Джу А раздражённо проворчала в трубку — задетая гордость дала о себе знать.

Из-за громкого голоса, разносившегося повсюду, люди смотрели на неё с немым укором: «Что за сумасшедшая азиатка?» — но ей было всё равно.

— Оппа, если ты и дальше будешь так со мной разговаривать…

— …и что тогда? Обидишься? Ха-ха-ха. Вот уж типичная женщина.

— Оппа!

Джу А пронзительно выкрикнула, но Кан Юн не обратил на это внимания и спокойно произнёс:

— Ён Джу А, вернись к истокам.

— Уф…

— Перестань быть высокомерной и вспомни, что в основе твоего успеха лежит любовь к танцу и готовность трудиться, несмотря ни на что. Не отказывайся от блестящего шанса только потому, что тебе кажется, что ты "переросла" роль танцовщицы. Вспомни того голодного до работы и возможностей новичка, которым ты была.

Ей нечего было возразить.

В конце концов, Джу А лишь бессильно опустила голову.

— Возвращайся домой, когда всё обдумаешь, ладно?

— …Поняла.

Закончив разговор, Джу А сунула телефон в карман.

«Чёрт. Разозлил, так разозлил. Негодяй, злодей, гей!»

Шепча проклятия в адрес Кан Юна, Джу А нахмурилась и направилась к выходу из вестибюля.

***

Концертный бизнес был на пике с декабря по февраль.

Именно в это время проходило большинство концертов.

Поэтому компания Elin Illumination, одна из лучших в Корее по световому оформлению концертов, проводила дни без единого выходного, погружённая в бесконечную работу.

— В этот день концерт Fallin, а на следующий… —

В офисе президента Elin.

Президент Кан Ин Су с удовлетворённой улыбкой разглядывал расписание, плотно забитое мероприятиями вплоть до марта.

— Ха-ха-ха! Вот бы так было всегда.

Бизнес шёл хорошо, и настроение у него было приподнятое. Если бы каждый день был таким, жизнь была бы прекрасна — но, конечно, это было невозможно.

Как только Кан Ин Су потянулся, чтобы подписать документы, на столе зазвонил телефон.

— Господин президент, к вам посетитель.

В сопровождении секретаря в кабинет вошёл невысокий мужчина средних лет и протянул руку президенту Кан Ин Су.

— Давненько не виделись, президент Кан.

— Добро пожаловать, директор Ю. Давненько.

Этим мужчиной был директор Ю Гён Тхэ из компании MG Entertainment . Он принял чашку кофе от секретарши и, устроившись в кресле, с трудом закинул короткие, крепкие ноги одну на другую.

— Следовало бы наведаться пораньше, но в последнее время дел было по горло. Прошу прощения.

— Что ты, всё в порядке. Мне самому стоило заглянуть.

— Нет-нет. Кстати, секретарь Юн, как всегда, очаровательна. Ха-ха-ха.

После лёгкого комплимента в адрес секретаря директор Ю перешёл к делу:

— Мы решили провести дополнительный концерт с ECTM в центральном зале. Президент Кан, Elin ведь присоединиться, не так ли?

— Ха-ха-ха. Раз уж приглашаете, то, конечно, присоединимся. Когда мероприятие?

Хотя в словах директора сквозила лёгкая властность, глаза Кана Ин Су заблестели.

ECTM в данный момент была самой успешной мужской айдол-группой в MG Entertainment. К тому же, «центральный зал» означал крупнейшую концертную площадку во всей Корее — многофункциональный зал на стадионе Кубка мира.

Причин отказываться не было.

— В конце февраля. А точнее… —

Однако, стоило директору назвать точную дату, как выражение лица Кан Ин Су изменилось.

— Вот уж совпадение… именно в этот день…

— Что такое? Не получится?

Пятница, суббота и воскресенье последней недели февраля.

Именно на эти дни был назначен концерт Ким Чжэ Хуна, с которым уже был заключён контракт.

Директор Ю всем видом показал, что не знал об этом, и поторопил его с ответом:

— Значит, уже есть планы на эту дату? Ну что ж, тогда ничего не поделаешь. Контракт ведь не нарушишь.

— Кхм… дело не в этом…

Ким Чжэ Хун против ECTM.

World Entertainment против MG Entertainment.

Если сравнивать масштаб сцены и предполагаемое количество зрителей, выгода была очевидна.

— Что это с тобой? Ты сегодня сам на себя не похож.

— А, нет-нет, всё в порядке. Никаких планов нет. Ха-ха-ха.

— Вот так-то! Я знал, что на тебя можно положиться, президент Кан! Если бы ты отказался, поставил бы меня в неловкое положение. Ха-ха-ха!

Директор Ю Гён Тхэ радостно похлопал Кан Ин Су по плечу.

На прощание он пообещал пригласить его на ужин.

— Документы пришлю после обеда.

— Да, господин директор.

Когда директор Ю покинул кабинет, президент Кан Ин Су тяжело вздохнул.

— Да… во многих смыслах MG будет выгоднее.

Он боялся, что в индустрии могут пойти неприятные слухи, и испытывал лёгкое чувство вины, но выгода была важнее.

Приняв решение, Кан Ин Су потянулся к телефону.

***

— Похоже, в этот раз World окажется в затруднительном положении.

Покидая здание Elin Illumination, директор Ю Гён Тхэ довольно усмехнулся.

На самом деле у MG Entertainment уже был заключён контракт с другой компанией для концерта группы ECTM. Однако для дополнительного концерта он обратился именно к Elin Illumination. Конечно, сказывалось то, что это одна из лучших компаний в отрасли, но была и другая причина.

— Если контракт сорвётся, World придётся искать новую компанию, а установка всего оборудования — дело небыстрое. К тому же Ли Кан Юн — не тот человек, который выбирает подрядчиков наобум… Ли Хён Джи тоже окажется в сложном положении. Хе-хе-хе.

Директор Ю Гён Тхэ почувствовал настоящее удовлетворение при мысли о том, что ненавистная ему World Entertainment наконец-то окажется в затруднительном положении.

***

День выпуска Хи Юн.

Перед выходом из дома Кан Юн, держа в руках приглашение на церемонию, неловко улыбнулся.

— Никогда бы не подумал, что на выпускной нужно приглашение. Как-то странно.

Хи Юн, завязывая брату галстук, улыбнулась.

— Церемония проходит отдельно для каждого факультета. Администрация заранее собирает список тех, кто придёт. Я взяла два билета — на тебя и Джу А. Всё, готово.

Кан Юн остался доволен тёмно-синим галстуком и накинул пальто.

Из гостиной донёсся крик Джу А, которая заканчивала макияж.

— Хи Ююююн! У тебя есть тинт?

— Тинт? Только оранжевый.

— Подойдёт! Дай, пожалуйста, свой я закончила, а новый купить забыла!

Взяв у Хи Юн тинт, Джу А торопливо подкрасила губы и плотно их сжала, чтобы зафиксировать цвет.

Когда все были готовы, Кан Юн повёз их в университет.

— Тогда увидимся позже, оппа.

Хи Юн направилась на второй этаж, когда они вошли в зал.

Кан Юн и Джу А, предъявив пригласительные, вошли внутрь.

— Оппа, это что, инструмент? — удивлённо спросила Джу А, увидев огромное сооружение на сцене.

Кан Юн, поражённый сиянием белоснежных труб, кивнул.

— Это орган. Его ещё называют «королём инструментов».

— Король инструментов, да? Ну, он действительно огромный… и красивый. Я бы хотела под него станцевать.

— Ха, интересная мысль.

Они заняли места в центре зала, откуда хорошо было видно сцену.

«Похоже, она наконец собралась с мыслями», — подумал Кан Юн.

От подавленной и растерянной Джу А, какой она была несколько дней назад, не осталось и следа. Она выглядела собранной и уверенной.

— Что ты на меня так смотришь? У меня что-то на лице?

— Нет, ничего.

— С тобой скучно.

Джу А прикрыла глаза, наслаждаясь торжественными звуками органа.

Прошло немного времени, и церемония началась.

Под торжественную музыку сначала прошла церемония вручения степеней магистра и доктора наук.

Когда человек с ограниченными возможностями получил почётную степень магистра, зал взорвался аплодисментами.

Затем настала очередь бакалавров.

[Номер XX-9283-585 — Ли Хи Юн.]

После того как её однокурсники получили свои дипломы, Хи Юн поднялась на сцену и приняла документ из рук декана.

Когда пожилой декан пожал ей руку и слегка приобнял, глаза Кан Юна увлажнились.

«Сестрёнка… ты так выросла».

Когда-то она с трудом справлялась с повседневными делами. А теперь стояла здесь, получая диплом после долгих лет учёбы за границей. Да ещё и по музыке.

— …Вот, возьми.

Джу А протянула ему салфетку.

— Ах… спасибо.

Кан Юн вытер глаза. Видимо, эмоции взяли верх.

Когда Хи Юн обернулась, чтобы поклониться публике, он даже не смог прямо на неё смотреть.

Обычно Джу А обязательно подшутила бы над ним, но в этот раз она лишь тихо положила руку ему на спину.

— Ты хорошо справился.

— ……

Кан Юн мягко улыбнулся, видя как ведёт себя Джу А.

После церемонии Хи Юн, в академической мантии, радостно подбежала к ним.

— Оппа!

И, не удержавшись, бросилась ему в объятия.

— Эй, полегче!

— Ха-ха-ха!

Она выглядела так, словно с её плеч упал груз весом в тонну.

Джу А, тронутая этой сценой, достала телефон и включила камеру.

— Так-так, такие моменты надо запечатлеть! Не двигайтесь!

— Оппа, надень это!

Хи Юн надела на брата квадратную академическую шапочку.

Надев её впервые в жизни, Кан Юн ощутил странное волнение.

— Так, снимаю!

Джу А сделала несколько снимков, потом взяла шапочку у Кан Юна.

Вскоре подошли друзья Хи Юн — поздоровались, сделали общие фото, запечатлев воспоминания о выпускном.

По пути в столовую, где проходил праздничный обед, Кан Юн вдруг вспомнил кое-что и спросил:

— Рейна ведь тоже должна была выпуститься в этом году?

— Да, но ей пришлось взять академический отпуск из-за мюзикла на Бродвее. Выпустится только в следующем году.

После этого трое продолжили наслаждаться атмосферой праздника за обедом, устроенным университетом.

Когда трапеза закончилась, Джу А собралась в американский филиал MG Entertainment на репетицию, а Хи Юн — домой, чтобы собрать вещи.

— Оппа, разве тебе не нужно помочь Хи Юн? — удивлённо спросила Джу А, заметив, что Кан Юн решил поехать с ней в компанию.

Тот отмахнулся, показывая, что всё в порядке.

— Почти всё собрано. Она справится сама.

— Но всё же, ей бы не помешала помощь…

— Разве сейчас не тебе нужна моя помощь?

— …

Джу А не нашла, что ответить.

Иногда он бывал строг, но в такие моменты — по-своему внимателен.

— Хм… Джин Со повезло, — пробормотала она.

— Что?

— Да ничего. Ладно, сегодня ужин за мой счёт.

— Ай, больно!

Джу А тут же поймала Кан Юна в захват, засмеявшись.

Как только они прибыли в американский филиал MG Entertainment, Джу А сразу переоделась и начала разминаться.

Кан Юн включил видео с песней Кэрри Клаудии — Coming.

Под ритмичную джазовую мелодию Джу А отбивала ногой такт, ловя ритм.

— Значит, я должна танцевать, как та девушка рядом с ней? — уточнила Джу А, указав на белокожую танцовщицу, стоявшую рядом с Кэрри Клаудией во время припева.

— Верно.

— Но певица и танцовщица обе такие высокие! Наверное, не меньше ста семидесяти?

— Слышал, Кэрри метр семьдесят два.

— …Вот это да. Получается, рядом с ней я буду как Фродо на фоне Гэндальфа?

Я бы не сказал. Мне кажется, вы будете смотреться гармонично. Рост не изменить, так что не переживай об этом.

— Ладно...

Джу А не могла оторвать взгляда от певицы на экране.

Танец требовал гибкости и упругих движений в позиции на пполуприседе — Кэрри выполняла его безупречно, тогда как белокожая партнёрша немного не успевала за ней. Разница была незначительная, но проницательный взгляд Джу А сразу её уловил.

— В этом месте она двигается немного неуверенно… Это почти незаметно, но всё же.

— Думаешь, ты сможешь исправить это?

— С достаточной практикой — да.

Увидев уверенность Джу А, Кан Юн кивнул.

Когда видео закончилось, Джу А встала перед зеркалом.

— Ну что, начнём? — она плавно повела телом, делая волну.

Видя, с какой решимостью она взялась за дело, Кан Юн подумал:

«Золотое сияние, да? Добиться его будет не просто…»

Когда Джу А начала отрабатывать шаги и строить ритм, в глазах Кан Юна зажёгся интерес.

Он размышлял, как превратить белое сияние в серебряное, а потом — в золотое.

У каждого танца есть свой акцент.

В Coming ключевым моментом был танец, подчеркивающий изящную линию ног после стойки на полуприседе, и чарующее выражение лица.

Джу А тоже понимала важность этой детали и снова и снова повторяла нужное движение, пытаясь сделать его совершеннее.

— Тяжело… — выдохнула она, поднимаясь из позиции и переходя в волну.

Ей всё ещё не нравился результат.

«Белое сияние».

Пока не было и намёка на серебряный свет, не говоря уже о золотом.

Позабыв даже о ужине, Джу А снова и снова повторяла одни и те же движения, пока, обессилев, не осела на пол.

— Ох… как же я устала…

— Отдохни немного, — посоветовал Кан Юн.

Он пытался помочь, давал советы, менял детали, но добиться серебряного света всё никак не удавалось.

Она улыбалась, меняла позу, выше поднимала ногу, чтобы подчеркнуть линию — но всё было не то.

Когда Джу А, выпив воды, растянулась на полу, Кан Юн снова запустил видео.

«В чём же разница между Джу А и Кэрри?»

Он задумчиво наблюдал за длинными ногами Кэрри, мелькавшими под юбкой.

«Джу А невысокая. Все девушки в видео — высокие, с длинными ногами. По местным меркам они не такие уж идеальные. Может, мы слишком старались их копировать?»

Придя к выводу, Кан Юн подозвал Джу А.

— Попробуешь сделать так, как я скажу?

— Что именно?

Он предложил изменить хореографию: убрать волну после сложной стойки и заменить её движением, сильнее подчёркивающим талию.

Джу А сомневалась:

— Можно ли вообще менять хореографию?

— Это лучше, чем быть вынужденным носить одежду, которая тебе не подходит.

— Ладно, уговорил.

Джу А внесла предложенные изменения.

Кроме того, по просьбе Кан Юна она завязала рубашку узлом, открыв немного живот.

— Извращенец.

— Эй, это просто эксперимент!

— Ха-ха-ха, шучу. Ну что ж, посмотрим.

Когда заиграла музыка, Джу А сделала плавный поворот. При этом обнажилась тонкая линия живота, подчёркивая плавность талии и бёдер.

Она подмигнула Кан Юну во время танца.

Это был финальный штрих новой хореографии.

— Ну как, оппа? — спросила она, заметив, что он застыл на месте.

Он не ответил — будто внезапно понял нечто важное.

«Да! Вот оно!!»

Кан Юн сжал кулак, глядя на серебряное сияние, исходящее от Джу А.