«Универмаг Siyan, значит. Неужели Кан Юн всё настолько продумал?»

При виде растроганного лица директора Чжу, Кан Юн почесал заросший подбородок.

— Я подготовил два варианта проектного плана: первый — для универмага Hayas, второй — для Siyan. Оба плана я отправил в один день. Универмаг Siyan отреагировал положительно, а Hayas вообще не ответил. Даже отказа не прислал.

— С руководством встретиться не удалось, проектный план проигнорировали. Что этот чёртов Hayas о себе возомнил?..

— Я думаю, им есть что скрывать, раз они так себя ведут, вы так не считаете?

От этих слов у президента Чжу Ман Джи пробежал холодок по спине.

Кан Юн спокойно продолжил:

— Похоже, наши пути с универмагом Hayas уже разошлись. Теперь нам стоит сосредоточиться на сотрудничестве с Siyan.

— Хаа…Такое чувство, будто я проиграл Кан Ши Мёну.

Кан Юн, услышав это, покачал головой:

— Нет. На этот раз всё будет иначе.

— Иначе? В каком смысле?

— Посмотрите, пожалуйста, третью страницу.

Президент Чжу Ман Джи пролистал отчёт, переданный Кан Юном.

Там были указаны даты фотосессии DiaTeen и сроки проведения рекламных кампаний обоих универмагов.

— Скидочные мероприятия у Hayas и Siyan проходят в одно время. Ха-ха-ха. Какое совпадение.

Кан Юн слегка пожал плечами:

— Это одна из причин, по которой я выбрал Siyan. После того, как нас ударили в спину, мы ведь не можем просто сидеть сложа руки, верно?

— Да-да, верно. Ха-ха, ха-ха-ха-ха.

Слова Кана Юна рассмешили президента Чжу Ман Джи до глубины души.

***

Несколько дней спустя.

Контракт между Yoonseul & ETM Entertainment и универмагом Hayas был расторгнут.

Хотя возник вопрос о штрафных санкциях, ETM Entertainment вмешалась, и проблема с неустойкой была улажена ещё до того, как стороны успели начать ожесточённый спор.

Президент Чжу Ман Джи ожидал долгой юридической борьбы и был удивлён, что всё решилось так быстро.

— …Проблема решилась куда проще, чем я думал.

Президент Чжу вёл машину и недоумённо качал головой.

Кан Юн, сидевший рядом, улыбнулся и развеял его сомнения:

— Им, похоже, есть за что переживать, вот они и решили замять дело без лишних слов.

— Ха... Этот чёртов Hayas... Слишком запутано они ведут дела...

— Согласен. Кстати, как проходит фотосессия DiaTeen?

Сегодня был день фотосессии.

После работы Кан Юн и Чжу Ман Джи направлялись в студию.

Остановившись на красный, президент Чжу ответил:

— Ну, узнаю, только когда приеду. Хотя ETM и попросили довериться им, их взгляд всё же отличается от нашего.

Пока они разговаривали, машина стремительно неслась к студии.

Когда они прибыли, как раз было время перерыва.

Президент Чжу поздоровался с заказчиком (представителем универмага Siyan), затем направился к фотографу, который просматривал сделанные снимки.

— …Хм.

Президент Чжу Ман Джи нахмурился, глядя на фото, где Джу Ён А была в красивом чёрном платье.

[Что-то не так?]

[Да нет. Проста вырашение литца Ён А какое-то… ниестественное.]

Фотограф моргнул, не понимая, что смутило президента Джу.

То ли концепция странная, то ли фото получилось плохо.

Просматривая снимки дальше, президент Чжу хмурился всё сильнее.

В конце концов он подошёл к Кан Юну, стоявшему рядом с девочками из DiaTeen.

— Президент Ли.

— Что такое?

Чжу Ман Джи тихо сказал:

— Результаты, мягко говоря, не очень.

— А какова реакция заказчика?

Президент Чжу покачал головой:

— Он молчит. То ли не видел фото, то ли хочет посмотреть, как мы выкрутимся… не поймёшь. Думаю, фотограф и наши девочки не нашли общий язык.

— Понятно…

Кан Юн помрачнел.

Фотографа им посоветовала ETM Entertainment. Он был специалистом по съёмкам обложек альбомов. Хотелось найти фотографа, который работает с моделями, но свободных не оказалось, поэтому пришлось взять более-менее подходящего.

И вот результат.

— Композитор Ли, что-то случилось?

Джу Ён А, главная модель группы, с любопытством посмотрела на Кан Юна. Он перевёл взгляд на неё, затем на фотографа.

— Давай отойдём на минутку.

— Э-э?

Не успев и опомниться, Ён А последовала за Кан Юном к фотографу.

Тот занервничал ещё сильнее — сначала к нему подошёл президент Чжу, теперь Кан Юн вместе с моделью.

[Ч-чем могу помочь?]

[Можно взглянуть на снимки Ён А?]

Фотограф недовольно надул губы, но велел ассистенту принести материалы.

Кан Юн просмотрел снимки, где Ён А была в чёрном платье и задумался.

— Подождите, у меня глаза какие-то странные.

Джу Ён А наклонила голову.

Её взгляд на фото выглядел неловко, хотя должен быть мягким.

Заказчик, директор Дин Ханьвэй, который до этого тихо наблюдал за ними, похоже, заинтересовался и подошёл ближе.

[Что-то не так?]

Джу Ён А вздрогнула — голос заказчика был ледяным.

Кан Юн на своём слегка корявом китайском ответил:

[Фотографии… немного странные. Вот и проверяю.]

[Понятно. Я всё равно не разбираюсь. Делайте как считаете нужным. Мне важен результат.]

Он отмахнулся и отошёл, будто ему было безразлично, но взгляд у него оставался глубоким и сосредоточенным.

«Значит, он будет наблюдать.»

Кан Юн понял намерение заказчика.

Он повернулся к фотографу:

[Извините, но можем ли мы переснять эту сцену? Похоже, девочки сегодня были не в форме. Простите.]

Хотя вина частично лежала на фотографе, Кан Юн не стал его винить.

Фотограф смутился и кивнул:

[…Хорошо. Я постараюсь.]

Съёмки возобновились.

Теперь фотограф тратил гораздо больше времени на каждый кадр.

Он перенастраивал свет, тщательно поправлял реквизит.

Ассистенты заметно оживились, требований к моделям стало куда больше.

Девочкам из DiaTeen было трудно правильно подобрать выражение лица, и фотограф сделал много снимков, чтобы не упустить ни одной удачной фотографии.

Кан Юн и Чжу Ман Джи наблюдали со стороны.

Даже заказчик был поражён их увлечённостью.

[Не слишком ли вы их нагружаете?]

Он подошёл и прошептал Кан Юну, но тот покачал головой:

[Нам нужно, чтобы люди изменили мнение о универмаге Siyan после того, как увидят этих девушек.]

[Но им же тяжело…]

Дин Ханьвэй видел множество фотосессий, но впервые столкнулся с такой самоотдачей.

Стоило этому высокому мужчине — Кан Юну — сказать пару слов, и атмосфера на площадке полностью изменилась.

«Этот человек не так уж прост.»

Директор Дин тихо подозвал секретаря и велел разузнать о Кан Юне.

Тем временем съёмки, наконец, закончились. Результат полностью оправдал ожидания

[Всем спасибо за работу!!]

После слов ассистента фотосессия, начавшаяся утром, наконец завершилась.

— Президент Ли, спасибо за работу.

— И вам, президент Чжу.

Кан Юн взглянул на часы — время перевалило за одиннадцать вечера.

Уставшие участницы DiaTeen лежали на стульях, даже подняться не могли. Вся съёмочная команда во главе с фотографом выглядела полностью обессиленной.

Кан Юн подошёл к фотографу и его команде.

[Спасибо за сегодняшнюю работу.]

[И вам спасибо, руководитель.]

В данный момент официальная должность Кан Юна была — «руководитель отдела планирования».

Убедившись, что их никто не видит, он вместе с фотографом отошёл в сторону и протянул ему конверт.

[Что это…?]

[Просто знак моей благодарности за усердную работу. Сходите с командой на горячие источники, снимите усталость.]

[Ого… спасибо вам огромное.]

Фотограф искренне обрадовался, и Кан Юн, улыбнувшись, вернулся.

Вскоре раздались радостные возгласы.

Услышав их, президент Чжу Ман Джи недоумённо спросил:

— Что вы им такое сказали, что они так радуются?

— Ха-ха. Сам хотел бы знать.

Кан Юн лишь пожал плечами.

Докладывать о том, что он дал им деньги из своего кармана, смысла не было.

Полумёртвая от усталости Хан Хё Чжон подняла взгляд на президента Чжу.

— Президееент... я...

— Да-да, Хё Чжон, ты сегодня отлично справилась. Уже очень поздно, тебе нужно хоть немного отдох…

— Да нет же! Я хочу кушац…

— ……

Похоже, она забыла, что сидит на диете.

Пока Кан Юн тихо смеялся, глаз президента Чжу нервно дёрнулся.

***

Во время отсутствия Кан Юна у World Entertainment дела шли отлично.

White Moonlight продолжали регулярную деятельность, другие исполнители тоже готовились к новым проектам — вся компания кипела энергией.

Хотя одна проблема всё же была — артисты были слишком полны энтузиазма.

Поздний вечер.

Ли Хён Джи слушала песню, написанную Ли Хён А.

— …Ты хочешь выпустить альбом с этой песней?

— Да.

Ли Хён Джи остановила трек и задумчиво подперла подбородок рукой.

Хи Юн, сидевшая рядом, вмешалась:

— Отличная песня. Она совсем не похожа на то, что обычно пишет Хён А. Очень честная и грустная... Думаю, такие чувства может передать только влюблённая девушка.

— То есть, по мнению нашего композитора, песня подходит?

— Да. Более чем.

В ее глазах читалась уверенность.

«Здесь почти нет аранжировки. Она спокойная и уютная. Но… вписывается ли в нынешние тренды? Хм…»

Честно говоря, текст был хороший, но Ли Хён Джи не устраивал слишком медленный ритм.

Она сомневалась.

Если артист был полон энтузиазма, Кан Юн обычно говорил: «Попробуй». Но Ли Хён Джи была куда осторожнее.

— …Президент бы точно разрешил…

Ли Хён А пробормотала недовольным голосом, но Ли Хён Джи только покачала головой:

— Возможно. Президент любую идею может превратить в хит, но у меня такого таланта нет. Почему бы тебе не доработать её ещё немного и не показать ему?

— …

Хён А расстроилась, но спорить не стала.

Логика директора была безупречна.

Когда Ли Хён Джи вышла из студии, Ли Хён А тяжело вздохнула.

— Эх… директор как всегда строгая.

Хи Юн согласилась:

— Да. Но она права. Лучше показать песню оппе.

— …Нет.

Неожиданный ответ удивил Хи Юн.

— Онни, но почему?

— Я хочу попробовать убедить директора именно этой песней. Если она понравится директору, значит, и другим людям тоже понравится, разве нет? Давай сделаем её такой, чтобы она понравилась всем. Госпожа композитор, пожалуйста, помогите мне ещё раз. Прошу.

Когда Хи Юн кивнула, Ли Хён А снова почувствовала прилив сил.

***

В Китае дела у президента Кан Ши Мёна шли на удивление гладко.

Он отлично взаимодействовал с местной партнёрской компанией, а контракт с универмагом Hayas Department Store складывался так же легко, как спокойная поездка по автобану.

«Если всё завершится удачно, на этой популярности можно будет дебютировать…»

Япония, а теперь и Китай.

Если всё выгорит, догнать MG перестанет быть мечтой.

«Хе-хе-хе…»

Президент Кан приехал в офис Hayas, чтобы встретиться с директором Лю Яном и невольно усмехнулся своим мыслям.

«Всё-таки, нужно уметь находить нужных людей.»

Следуя за секретарём, Кан Ши Мён вошёл в кабинет директора.

Лю Ян, владелец выдающегося живота и узких глаз, приветливо улыбнулся ему:

[Добро пожаловать. Хахаха.]

Они обсудили грядущую распродажу, которая должна была начаться через час.

[Девочки из WINCLE — такие красавицы. На съемках я был поражён.]

[Спасибо, рад, что вам понравилось.]

[Хахаха. У меня огромные ожидания от этого мероприятия. Если всё пройдёт хорошо, давайте сотрудничать и дальше.]

[Для меня это честь.]

Президент Кан улыбнулся.

Пока они спокойно наслаждались утренним чаем, раздался звонок.

[Директор, вас срочно вызывает президент.]

[Президент? Хорошо, я сейчас же приду.]

Лю Ян надел пальто и обратился к Кан Ши Мёну:

[Я скоро вернусь. Подождите меня. Потом вместе поедем в горячие источники.]

[Конечно.]

Так как других дел не было, Кан Ши Мён спокойно смотрел YouTube, сидя в кабинете.

Но прошёл час — но Лю Ян так и не вернулся.

«Что-то случилось?»

Кан Ши Мён нахмурился, чувствуя странное беспокойство, и подошёл к окну.

Внизу у входа в универмаг собралась огромная толпа.

«Что там произошло?»

Неужели им не понравились девочки из WINCLE?

Вряд ли, тогда бы не было столько народа.

Пока он размышлял, вернулся Лю Ян.

В отличие от прежнего спокойного вида, теперь его лицо было красным от злости.

[Ха… ха!]

[Директор… что-то случилось?]

Когда Кан Ши Мён осторожно спросил, тяжело дышавший Лю Ян взорвался.

[Эти ублюдки из Siyan Department Store наняли каких-то отбросов!]

[Что? Каких… отбросов...?]

[DiaTeen! Этих корейских сучек! Они стали моделями Siyan в период нашей распродажи! Ха! Всех директоров вызвали к президенту! Ха… ха…!]

Кан Ши Мён почувствовал, будто его ударили по затылку.

«Ч… Чжу Ман Джи! Этот человек! Хах! Вот почему он сидел тихо!»

Теперь всё ясно: молчание после разрыва контракта с Hayas было не случайным.

Он следил за деятельностью Чжу Ман Джи, и по отчётам казалось, что тот не посещал другие универмаги…

«DiaTeen против Wincle? Ха!?»

В глазах потемнело — всё превратилось в открытую битву между двумя корейскими айдол-группами.