— Заказ! Я сделаю заказ!

Дождь прекратился, но сырой воздух никуда не делся. Каждое утро приходилось просыпаться с неприятным ощущением от липкого, густого пота. К полудню это ощущение лишь усиливалось. Когда солнце поднималось в зенит, к влажности добавлялся ещё и тягучий зной.

И сквозь этот полуденный зной, пот и тяжёлый воздух прорвался отчаянный крик старосты:

— Я отдам всё, что у нас есть!

Бандит, похожий на главаря, лишь усмехнулся. Весь его вид говорил: «Ну, попробуйте, суньтесь».

Командир наёмников молчал, и лицо старосты исказилось. Казалось, он вот-вот расплачется.

— Умоляю…

Некоторые из напуганных жителей деревни с мольбой смотрели на отряд. Но ответа не было. Командир лишь коротко промычал себе под нос: «Хм-м».

«Не согласится?» — взгляд Энкрида тоже был прикован к командиру.

Их первоначальное задание закончилось сегодня утром, и отряду оставалось лишь уйти. Но в этот момент один из зорких наёмников заметил и поймал разведчика разбойников. Того даже допрашивать не пришлось — он тут же выложил местоположение и численность своей шайки. Они не были какими-то известными головорезами, но их было много. Почти сотня.

Если собрать всех жителей деревни и весь отряд наёмников, бойцов набралось бы в лучшем случае чуть больше тридцати. Численное превосходство было более чем троекратным.

Командир наёмников напряжённо размышлял.

— Наёмники продают свои мечи за золото. Без контракта мы не сражаемся. Это не тот заказ, что мы получили, это уже не работа, а спасательная операция. А на такое мы не подписывались.

Для наёмника он был человеком чести и в целом неплохим парнем. Как командир отряда, он был превосходен. Поэтому его выбор был обоснованным. У них не было причин рисковать жизнью.

— Мудрое решение, — сказал главарь бандитов, внутренне вздохнув с облегчением.

Ещё бы. Если бы эти наёмники решили драться всерьёз, его шайке тоже пришлось бы понести потери. Как бы хорошо они ни сражались, десятерых бы точно потеряли. Нет, и двадцатерых могли бы. Командир наёмников тоже выглядел серьёзным бойцом. Победа победой, но урон был бы слишком велик. Если бы не это, он бы уже давно всех вырезал. Изначально они и планировали напасть после ухода наёмников, если бы их разведчик не попался.

— Отпусти его.

По приказу командира наёмник отпустил пленённого бандита.

— Но… так нельзя!

— Вы же обрекаете нас всех на смерть!

— Умоляю!

— Почему?!

— Мы отдадим всё, что у нас есть! У нас есть драгоценности!

Жители кричали. Один даже попытался схватить командира за штанину, но тщетно.

Хрясь!

— Подойдёшь — зарублю, — произнёс один из наёмников ледяным тоном. Он бы ударил мечом без колебаний.

По сути, уже тот факт, что наёмники не объединились с бандитами, чтобы разграбить деревню, был проявлением чести. Командир наёмников был мудр.

— Хватит. Подойдёте ближе — мы тоже обнажим оружие. Всем отойти.

Командир быстро взял ситуацию под контроль. Отряд наёмников отступил в одну сторону, разбойники молча наблюдали за этим.

Энкрид оказался между ними.

Он тоже пришёл с этим отрядом и мог бы просто уйти, но его взгляд случайно упал на ту наглую девчонку. На ту сумасшедшую, что собиралась через три года уйти из деревни и стать травницей.

Какая же наглая. В ситуации, когда нужно было бы умолять о помощи, она осматривалась по сторонам и, глядя на него, махала рукой. Её жест словно говорил: «Уходите, дяденька». Её лицо не выражало отчаяния. Наверное, она уже придумывала, как сбежать.

Энкрид не раз сражался с бандитами. Опыта у него было достаточно. Поэтому он знал.

Они все умрут. Даже если он вмешается, ничего не изменится. Так стоит ли вмешиваться? Должен ли и он отвернуться? Предать то, что он поклялся защищать?

Кто такой рыцарь? Чего я на самом деле хотел?

Если он сейчас отступит? Отвернётся? Он же всё равно ничего не сможет сделать.

Сколько раз он просто наблюдал, оправдываясь недостатком сил? И в этот раз так же?

Он не знал. Почему-то на этот раз то, от чего он раньше мог отвернуться, комом застряло в груди.

— Эй, идём, — один из наёмников хлопнул его по плечу. Парень с мерзкой рожей, но добрым сердцем. Тот самый, что помогал жителям деревни с мелкими делами. Но и он уходил без колебаний. Таковы были правила выживания для любого мечника на этом континенте. Мало кто сам искал себе могилу. А тот, кто упорствовал, зная, что умрёт, был просто глупцом. Особенно если делал это не ради золота, а из-за какой-то дерзкой романтики, вроде защиты слабых.

«Меня точно сочтут психом».

Он это знал. И всё же не мог уйти. Если он сейчас отступит, если отвернётся и от этого, то больше никогда не сможет двигаться вперёд. Он это чувствовал.

— Эй.

«Может, я до сих пор выживал лишь потому, что богиня удачи жалела меня? Но вроде бы она меня ни разу не целовала. Раз уж помогаешь, так дай удачи по полной».

Смешные мысли.

Кап, кап, ш-ш-ш-ш-ш-ш. Снова хлынул дождь.

— Энки, твою мать! — командир наёмников был в ярости. Его последующие слова надолго врезались Энкриду в память.

— Они не умрут! Даже если мы уйдём, они не умрут! Зачем им убивать такую толпу? Вот ты стал бы убивать людей просто так? Ты что, извращенец? Не станут они убивать. Не станут. В худшем случае продадут работорговцам. И быть рабами для них будет даже лучше!

Жизнь в этой болотной деревне была не сахар. Но он не мог сказать, что рабство — это лучше.

— Я ведь собирался взять тебя в наш отряд, идиот.

Командир ушёл. Он не мог ничего сделать. Они не были настолько близки, чтобы избивать его и тащить силой, да и не его это было дело — проявлять такую заботу. Тем более, это был всего лишь проводник, который неплохо махал мечом, а не какой-то выдающийся талант. Просто глупец. Идиот, не видящий дальше своего носа.

— Почему? — спросил староста с глазами, полными недоумения. В его голосе было больше растерянности, чем благодарности.

— Видите того типа, третьего слева от того, что вышел вперёд?

— Хм, вижу, но…

— Это мой заклятый враг.

На самом деле он видел его впервые.

Услышав слово «враг», бандит моргнул. Он вгляделся в лицо Энкрида. Вроде бы, такое лицо он бы не забыл.

— Ты что, из того шахтёрского посёлка?

Энкрид не понял, о чём речь, но кивнул.

— Бля, надо же, так оттуда кто-то выжил?

Похоже, эти ребята бесчинствовали не только здесь.

«Значит, можно убивать их всех без зазрения совести. Хотя, скорее всего, я умру раньше. Но для начала нужно собраться с духом».

— Это правда? — прошептал ему на ухо староста.

— Нет, шутка.

— …Вы сумасшедший?

Энкрид усмехнулся. Раз уж он решил драться, какая разница, по какой причине. Староста был настолько ошарашен, что даже забыл попытаться остановить уходящих наёмников.

— Этот не с нами, — сказал командир наёмников.

— Он что, остаётся один? — переспросил главарь бандитов.

Отряд наёмников уходил. Но двое из них развернулись.

— Чёрт, ну что ты за человек такой?

— Гер?

— Я остаюсь. Не могу я его бросить. Если что, хоть утащу его отсюда.

— Ублюдок, если уж на то пошло, то остаться должен я.

— Пит, и ты?

— Он мне как младший брат.

Лоб командира прорезала морщина. В глубине души он и сам хотел бы остаться, но тогда весь его отряд поляжет.

— Всё, больше никого. Кто хочет остаться — уходит из отряда, — это было всё, что он сказал.

Гер и Пит. Двое наёмников остались.

— Я вообще-то старше, — сказал Энкрид Питу.

Мечник с тяжёлыми веками и уродливой рожей, который, однако, любил детей, ответил:

— А по роже не скажешь, я тебе в отцы гожусь.

На это Энкрид усмехнулся. Хоть они и были знакомы всего месяц, Гер и Пит не смогли его бросить.

И вот, Энкрид с мечом в руке встал перед бандитами.

— Дяденька, вы что, с ума сошли? — спросила девчонка, которой, если повезёт, грозила продажа в рабство, но, судя по тому, какими похотливыми глазёнками на неё с самого начала смотрели некоторые ублюдки, ничего хорошего её не ждало.

— Влюбилась, что ли, малявка? Проявляй уважение, когда мужчина сражается, и просто смотри, — вмешался Гер.

— Что за бред, — девочка пропустила его слова мимо ушей.

— Вроде того, — небрежно ответил Энкрид на её вопрос о сумасшествии и поднял меч.

В любом случае, это было безумие. Что он получит, защищая их? Ничего. Ему что, медаль дадут? И не мечтай. Королевские аристократы даже не узнают, что здесь что-то произошло. Им было не до того. Энкрид знал аристократов.

А что, если попросить ближайшего лорда уничтожить бандитов? Даже если найдётся такой добряк, к тому времени, как он соберёт армию, все жители деревни уже будут либо мертвы, либо в рабстве. Более того, местный лорд не из тех, кто отправит солдат гоняться за бандитами неизвестно где.

Вывод: если их оставить, они все умрут. Кроме Энкрида, за них никто не заступится.

— А эту можно будет продать. Симпатичная, — главарь бандитов, наоборот, оживился.

Энкрид сражался отчаянно. Используя все свои уловки, он зарубил троих, но на четвёртом получил удар дубиной по голове и пошатнулся.

Гер и Пит тоже дрались как сумасшедшие. Гер мощно махал топором, а Пит своим длинным копьём проделал дыры в телах нескольких бандитов.

— Если не хотите, чтобы вас всех забрали, очнитесь! — раздался храбрый клич старосты. А затем он умер, получив в голову брошенный топор.

Но они продолжали сражаться. Часть жителей взялась за оружие. Они бросались в бой с длинными кочергами и размахивали топорами для рубки дров.

— Кидай! — девочка, мечтавшая стать травницей, тоже сражалась. Вместе с другими детьми она бросала в разбойников камни.

Казалось, что-то может получиться. Если повезёт, может, появится шанс сбежать. Может, командир наёмников передумает и вернётся?

Не вернулся.

— Огонь!

Фью-ю-ю-ю-ю!

Десять лучников. Пит умер от прилетевшей стрелы. Ему не повезло — одна из них пробила ему горло.

— Кхр-р-р… — из-за этого он даже не смог попрощаться.

Неужели Гер и Пит не знали, что умрут? Знали, но надеялись на чудо.

У Гера даже был план. Он собирался, выбрав момент, схватить главаря в заложники. В отряде наёмников Гер никогда не проигрывал в поединках один на один. План казался надёжным. Пит был быстрым и ловким. Сражаясь, он метался как молния. Один отвлекает, другой хватает главаря. Таков был их план.

Он провалился.

Главарь был силён и умел. Когда Гер, увидев возможность, бросился на него, тот, взяв меч, отбил его топор.

Дзянг!

Посыпались искры, и лицо Гера исказилось. Противник оказался намного сильнее, чем он ожидал.

— Твою мать, — Гер впал в отчаяние. Пит, сражаясь до последнего, получил стрелу в шею и умер первым, так что надежда быстро угасла.

— Ублюдки! — Гер бросился в последнюю отчаянную атаку.

— Куда? — главарь разбойников был спокоен.

Он не поддавался на провокации и держал своих людей в строю, не давая разорвать окружение. Он не собирался позволить им сбежать.

Всё так и закончилось. Меч главаря отрубил Геру голову.

— Думал, победишь? На что ты вообще надеялся?

Энкрид сопротивлялся до конца, но главарь голыми руками схватил его за горло.

Он увидел свой меч, выпавший из рук и лежавший в грязи. А ещё он увидел девчонку, которая до последнего бросалась на врагов, пока ей не проломили голову и она не рухнула, захлёбываясь кровью.

— И она умерла, — слова сорвались с губ Энкрида сами собой.

Главарь проследил за его взглядом и ответил:

— Сопротивлялась отчаянно. Пыталась укусить, стоило дотронуться.

Бандит говорил это совершенно спокойно. В этом мире, где убивали и умирали, такое было в порядке вещей.