— Твои навыки…

Улыбка на лице Оары слегка померкла. Впрочем, она и при жизни не всегда ходила с растянутыми в оскале губами.

Она не то чтобы испугалась, но частое моргание красноречиво выдавало её удивление — это заметил бы каждый.

И в этом не было ничего странного. Им не понадобилось и пары обменов ударами, чтобы она поняла: перед ней стоит совершенно другой человек.

Неиссякаемая Воля — Уске. Его мастерство владения клинком, его внутренний стержень, само применение Воли…

Энкрид, которого она встретила в Саузенд-Брике (городе, ныне носящем её имя), и Энкрид, стоящий перед ней сейчас, отличались как небо и земля.

Мгновение назад Оара нанесла рубящий удар сверху вниз. Энкрид встретил его колющим выпадом, ударив клинок в клинок и отбросив её меч.

Оаре пришлось силой останавливать отброшенное лезвие и перебирать ногами, чтобы погасить оставшуюся кинетическую энергию.

Мастерство рыцаря, в честь которого назвали целый город, никуда не делось. Энкрид убедился в этом. Оара же осознала, что мужчина перед ней шагнул далеко за грань прежних возможностей.

На её губах снова заиграла улыбка. А ведь это веселее, чем она думала.

Видеть, как изменился Энкрид, и скрещивать с ним клинки.

Пожалуй, это был единственный момент с тех пор, как её душа попала в плен к Балрогу, когда она могла улыбнуться по-настоящему искренне.

— Помнится, в прошлый раз я советовала тебе от чего-то избавиться, разве нет? — спросила она, просто вспомнив былое. В этом вопросе не было никакого скрытого подтекста.

И Энкрид ответил совершенно буднично. Он выпалил это так легко, словно даже не задумывался:

— А, я пропустил это мимо ушей.

Оара рассмеялась, услышав его ответ.

«…Ну и ублюдок, провоцирует просто мастерски».

Оара поняла ещё одну вещь, о которой не догадывалась во время их встречи в городе. Этот паршивец мелет языком ничуть не хуже гуля.

Когда человек с таким невозмутимым лицом и спокойными манерами начинает скрести по чужим нервам, эффект удваивается. Оара прошла через множество полей сражений. И прекрасно понимала, как это работает.

Дзень.

На этот раз Оара сделала выпад, а Энкрид, сократив амплитуду движений, отбил его коротким рубящим ударом. Клинки легко встретились и разошлись. Даже искр не высекли. Они махали мечами, уклонялись, блокировали и отводили удары так слаженно, словно это был отрепетированный спарринг.

Но это не было желанием Оары. Она просто была вынуждена следовать за темпом, который задавал Энкрид.

«Я, конечно, поняла, что он добрался сюда, потому что его навыки неслабо так выросли, но…»

Неужели настолько?

Оара поражалась раз за разом. Изначально она вообще не планировала махать мечом. Ей не хотелось тратить его силы попусту. Она собиралась забросить идею со спаррингом и просто поболтать. Сейчас она подыгрывала ему только потому, что он сам этого захотел.

Да, она была удивлена, но при этом понимала: даже с таким уровнем ему не одолеть Балрога.

«Но имею ли я право ему это говорить?»

Вряд ли. Оара двигалась, не отрывая взгляда от глаз противника. Они были ясными, как безоблачное небо.

В этом гиблом месте такой свет встретишь нечасто. В этих глазах читалась воля человека, который не отступит ни при каких обстоятельствах. Именно поэтому его невозможно было отговорить. По какому праву она смеет останавливать того, кто пришёл сюда по собственной воле и теперь сжимает меч?

Даже если финал предопределён, даже если эта история обречена на провал, Оара была обязана дочитать её до конца. Пусть этот конец и будет трагичным.

«Этого недостаточно».

Она сражалась с ним и знала это наверняка. Балрог — это не просто сильный монстр, от которого можно отмахнуться.

И, как всегда, время было не бесконечным. Будь то снаружи или здесь, в Лабиринте, у всего, что имеет начало, есть и конец.

Оара решила, что пришло время начинать этот трагичный финал.

Бам.

Оттолкнув меч Энкрида, Оара уже открыла рот, собираясь сказать, что время вышло.

Но Энкрид, послушно отступив на шаг, изящным и чётким движением вложил меч в ножны. Казалось, он вот-вот отдаст ей воинский салют. Оара хмыкнула про себя.

«Что ж, видимо, и ты понимаешь, что пора заканчивать».

Но не успела она произнести и слова, как Энкрид опередил её:

— Вы умеете драться врукопашную?

И с этими словами он внезапно выбросил руку вперёд. Оара со свистом уклонилась от кулака, летящего прямо ей в бровь. На этот раз увернуться с улыбкой, как пару минут назад, не вышло.

Она резко скрутила корпус, сместив центр тяжести, и резко дёрнула шеей. Одновременно с этим она выбросила вперёд раскрытую ладонь. Она понимала, что от такой атаки просто уклониться недостаточно — нужно контратаковать. Проницательность рыцаря и вбитые в подкорку рефлексы сработали автоматически.

Хрясь!

Левый кулак Энкрида метил Оаре в лицо, а правым локтем он жёстко заблокировал её выброшенную ладонь. Звук удара разнёсся по пещере. Бил он от души.

Оара, чью руку так грубо отбили, отскочила назад, сделав два быстрых прыжка, словно напуганный кролик. Поскольку её коронным стилем был «Слитный меч», основанный на постоянном движении, работа ног у неё была просто феноменальной. Даже по меркам рыцарей перенос веса и скорость реакции были выдающимися.

— …Это ещё что такое? — спросила отскочившая Оара.

— Разминка? — невозмутимо ответил Энкрид.

— То есть, я для тебя просто разминка?

Оара в очередной раз убедилась, насколько виртуозно этот парень владеет языком. Этот ублюдок точно знал, как залезть человеку под кожу. Плевать на его боевой опыт, один его вид уже вызывал раздражение. Мысли о Балроге на мгновение выветрились из её головы.

— Почему? Считаете, что Оара без своего меча «Улыбка» — это третий сорт? Мусор? Мелюзга? Что-то в этом роде?

Искренне улыбающаяся Оара была рыцарем с несгибаемой волей, но она определённо не относилась к тем, кто будет молча глотать провокации. Она была из тех, кто вдалбливает слова обратно в глотку противника грубой силой.

— Не то чтобы прямо так, но…

Этот ублюдок с синими зенками продолжал отвечать ей с каменным лицом. И именно это невозмутимое спокойствие царапало её изнутри.

Оара вспылила. Энкрид улыбнулся. И даже эту улыбку Оара восприняла как издёвку.

— Ладно. Ну держись. Посмотрим, кто сдохнет первым.

Когда-то она бродила по полям сражений с одним лишь мечом в руках. Ещё в той жизни, до того, как стать рыцарем.

«А ну, налетай!»

Она прославилась тем, что в одиночку вырезала десяток известных наёмников.

Тогда эти десять наёмников устроили на неё засаду. В те времена, когда тактика малых элитных отрядов стала нормой, они рассчитывали, что если убьют её одну, то даже проиграв битву, они выиграют войну.

«Я заставлю тебя ползать у меня под промежностью!»

Тот самый ублюдок, который громче всех изрыгал провокации, первым лишился того, что находилось у него между ног. Она никогда не терпела оскорблений. И почему она вспомнила об этом именно сейчас?

Оара отмахнулась от осколков воспоминаний и крепче сжала рукоять. Именного оружия «Улыбка» при ней не было. Но та самая «я», что когда-то размахивала этой улыбкой, всё ещё здесь.

Пусть даже она не знает, что она такое — фрагмент души, ошмётки воспоминаний или просто горстка ментального пепла.

Он спросил, умеет ли она драться врукопашную, но её рука всё равно потянулась к мечу, игнорируя вопрос.

Шии-и-ик.

Обнажённый клинок поймал поток. Её меч — это непрерывная линия. Бесконечная волна.

Оара провела клинком диагональную дугу, и Энкрид ответил ей точно такой же линией. Меч опускался в обратном направлении, словно отражение в зеркале. Два лезвия встретились в воздухе.

Лязг-!

Посыпались искры. Это означало, что оба вложили в удар приличную силу. Оара была одета в рубашку с широкими рукавами, и от силы столкновения рукав задрался до самого локтя.

Под кожей её предплечья рельефные мышцы перекатывались, словно морские волны.

«Мягко».

За ту короткую секунду, что их клинки соприкасались, Энкрид успел прочувствовать природу её меча.

То, что он так быстро прочитал её стиль, не было следствием разницы в мастерстве. Просто он знал её ещё при жизни, да и некоторые её техники давно стали для него мерилом собственных тренировок.

Энкрид надавил, уводя меч противницы в сторону. По сути, он просто оттеснил её грубой силой.

Кр-р-р-р-рясь!

За мгновение до того, как их клинки сошлись в жёстком клинче, Оара поняла, что проигрывает в диагональном рубящем ударе, и тут же отступила. А затем, с той же невероятной скоростью, с которой отскочила, рванула вперёд и снова ударила по диагонали.

Топ! В ту самую секунду, когда раздался звук отталкивающейся от земли ноги, тускло-серое лезвие обрушилось вниз по точно такой же косой траектории. Если прошлый удар был мягким, то этот был грубым и свирепым. Энкрид приподнял клинок, мягко отводя её атаку.

Дзии-и-инь.

Их мечи скрестились, и они поменялись местами. Ещё секунду назад Оара стояла спиной к костру, но теперь спиной к пламени оказался Энкрид.

Факел был далеко, а костёр — близко. Тени двух воинов, оказавшихся между ними, слились воедино. Как скрестились их тела и клинки, так же пересеклись и их взгляды.

Его синие, непроницаемые глаза оставались всё такими же прямыми, ясными и чистыми. Теперь Оара поняла, почему вспомнила тех десятерых наёмников из прошлого.

Тогда она с самого начала раскусила их засаду. В конце концов, их тактика не блистала гениальностью.

Но она всё равно подыграла им. Прямо как сейчас.

Это был обусловленный спарринг. Оара прекрасно понимала, что если бы она сражалась в полную силу, то даже будучи всего лишь ошмётком воспоминаний, смогла бы оставить на нём хотя бы царапину. Но она этого не сделала.

— А ты и правда сильно вырос.

— Это всё благодаря тому, что я пропустил ваши советы мимо ушей.

— …Ты всегда так паршиво разговаривал?

— А вот это вы, госпожа Оара, пропустили мимо ушей. Я всегда был таким.

Если бы проводился турнир по самому бесячему стилю общения, этот ублюдок точно занял бы первое место на всём континенте.

Оара подыгрывала Энкриду, желая хоть чем-то ему помочь. Она хотела передать ему часть опыта, который получила в бою с Балрогом.

«…Но откуда ты, чёрт возьми, всё это знаешь?»

Как использовать взмах крыльев, как вырываться из-под Истинного Давления, как уклоняться от пинков, ломающих все расчёты.

«Ты знаешь всё».

Это было закономерно, ведь Энкрид недавно сражался с Балрогом больше сотни раз, но с точки зрения Оары это выглядело совершенно непостижимо.

Впрочем, допрашивать его она не стала.

С этого момента Оара поняла, чего добивается Энкрид. Им больше не нужны были слова — достаточно было просто скрестить клинки, чтобы их мысли синхронизировались.

Она отринула защиту и обрушила на него шквал ударов, а Энкрид мягко отводил, отбивал и блокировал каждую её атаку. Изузбренный, дешёвый железный меч по-прежнему был зажат в руке Оары.

Их спарринг затянулся.

Он длился достаточно долго. Достаточно долго для того, чтобы группа безумцев успела найти безумца, который их возглавляет.

— А, пожалуй, на этом всё.

Оара внезапно отступила в самый разгар боя. Энкрид тоже естественно опустил меч и принял стойку.

Времени на разговоры не осталось. Тело Оары внезапно отлетело в сторону. Она отскочила так резко, словно была марионеткой, которую дёрнули за ниточки.

А затем из тени, на которой она только что стояла, вырвалась ступня, покрытая тёмно-красной шкурой. Из-за недавней смены позиций Оара снова стояла спиной к костру. И эта нога ударила прямо из места, где сливались их тени.

Это произошло прямо перед его носом.

Мысли Энкрида растянулись во времени. Воздух свинцовой тяжестью лёг на плечи. Его динамическое зрение, давно перешагнувшее пределы человеческих возможностей, мгновенно распознало сущность, восставшую из тени. Впрочем, он бы узнал её даже с закрытыми глазами. Опыт и интуиция мгновенно подсказали ему, что именно сейчас происходит.

Это была нога Балрога. Даже в замедленном времени удар ноги демона оставлял за собой лишь размытый след. От этой скорости и траектории невозможно было уклониться, как бы сильно он ни растягивал собственное восприятие. Тем более, что это был не просто удар — он сопровождался Давлением. Невидимый гнёт, материализовавшийся в виде пылающих цепей, намертво сковал его руки и ноги.

БАМ!

Нога впечаталась в Энкрида. Его с силой отбросило назад; казалось, он вот-вот сокрушительно вмажется в каменную стену пещеры. Но этого не произошло.

Хлоп.

Огромная рука — поистине размером с медвежью лапу — поймала летящего Энкрида за спину, мягко гася инерцию. Махина, поймавшая Энкрида, плавно развернула корпус. Ударная мощь, способная не просто пробить стену, но и вбить его глубоко в скалу, бесследно рассеялась в воздухе.

В ушах Энкрида стоял гул. Он защитил тело «Волей», но из-за внезапного полёта у него заложило уши. Впрочем, звон быстро прошёл. Спасибо крепкому, закалённому телу.

Телу, которое помогал тренировать тот самый человек, что сейчас поддерживал его за спину.